Полёт «Синей птицы» КАРЕН БРУКС

5

Шторм закончился. «Синяя птица», неподвижно стоявшая на якоре, лишь лениво покачивалась на тихих, легких волнах. Ничто не напоминало о вчерашней буре. Яхта, вымытая дождем, сверкала на солнце голубым и белым цветом. Его лучи расцвечивали морскую воду разноцветными бликами. Один из таких лучиков упал налицо спящей Джейн и разбудил ее.

Она открыла глаза и зажмурилась. Какой яркий сегодня голубой цвет, подумала она. Как небеса.

— «Я на небесах... Я на небесах»... — почти неслышно пропела она.

Теперь Джейн хорошо поняла значение этих строк популярной песенки. Она лежала в объятиях Майкла, боясь шевельнуться, и ее переполняло ощущение счастья.

Майкл. Она стала всматриваться в лицо мужчины, спящего рядом. С ним всегда хорошо. И уютно. Именно это слово пришло ей в голову, когда они только познакомились.

Но сейчас... Уютно? Нет. То, что она испытала этой ночью, не имело ничего общего с уютным покоем. Взрыв страсти потряс ее до глубины души. Те ощущения, которые она для себя открыла, превратили ее в первобытное, дикое существо. Оно просило, умоляло, не зная даже о чем. Майкл подвел ее к вершине чувственного наслаждения, чего раньше она никогда не испытывала.

Нет, уют тут ни при чем. Скорее, рядом с ним она чувствует себя совершенно естественно. Джейн прижалась к Майклу, наслаждаясь прикосновением к его телу. Потому что она... полюбила его? Может, поэтому то, что произошло между ними, показалось ей столь естественным? Все их ласки, прикосновения, возбуждение...

Прикосновения. Джейн вдруг вспомнила о Клиффе. Наконец-то ей все стало ясно. Вот почему он сбежал. Он уже знал то, чего не знала сама Джейн. Он понял, что она не любит его. Прости меня, мысленно сказала Джейн, обращаясь к своему бывшему жениху. Бедный Клифф! Но... спасибо тебе! Я так рада, что ты все понял и сбежал. Остается надеяться, что он еще встретит ту, кто полюбит его.

Как встретила она.

— Доброе утро.

— Доброе утро, — отозвалась Джейн, с любовью глядя в его только что открывшиеся глаза.

Они были еще сонными и затуманенными, словно он еще не мог понять, где находится.

— Ты... с тобой все в порядке? — спросил он, и в его глазах промелькнула легкая тревога.

— Все отлично. — Разумеется, с ней все в порядке. После такой ночи. И сейчас, когда она лежит рядом с ним и чувствует его тело.

— Ты уверена? — В его голосе была озабоченность. Он беспокоится за нее. Какой он милый. — Ты была... — Майкл немного помолчал, затем передумал и не стал заканчивать фразу. — Ну и шторм был вчера!

Джейн кивнула и улыбнулась. По сравнению с бурей чувств, которая вчера бушевала в ее душе, этот шторм просто ерунда.

Майкл провел рукой по ее густым шелковистым волосам, словно изучая их.

— У тебя чудесные волосы, Джейн. И ты очень красивая. Я уже говорил тебе об этом?

— Нет, — Джейн, смеясь, покачала головой. — Ты сказал только, что я тебя постоянно отвлекаю.

— Да. И искушаешь тоже. — Он продолжал играть ее волосами. — Я понимаю твои чувства, Джейн. Эта неделя для тебя была очень трудной. Я вовсе не хотел этим пользоваться, не хотел торопить тебя. Просто вчера ночью все смешалось и... Черт, я просто потерял голову.

Он извиняется. За их ночь. За самое чудесное, что только было в ее жизни. В ее жизни. Но не в его.

Она уже думала о вечной любви, а он...

Господи, до чего же она глупа! Стоит только вспомнить, какой образ жизни ведет этот человек. Эта яхта... Очень удобно для того, что произошло между ними. Может, здесь такое бывает чуть ли не каждую ночь. С разными женщинами...

По спине Джейн пробежала дрожь. Кроме того, она же ничего о нем не знает. Может, он вообще женат. Или у него кто-то есть... Бет. Кто бы она ни была, кем бы ему ни доводилась, все говорит о том, что у них давние отношения.

А ты, Джейн Батлер, просто подружка на одну ночь.

— Джейн, я хочу, чтобы ты знала...

— Тсс. — Она положила ладонь ему на губы. — Разговоры только все портят. — Она не должна винить его. Ведь это не он пришел к ней. Он вообще не приблизился к ней ни разу. Майкл просто был к ней очень добр, увез ее из церкви, позволил пожить здесь. Не его вина, что прошлой ночью она совсем сошла с ума. Она же сама прижалась к нему и попросила... а потом все это случилось. — Ты был так добр. Эта неделя... твоя яхта и все остальное так много значат для меня. Я уже сказала тебе за это спасибо?

— Раз сто, наверное.

— Придется повторить еще раз. — Джейн перекатилась на край кровати и встала. Подняв с пола брошенный халат, она поспешно завернулась в него. — Но я сказала маме, что сегодня вернусь домой. Пожалуй, нам стоит поторопиться.

Майкл резко сел в постели.

— Джейн, нам надо поговорить.

— Нет. Все, что мне действительно надо, так это чашка хорошего кофе. И, знаешь, иногда мне удается не пережарить омлет. Хочешь попробовать?

Майкл молча кивнул, и на его лице опять появился тот странный взгляд, каким он всегда смотрел, когда пытался до конца понять Джейн.

— Тогда сейчас приготовлю, только оденусь. Но сначала с тебя кофе. — Джейн подмигнула ему и скрылась в ванной.

На сердце у нее лежала страшная тяжесть, но она должна играть свою роль. Ей вовсе не хотелось, чтобы Майкл почувствовал себя виноватым.

На маленькой кухоньке Майкл засыпал кофе в кофейник. Его мучила совесть. Он воспользовался ее положением.

Во-первых, он прекрасно знал, в каком душевном состоянии находится Джейн. Он же своими глазами видел таблетки. И разве ее настроение не менялось с поразительной внезапностью всю эту неделю? Правда, нужно признать, что большую часть времени у нее было отличное настроение. Упрямая малышка, она решила не поддаваться горю и держалась просто великолепно. Это ему нравилось.

Вообще-то ему в ней нравилось все. Стройная, но округлая фигурка. Грива золотых волос. Голубые глаза. Пожалуй, ее нельзя назвать красавицей в полном смысле слова, но она обладает чем-то гораздо более важным, чем красота. Стойкостью, природным оптимизмом и искренностью, благодаря чему с ней легко и приятно. И еще невинностью.

Невинность. Это была первая ночь в ее жизни. Майкл теперь знал это. Но она поцеловала его... и пришла к нему так охотно, почти умоляла его взять ее.

Неожиданно его поразила одна мысль. Джейн не спала с Клиффом. Он что, отложил это до брачной ночи? Господи, тяжело же ему пришлась.

Но этой ночью... Она что, использовала его, чтобы отомстить? Страдала из-за того, что ее бросили? Старалась доказать самой себе, что привлекательна?

А он, выходит, воспользовался ее страданием.

Джейн доверяла ему. Эти большие голубые глаза на всех смотрят так доверчиво... на всех, даже на такого мошенника, как Клифф Диас.

Майкл вздохнул. Он вовсе не хотел торопить ее, принуждать к тому, к чему она пока не была готова. Да, Джейн с самого начала ему понравилась. Но ведь он знал, как ей тяжело, и поэтому сознательно держал дистанцию, несмотря на то, что ему очень хотелось ее обнять.

А потом эта ночь...

Даже теперь он до конца не понял, как все это произошло.

Поцелуй. Это была ошибка. Словно раздули огонь, который уже тлел всю эту неделю. После поцелуя он уже не смог выпустить ее из объятий. И она прижалась к нему, возбужденная и счастливая.

Майкл уже привык, что женщины охотно идут к нему в постель. Но эта ночь совсем другое дело. Все было по-настоящему. Для него тоже в первый раз по-настоящему. Он вдруг словно стал таким же невинным и доверчивым, как она. Это было больше, чем просто секс. Гораздо больше. Это было настоящее единение душ и сердец.

Да? Всего неделю назад ее сердце принадлежало другому. А такая женщина, как Джейн, не бросается своими привязанностями. Брошенная, униженная...

Майклу казалось, что эта ночь была для нее такой же чудесной, как и для него. Но сегодня утром он ясно увидел в ее глазах боль, и она тут же отвернулась. А потом вела себя... наигранно-весело и равнодушно.

Она жалеет? Вспомнила о Клиффе?

Черт, нужно рассказать ей, какой мерзавец этот Клифф. Но как теперь заговорить об этом? Лучшая тема для разговора наутро — это то, что было ночью. А никак не прошлое и бывший жених.

И почему ему теперь так неудобно перед Джейн? Никогда ни с одной женщиной он не испытывал никакой неловкости. Почему же с Джейн все по-другому? Почему он чувствует себя, как мальчишка, который в первый раз провел ночь с женщиной?

И почему эта мисс Невинность разгуливает теперь по яхте с таким видом, точно похожие приключения для нее сущий пустяк? И кажется, думает только об одном... о своем омлете.

— Я не сомневалась, что найду его, — открыв холодильник, сказала Джейн. — У нас остался еще один красный перец. Без него никак нельзя. — Она продолжала без умолку болтать, мелко кроша перец и лук. Лишь бы не молчать. Если она замолчит, то расплачется. Прошлая ночь была самым чудесным, что только случалось в ее жизни. Не нужно делать глупостей и все портить. — Прошу вас, сэр. Вот омлет, как и было обещано, — сказала она, раскладывая омлет по тарелкам. — Попробуй и скажи: ты когда-нибудь ел омлет вкуснее?

Майкл закрыл глаза, медленно прожевывая кусочек.

— Ммм! Ты права. Знаешь, ты могла бы устроиться шеф-поваром по завтракам в кафе «У рыбака».

— Спасибо, но у меня уже есть работа. Выхожу в понедельник. Придется в выходные потрудиться, чтобы хорошо подготовиться. Так что ешь быстрее и давай отчаливать, капитан.

— Ладно, только... — Майкл немного помялся. — Нам еще нужно поговорить, Джейн. Думаю, тебе нужно кое-что знать.

Джейн похолодела. Он опять хочет извиниться. Вот этого она уже не вынесет.

— Ты очень любила Клиффа Диаса?

Она почувствовала такое облегчение, что едва не рассмеялась.

— Нет... А после... — Джейн осеклась. Прошлой ночью Майкл заставил ее понять, что такое любовь. И к Клиффу это не имело никакого отношения. Но она не может сказать ему об этом. — Теперь я поняла, что вообще его не любила.

— Но... — На лице у Майкла опять появилось озадаченное выражение. — Ты хотела покончить с собой. Ведь те таблетки...

Джейн все же рассмеялась.

— Так вот о чем ты подумал? И поэтому выбил пузырек у меня из рук? — Она покачала головой. — Это был аспирин. У меня страшно разболелась голова, и я решила...

— Но, если ты не любила его... — Он смотрел теперь прямо ей в глаза, пристально и твердо. — Тогда зачем решила выйти за него замуж?

— Из-за денег, — с горечью бросила она.

— А-а. — Это был настоящий удар.

— Он хотел вложить деньги в строительный бизнес, и мой отчим попросил меня быть с ним любезной.

Здорово! Выйти замуж из-за денег, из-за двухсот пятидесяти тысяч? К тому же, моих?! О Господи!

— Ведь Клифф очень богат, ты же знаешь.

— Да?

Джейн кивнула.

— Моя мать постоянно твердила, как мне повезло. Что мы будем прекрасной парой. И... — Джейн замолчала. Незачем винить родителей. Ведь на нее его богатство тоже произвело впечатление, разве нет? — Разумеется, я понимала, что это... Прости, но давай лучше поговорим о чем-нибудь другом, ладно?

Майклу больше не хотелось об этом говорить. Он знал, что такое власть денег. И на что люди готовы пойти ради них.

6

Встретиться лицом к лицу с матерью оказалось нелегко.

Мэриен стояла и смотрела на дочь, поджав губы.

— Как ты могла?! Как ты могла?! — без конца повторяла она.

Не зная, в чем именно она провинилась, Джейн, запинаясь, выдавила:

— Я... я просто...

— Все испортила, и свадьба не состоялась. И это в церкви, на глазах всех гостей.

— Это из-за меня свадьба не состоялась?!

— Все было так чудесно подготовлено. — Голос Мэриен дрогнул. — Ну как ты могла?!

— Мама, но я здесь ни при чем. Это же Клифф... Он так и не появился. Разве ты забыла?

— Это ты прогнала его.

— Нет!

— Да! Я с самого начала подозревала, что это ты. А потом, когда ты сбежала, убедилась окончательно. Сбежала, а мы расхлебывай!

— Прости меня. Мне было нужно... время. — Мать права, она действительно спаслась бегством.

— О, это было так ужасно! — простонала Мэриен. — В лицо все выказывали нам сочувствие, а за спиной смеялись.

— Мама, никто... Люди вовсе не такие.

— Много ты понимаешь! Тебя же там не было. Ты-то не видела, какая физиономия была у Кло Уиллис! Я никогда в жизни не испытывала такого унижения! — Мэриен рухнула в кресло, закрыв лицо руками.

— Прости, — проговорила Джейн и закусила губу. Она действительно думала только о себе, когда наслаждалась чувством свободы и облегчения. Она даже радовалась тому, что случилось! И ни разу не подумала о том, каково теперь матери. — Но... я ничего такого Клиффу не говорила. У меня и мысли не было, что он не собирается приезжать в церковь. — Джейн обняла мать за плечи. — Мама, ты должна мне поверить...

Оттолкнув ее руку, Мэриен вскочила.

— А разве не ты пыталась все отменить всего за два дня до свадьбы?

— Ну... да, но...

— Еще как пыталась! — сверкая глазами, Мэриен шагнула к ней. — Пришла к нам, наговорила кучу глупостей, заявила, что он не тот, кто тебе нужен! Что ты, видите ли, его не любишь!

— Да! — Джейн вдруг рассердилась. — Я не люблю его. И не полюбила бы никогда. И очень рада, что он не появился на венчании. И что мы с ним так и не поженились. Вот! Теперь ты удовлетворена?

— Вполне! — Мэриен ехидно посмотрела на нее. — Признание облегчает душу, не так ли?

— Послушай, я говорила тебе, что не хочу выходить за него замуж. Но я и словом не обмолвилась ему об этом. Я даже намеком не выдала, что...

— Какая послушная девочка! И умная. Ведь в итоге ты все сделала по-своему, не так ли?

