Неделимы.

Три дня я пролежала в больнице. Это ад. Кормят ужасно, постельный режим, никуда не сходишь, окно не откроешь. Я так и ходить разучусь. Бинты с рук сняли сегодня утром. Ужас, мне даже страшно смотреть на раны. Ещё раз говорю себе, что я дура. Полная. Теперь будут шрамы, такие длинные и симметричные. Ну главное же симметрия, а не красота.
Никита каждый день приходить ко мне и приносит пакеты фруктов. Никому не нужны фрукты? Мне их девать некуда. Продавать что-ли? Разбогатею. Нет, мне было безумно приятно, что Ник не бросил меня. Он все также любит меня, а я чувствую себя перед ним виноватой. Это чувство не хочет покидать меня, как бы не говорил мне парень, что не держит на меня обиды и зла.
Родители приходили ко мне вчера. Мама уже не плакала, но с ужасом смотрела на мои ещё вчера забинтованные руки. Папа с сожалением смотрел на меня. Да, он чувствуют вину передо мной и ещё долго будет так. Одно радует, что он понял свои ошибки и стал не так строго ко мне относиться.
Кстати, они с Ником нашли общий язык. Я была в шоке, мама тоже в шоке. Они теперь общаются как лучшие друзья. Ну так уж прямо, но теперь мне не запрещают общаться и встречаться с Никитой. Этого я больше всего в жизни и хотела. Меня стали понимать, и это самое главное.
Ксюша с Владом тоже ко мне проходили. Подруга сперва накричала на меня, потом обняла и заплакала. Она была зла на меня, что я смогла совершить такое с собой. Ну я и сама до сих не понимаю, как смогла. Влад качал головой, но не вмешивался. Он конечно же был на стороне друзей, но в его глазах я видела сочувствие. Да, он меня жалел, хотя это не нужно. Не люблю, когда меня жалеют.
Когда меня выписали, меня забрал Никита на такси. Он усадил меня на заднее сиденье машины, а сам сел на переднее. Мой небольшой рюкзак лежал рядом со мной. На руках были бинты, которые нужно будет вечером сменить. Врачи подумали и решили, что рано сняли бинты. Нужно ещё как минимум два дня с ними походить, потом придти на прием, чтобы врач посмотрел и тогда точно скажут, нужны будут ещё бинты или нет.
Через несколько минут мы приехали домой. Поднявшись на лифте, я наконец-то оказалась в родной квартире. С порога меня встречала мама, а в воздухе витал запах стряпни. Давно такого не было в нашем доме. Чаще всего готовила я, мама редко, потому что всегда с папой на работе. А тут она дома и готовит. Всегда бы так.
- Проходите, сейчас будем кушать, - хлопотала мама.
Она убежала в кухню, накрывать на стол. Я аккуратно сняла обувь, потому что было рукам ещё больно. Ник унес мой рюкзак в мою комнату и подойдя ко мне, подхватил меня на руки и понес в кухню.
- Я сама могу ходить, - стала возмущаться я, когда меня уже посадили на стул.
- Радуйся, что тебя носят на руках, - весело сказала мама, ставя передо мной тарелку с супом.
- Борщ, - радостно проговорила я, вдыхая аромат.
Боже, как же я люблю все вот это. Почему не может быть так всегда? У меня такое чувство, как будто я попала в детство. Мама раньше часто была дома, готовила обед. Папа приходил с работы и всегда приносил мне плитку шоколада. Это были лучшие дни моего детства. А потом резко что-то пошло не так. Родители стало отдаляться от меня, часто ругали меня, а я стала замыкаться. В один день изменилась вся жизнь. Надеюсь, сейчас не измениться.
- Борщец, как я вовремя, - послышался за спиной радостный голос отца.
Возле моей тарелки с супом, была положена плитка шоколада. Мой любимый, молочный. Папа помнит, как и я. Обернувшись, я с улыбкой посмотрела на родных мне людей.
- Спасибо, - прошептала я, смахивая со щеки слезу.
- Ну, не надо разводить сырость, - закатил глаза папа, садясь напротив меня.
- Умеешь же ты портить такой момент, - фыркнула мама, ставя перед отцом тарелку с супом.
- Я не порчу, - заметил папа и встав, подошёл к маме, обнял ее и поцеловал.
Вторая слезинка скатилась по моей щеке. Я так люблю свою семью, вы не представляете. Такие моменты дороги моему сердцу и я постараюсь запомнить их. Редко увидишь, как папа целует маму. Я могу даже на пальцах сосчитать, сколько раз отец так делал.
Никита сел рядом со мной и обняв меня за талию, прижал к себе. Стало так тепло и уютно в его объятиях. Мы просто обязаны будем сохранить нашу любовь, чтобы потом перед нашими детьми также как мои родители целоваться.
- Люблю вас всех, - отводя взглядом и родителей, и парни, проговорила я.
- А мы тебя, - в ответ услышала я и меня обняля со всех сторон.
Ну разве не это счастье? То, к чему я так стремилась, наконец-то случилось. Я рада, что родители больше не ругают меня, Никита самый лучший парень. Безумно рада, что судьба свела меня с ним.
- А теперь давайте кушать, а то все остывает, - мама как всегда.
Рассмеявшись, все сели за стол и стало обедать. Всегда бы так, надеюсь, теперь мы чаще так будем собираться. Папа с Никитой разговаривали о работе. Ого, Ник интересуется у моего отца бизнесом. А папа только и рад с кем-нибудь все это обсудить. Теперь точно будут не разлей вода.
Мама посмотрела на меня и спросила:
- У вас все серьезно?
Странный, но конкретный вопрос. Хм, а действительно, серьезно ли у нас с Никитой? Мы встречаемся, любим друг друга. Я часто слышу, что он не сможет без меня и что я его единственная, которая та самая. Никита мой первый, который половинка меня. Мы похожи, и это даже видно.
- Думаю да, серьезно, - решительно ответила я, посмотрев маме в глаза.
На ее лице появилась улыбка:
- Я была такой же в твоём возрасте. Мы когда с твоим отцом познакомились, родители долго не знали о нашем романе.
- Они случайно нас застукали в саду на качелях, - подключился к разговору папа. - Тогда так быстро я ещё не бегал.
- А меня родители так ругали, что до сих пор страшно вспоминать, - мама покраснела. Ей стыдно?
- Но потом твои родители успокоились, нашли меня и конкретно спросили: Люблю ли я тебя, - вспомнил отец, смотря на маму. - Я ответил да и что хочу на тебе жениться.
- Они и у меня спрашивали, - закатила глаза мама. - В то время за мной бегал ещё один парень, но твой отец был первее. Позвал замуж, я согласилась.
- Нечего на мою женщину заглядываться, - папа нахохлился. Я его впервые таким вижу.
- И мы до сих пор с тобой вместе, - мама положила голову на плечо папе. Он обнял ее за талию, притягивая к себе.
- И будем вместе до самой смерти.
Так рада, что мои родители любят друг друга до сих пор. Вот бы и у нас с Никитой было все вот так же. Хочу, чтобы он меня и через тридцать лет обнял, прижал к себе и сказал, что любит меня.
Блин, я уже в таком раннем возрасте думаю о страсти. Может я уже старею? Или начинаю понимать жизнь? Нет, я просто влюбилась и это надолго. До старости, если конечно это все взаимно. А я чувствую, что это взаимно.