Эти слова причинили Джейн настоящую боль. Она подумала, что мать, возможно, права. Наверное, поступки действительно красноречивее слов. Ее молчание только еще больше раззадорило Мэриен.

— Разумеется, он прекрасно понимал, что с тобой происходит. Клифф Диас вовсе не дурак, — сказала она. — Более того, он умный и богатый молодой человек. Такого ты больше никогда не встретишь! Ты просто неудачница.

— Ну, мама, я...

— Что «мама»? Что? Но проиграла не только ты. Клифф вычеркнул из своей жизни не только тебя, но и нас. Мы разорены!

— Разорены? Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что Джон очень рассчитывал на деньги, которые Клифф собирался вложить в дело.

— Да, я знаю об этом.

— А ты знаешь, что, раз ты не вышла замуж за Клиффа, он ничего не стал инвестировать? И что теперь Джон полностью обанкротился?

— Я не знала, что дела так плохи.

— А ты знаешь, что нас теперь преследуют кредиторы? Что конфисковано все имущество компании, и Джон с ног сбился, пытаясь найти выход? Как мы будем жить дальше? У нас ничего нет, Джейн! Ничего! Джон выставил наш дом на продажу.

— Мама, мне так жаль...

— Жаль тебе, да? Тебе было так жаль, что ты сбежала и устроила себе чудесные каникулы?

— Нет, я не... — Джейн осеклась. Разве мать не права? Она именно так и поступила.

— А нас оставила подбирать осколки, верно? Так вот, мисс, больше подбирать нечего! Нечего! Теперь довольна? — Мэриен разрыдалась и побежала к себе в спальню. Джейн слышала, как она со стуком захлопнула за собой дверь.

Джейн стояла неподвижно. Ее мучила совесть. Неужели это она во всем виновата? Но в словах матери есть доля правды. Если Клифф понял, что она чувствует...

Джейн сделала глубокий вдох и расправила плечи. Нет смысла плакать над пролитым молоком. Что теперь можно сделать? Мать обычно видит все в черном цвете. Нужно поговорить с Джоном. Но отчима пока нет дома. Где он? Что делает? Ведь, судя по словам матери, уже не осталось осколков, которые нужно подбирать.

Когда послышался шум двигателя пикапа отчима, Джейн выбежала на улицу встретить его. Выйдя из машины, Джон крепко обнял падчерицу.

— Наконец-то вернулась! Девочка, я так рад. С тобой все в порядке? — тревожно вглядываясь в ее лицо, спросил он.

— Джон... — Джейн с радостью чувствовала его руки на своих плечах, в его объятиях она в безопасности. А мать даже не спросила, как она. — Я в порядке, Джон. В полном порядке, — заверила она его. Затем без обиняков прибавила: — Ты ведь знал, что я не хочу выходить за него, правда?

— Да... И мы, можно сказать, заставили тебя, верно? — отозвался он, и они уселись рядом на скамейку под дубом, где сидели всегда, когда нужно было поговорить о чем-нибудь серьезном.

— Не совсем. Я...

— Нет, заставили. Я виноват перед тобой, Джейн. Я просто испугался, черт побери. — Джон вытащил пачку сигарет из нагрудного кармана рубашки и закурил.

— Тебе вредно курить, Джон.

— Я и не курю. Только когда у меня неприятности.

— Как теперь. И все из-за меня. Мама говорит...

— Да не слушай ты ее! Все началось задолго до того, как я встретил Клиффа. К тому же ему причиталось бы намного больше, чем он собирался вложить, так что его участие лишь оттянуло бы конец. Просто я слишком размахнулся, не рассчитал своих возможностей. — Из-за матери, подумала Джейн. Той всегда хотелось больше, чем Джон мог предложить. — Таков бизнес. — Он тяжело вздохнул, словно прочитав мысли Джейн. — Я решил, что перерос старые мерки. И купил кое-какую собственность в Ричмонде, в Ист-Энде.

— Но... но там же одни трущобы?

— Хуже, чем трущобы. Но мне кое-кто сболтнул, что власти собираются переделать этот бедлам в приличный район.

— И?

— Пока это только слух. Но я купил два совсем запущенных здания.

— Джон?..

— Да нет, надежда еще есть. Если там все привести в порядок, это будет ценная собственность. Надеюсь, в городском совете это поймут.

Таков уж Джон. Никогда не теряет надежды.

— Я думаю, ты прав, — сказала Джейн, скрестив на счастье пальцы.

— И, когда это произойдет, твои дела пойдут в гору, Джейн.

— Мои?

— Ведь это все твое, разбойница. Еще до того, как я познакомился с Клиффом, я понимал, что конец неизбежен. Поэтому перевел всю собственность в Ист-Энде на твое настоящее имя — Джейн Мейсон. И это теперь твое. Не мое, не твоей матери — только твое. Поняла?

— Нет, не поняла. Зачем ты перевел собственность на мое имя?

— Потому что ты-то никому ничего не должна. Я даже за твой «фольксваген» заплатил наличными. Так что у тебя ничего не имеют права отобрать.

— Я не совсем понимаю...

— Что ты думаешь насчет того, чтобы владеть собственной строительной фирмой?

Джейн так широко раскрыла глаза, что Джон усмехнулся.

— «Мейсон констракшн».

— Но я же не могу... То есть... необходима лицензия.

— Ну и что? Ты же учишься в архитектурном колледже. Разве ты сама не говорила мне, что первые два курса были целиком посвящены строительству и ремонту?

Джейн кивнула.

— Значит, основные знания у тебя есть. И думаю, ты многому научилась, работая летом вместе со мной.

Джейн снова кивнула.

— Мы еще немного позанимаемся, но уверен, что ты сдашь экзамен и получишь лицензию. — Он продолжал развивать эту мысль, а пораженная Джейн внимательно слушала. — Подумай об этом, разбойница. Это будет твое дело. Компания «Мейсон констракшн». Которая не имеет ничего общего с «Батлер констракшн». Я буду работать в твоей фирме. В этом нет ничего незаконного. И вообще, я планирую рассчитаться с кредиторами и налоговым управлением, как только смогу снова встать на ноги. Но для этого мне нужно делать дело. Понятно?

Прошло три недели.

— Ну и хладнокровие у тебя, Джейн, — заметила Эмма Солтерс. Они наклеивали конверты на посылки со свадебными подарками. — Знаешь, у меня просто сердце разрывается, что приходится такую прелесть отправлять обратно.

— Бедненькая. — Джейн притворно вздохнула. — Ты так страдаешь и все же нашла в себе силы мне помочь.

— Зато ты вовсе не страдаешь. Честное слово, Джейн, если бы меня какой-нибудь красивый прохвост вроде Клиффа Диаса бросил у алтаря, я бы умерла от стыда!

— Тебе незачем мне об этом напоминать. С этим отлично справляется мама. Причем каждый день. Поверь, мне тоже нелегко, — проговорила Джейн, вытаскивая очередной сверток, который нужно было отправить.

— Не верю. Ты ведешь себя так, точно никакого Клиффа Диаса в природе не существует.

— Я же говорила тебе. Мы с Клиффом... это была ошибка. Мне повезло, что он вовремя все понял.

Эмма пригладила ладонью свои короткие кудрявые волосы и задумчиво посмотрела на подругу.

— Видимо, да. Ты явно не похожа на женщину с разбитым сердцем.

Много ты понимаешь, думала Джейн. Может, та тяжесть, которая камнем лежит у нее на душе, и есть разбитое сердце? Каждый день, по мере того, как умирала надежда, эта тяжесть становилась все сильнее и сильнее, день за днем. А надеялась она всего-навсего на телефонный звонок.

Но Майкл Дойл не звонил.

Интуиция не обманула ее. Для Майкла их роман был всего лишь приключением на одну ночь. И Джейн было больно. Та сказочная неделя... и ночь, которую она никогда не забудет... Для нее это значило так много. А для него ничего не значило.

Ну почему она не может выбросить его из головы?! Почему так скучает без него? Ведь она же почти его не знает.

Нет, знает. Щеки Джейн запылали. Она знает его лучше, чем знала какого-либо мужчину в своей жизни. И она ни о чем не жалеет. Нет, не жалеет! Это было... чудесно, прекрасно...

— Эй! — Эмма легонько щелкнула ее по носу. — Ты где?

— Просто задумалась, что написать, — соврала Джейн и начала что-то наспех царапать на листке бумаги. — Не хочется всем писать Одно и то же, даже если ты просто высылаешь обратно подарки.

— Наверное, ты права, — согласилась Эмма. — А на работу ты все же передумала возвращаться?

— Да. Теперь я буду работать с папой. И учиться. Так что сейчас самое время разослать оставшиеся подарки, потом у меня будет совсем мало времени. Но я все-таки сдала!

— Что сдала?

— Экзамен на строительную лицензию. Ты сейчас говоришь с обладательницей законной лицензии на строительство!

— Это ты-то? Ты строитель? Да ты просто малявка! Что ты можешь построить?

— Очень многое. Ты забыла, что несколько лет подряд я летом работала с папой. Я уже умею красить стены и наклеивать обои. И еще приносить, подавать и держать, — рассмеявшись, ответила Джейн. — Если конечно, это что-то не очень тяжелое.

Эмма с сомнением посмотрела на подругу.

— Но строить дома — это совсем другое, это не дизайн, который ты изучала.

— У дизайна и строительства много общего. Мне никогда не сдать бы этот экзамен, если бы я не изучала архитектуру.

Полученные знания ей теперь очень пригодятся, думала Джейн на следующее утро, собираясь на работу. Она надела старые джинсы, светлую майку, тяжелые ботинки и отправилась в контору. Прошлым летом, когда она помогала отцу, она лишь выполняла его поручения. Хотя старалась все делать как можно лучше. Но теперь, имея за спиной два курса архитектурного колледжа, она начала понимать, почему дело отца развалилось. Потому что он отстал от времени.

«Батлер констракшн» всегда была маленькой фирмой с небольшим штатом сотрудников. Сначала, когда Джон только организовал фирму, он начал строить небольшие дома и коттеджи. Позже основным видом его деятельности стал ремонт, в основном, в тех же домах, которые он сам когда-то строил.

Теперь, когда Джейн активно включилась в работу новой фирмы, за несколько дней они получили всего лишь два заказа — сменить плитку в одном доме и перестроить кухонные шкафы в другом. В обоих домах натренированный взгляд Джейн сразу же отметил те места, где можно было бы внедрить новшества, что значительно улучшило бы интерьер дома и повысило бы его рыночную стоимость. Она ждала только подходящего случая, чтобы поделиться этими соображениями с Джоном.

Случай представился, когда они обсуждали, что делать с домами, зарегистрированными на ее имя.

— Я взял их по дешевке, — сказал Джон. Это просто развалюхи, да и район неудачный.

Джейн с сомнением посмотрела на него.

— Да, это не те дома, о которых пишут в рекламе: «Купив такой дом, вы приобретаете целое состояние».

— Доверься мне, малышка, — хитро подмигнул ей Джон. — Я ведь уже говорил тебе, какой прошел слух.

— Но это пока еще только слух, — не удержалась Джейн.

Джона ее замечание не смутило, и Джейн почувствовала, как его энтузиазм постепенно передается и ей. Она всю ночь просидела за учебниками по архитектуре и руководствами на тему: «Как использовать лучшее из старинного в современном дизайне». Наутро она уже бурлила идеями.

— Ты просто чудо, Джейн, — сказал ей отчим. — Андерсон хотел только заменить ванну, а ты убедила его перестроить всю ванную комнату! Если так и дальше пойдет, то нам придется нанять еще одного рабочего.

— Только если слух насчет Ричмонда подтвердится. Пока мы еще не в самом блестящем положении.

— А вы упрямая девица, мисс Мейсон. — Джон присел на крышу, которую они чинили, и вытер воображаемый пот со лба. — Вы меня совсем загоняли.

— Никаких жалоб! Нужно работать, верно? — усмехнулась Джейн.

Она была рада, что у нее так много работы, что просто засыпает над книгами, что слишком устает, чтобы думать и вспоминать.

Он даже не подтвердил, что получил ее записку. А получил ли он ее? Ну и пусть, совсем неплохо, что он не звонит. В самом деле, неплохо! Даже если бы он позвонил, она все равно не могла бы с ним встретиться. Днем она слишком занята, а к вечеру слишком устает.

Ну и пусть... Нет, нужно сказать себе правду. Она подарила ему свое сердце, а его сердце даже не забилось быстрее. Для них обоих будет лучше, если они больше никогда не встретятся.

Майкл Дойл стоял посреди огромной спальни своего огромного дома. Он еще раз перечитал записку от Джейн.

«Дорогой Майкл,

Я еще раз хочу сказать тебе спасибо. И тебе, и чудесной «Синей птице». Вы помогли мне вновь обрести радость жизни и уверенность, в которых я тогда так остро нуждалась. Может, я и не могу летать, но теперь со всей определенностью знаю, что могу сама отправиться в плавание. Поэтому примите оба, мою благодарность и самые наилучшие пожелания.

Джейн».

Эта записка два дня назад пришла на адрес Деббса, шкипера, который переслал ее в дом Майкла. В записке не было никакой ссылки на приложенный к ней чек. Но Майклу было и так ясно, что Джейн возвращает ему деньги, которые он дал ей на яхте.

Первым его побуждением было порвать чек. Но он передумал, ведь это ее почерк. Буквы маленькие и аккуратные, округлой формы. Чем-то очень напоминают саму Джейн. На чеке, разумеется, был отпечатан адрес и телефон. Он мог бы позвонить, если бы захотел.

Но Майкл спрятал записку в ящик. Подальше. С глаз долой, из сердца вон. Его преследовали слова, сказанные Джейн: «Я никогда не любила Клиффа... это из-за денег».

Но у меня гораздо больше денег, чем у Клиффа Диаса. И что? Она тут же сделает ему предложение? Вряд ли. Женщины не предлагают сами руку и сердце. У них есть сотни других уловок заполучить желаемое.

А разве ты так хорошо разбираешься в женщинах?

Ну, во всяком случае, могу понять, когда они делают первый ход. Джейн прошептала «не уходите», затем обвила его шею руками и поцеловала в губы, словно умоляя взять ее.

Что-то это не похоже на поведение воплощенной невинности, верно? Но все равно, это был лишь первый ход в игре. А я-то подумал... Нет, я вообще не думал. Я потерял голову. И сердце тоже?

Эта мысль напугала Майкла. Он не мог забыть слова Джейн: «Это из-за денег». А у него денег гораздо больше, чем было и когда-нибудь будет у Клиффа Диаса.

А Джейн казалась такой любящей, такой ласковой. Когда женщины, польстившись на его богатство, притворялись любящими, Майкл начинал чувствовать себя дешевкой.

Свое сердце он по-настоящему отдал лишь однажды. Вере, которая теперь замужем за Джорджем, его лучшим другом... Но Вера утверждала, что он никогда не любил ее. Теперь Майкл думал, что она, возможно, права. Она никогда не была так близка и дорога ему, как Джейн, хотя с Джейн они провели вместе всего неделю. И дело даже не в сексе, хотя это еще одно доказательство... Нет, не стоит об этом думать.

«Ты только думал, что любишь меня», — сказала ему когда-то Вера. — «Но это только потому, что я единственная женщина, которая честно призналась в том, что хочет выйти за тебя замуж из-за твоих денег».

И это была правда. Ему понравилась ее безупречная честность.

«Я никогда не любила Клиффа. Это все из-за денег». Тоже честно, правда? Да, честно.

Постарайся и ты быть честным с собой, приятель. Она ведь очень понравилась тебе, верно? И та ночь была неизбежной. Если бы она не пришла к тебе, ты пришел бы к ней сам.

Майкл взял чек, отыскал глазами номер телефона и набрал его. Послышались гудки. Никто не снял трубку.

Через пару часов он уже будет на пути в Бразилию. Эта поездка на неделю — поход на плотах по Амазонке. Дикие и малоисследованные места. Это интересно. И опасно. Майкл не мог дождаться, когда попадет туда.

Он позвонит Джейн, когда вернется. Может быть, позвонит.

7

Джейн не поехала с отчимом в Городской совет Ричмонда, когда там должно было состояться голосование по проекту реконструкции Ист-Энда. Джон задержался там допоздна. Джейн, сильно волнуясь, ждала его дома. Уже за полночь, устав и изнервничавшись, она заснула над учебником, в который весь вечер смотрела невидящим взглядом.

На следующий день с утра, когда Джейн вышла к завтраку, Джон торжествующе помахал перед ней газетой.

— Теперь это факт, Джейн. Уже не слух, а факт!

— Как здорово! Ты был прав, Джон.

— Ага. Послушай...

Джон стал читать подробный отчет о том, что городской совет единогласно проголосовал за выделение значительных ссуд на реконструкцию зданий в Ист-Энде, и что такие ссуды будут предоставлены всем домовладельцам, удовлетворяющим требования городского совета.

— Что все это значит? — спросила Мэриен.

— Это значит, что мы снова при деньгах, дорогая. Нам принадлежат в Ист-Энде четыре дома, которые, если привести их в порядок, принесут нам кругленькую сумму.

— И, возможно, мы сможем получить подряды на ремонт других зданий, — заметила Джейн. — Начало многообещающее.

— Еще бы, черт побери. Мы оказались в нужное время в нужном месте, разбойница.

Джейн была просто в восторге, ее переполняли идеи. Этот район, может, станет и не таким аристократическим, как Джорджтаун, но достаточно респектабельным, чтобы там селились средние государственные служащие и сотрудники крупных компаний. Действительно многообещающее начало.

Дома, принадлежащие «Мейсон констракшн», находились примерно в часе езды от Килмингтона. Времени у Джона и Джейн было очень мало, они спешили закончить в срок работы по ранее сделанным заказам. Поэтому свои дома законная владелица увидела лишь несколько дней спустя.

Знакомство с собственностью состоялось в четверг. Дождь лил как из ведра, поэтому работы на крыше, где они меняли черепицу, пришлось приостановить.

— Тоже неплохо, — сказал Джон. — Отличный выдался денек. Поедем, посмотрим на твои дома.

— Мои? — Джейн усмехнулась и пожала плечами. — Ты же знаешь, что они принадлежат тебе, Джон.

— Нет, тебе, мисс Мейсон. И не забывай об этом! Ты же собираешься научиться управлять компанией и делать деньги, верно?

Похоже, сегодня действительно подходящий день для того, чтобы посмотреть район, подобный этому, размышляла Джейн, пока Джон вел свой пикап по загаженным и залитым водой улицам. В такой дождь на улице нет ни местной шпаны, ни пьяных. Но они вполне могут прятаться в заброшенных домах, вдруг с тревогой подумала она. Тут она заметила женщину, которая в дождевике с капюшоном быстро пробежала в какой-то магазин, кажется зеленную лавку. При виде этой женщины Джейн почему-то немного успокоилась.

Они ехали по Ист-Энду, и Джейн с любопытством смотрела в окно. Очень скоро она поняла, что это район с большим потенциалом. Разумеется, сейчас он находится в полном упадке — маленькие обветшалые дома, во дворах какой-то старый металлолом вместо машин. Но огромные деревья и просторные лужайки перед домами напоминают о лучших временах. Этот район можно сделать просто великолепным!

Джон остановил пикап перед домом, окна которого были заколочены досками. Пошарив в бардачке, он нашел тяжелую связку ключей и обратился к падчерице:

— Ну, пошли, разбойница.

Не позаботившись о зонтах, они промчались по дорожке, вымощенной битым булыжником, к дому, взлетели вверх по скрипучим ступенькам и оказались на крытом крыльце. Вообще-то не совсем крытом. Пока Джон возился с подвесным замком, Джейн видела, как через дырявый козырек льется вода.

Но она успела заметить не только то, что крыша протекает. Еще она рассмотрела и само крыльцо. Добротно построенное, в старинном стиле. Перед ее мысленным взором встал маленький провинциальный городок прежних времен. Резные крылечки и большие, ухоженные лужайки перед домами. Уют и покой.

Наконец Джон справился с замком, и они вошли внутрь. Первое, что поразило Джейн, это то, что в доме было гораздо теплее, чем на улице. Пыльно и душно, но тепло.

— Эй, куколка, вали отсюда! Это мой дом! — Перед ними стоял мужчина, высокий и крупный. Вид у него был угрожающий. Он помахивал бейсбольной битой.

Джейн шагнула назад, с головы до кончиков пальцев охваченная парализующим страхом. У нее подогнулись колени.

Но Джон не двинулся с места.

— Что ты говоришь?.. Почему это твой дом? Ты нарушил границы чужого владения, приятель!

— Джон! — Джейн опасливо потянула отчима за рукав. Она не сводила глаз с биты в руках человека и с закрытой двери за его спиной. Может, он здесь не один. — Пожалуйста, не надо. Пойдем отсюда.

— Ну, нет! Пусть он уходит. И прямо сейчас! Он нарушил границы частного владения. Это не его собственность, и он не имеет права здесь находиться. Я вызову полицию.

— Никого ты не вызовешь! — Громила рванулся вперед и с такой силой грохнул битой по полу, что задрожал весь дом. Тут же откуда-то из-за закрытой двери послышался плач ребенка. Незваный гость еще раз ударил по полу своей битой, загородив им дорогу.

— Нет, Джерри, не надо! — послышался страшно перепуганный женский голос. Дверь распахнулась, и на пороге появилась женщина с ребенком на руках. — Не надо драки, Джерри! Лучше пойдем отсюда.

— Куда пойдем, детка? — От гнева и отчаяния мужчина едва не задохнулся. Он яростно взмахнул битой над головой.

Джон решил, что тот замахнулся на него. Он поднял руки, защищаясь, но вдруг весь сжался и всей тяжестью рухнул на пол, хватая ртом воздух.

Джейн упала рядом с ним на колени и закричала:

— Господи! Вы убили его!

— А ну-ка, дамочка, в сторону. — Оттолкнув ее, Джерри подошел к отчиму. — У него сердечный приступ.

Он начал ритмично нажимать Джону на грудь, считая при этом удары сердца. Снова и снова. Затем стал делать искусственное дыхание изо рта в рот.

— Двенадцать... тринадцать, четырнадцать... пятнадцать... — выдохнул он и прервал это занятие только для того, чтобы крикнуть Джейн: — Вызовите «скорую».

Джейн бросилась на улицу и, к счастью, обнаружила на противоположной стороне телефон-автомат. Позвонив и вызвав «скорую», она вернулась и с облегчением обнаружила, что Джон уже дышит самостоятельно.

Те несколько минут, которые прошли до приезда «скорой», показались ей вечностью. Медики тут же принялись за дело. Джона уложили на носилки.

— Надеюсь, с ним все будет в порядке. — У Джерри был виноватый и испуганный вид. Он повернулся к Джейн. — Вы меня простите. Это я виноват.

Джейн тронула его за руку.

— Только благодаря вам он жив. Спасибо.

— Но если бы... но я вовсе не хотел его бить. Простите еще раз, — снова повторил он. — Мы сейчас уйдем.

— Нет. Оставайтесь с семьей здесь... пожалуйста, — прибавила она. — Потом мы с вами поговорим, — уже садясь в пикап, чтобы ехать за «скорой», закончила Джейн.

Прошла неделя после тяжелого сердечного приступа. Джон уже понемногу начал приходить в себя.

— Мы не можем делать ему шунтирование, пока давление не стабилизируется, — сказал врач.

Джейн подумала, что, возможно, ждать этого придется очень долго, если ей не удастся каким-то образом его успокоить. Она придвинула стул поближе к больничной койке и сказала:

— Все будет отлично, Джон.

Он покачал головой.

— Тебе и матери было бы гораздо лучше, если бы я сыграл в ящик.

— Да как ты можешь говорить такое! Перестань немедленно!

— Но тогда бы вы получили деньги по страховке.

— А зачем нам это нужно? У нас есть те дома, которые ждут, чтобы их привели в порядок. Разве ты забыл?

— Ничего не выйдет, если я буду валяться здесь. Ты же одна не справишься.

— Ха! Ты, кажется, не слишком доверяешь «Мейсон констракшн»!

Джон постарался улыбнуться.

— Это не значит, что я не ценю тебя, разбойница. Ты лучше всех, ты просто умница. Но одна... Это слишком трудно. — Он вздохнул. — Мы даже не закончили ремонт крыши у Брендонов. Бедная Мэриен. Она, наверное, вся извелась от волнения.

— С Мэриен все в порядке. Она скоро придет к тебе. — Матери запретили входить к Джону, так как ее слезы расстроили бы его. Ей предложили посидеть в зале ожидания и успокоиться. — А крышу мы закончили! Хочешь, покажу чек? — Джейн с усмешкой помахала перед его носом чеком, на который Джон смотрел, широко раскрыв глаза.

— Как тебе удалось? Ты звонила Крэгу? — спросил он, имея в виду одного из тех, кто до разорения работал у него.

— Не Крэгу. Джерри.

— Какому Джерри?

— Помнишь того громилу?

— А, этот сукин сын, который...

— Успокойся, Джон. — Джейн помогла ему опуститься обратно на подушки. — Он спас тебе жизнь. Это он понял, что у тебя сердечный приступ, и сразу же принял меры. Он делал тебе искусственное дыхание и отправил меня за «скорой». Подожди, не перебивай! — Она протестующе взмахнула рукой. — Джерри — настоящий клад. Просто находка. На следующий день я поехала поговорить с ним. Его не было дома, но я застала его жену, которая и рассказала обо всех их бедах. Джерри потерял работу, когда год назад здесь закрылся консервный завод. Он несколько раз нанимался на сезонные работы, но у них кончились все сбережения, и два месяца назад их выселили из квартиры. И... ну а дальше ты знаешь.

— Да. И тогда они самовольно вселились в мой дом.

— Перестань! — снова взмахнула рукой Джейн. — Ты не поверишь, как здорово он отремонтировал твой дом! Жена мне все показала.

Пока она перечисляла все, что успел сделать Джерри, Джон пораженно смотрел на падчерицу.

— И все один? — только и спросил он.

— Да, все сам. У него золотые руки. Теперь он работает со мной за очень маленькую зарплату и бесплатное жилье... Ты не возражаешь, Джон?

— А что ты меня спрашиваешь? Это же твой дом. И ваша фирма, мисс Мейсон.

— Джон уже выглядит гораздо лучше, — сказала Джейн матери, когда несколько минут спустя вышла из палаты. Скоро ему можно будет делать операцию.

Это нисколько не утешило Мэриен.

— О Боже, операция! — проговорила она, откладывая молитвенник. — Если что-нибудь случится, я этого не переживу, если Джон вдруг...

— С ним ничего не случится, он непременно поправится. — Джейн обняла мать за плечи. Она уже начала понимать, что Мэриен просто не может быть другой. Она слишком нервная, слишком из-за всего переживает, и ей тоже нужно, чтобы ее успокаивали, как и Джона. — Может, перекусим по дороге домой? Я тебя отвезу. Тогда нам не придется возиться с обедом.

День летел за днем, но Джейн почти не замечала времени. Она просто разрывалась на части между больницей, матерью и работой. Работы было много. Брендонам очень понравилась новая крыша, и, когда Джейн заговорила о мансардных окнах, миссис Брендон пришла в восторг. Оказывается, ей давно хотелось сделать второй этаж более светлым.

Джейн это тоже устраивало. Заказы посыпались как из рога изобилия. Паркеры, соседи Брендонов, передали свой дом сыну, и тот пожелал сделать из чердака еще одну спальню и игровую комнату для детей. Разумеется, это можно сделать, тут же согласилась Джейн, даже не представляя, как она это успеет.

Но был еще Крэг. Он раньше работал электриком у Джона и теперь был рад вернуться к делу уже с Джейн.

— Ты скоро будешь так же здорово справляться, как твой старик, — сказал он ей. — Ты, оказывается деловой человек.

— Деловая женщина, — поправила его Джейн.

— Вот это я и говорю, — засопел Крэг. — Хочешь, позвоню Мэлу? Он делал для Джона все работы по сантехнике, а Гиббсоны, те, что живут через дорогу, думают установить у себя новое оборудование.

— Да, позвони ему, — согласилась Джейн. Ей нужно было создать новую команду. У них теперь так много работы, что она едва нашла время, чтобы заполнить заявление на получение ссуды на ремонт дома Джерри. Она рассчитывала, что этот дом, когда будет полностью отремонтирован, послужит хорошей рекламой. Джейн сама удивилась, что назвала его домом Джерри. Если Джерри и дальше останется с ней, то когда-нибудь сможет действительно купить его. Джейн очень нравился Джерри, он постепенно стал ее правой рукой. Он всегда знал, что нужно делать и, самое главное, как делать. Когда Джейн спросила его, откуда у него такие знания о строительстве и ремонте, он ответил: «Три года служил Дяде Сэму в инженерных войсках. Мы там строили все: от казарм до мостов».

Спасибо тебе, Дядя Сэм, думала Джейн. Ей как раз нужен был такой человек, мастер на все руки, так что Джерри появился очень вовремя. Он наблюдал, как идут работы, пока Джейн находилась в разъездах.

Слава Богу, операция у Джона прошла успешно, и теперь он постепенно поправлялся. Его уже перевели в отделение для выздоравливающих. Настроение у него заметно улучшилось. То, что дела шли успешно, он воспринял с огромным облегчением и гордостью. А Джейн радовалась, что теперь может хотя бы в какой-то степени отплатить ему за все, что он сделал для нее.

Мать тоже целиком зависела от Джейн, и это был нелегкий груз. Казалось, болезнь мужа каким-то образом передалась Мэриен, и она стала совсем беспомощной и слабой. Джейн понимала, что это из-за того, что мать всю жизнь зависела от Джона и во всем полагалась на него. Она с радостью предложила матери свою помощь и поддержку. Но ее по-прежнему не покидало чувство вины.

Ведь, если бы она все же вышла за Клиффа, ничего этого не случилось бы. Деньги Клиффа спасли бы фирму, у Джона не развилась бы болезнь сердца, а матери не было бы теперь так тяжело и тоскливо.

Если бы... Боже мой, но ведь это же Клифф сбежал!

С другой стороны, не исключено, что Джейн сама подтолкнула его к этому. Относилась к нему не так, как следовало, и он это почувствовал.

Нет, хватит. Господи, ведь это все уже в прошлом. Она же старается все исправить. Создает новую компанию, расширяет бизнес, и Джон, зная это, чувствует себя уже лучше, что в значительной степени успокаивает мать.

Джейн теперь казалось, что с той поры, когда она была так счастлива на маленькой яхте под названием «Синяя птица», прошла целая вечность.

В тот день она прямо из больницы поехала в дом Джексонов, где Джерри обивал панелями комнату в мансарде.

— Смотрится великолепно, — заключила Джейн, любуясь его безупречной работой. — Думаю, те обои с картой мира отлично подойдут для этой комнаты. Но лучше измерить все еще раз. — Она достала рулетку, взлетела вверх по стремянке и потянулась к потолку.

Вдруг она почувствовала внезапный и очень сильный приступ тошноты. Голова у нее закружилась. Если бы Джерри не подхватил ее, Джейн упала бы прямо на пол.

Когда она очнулась и открыла глаза, то увидела Джерри, который протирал ей лицо мокрым бумажным полотенцем, то и дело смачивая его холодной водой.

Джейн села.

— Со мной все в порядке. — Голова ее была как в тумане, но в остальном она чувствовала себя нормально. У Джерри был страшно перепуганный вид, и она улыбнулась ему. — Наверное, у всех Батлеров аллергия на тебя, Джерри. Когда ты поблизости, мы то и дело хлопаемся в обморок.

— И чертовски меня пугаете. Послушай, может, лучше вызвать врача?

— Ни в коем случае. Мы с мамой пообедали в больничном кафе. Думаю, сандвич с цыпленком пришелся не по вкусу моему желудку.

— Но вчера в обед тебя тоже тошнило, помнишь? Так ты просто сляжешь. Говорят, сейчас ходит желудочный грипп.

— Я не могу позволить себе слечь, — встревоженно воскликнула Джейн. — Сейчас для этого не самое удачное время. Я просто не имею права заболеть! У нас масса заказов, еще столько нужно сделать, а Джон все еще в больнице.

— Знаю. — У этого здоровяка, ставшего теперь для Джейн незаменимым, был действительно озабоченный вид. — Лучше поезжай-ка домой и отдохни. А я тут все один закончу.

— Я все равно не отдохну. Буду слишком много думать.

— Все же надо попробовать привести желудок в порядок. У Линн тоже были проблемы с желудком, когда она была беременна Беном... Но доктор дал ей какие-то таблетки, и ей сразу стало лучше.

Джейн смотрела на него, широко раскрыв глаза. Да, поехать к врачу ей просто необходимо.

Нет, этого не может быть! Это неправда! Сейчас совершенно неподходящее время. Это невозможно.

Джейн сходила к врачу, чтобы проверить свои подозрения. А вдруг они оправдаются? И они оправдались. Что же теперь делать?

8

Не сводя глаз с дверей, Майкл сидел в баре. Перед ним стоял нетронутый мартини. Он знал, что пришел слишком рано, но не мог дождаться, когда снова увидит Джейн.

Но почему?

Потому, что так и не смог забыть ее. Последние несколько недель он провел далеко отсюда, в диких местах, но и там мысли о ней постоянно приходили ему в голову. В шуме воды ему чудился музыкальный смех Джейн. А яркие тропические звезды над головой напоминали ее чистые голубые глаза. Даже звонкое пение птиц вызвало в памяти Майкла ее образ: «Я чувствую себя птицей. Мне кажется, я могу взлететь».

Странно, но Майкл до сих пор помнил все, что она говорила. Ведь эту девушку он знал всего неделю. Нет, даже не неделю. Всего одну ночь. Но он никак не мог забыть Джейн. Все, что с ним происходило, ему хотелось рассказать ей, разделить с ней, услышать ее смех и увидеть удивленное выражение голубых глаз. Майкл решил позвонить ей, как только вернется домой.

Тем более ему было приятно, что позвонила она сама. Это случилось в его отсутствие. Деббс рассказал ему о звонке.

— Это было неделю назад, — сказал он. — Она просила, чтобы вы связались с ней, как только вернетесь. Вот ее номер телефона.

Это был тот же номер, что значился на чеке, и Майкл с удивлением поймал себя на том, что помнит его на память.

— Майкл! Как хорошо, что ты позвонил, спасибо. — В голосе Джейн слышалось облегчение. Она что, предполагала, что он не перезвонит?

— Не за что, — ответил Майкл. — Деббс передал мне, что ты звонила, пока я был в Бразилии.

— Да, мне нужно... то есть я хочу с тобой встретиться.

— Отлично. Я тоже очень хочу с тобой встретиться. Когда? Я не знаю адреса. Я могу приехать к тебе...

— Нет! — отчаянно выдохнула Джейн, затем уже решительно и спокойно продолжила: — Завтра я буду в Трентоне. По делам, — после небольшой паузы прибавила она. — Может, встретимся там? В час тебе будет удобно?

— Вполне, — заверил ее Майкл.

Они договорились встретиться в ресторане «У Луиджи».

И вот уже десять минут второго. Она опаздывает. Интересно почему? Она говорила, что будет в Трентоне по делам. Что это за дела?

Пятнадцать минут второго. Майкл то и дело бросал на дверь нетерпеливые взгляды. Половина второго.

Наконец-то! Плечи гордо расправлены, подбородок приподнят, масса золотых волос покачивается в такт шагам. Вид решительный, почти воинственный. Такой же вид был у нее тогда, когда она запихивала свою фату в мусорный контейнер.

Майкл так пожирал ее взглядом, что даже не двинулся с места. Когда к Джейн заспешил метрдотель, он бросился к ней.

— Привет, Джейн. Я ждал тебя в баре.

— Привет, — улыбнулась она, но губы у нее дрожали. И во взгляде сквозила какая-то нерешительность. — Как... как дела? Как съездил?

— Отлично. Я заказал столик, но... — он указал на бар, — может, вначале что-нибудь выпьем?

— Да, это было бы... — Она запнулась, затем отрицательно покачала головой. — Нет, лучше не стоит. Мне нужно ехать обратно, я за рулем. Прости, что опоздала, — садясь за столик, прибавила она. — Джона переводят завтра в санаторий, и мне нужно было все организовать.

— Джона?

— Да, это мой отчим. У него была операция на сердце.

— Сочувствую, — проговорил Майкл.

— Ничего, операция прошла хорошо. И он поправляется. Врачи говорят, что ему необходимо еще пару недель провести в санатории, вот и все. Моя мать очень переживает.

— Понятно... Если я могу чем-то помочь... Если нужно, я...

— Нет-нет, спасибо. Джон, конечно, как пациент просто несносен, но мы справляемся. Но... я хотела с тобой поговорить о другом. — Она довольно безразлично поковыряла вилкой салат, взяла бокал с вином, затем тут же поставила его на место. — У меня есть одна проблема... Мне нужна твоя помощь, — объявила она и замолчала.

Почему она так нервничает? Майкл отметил, как поблескивают ее глаза, как белые зубы впились в нижнюю губу. Эти же зубы слегка покусывали его той ночью, когда она прижималась к нему, снова и снова выкрикивая его имя. От этого воспоминания Майкл вздрогнул всем телом. Бурная, страстная, волшебная ночь. Но почему она колеблется? Разве она не понимает, что он готов сделать для нее все?

— Все, что хочешь, — вслух сказал он. — Только скажи.

— Я хочу, чтобы ты на мне женился.

Наверняка это шутка.

— Дорогая, ваше предложение для меня несколько неожиданно, — с наигранным смущением ответил он и рассмеялся.

Подняв глаза, он испытующе посмотрел на Джейн. Она не смеялась. Значит, это не шутка. Джейн была мрачной и серьезной.

— Я беременна.

— Беременна?

Он мог бы ничего и не говорить. Джейн читала его мысли по глазам. Беременна? После одной-единственной ночи? Я не видел тебя целых два месяца. За это время могло произойти что угодно... и с кем угодно!

Джейн с трудом сглотнула. Разумеется, ему нужны подробности... и доказательства.

— Дела, которые у меня были в городе, это визит к доктору Бергу, гинекологу. Это второй прием. Но уже на первом он подтвердил мои подозрения. Сейчас у меня два месяца беременности.

Романтические видения пропали. Майкл чувствовал себя так, словно на него навалился кошмар. Его поймали в ловушку. Но та ночь... яхта отчаянно раскачивалась на штормовых волнах, и в его объятиях была женщина, страстная и желанная, от которой пахло лавандовым мылом и морем. Она прижималась к нему и умоляла... Кто, черт побери, мог в такой ситуации подумать о презервативах, которые, кстати, лежали на всякий случай в его каюте?

— Черт!

— Совершенно с тобой согласна. — Горечь в голосе была так не похожа на Джейн, что Майкл резко поднял глаза. Она тут же смягчила свои слова, проговорив умоляющим тоном: — Послушай, все не так уж сложно. Это будет не настоящий брак и, разумеется, не долгий. Только до тех пор, пока не родится ребенок... или, если у меня все пойдет хорошо, до последних месяцев беременности. Ведь мы можем обнаружить несходство характеров в любое время... месяцев через шесть или раньше, как захочешь. Развод будет несложным.

И очень дорогим, прибавил про себя Майкл. Тут он снова вспомнил: «Я никогда не любила Клиффа. Это из-за денег».

— Но зачем тебе все это? — спросил он. — Я заплачу... Сколько? Я дам тебе денег на ребенка или... на аборт, если хочешь. Это тоже несложно, ты знаешь.

Лицо Джейн побелело.

— Нет, это исключено. Я буду рожать этого ребенка, который, так уж вышло, является твоим. Все, о чем я тебя прошу, это помочь мне остаться порядочной и уважаемой...

— Порядочной и уважаемой? Сейчас не то время...

— А для моей матери — то. Эти понятия — часть ее мира, также как ангелы, мораль и брак. Если я рожу ребенка без мужа, это просто убьет ее.

— Вот как?

— Да. А ей и без того пришлось очень тяжело. Она была так счастлива, когда хлопотала ради моей свадьбы... а потом просто раздавлена тем, что произошло. Она до сих пор считает, что во всем виновата я. Может, так оно и есть. А теперь Джон перенес операцию и до конца еще не поправился. — Джейн снова закусила губу. — Я не могу так поступить с ней. Просто не могу.

Майкл на это не поддался. Черт его побери, если он на это купится.

— Значит, этот брак ты затеяла исключительно ради матери. Но тогда мы можем сделать вид, что...

— Нет. — Джейн с силой впилась зубами в свою губу, и Майкл испугался, что у нее пойдет кровь. — Это нужно и для ребенка тоже. Пусть он будет законным.

— Ага! Вот мы и добрались до сути дела. Ты ведь уже любишь своего ребенка. И очень хочешь, чтобы он или она имели законное право на мое имя и, что тебе совершенно неважно, на мое состояние.

От этих слов и от презрения, написанного на лице Майкла, у Джейн перехватило дыхание. Он решил, что ей нужны его деньги? Что она все это спланировала... чтобы поймать его? Ее охватил яростный гнев.

— Да как ты смеешь даже думать такое? Ты эгоист, мер... — Джейн услышала движение за соседним столом и поняла, что сильно повысила голос.

— Я не говорил, что ты все продумала заранее.

— Неужели? А я именно так тебя поняла. Ты сам вполне ясно дал мне это понять. — Не такого она ожидала от того доброго человека, который помог ей сбежать из церкви. По лицу Джейн побежали слезы, ее затошнило. Нет, она не должна допускать, чтобы ее вырвало. Только не сейчас. Она сверкающими глазами встретила взгляд Майкла. — Знай, я не убийца! И не стану убивать этого ребенка ради твоего или моего удобства!

— Я и не прошу тебя избавляться от ребенка. Я просто говорю, что в браке нет необходимости.

— Брак нужен мне. Поверь, я хорошо подумала, прежде чем говорить с тобой. Я считала, что могу поехать работать куда-нибудь подальше, в Калифорнию, например, и жить там, пока не родится ребенок. Но я никак не могу оставить Джона; весь бизнес теперь на мне. Так или иначе, мне придется объяснять, откуда этот ребенок, а со всем остальным я справлюсь сама.

— Послушай, я уже сказал тебе, что заплачу...

— Мне ничего не нужно. Я сама обо всем позабочусь. И в финансовом отношении тоже. Твои юристы могут записать это в брачном контракте.

— Этот контракт, после того как ребенок появится на свет, не будет стоить даже бумаги, на которой напечатан.

— Я подпишу все, что угодно. Я ни цента не возьму из твоих денег. И вовсе не прошу тебя как-то менять свою жизнь. Я прошу тебя лишь на несколько месяцев жениться на мне.

— А если я откажусь?

— Тогда нам больше не о чем говорить. Спасибо за обед. — Джейн вскочила, с трудом подавляя тошноту.

Майкл схватил ее за руку.

— Подожди, Джейн. Давай поговорим.

— Нет, не стоит. Забудь об этом. — Она попыталась вырваться и убежать, боясь, что ее стошнит прямо здесь.

— Нет. Ты не должна все решать одна. Я...

— Простите, мисс, этот человек пристает к вам? — К ним подошел мужчина с соседнего столика. Хотя он говорил с Джейн, но его взгляд не отрывался от Майкла, который сердито сверкнул глазами на непрошеного защитника.

— Нет, не пристает, — выкрикнула Джейн, отчаянно пытаясь ровным дыханием заглушить тошноту. — Просто он бросил меня, — прибавила она, когда ладонь Майкла разжалась. Джейн побежала к двери.

— Джейн, подожди, — отпихнув свидетеля ссоры, Майкл помчался за ней, но она уже исчезла за дверями дамской комнаты.

Черт! У него вовсе не было намерения ее огорчать. Он лишь хотел все уладить. Только так, чтобы самому остаться в стороне, верно? Черт!

Так вот, здесь ты в стороне остаться не можешь. Ты и сам знаешь, что это твой ребенок. Ты знаешь, что она была девственницей. Может, она попалась в ту же ловушку, что и ты. Может. Но теперь она совсем другая. Какая еще другая?

Не такая, какой казалась в те дни на «Синей птице». Да?

Ну, может и не другая. «Я никогда не любила Клиффа. Это все из-за денег». Его ребенок... Майкл посмотрел на закрытую дверь туалета. Она вообще собирается выходить или нет?

Джейн согнулась над унитазом, ее уже несколько раз вырвало. Ей казалось, что у нее внутри все разрывается, но желудок очистился. Когда все закончилось, она прислонилась спиной к прохладной кафельной стене и попыталась судить о Майкле непредвзято. Что она могла от него ожидать?

Тогда, на «Синей птице», он всю неделю был таким понимающим, таким добрым... Но ведь одно дело семидневное плавание на яхте и совсем другое — обручальное кольцо, глупая!

Хорошо, пусть это будет моей проблемой, думала Джейн, умываясь и полоща рот. Но что я теперь буду делать?

Да ладно, сейчас не те времена. Незамужние женщины с детьми уже никого не удивляют. Но Мэриен!

Что ж... Джейн опустила взгляд вниз, на свой пока еще плоский живот. Может, еще месяца три ничего не будет заметно. А к тому времени дела фирмы уже пойдут на лад. И Джон достаточно окрепнет, чтобы взять все в свои руки. Она, наверное, сможет уехать или...

Во всяком случае, у меня есть еще месяца три на то, чтобы все обдумать, решила Джейн. Она подкрасила губы, причесалась и расправила плечи.

Открыв дверь, она столкнулась лицом к лицу с Майклом.

— Хватит, Джейн. Давай пойдем куда-нибудь и поговорим.

Три дня спустя в Атлантик-Сити они поженились. Их сочетал браком мировой судья, на церемонии присутствовали лишь двое свидетелей, совершенно посторонних людей.

— Если я собираюсь жить во лжи, то пусть это будет большая ложь, — заявила Джейн. — Так вот... Я познакомилась с тобой... не имеет значения, где, и страстно влюбилась. Клиффу я призналась в этом накануне свадьбы, и он... ну... он, к примеру, сказал, что в дурацком положении окажусь я, а не он. Я сбежала с тобой из церкви, и мы поженились. Сойдет?

— Ты серьезно думаешь, что все проглотят такую глупую выдумку?

— Тогда придумай лучше! — фыркнула Джейн.

Она очень устала. Этот разговор происходил в аэропорту Ричмонда. Они были здесь уже второй раз за сегодняшний день, так как еще утром встретились тут, чтобы лететь в Атлантик-Сити, договорившись, что прямо из аэропорта поедут в Килмингтон, к родителям Джейн, чтобы познакомиться. И теперь Джейн чувствовала себя такой усталой, что ей было уже все равно, проглотят родители ее историю или нет.

Пораженная Мэриен поверила в романтическую сказку в ту же секунду, как ее услышала. Еще бы, Майкл Дойл из «Дойл энтерпрайсез»!

— Да-да, конечно, мне ли не понять! Истинная любовь преодолевает все преграды! — заворковала она. — Но, моя дорогая девочка, ты должна была все мне рассказать. Я бы вам все так чудесно подготовила... О Боже! Мы должны устроить прием... как только Джон поправится.

У Джона, которого они навестили в санатории, может, и появились какие-то сомнения, но его так накачали лекарствами, что он был не в силах расспрашивать. И Джейн вздохнула с облегчением.

— Нам вовсе незачем жить вместе, — говорила она Майклу по пути к машине. — Ты можешь сказать, что уезжаешь в длительную деловую поездку или будешь жить за границей. Они никогда не узнают, что ты здесь. А я буду жить дома и...

— Черта с два, — ответил Майкл. — У меня тоже есть родственники и друзья, знаешь ли.

— И что же?

— Черта с два я соглашусь, чтобы они узнали о том, как банально я попался! Так что я тоже страстно в тебя влюбился. Поняла?

Джейн поняла. Она согласилась переехать к нему и разместиться в спальне, примыкающей к спальне Майкла, хотя и представления не имела, какой у него дом и где он находится. На работу добираться, наверное, придется дольше, но ведь иногда нужно идти на компромиссы.

— Нам надо вернуться ко мне, я должна собрать кое-какие вещи, — сказала Джейн, удивляясь, почему она не продумала все это заранее. Наверное, скоропалительные браки не оставляют времени на пустяки, подумала она и вслух прибавила: — И еще нужно съездить в аэропорт забрать мой «фольксваген». — Как она могла забыть? Ведь машина простояла там целый день. Сколько же теперь возьмут за стоянку?

За стоянку заплатил Майкл, правда, предварительно предложив выбросить машину на свалку.

— Нет, мне она нужна, — заявила Джейн.

Примерно в два часа ночи они, наконец, добрались до огромной, похожей на замок резиденции Дойлов в Трентоне. «Фольксваген» Джейн смотрелся очень неуместно рядом со сверкающим серебряным «порше» в гараже на шесть машин.

— Послушай, — сказал ей Майкл, вытаскивая из багажника чемоданы, — тебе вовсе незачем ездить на такой развалюхе. Ты можешь пользоваться «порше» или вот тем «кадиллаком». Или я куплю тебе то, что ты сама захочешь.

— «Фольксваген» меня вполне устраивает.

— Правда? Да он же совсем разваливается, на крыле сильная вмятина...

— Зато он мой, — ответила Джейн, стараясь, чтобы ее голос не выдал того смущения, которое она испытывала.

Так вот какой у него дом! Они, кажется, проехали от ворот километра два, прежде чем попали в гараж. Дом просто невероятных размеров. Интересно, сколько в нем комнат, размышляла Джейн.

Майкл включил свет, и они поднялись в малую столовую.

— Хочешь поесть? Или выпить?

Майкл держался очень вежливо, и это почему-то раздражало Джейн.

Она отрицательно покачала головой. Ей казалось, что она вообще никогда больше не сможет проглотить ни кусочка. Сейчас ей хотелось только остаться одной и лечь. И еще подумать. Но вначале...

— Ты здесь живешь? Один?

Она имела в виду, тогда, когда он не ходит под парусом на «Синей птице» и не улетает в Бразилию или куда-то еще.

— Да, этой мой дом. Я прожил здесь всю жизнь. Моя мать какое-то время после развода тоже жила здесь, но теперь она по большей части живет в Италии.

— Понятно. А твой отец? — Джейн вдруг действительно стало интересно.

— Он умер.

— Извини.

— Это было десять лет назад, но еще до этого он уехал отсюда. Но я здесь не совсем один. Со мной живут Ханты. Завтра ты с ними познакомишься. Идем, я покажу тебе твою комнату.

9

Джейн все же не настолько устала, чтобы не замечать ничего вокруг. Глядя на себя в большое зеркало, она сразу же поняла, что ее джинсы и тяжелые ботинки смотрятся здесь совершенно неуместно. Так же, как и ее машина в гараже. Комната, в которой ей теперь предстояло жить, была, по крайней мере, в три раза больше, чем ее спальня в доме родителей. И это не считая гардеробной, отдельной ванной комнаты и веранды, которая отделялась от спальни стеклянными дверями.

В комнате повсюду лежали мягкие подушки, пол был закрыт паласом с высоким ворсом, гардины мягкими складками закрывали окно. Настоящая женская комната, вся какая-то мягкая и теплая, в пастельных тонах — очень светлый оттенок лавандового цвета и всего несколько штрихов розового.

Джейн была бы совершенно ошеломлена окружающей роскошью, если бы не была так захвачена красотой и уютом этих апартаментов.

Шкафы стояли пустыми, зато в ванной было множество нетронутой парфюмерии. Такое впечатление, что ее ждали... Джейн тут же выбросила эту мысль из головы и позволила себе просто расслабиться. Она долго лежала в душистой пене, а потом уснула на постели королевских размеров. Уснула так спокойно и крепко, точно ничто в мире ее не тревожило.

Но на следующее утро, в половине пятого, она в некотором роде сменила хрустальные туфельки на тяжелые башмаки. Последние — в прямом смысле. По дороге в гараж ей никто не встретился, и Джейн, сев в свой «Фольксваген», поехала в Килмингтон. Она не могла, просто не имела права пропустить хотя бы один день работы и выехала пораньше, чтобы не застрять в пробках.

Вернулась Джейн почти в одиннадцать часов вечера. По дороге она немного волновалась — будет ли кто-нибудь дома, чтобы впустить ее? Надо было попросить ключи от дома или гаража. К ее радости, двери гаража оказались открытыми.

Но Джейн никак не ожидала того разноса, который ей устроил Майкл.

Он стоял в гараже, и на его лице читались одновременно облегчение и осуждение. К тому времени, как Джейн поставила машину на место и вышла к нему, эти чувства уже сменились откровенным гневом.

— Где ты была, черт побери?!

— На работе.

— На работе?!

Джейн улыбнулась.

— Ты произнес это так, словно... Послушай, может слово «работа» и звучит для тебя несколько странно, но оно не является нецензурным, а всего-навсего означает некую деятельность, в которую вовлечено большинство населения страны.

— Но... — Майкл запутался. Лицо его приняло скорее озадаченный, чем сердитый вид. — Я думал, что, раз ты... Я просто не ожидал, что моя жена будет работать.

— И этот человек еще рассуждает о старомодных понятиях! Только не говори, что ты один из тех шовинистов, кто боится женщин, занятых карьерой!

Губы Майкла дрогнули, он почти усмехнулся.

— Нет, против карьеры я ничего не имею. Представляю себе очаровательную элегантную женщину в костюме от Армани, с кожаным кейсом и...

— Хватит тебе, — перебила его Джейн. Зачем лишний раз напоминать ей о том, что вся одежда у нее вымазана клеем и покрыта мелкими частицами старых обоев, которые они сегодня снимали в доме Джерри... Она так устала. — Слушай, может, вначале сядем, а потом поговорим?

— Отличная мысль. Кажется, мы еще очень много должны рассказать друг другу. Только после вас, — проговорил он, пропуская Джейн первой в дом. — Ты голодная? — спросил он.

Джейн села за низкий столик в малой столовой.

— Немного, — призналась она.

— Тогда хорошо, что я попросил Келли приготовить для тебя кое-что, — сказал Майкл, поставив тарелку в микроволновку. — Ведь я даже не знал, когда ты вернешься, и вернешься ли вообще...

— Что ты хочешь этим сказать? Ты знал, что...

— Я ни черта не знал! Сегодня утром я встал, приготовился объяснить Келли, кто ты такая, а ты...

— Кто такая Келли?

— Моя экономка. Я же говорил тебе, что со мной живут Ханты. В том коттедже, который примыкает к гаражу. На них весь этот дом.

— A-а... Но зачем тебе объяснять ей, кто я такая?

— Потому что Келли живет здесь с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать. Она была мне больше матерью, чем моя собственная мать. Разумеется, она ни в коем случае не одобрила бы фиктивный брак!

Из микроволновки послышался сигнал. Майкл достал тарелку и поставил ее перед Джейн.

— Спасибо. — Жареный цыпленок, рис с соусом и зеленый горошек. — Пахнет очень вкусно.

— Что будешь пить?

— Чай, пожалуйста. Горячий. — Чай обычно помогает ей справиться с тошнотой. — Если... если это не сложно.

— Совсем не сложно, не то, что проблема, как объяснить исчезновение новобрачной, — заваривая чай, бросил Майкл. — Я чувствовал себя круглым идиотом. Как мы и договорились, я уже убедил Келли, что страстно в тебя влюбился и под влиянием этого чувства женился. Представь, как я выглядел сегодня утром, когда ты так и не появилась из своей комнаты. Мы ждали тебя часов до десяти, потом Келли, полная всяческих подозрений, ушла спать. А я вообще с ума сходил! Да, вот еще что. Кажется, люди в большинстве своем работают с девяти до пяти, не так ли? Тогда где тебя носило до сих пор?

— Мы с Джерри после основной работы занимаемся его домом. Пришлось долго возиться со старыми обоями. — Джейн посмотрела на себя и вздохнула. — Так что к Джону я попала уже ближе к девяти. А оттуда до Трентона довольно далеко, ты же знаешь.

Майкл с изумлением смотрел на нее.

— Скажи, а чем именно ты занимаешься?

— Но я же тебе объяснила...

— Ты ни черта мне не объяснила! — Майкл стукнул чашкой с горячим чаем по столу, и чай расплескался.

— Но я же говорила тебе, что должна теперь заниматься делами вместо отца. Я... — Джейн запнулась.

Она мысленно вернулась в то непростое время, когда отчаянно пыталась найти выход из сложной ситуации. Она уговорила Майкла жениться на ней, но не стала посвящать его во все свои проблемы. Но она перед ним в долгу. Он имеет право знать все. И Джейн стала рассказывать ему о банкротстве, о создании «Мейсон констракшн», о болезни Джона.

Понятно, — проговорил Майкл, когда она закончила, — у тебя есть определенные обязательства. Но, черт побери, можно все устроить. Мы наймем кого-нибудь, кто будет этим заниматься, пока твой отчим не...

— Нет. — Голос Джейн прозвучал резко. — Я дала слово не брать у тебя ни цента и собираюсь его сдержать!

Майкл посмотрел на нее. Какую еще игру она затеяла? Она же согласилась выйти за Клиффа из-за каких-то паршивых двухсот пятидесяти тысяч, которые могли спасти их дурацкий бизнес! Он пожал плечами.

— Тогда назовем это займом.

— Нет. Именно так Джон и попал в беду. Кроме того, я отлично справляюсь сама. Для меня это очень важно, пойми. Ведь я сказала тебе, что сама буду содержать и себя, и ребенка.

— Боже мой! Я говорил, что...

Джейн протянула руку и тронула Майкла за локоть.

— Я просила тебя о браке на несколько месяцев. И ни о чем больше. И я буду держать свое слово.

— Вчера в Атлантик-Сити ты тоже кое-что обещала.

Джейн озадаченно посмотрела на него.

— Да, но это же все было не по-настоящему... лишь до тех пор...

— Как ты тогда сказала? «Если я вынуждена жить во лжи, то пусть это будет большая ложь». Я с этим полностью согласен. Я уже говорил тебе, что не хочу выглядеть дураком, который попался самым банальным образом.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что завтра утром ты задержишься в доме достаточно долго, чтобы познакомиться с Хаитами и взять хозяйство в свои руки, как и полагается жене. И вечером ты будешь здесь достаточно рано, чтобы ехать со мной на ужин, который устраивает в семь часов мой друг Джордж Дэниел. Это прием в честь новобрачных.

— Да. Да, конечно. — Теперь она потеряет весь день, но она обязана сделать это ради него.

— И будет неплохо, если ты постараешься выглядеть завтра как счастливая новобрачная, какой тебя все и считают.

— Любимая, познакомься, это Келли и Эндрю Хант. Они здесь следят за порядком. А вот, наконец, и она, — сказал Майкл, притягивая к себе Джейн. — Она исчезла вчера, потому что очень беспокоилась за отца, которому недавно сделали операцию на сердце.

— Я очень рада с вами познакомиться. Простите, что вчера так вышло. Миссис Хант, так мило с вашей стороны, что вы вчера оставили для меня ужин. Спасибо, было очень вкусно. Джейн поняла, что говорит слишком быстро, и замолчала. Вдруг ее внимание привлекла... рука Майкла, обнимавшая ее за плечи. Она почувствовала себя хорошо и уютно. Его рука словно поддерживала ее.

Ей действительно нужна его поддержка. Она отлично понимала, что сейчас ее как бы оценивают. Они здесь — коренные жители, а она гость, причем нежеланный. Джейн сделала такой вывод по тому, как эти люди смотрели на нее. Вежливо, но отчужденно.

Эндрю Хант, худощавый и лысеющий мужчина, заговорил первым:

— Мы рады познакомиться с вами, миссис Дойл. Надеюсь, вам здесь будет хорошо, и мы приложим для этого все силы.

— Конечно, мы постараемся. Мы так долго этого ждали, верно, Эндрю? — Келли обращалась к мужу, но смотрела на Майкла, который от этого инстинктивно чуть крепче сжал плечи Джейн. — Просто говорите нам ваши пожелания... Может, вы хотите что-нибудь изменить? В какое время вы привыкли завтракать и ужинать?

— Да мне все равно. То есть мне не надо... — Джейн немного помолчала, пытаясь собраться с мыслями и понять, почему рука Майкла на ее плече вызывает в ней такой странный отклик. — Понимаете, у меня дела в Ричмонде, поэтому я буду уезжать очень рано. Если мне понадобится тост с кофе, то я сама смогу все приготовить, забормотала она. — А насчет ужина...

— Сегодня мы не ужинаем дома, Келли, — вмешался Майкл, положив конец мучениям Джейн. — Мы идем в гости. А у Джейн столько дел, что, пожалуй, не будем ничего планировать заранее. Просто каждое утро мы будем говорить, во сколько мы ужинаем, да, милая? — Тут он погладил ее по волосам, и Джейн так растерялась, что едва не забыла кивнуть.

Продолжая играть роль любящего супруга, Майкл проводил Джейн до машины. Когда она уже собиралась отъехать, он наклонился к опущенному стеклу и еще раз напомнил:

— Постарайся вернуться не позже пяти. Тебе нужно время одеться.

— Ах да... Хорошо. Это какое-то официальное мероприятие? — спросила она, перебирая в уме весь свой небогатый гардероб.

— Совершенно неофициальное. Впрочем, не совсем так. Другие дамы... Я хочу, чтобы ты была в платье.

— Хорошо.

Джейн ехала в Ричмонд, и плечи у нее горели в том месте, где к ним прикасался Майкл. Она постаралась сосредоточиться на предстоящих делах. Сначала заехать в дом Стаутов и проверить, как установили стенные шкафы. Потом позвонить Мэлу и спросить, как идут дела с сантехникой. Джерри. Нет, сегодня поработать в его доме не получится. Ей нужно еще заехать к себе домой и выбрать платье... Может, подойдет то золотое, короткое? А Майклу понравится?

Черт побери! Ей совершенно все равно, понравится ему платье или нет! Ты для него подружка на ночь, детка, а ваш брак фиктивный. Не забывай об этом.

Но все без толку. Он просто обнял ее за плечи, а она до сих пор не может прийти в себя. Если он так старался, чтобы слуги ни о чем не догадались, то что же будет сегодня вечером в присутствии его друзей? Черт побери! Сколько еще времени она сможет выдержать эти игры?

Кажется, я выгляжу неплохо, подумала она, глядя на себя в огромное зеркало. Золотой цвет платья подчеркивал золото волос, которые она сегодня забрала в высокую прическу, оставив на свободе несколько прядей. На ногах Джейн были открытые босоножки в тон платью. В ушах поблескивали крошечные золотые серьги колечками, ее единственная драгоценность. Вид не официальный, как раз в меру.

По восхищенному взгляду Майкла она поняла, что не ошиблась. Это приятно пощекотало ее самолюбие. Теперь Джейн была довольна, что потратила время на маникюр и педикюр.

Дэниелы жили на противоположном конце города, их дом был более поздней постройки и не такой огромный, как у Майкла, но не менее роскошный. Джейн отметила это, когда они ехали мимо идеально подстриженного газона к дому в английском стиле.

Когда широкие двойные двери распахнулись, в Майкла и Джейн полетели конфетти и серпантин, послышался оглушительный свист и звон колокольчиков. Их встретила радостная компания, все их поздравляли. Поздравления перемежались упреками.

— Наконец-то и ты в нашем клубе женатых, приятель!

— Но почему ты нас не пригласил?

— Не сглазьте! Он все же попался на крючок!

— Ничего удивительного! — Кто-то присвистнул. — Эта юная дама того стоит!

— Поздравляю, старина. Но все же есть одна проблема. Я же должен был быть свидетелем!

Последовали объятия, поцелуи. Подали коктейли. Все говорили, казалось, одновременно, даже когда знакомились с Джейн. Джейн очень удивилась, когда поняла, что эта компания состоит всего из трех пар. Наконец все уселись за стол.

Хозяин, Джордж Дэниел, красивый темноволосый мужчина, помог ей во всем разобраться.

— Если он... — Джордж пальцем указал на Майкла, — будет безобразничать, просто позвоните мне. Я за ним присматриваю с младых ногтей. И не позволяйте Вере обижать вас. Ее раздражает любая женщина, которая имеет виды на Майкла.

— Вера?

— Моя жена, — кивнул он на хорошенькую женщину с ямочками на щеках и очень светлыми волосами, сидевшую на другом конце стола. — Она считает себя ответственной за судьбу Майкла и... Интересно, как это она вас проглядела? Ну, ребята, вы здорово нас провели! Но я вас прощаю. Невооруженным глазом видно, что ваш брак — это лучшее, что когда-либо случалось с Майклом.

Джордж продолжал болтать, и Джейн наконец смогла понять, кто такие еще две пары. Пол Честер, темнокожий американец, вице-президент той же страховой компании, где работает Джордж.

— А Лили, жена Пола, сидит рядом с Майклом.

— Сенатор Берн к вашим услугам. — Маленький плотный человек наклонил голову с подчеркнутой вежливостью. — Мне хотелось бы узнать ваши политические взгляды и...

— Перестань, Эд! — вмешался сидевший на другом конце стола Майкл. — Джейн, не обращай на него внимания. Он помешался на своей политике. Эд находится здесь только потому, что женат на моей кузине Салли, вот она.

По этим репликам Джейн поняла, что попала в тесный круг, где все пары очень близки между собой. Пары. И Майкл — часть этого круга. С кем он бывал здесь раньше? С таинственной Бет, о которой здесь предусмотрительно не было сказано ни слова? Джейн почувствовала укол ревности. Этот тесный круг ей очень понравился. Было бы здорово по-настоящему войти в него.

— Итак, Майкл, — снова заговорил Джордж, — завтра утром мы встречаемся, или молодая жена будет держать тебя под замком?

Майкл посмотрел на Джейн.

— Мы с Джорджем по субботам с утра играем в гольф... Если мы оба в городе, конечно. Ты не будешь против, любимая?

— Разумеется, нет. — Услышав слово «любимая», Джейн покраснела. Он сказал это так, словно...

— Вот и хорошо, — проговорил Джордж. — Это будет наша первая игра после свадьбы Клиффа Диаса. Как там все прошло?

Клифф. Джейн резко выпрямилась. Это имя упомянули впервые. Он ведь тоже, кажется, входил в этот круг. Он же лучший друг Майкла.

— А кто такой Клифф Диас? — спросил Эд.

— Это один из объектов благотворительности Майкла, — ответил Джордж. — Еще со времен университета. Клифф постоянно болтался в университетском городке, подрабатывал. Был официантом в нашем студенческом кафе. Однажды вечером он оттолкнул Майкла с пути потерявшего управление автомобиля, который потом врезался в стену здания. Таким образом Клифф открыл себе безграничный кредит на всю жизнь. Когда у него кончаются деньги, он просто звонит Майклу, который готов купить ему все что угодно — от птицеводческой фермы до пиццерии.

Эта версия серьезно отличается от рассказов Клиффа, подумала Джейн. Она посмотрела на Майкла, в ее взгляде явно читался упрек. Почему ты ничего мне не рассказал?! Майкл спрятал глаза и полностью переключил внимание на баранье ребрышко.

— Смышленый парень, — пригубив вина, заметил сенатор. — Знал, кого спасать. Он не мог выбрать более наивного и доверчивого человека!

— Вот именно, — подтвердил Джордж. — Знаете, зачем наш общий друг ездил в Бразилию? Потому, что ему нравится играть с опасностью, но еще больше потому, что бедному богатенькому мальчику просто нечего делать, в отличие от нас, просиживающих штаны на работе с девяти до пяти!

— Оставьте Майкла в покое! — подала голос Вера. — Предоставьте ему самому решать, где плавать на плоту и когда. Это его право.

— Верно. Но я все же хочу рассказать, зачем он поехал туда на этот раз. Два парня, которым нет еще и тридцати, вдруг решили основать собственную фирму, которая будет предлагать путешествия на плотах по самым диким уголкам земли. И что же дальше? А дальше — им нужны средства, чтобы начать дело.

— И тут этим двум друзьям необыкновенно везет: на их пути встречается сорящий деньгами король! — закончил Пол Честер под смех остальных.

— Угадал. И они получили деньги, верно, Майкл? Подумайте, два парня двадцати с чем-то лет, которые понятия не имеют о...

— Ошибаешься. Они хорошо знают свое дело. Я же сам туда ездил, или ты забыл? И это отличная мысль насчет фирмы, черт побери. А ты бы предпочел, чтобы они занялись торговлей наркотиками или чем-то в этом роде?

— Ладно, приятель. Может, на этот раз что-то и выйдет. Скажи им, что я могу предложить неплохой страховой договор. Им это наверняка пригодится. А все же, как там с Клиффом? Он женился на богатой наследнице и теперь, надеюсь, не будет тебя донимать? И где он теперь?

— Уехал, не знаю куда, — ответил Майкл и, явно желая сменить тему, сказал: — Я был слишком занят в это время: пытался разобраться, что мне делать с работающей женой.

— Работающая жена?! — воскликнула Салли. — Вы работаете?

— Да, я строительный подрядчик, — ответила Джейн, спровоцировав целую кучу вопросов и восклицаний.

— Моя жена тоже работает, — когда голоса стихли, сказал Джордж.

— Да? — Джейн удивилась. — Вы работаете? — спросила она, обращаясь к Вере.

Та показала мужу язык, и на ее щеках заиграли ямочки.

— Да, только дома.

— Ее карьера — семья. Еще до свадьбы Вера заявила мне, что быть женой — самая потрясающая, самая интересная профессия на земле, к тому же довольно древняя. Идет сразу же после проституции, верно?

Послышался смех, и все переключились на Веру, которую поддержала жена Честера Лили, заявив, что это еще и самая тяжелая работа.

Если брак тоже карьера, то Вера делает ее вполне успешно, решила Джейн. Они с Джорджем кажутся очень счастливыми. Когда все перешли в гостиную пить кофе, Вера присела рядом с мужем, который, не удержавшись, обнял ее. Джейн поняла, что эти двое действительно любят друг друга.

Кажется, пора уходить, подумала Джейн. И тут Вера бросила бомбу:

— Ну, хорошо, а теперь расскажите нам все-все. Как познакомились, как развивался роман. Мы хотим знать!

Джейн испуганно посмотрела на Майкла. Он ответил ей спокойным невозмутимым взглядом. Еще одна мелочь, которой они не предусмотрели.

Она начала осторожно.

— Мы... мы ходили под парусом, — удалось ей выдавить.

— Да! — Лицо Майкла просветлело, он с облегчением усмехнулся. — Я сидел на палубе «Синей птицы» и думал о своем. Вдруг я заметил девчонку... простите, молодую даму, которая никак не могла поднять парус на маленькой посудине... — Майкл замялся, и Джейн, которая до этой секунды с молчаливым удивлением слушала его, поняла, что он просит о помощи.

— Я взяла ее напрокат, — быстро вмешалась она. — Хозяин этого суденышка сказал, будто оно такое простое в управлении, что с ним справится кто угодно. И я, разумеется, решила, что у меня тоже получится.

Майкл с глубокомысленным видом постучал себя по голове.

— Она еще совсем зеленая.

— А вот и нет! — Она сердито взглянула на мужа. Ее начинало все это забавлять. — Сейчас я думаю, что хозяин просто не все мне объяснил.

— Вы понимаете? — Майкл развел руками. — Видя такое, я, конечно...

— Ага! — вмешался Джордж. — Бесстрашный капитан Дойл поспешил на помощь. Так как он настоящий рыцарь на белом коне... Или ты растаял при виде золотых волос?

— Нет, — покачал головой Майкл. — При виде ее кругленькой попки в голубых шортах.

— Ладно, верим, — с улыбкой сказал Честер. — А что было дальше?

— Ну, я подумал, что ей будет интересно пройтись под парусом на настоящей яхте... такой, как «Синяя птица».

Дальше Майкл так изложил все происходившее в ту неделю на «Синей птице», что Джейн расчувствовалась и даже потихоньку промокнула салфеткой влажные глаза. По пути домой она сказала Майклу:

— У тебя здорово получилась история нашего знакомства.

Он пожал плечами.

— Вынужденная необходимость, только и всего, дорогая.

— Да, нам в последнее время пришлось немало фантазировать, — проговорила Джейн, стараясь, чтобы в ее голосе не сквозила горечь. — Мы становимся такими же лгунами, как Клифф Диас.

Майкл бросил на нее быстрый взгляд, но промолчал.

— Почему ты ничего мне не рассказал? — продолжала настаивать Джейн.

— А зачем? Это уже ничего не изменило бы. Кроме того, ты все же собиралась за него замуж, была влюблена и все в таком духе...

— Ну и что? Ведь когда я сказала тебе, что не любила его, что это было...

— Ладно, хватит! — перебил ее Майкл. Ему не хотелось еще раз услышать про деньги. — Теперь ты все знаешь. Давай не будем больше об этом, хорошо? Тебе, черт побери, без него гораздо лучше, а я... — тут он осекся, но Джейн все равно различила сказанное шепотом слово, — попался.

10

Майкл на самом деле был не против того, чтобы его жена работала. Сказать по правде, он даже завидовал ей. Джейн вставала очень рано, ей было куда ехать. Ее кто-то ждал. Ей нужно что-то делать.

А если он проспит целый день, никто даже не заметит. Его нигде не ждут, в нем никто не нуждается. Разве что на тех многочисленных совещаниях правлений, если предполагается голосование, да и то когда кому-то требуется его голос.

Наверное, здорово чувствовать, что ты нужен.

Каждое утро, когда он слышал, как шумит душ в ванной Джейн, он представлял себе, как горячая вода бежит струйками по ее коже, как липнут ко лбу мокрые волосы. Так же, как той ночью. Нет, она теперь не мочит волосы, а надевает шапочку, чтобы не испортить прическу. Два утра подряд Майкл выходил к ней, когда она уезжала из дому, и ее волосы были совершенно сухими. В этот раз Майкл тоже, словно невзначай, вышел из своей спальни, когда Джейн вышла из своей.

— Будешь кофе? — спросил он.

— Спасибо, нет времени. Мне нужно успеть до пробок.

Его глаза не отрывались от ее попки, когда она спешила вниз по лестнице. Черт, она просто прелесть в этих тугих джинсах. Интересно, сколько еще времени... Когда обычно беременность становится заметной? Он вернулся к себе и в окно стал смотреть, как она на своем маленьком «Фольксвагене» выезжает из гаража.

Нужно подобрать ей что-то получше этой развалюхи, думал он в то пасмурное утро. Джейн, как обычно, выехала из гаража, но вдруг остановилась, вышла из машины и осмотрела левое заднее колесо. Топнув с досады ногой, она сорвала злость на машине, стукнув по ней несколько раз кулаком и не обращая внимания на начавшийся дождь. У нее был такой забавный вид, что Майкл усмехнулся. Хорошо, что на ней дождевик и шляпа.

Он увидел, как она открыла багажник и вытащила... домкрат? Прокол шины? И она собирается сама менять колесо?! Господи! Он торопливо натянул первые попавшиеся джинсы и бросился вниз. Нужно остановить эту дурочку, прежде чем она начнет устанавливать домкрат.

Однако когда Майкл подбежал к ней, домкрат уже валялся на земле. Джейн стояла, согнувшись и опираясь одной рукой на машину. Ее рвало. Глядя на нее, Майкл и сам почувствовал приступ тошноты. Он подошел к Джейн сзади и обхватил ее руками, поддерживая.

Через какое-то время все закончилось, и Джейн выпрямилась.

— Спасибо. Прости, я тут все запачкала... Я ведь не знаю заранее, когда это случится. Извини.

— Нечего извиняться. Это же не твоя вина.

Джейн отстранилась от него и взглянула на часы.

— Уже поздно. А мне надо привести себя в порядок. Как ты думаешь, может Эндрю поменять колесо? Мне еще нужно...

— Знаю-знаю, тебе еще очень много чего нужно сделать, — сказал Майкл и поднял ее на руки.

— Подожди. В этом нет необходимости. Я уже отлично себя чувствую. Я справлюсь.

Не обращая внимания на протесты, Майкл пронес ее через весь дом в спальню. С плаща Джейн ручьями стекала вода.

— Ты глупая, — сказал он, снимая с нее одежду. — Разве можно стоять под таким ливнем?

— Ну и что? На мне же плащ. Ты на себя посмотри.

— Нечего на меня смотреть. — Да, он промок до нитки, но ведь он не беременный.

— Прекрати! Не нужно меня раздевать.

— Да замолчи ты, наконец! — бросил Майкл, сняв с нее ботинки и расстегивая джинсы. — Я ведь уже видел тебя голой, не так ли?

— Послушай меня! Мне нужно ехать. Джерри...

— Ты никуда не поедешь, и мне нет дела до твоего Джерри. — Стянув с нее остатки одежды, он огляделся в поисках халата. Не найдя его, он откинул с кровати покрывало и уложил Джейн под одеяло.

Она попыталась встать.

— Послушай же, я говорю, что мне нужно ехать. Джерри ждет меня, чтобы...

— Ты никуда не поедешь. — Может, она умнее. И нужнее. Зато он больше и сильнее.

Джейн хотелось его стукнуть. Или умолять его, объяснить так, чтобы он все понял. Но она очень устала. И в кровати было так хорошо. Хорошо бы полежать несколько минут, ведь приступ тошноты отнял у нее последние силы. И Майкл поддержал ее. Она не почувствовала себя совсем одинокой.

— Тебе что-нибудь принести? Сухой тост? Чаю?

Джейн кивнула.

— Спасибо. — Это всегда ей помогало.

— Хорошо, но только если ты дашь слово не двигаться.

Джейн удивленно заморгала. Он такой добрый. Она тронула его за локоть.

— Я знаю, ты хочешь как лучше. Но я действительно уже хорошо себя чувствую. И у меня столько дел! Джерри ждет, чтобы я привезла ему чертежи. И Джон теперь дома, понимаешь? Я и так не ездила к нему вчера и... О Господи, что делать с колесом?!

— Ладно. Обещай только не вылезать из кровати, а потом мы вместе решим, как все уладить. Идет?

Джейн кивнула. Она все равно никуда не может поехать со спущенной шиной.

За чаем и тостами они обо всем договорились. Джейн останется в постели, а Майкл сам поедет в Ричмонд, отвезет Джерри чертежи, проверит, как идут работы, и на обратном пути заедет навестить Джона.

— Только не говори им правды. Скажи, что простудилась или что-то в этом роде, — попросила Джейн. — Я не хочу им говорить о беременности до тех пор, пока они сами не заметят. И не забудь: Джону нужно говорить, что дела идут отлично, даже если на самом деле тебе так не покажется.

Майкл пообещал, но, когда он уехал, Джейн продолжала беспокоиться. Ей не хотелось, чтобы ехал он. Она предпочитала все держать под своим контролем.

Но ведь электрик ждет от Джерри чертежи. И нужно еще раз заверить Джона, что все в порядке. Кто-то должен был поехать. Джейн чувствовала сильную усталость. Лежать в кровати было так приятно...

Когда Майкл, следуя инструкциям, полученным от Джейн, отыскал дом Джерри, дождь по-прежнему лил как из ведра. Он поднялся на крыльцо, позвонил и осмотрелся. Свежие доски свидетельствовали о том, что крыльцо недавно отремонтировали. Наверное, когда его покрасят, вид будет совершенно другой.

Дверь ему открыл высокий мускулистый мужчина.

— Вы Джерри? — спросил Майкл.

— Ну, я. Что вам нужно?

— Я муж Джейн. Она просила меня привезти вам вот это, — сказал Майкл, протягивая ему чертежи.

— Спасибо. А где Джейн? То есть... как она, а то я уже волновался. Да вы заходите. — Он посторонился, пропуская Майкла в дом.

С Джерри и его женой Майкл выпил кофе, заверил их, что с Джейн все в порядке, сказал что-то приятное об их малыше и попросил Джерри поехать вместе с ним.

— Понимаете, я обещал Джейн дать ее отцу полный отчет о делах.

После того, как они отвезли чертежи электрику, Джерри предложил Майклу проехать еще на несколько объектов, чтобы у того сложилась ясная картина их деятельности. Он отвез Майкла и в тот дом, где работал электрик.

— Знаете, Джейн здорово разбирается в этом освещении, а с ним старые дома выглядят совсем по-другому.

Затем они сделали остановку у дома, где работал Мэл — он устанавливал сантехнику. Джерри даже не удержался и отвез Майкла к уже законченному дому Паркеров, где с гордостью продемонстрировал ему полностью обновленный второй этаж.

— Мы все это сделали своими руками, вдвоем с Джейн.

Майкл представил, как Джейн ремонтировала эту огромную комнату, теперь заваленную игрушками. Она сама работала молотком, и в то же время следила, как устанавливали стенные шкафы и подсветку на потолке, похожем на потолок «Синей птицы». Ему очень понравились обои с картой мира, что, по его мнению, придало комнате объемность и какой-то своеобразный стиль, не похожий ни на какой другой.

По дороге в Ист-Энд Джерри показал ему еще два ветхих дома и рассказал о планах насчет них.

Майкл ехал обратно и думал, что все это очень интересно. Столько проектов выполняются одновременно. Строительство, ремонт, люди получают работу. Неудивительно, что Джейн готова сорваться с места хоть посреди ночи и мчаться сюда. Здесь происходит нечто интересное, и это дело ее рук!

Майкла охватило давнее грустное чувство, что он находится как бы в стороне, только наблюдает, в то время как другие что-то делают, воплощают свои идеи в жизнь.

И Джейн не пыталась играть с ним. Она совершенно искренне сказала ему, что ей не нужны его деньги. И его мир, где ей нечего делать. И он сам.

А их ребенок стал препятствием, которое заставило ее сделать остановку. Она попала в ловушку.

Он вспомнил, как Джейн сегодня утром стояла под дождем. Гневная. Расстроенная. И ее тошнило... Бедняжка. Но, черт побери, он же может кое-что сделать, чтобы облегчить ей жизнь, верно? И неважно, хочет она этого или нет! Она просто помешалась на своей независимости!

Джону Батлеру он сообщил, что дела идут просто блестяще. Он заверил родителей Джейн, что ее «простуда» продлится пару дней, не больше. Мэриен заставила его остаться на обед, за которым он не переставал удивляться, как у такой безмозглой дамочки могла появиться такая дочь, как Джейн.

А Джон Батлер ему понравился. Это волевой человек, он был еще слаб, но ему не терпелось вернуться к делу, чтобы «хоть немного освободить Джейн». Он согласился с Майклом, что Джейн лучше бы приезжать на работу после часа пик, а не до него.

— И вечером возвращаться пораньше, — заметил Майкл. — Я не возражаю, чтобы моя жена работала, но мне тоже иногда хотелось бы ее видеть, — прибавил он с видом любящего супруга.

— Конечно-конечно, — согласился Джон. — И мне так будет проще, когда я приму у нее дела. Врачи сказали, что некоторое время мне нельзя слишком напрягаться на работе. Поэтому рабочий день покороче меня бы тоже устроил.

Майкл улыбнулся. Он услышал все, что хотел.

Джейн решила, что Майкл, видимо, поставил в известность Келли о ее беременности. Экономка без устали хлопотала вокруг Джейн. Принесла ей завтрак, а затем обед, призывала есть помедленнее и запивать каждый глоток имбирным элем. Имбирь очень полезен для желудка, утверждала она. Келли повесила сушиться одежду Джейн, убрала комнату, чирикая при этом без умолку. Еще она спросила, что Приготовить на ужин, и Джейн впервые почувствовала себя здесь своей.

После обеда Джейн долго спала и проснулась отдохнувшей и свежей. К тому времени, как вернулся Майкл, она успела принять душ и надеть пижаму, купленную еще к свадьбе с Клиффом как часть приданого.

— Я уже в порядке, — сказала она, когда Майкл вошел. — Как только кончается тошнота, я сразу же прихожу в себя. Но ничего... я очень хорошо отдохнула.

— Отлично.

— Зато теперь не знаю, чем заняться. — Джейн уже закончила всю работу с бумагами. По телевизору шли сплошные сериалы. — Знаешь, я странно себя чувствую. Не знаю, куда себя деть.

— Это чувство мне знакомо. — Его тон был таким, что Джейн стало грустно. Но Майкл тут же улыбнулся. — Но ведь сегодня дождь. И у тебя выходной. Внизу, в кабинете, полно книг.

Они спустились в кабинет, и по дороге Джейн бомбардировала его вопросами:

— Там все идет нормально? Джерри отвез чертежи Крэгу? Ты видел Джона?

— Да, да и еще раз да. — Майкл усмехнулся и запел на удивление приятным баритоном: — «Даже без тебя вертится земля»...

— Перестань, — рассмеялась Джейн. — Я прекрасно знаю, что незаменимых людей не существует. Но еще столько всего нужно сделать, а нас так мало. Так что завтра мне придется ехать. Кстати, ты уже попросил Эндрю поменять мне колесо?

— Уже все сделано, — ответил Майкл, не глядя на нее и открывая перед ней дверь кабинета. — Вон там полно журналов. Или, если ты предпочитаешь книги...

— Нет-нет! Книгу лучше не начинать. Я же не знаю, когда еще у меня будет время вот так побездельничать.

— Вот насчет этого я не уверен. Джон считает, что, возможно, ты немного перестаралась.

— Ты хочешь сказать, что я слишком много работаю? Ничего, это пустяки.

— Но дело не только в этом. Ты взяла на себя очень много. И это его беспокоит.

— Он сам тебе сказал? — Вид у Джейн был встревоженный.

Этого Майкл и добивался. Она готова на все, лишь бы порадовать Джона. Что ж, отлично, на этом и сыграем.

— Да. Он говорит, что ему придется нелегко из-за тебя.

— Нелегко? Но почему?

— Ну, доктора сказали, что, когда он выйдет на работу, ему поначалу нельзя будет слишком утомляться. Поэтому он надеялся, что ты наберешь достаточно большую команду, а ему осталось бы только руководить.

— Ну и что, мы продолжаем нанимать рабочих. К тому же я всегда смогу ему помочь.

— Но в какой-то период тебя тоже не будет рядом, разве ты забыла?

— Ты прав, — проговорила она грустно и даже со злостью. — И, наверное, именно тогда, когда он сможет вернуться к делам.

— Джон считает, что лучше бы тебе уже сейчас создать условия, при которых он мог бы тебя заменить. Ты занимаешься проектами, чертежами, сметами и всем в этом роде. Джерри может сам наблюдать за тем, как идут работы. И еще Джон хочет, чтобы ты сократила свой рабочий день. Приезжала попозже, часам к десяти. И уходила пораньше. Тогда, когда он вернется, ему будет легче войти в твой график. Поняла?

— Думаю, в этом есть смысл. Странно, но мне он ничего подобного не говорил.

А ты дал себе труд выслушать его, про себя прибавила она. Ее охватило чувство благодарности. Он съездил в Ричмонд и отвез чертежи Джерри, внимательно выслушал Джона. И поддерживал ее сегодня утром, был таким ласковым...

— Это было очень мило с твоей стороны, Майкл. Я так тебе благодарна... — Она тронула его за плечо и тут же отдернула руку, поразившись собственным ощущениям от этого простого жеста. — Ты потратил так много времени на Джона... И на меня, — прибавила она, смутившись.

Это какое-то сумасшествие. Она лишь прикоснулась к нему и... Нужно постараться в будущем не делать этого.

Майкл продолжал смотреть на нее, и Джейн поняла, что он ждет, чтобы она сказала еще что-то.

— Думаю, Джон прав, — повторила она. — И мне тоже так будет полегче.

— Да, наверное. — Майкл взял со стола колоду карт. — А теперь, может, сыграем?

Утром следующего дня без четверти девять Джейн уже сидела за столом. Келли еще с вечера приготовила замечательно вкусный завтрак, и Майкл присоединился к ней. Это было чудесно.

— До вечера, — сказала ему Джейн, встала из-за стола и пошла в гараж.

Но там не оказалось ее «Фольксвагена». На его месте стоял новенький черный джип «чероки». Очень красивый. Но это не ее машина. Джейн невольно повернулась назад. Да, Майкл стоял у нее за спиной.

— Где мой «Фольксваген»? — резко спросила Джейн. — Ты сказал мне, что Эндрю поменял колесо.

Майкл покачал головой.

— Я только сказал тебе, что все в порядке.

— В порядке! Неужели ты отвез на свалку...

— Не говори глупостей. Я не могу выбрасывать то, что принадлежит тебе. Твоя машина на стоянке, и ее можно забрать в любое время.

— Тогда я хочу забрать ее прямо сейчас.

— А зачем?

— Затем, что... — Потому что это ее машина. Это единственная ценность, которую она привезла с собой. — Мне она нужна.

— Тебе не понравилась замена? — Майкл обошел вокруг джипа и пнул ногой в колесо.

Джейн вздохнула. Это был отменный автомобиль.

— Понравилась. Но думаю, нам лучше все же соблюдать договоренность. Я давала слово ничего у тебя не брать.

— Позволь тебе напомнить еще некоторые обещания, неважно искренние или нет, данные в Атлантик-Сити. Мне.

— Я не нарушаю и этих обещаний. Я живу здесь, я...

— Ты каждый день выезжаешь из этого дома на машине, которая вот-вот развалится. В конце концов, это даже небезопасно.

— Эта машина еще ни разу не разваливалась.

— К тому же у тебя в ней несолидный вид!

— Не... Что ты имеешь виду?

— Я имею в виду, что потратил кучу времени, черт побери, чтобы подобрать нужную модель, которая подходила бы владелице строительной фирмы, каковой ты являешься.

Джейн удивленно смотрела на него. Он был совершенно серьезен. Вчера он в дождь поехал в Ричмонд по ее делам, потом нашел время поговорить с Джоном. Затем поехал покупать машину. Подходящую машину. Для нее.

И вся награда за его доброту и щедрость — демонстрация глупой гордости! Джейн, во власти стыда и нежности одновременно, протянула было руку, чтобы коснуться его.

— Извини, Майкл, — проговорила она и шагнула назад, чтобы не поддаться искушению и не броситься ему на шею. — Прости меня. Я веду себя глупо. Я вовсе не хочу быть неблагодарной. — Она облизнула пересохшие губы и постаралась объяснить все и ему, и себе самой. — Просто это так неожиданно. Я растерялась. У меня еще никогда ничего подобного не было. Нет. Подожди. Я не могу взять джип просто так. Пусть это будет взаймы, до тех пор... — Она осеклась, не желая договаривать.

— Пусть это будет что угодно. Только езди на этой машине. Она лучше и безопаснее прежней.

Сокращенный рабочий день и уменьшенная нагрузка существенно облегчили жизнь Джейн. Она возвращалась по вечерам, и ее встречал вкусный ужин и уютный дом. Удивительно, но Майкл обычно ужинал вместе с ней. Иногда он уезжал из города, но отнюдь не так часто, как ожидала Джейн.

Наступила ранняя и довольно холодная зима. Вечером после ужина они, как обычно, сидели в кабинете у камина.

— Хочешь попробовать? — спросил Майкл и указал на шахматный столик с отделанными серебром резными фигурами, стоящий рядом с камином. Майкл пояснил, что унаследовал это от деда.

— Я? — удивилась Джейн. — Я даже не знаю, как ходят фигуры. Мне всегда казалось, что для меня это слишком сложно.

— Трусиха! Иди сюда, я тебя научу.

Игра оказалась трудной, но потрясающе интересной, и Джейн с удовольствием проводила долгие часы за шахматным столиком. А с кем Майкл раньше играл в шахматы? — задавалась она вопросом. Кто ходил с ним в гости, когда собирался их тесный круг?

А они собирались довольно часто, иногда у кого-то из них дома, реже — в клубе. Ее приняли с радостью. И Вера, жена Джорджа, и Лили, жена Пола Честера. Они постоянно включали ее в свои чисто женские мероприятия — девичники, походы по магазинам и так далее. Они обе очень нравились Джейн, а она, по-видимому, им, так как вскоре все трое очень сблизились. Лили была адвокатом, но оставила практику, когда родились ее сыновья-двойняшки. Она хотела вернуться на работу, когда мальчикам исполнилось два года, и их уже можно было оставлять с няней.

— Но тут, — рассказывала Лили, — как раз появилась на свет моя младшая, Кристина.

— Она гораздо симпатичнее и забавнее, чем пыльные своды законов, — заявила Вера. — Если она тебе не нужна, то я возьму ее себе.

— Ни за что! Оставь мою дочь в покое! — рассмеялась Лили. — Лучше заведи свою.

— Я пытаюсь, — ответила Вера и рассказала, что она мечтает о ребенке. Но за почти два года супружества она так и не забеременела.

Какая ирония, думала Джейн, когда тема разговора сменилась. Как там говорится? «Тому, кто имеет, еще прибавится». Это в случае Лили. А Вера... «Тот, кто хочет, не получает».

А я? Я, разумеется, не хотела иметь ребенка. Но... только одна ночь, и все. Если бы они знали, как одна-единственная ночь может изменить всю жизнь!

Тем не менее, какой бы доверительный характер ни носили их беседы, одна тема никогда в них не затрагивалась. Они приняли Джейн в свой круг так, словно она всегда была его членом, но даже в шутку, когда они поддразнивали друг друга, при Джейн ни разу не упомянули какую-либо женщину, связанную с Майклом, даже таинственную Бет. И это старательное умолчание только еще сильнее разжигало любопытство Джейн.

Наконец она набралась смелости и спросила у Веры:

— Вы так часто бываете вместе... собираетесь парами, я имею в виду. Мне интересно, с кем до меня приходил Майкл?

— До тебя? — Вид у Веры был озадаченный. — Ну, то одна девушка, то другая. Ни одна не задерживалась надолго. Разумеется, нельзя сбрасывать со счетов, что я сама знаю всех остальных примерно года два. Но Джордж говорил, что Майкл всегда был такой. Он опасался слишком близких отношений. Разумеется, желающих иметь с ним близкие отношения было предостаточно.

— Это я понимаю. Холостяк, красивый...

— И богатый, — со смехом прибавила Вера.

— И это тоже. Все вместе. В таком случае, должен же быть кто-то до меня?

— Была. Я.

— Ты?! — Джейн ошарашено смотрела на подругу.

Она еще не встречала такой любящей пары, как Джордж и Вера. И оба они были Майклу, как родные.

Вера с улыбкой кивнула.

— Глупо, да? Но он сделал мне предложение, и я согласилась из-за его богатства. Но все равно не смогла бы, потому что не любила его. Честно говоря, он меня тоже не любил. Теперь у нас это постоянный повод для шуток. А потом вышло так... — Вера доверительно склонилась к Джейн. — Знаешь, это Майкл сказал мне, что я влюблена в Джорджа. Я сама еще этого не понимала, и Джордж тоже. А Майкл понял. Он очень чувствует такие вещи. Он очень милый. Я рада, что он женился на тебе, Джейн. Он заслуживает, чтобы его по-настоящему любили. А ты любишь, я вижу это по твоим глазам каждый раз, как ты смотришь на него.

У Джейн перехватило дыхание. Неужели это так заметно? Она же думала, что если она не будет прикасаться к нему...

Да, она должна вести себя очень осторожно.

11

Джейн почувствовала легкий, едва заметный, толчок в животе. Внутри нее что-то шевелится. Это потрясло ее до глубины души. Как чудесно! Ее руки невольно легли на живот, словно защищая то существо, которое так ясно подавало признаки жизни. Еще раз! Вот еще! Ребенок... он живет и растет.

Мальчик? С голубыми, как море глазами, похожий на Майкла...

— Правда, ты сможешь, Джейн?

— Что? — Джейн непонимающе посмотрела на Лили Честер.

Она забыла, где находится. Они с Лили и Верой сидели в гостиной клуба и ждали, пока мужчины закончат играть в теннис, чтобы пойти ужинать.

— Правда, Джейн, может, у тебя тоже получится? — повторила Лили, чьи слова вернули Джейн к действительности. — То есть я не имею в виду у тебя лично... Майкл воспользовался своим влиянием в правлении, и в результате они пожертвовали два телевизора.

Вера заворчала:

— Если бы ты собирала деньги, то мы могли бы сделать гораздо больше. Синди была совершенно права. — Вера часто вспоминала женщину, которая ее воспитала. — Она говорила, что богатые понапрасну тратят время и силы на всякие благотворительные акции и балы. Лучше бы вместо этого они просто пожертвовали деньги.

— Хватит, Вера. Фонд проводит эту акцию каждую осень уже пятнадцать лет подряд. И я как один из членов организационного комитета собираю вещи, которые подойдут для аукциона. Дел, конечно, много, но это настоящая работа, и, уверена, всем вам тоже будет интересно.

— Согласна! — уступила Вера. — Сдаюсь. Продолжай, Лили.

— Джейн, я говорила о «Мейсон констракшн». Если вы что-то пожертвуете, это будет хорошей рекламой, к тому же вы получите налоговые льготы. Понимаешь?

— Да. Что ж, хорошо, — ответила Джейн, включаясь в разговор. Что может быть подходящим пожертвованием от строительной фирмы? Хороший набор инструментов? Она улыбнулась. Как будто те состоятельные люди, которые придут на аукцион, пользуются инструментами! Может, эта Синди, о которой упомянула Вера, не так уж не права!

— Ну, дамы, вы готовы? — Голос Майкла звучал немного низко, как всегда после душа. Его волосы были еще влажными.

У Джейн перехватило дыхание, и все мысли об аукционе вылетели у нее из головы. Она почти не слышала веселой болтовни, которая продолжалась по пути на ужин.

— Принесите нам бутылку лучшего шампанского, — попросил Майкл официанта. Тот кивнул и поспешил прочь. — Выпьем за мою победу.

— Какую победу? — спросила Лили.

— Ничего особенного, — отозвался Джордж. — Просто ему, как обычно, повезло.

Разговор перешел на добродушное подтрунивание над победителем. Ну, разумеется, Майкл выиграл. Он отлично играет потому, что только играми и занимается.

Джейн почувствовала раздражение. Майкл хорошо играет в разные игры просто потому, что он все делает хорошо! Она вспомнила, как уверенно он управлял «Синей птицей». И как уверенно его руки сжимали весла в ту ночь, не позволяя волнам и ветру опрокинуть маленький ялик.

И эти же руки нежно ласкали ее потом. Джейн вдруг почувствовала еще один толчок внутри. Она инстинктивно положила руку на живот, но, испугавшись этого своего жеста, сразу же отдернула ее и через стол посмотрела на Майкла. Она видела, как он попробовал шампанское, улыбнулся и кивнул официанту. Джордж и Пол по-прежнему продолжали шутливые рассуждения о богатых плейбоях, которым нечем себя занять. Джейн понимала, что они просто дразнят его, но почему-то именно сегодня это здорово ее разозлило. Но почему Майкл не пытается защитить себя, а просто с усмешкой слушает все это?

Посреди обеда вдруг появился официант и передал Майклу записку.

Тот прочитал ее, извинился и сказал, что ему нужно позвонить.

— Я скоро вернусь.

Пол посмотрел ему вслед, потом взглянул на Джорджа.

— Держу пари, это из-за той истории со слиянием компаний.

Джордж кивнул.

— Не сомневаюсь. И тоже готов поспорить, что Майкл им помешает.

— Согласен.

— Ему это будет несложно, ведь он получил степень по бизнесу в Гарварде. Да еще с такой легкостью, — задумчиво прибавил Пол.

— Но правильно делать инвестиции он все равно не умеет.

У Джейн загорелись уши. Что за слияние? Она с радостью услышала вопрос Веры:

— Что происходит? Может быть, будете так любезны и введете нас в курс дела?

— Это уже не секрет. Майкл только что сорвал прекрасно подготовленную операцию по слиянию. «Ньюс инкорпорейтед» должна была поглотить «Эткинс коммюникешн», и тогда доходы инвесторов сильно возросли бы, — ответил Джордж.

— Это же хорошо, разве нет? — спросила Лили.

Пол указал пальцем на Джейн.

— Твой муж так не считает. Так как при слиянии пришлось бы сократить штаты на двадцать тысяч человек. Их выбросили бы на улицу.

— Это было бы ужасно, — сказала Джейн. — Сейчас слишком многие компании так поступают.

— Майкл думает точно так же, — сказал Пол. — Он перекрыл кислород той компании, которая должна была поглотить меньшую. Стал доказывать, что после слияния стоимость обеих компаний резко упадет. Он уверен, что уже нет выгоды в том, чтобы инвесторы вкладывали деньги в операции, которые приведут к потере рабочих мест. Конец своего выступления перед инвесторами он закончил вопросом: «Представляете, что будет, если двадцать пять тысяч покупателей, вдруг лишившись зарплаты, перестанут платить за наши товары и услуги?» Спорить с этим не смог никто, и правлению пришлось сдаться. И теперь им нужно вновь с самого начала разрабатывать какой-то другой проект. Майклу предложили руководить им.

— Это дело не простое, — заметил Джордж. — Теперь ему какое-то время будет не до игр.

Джейн охватило чувство гордости за Майкла. Она опять осторожно коснулась живота. Там кто-то живой. Ей хотелось, что бы он — или она? — вырос таким же умным, как его отец.

Майкл вернулся, вид у него был озабоченный.

— Простите, ребята. Джейн, нам придется уехать. Мне нужно быть в Нью-Йорке, и как можно быстрее.

Джейн была от природы миниатюрной, поэтому широкие платья и свободные свитера долго помогали ей скрывать беременность. Но теперь она уже не могла спрятать круглый животик, который начал заметно выпирать.

— И ты ни слова нам не сказала! — поразилась Лили и, критически оглядев Джейн с головы до ног, прибавила: — Наверняка уже месяца четыре.

— Примерно, — ответила Джейн, сама не понимая, почему говорит так уклончиво.

— Но к чему эти тайны?! — воскликнула Вера. — На твоем месте я бы кричала об этом с крыши небоскреба. Почему ты нам ничего не сказала?

— Наверное, немного стеснялась, что забеременела так быстро, — призналась Джейн.

— Как бы там ни было, но тайна вышла наружу. Нужно пойти и накупить одежды для будущей мамы, — заявила Вера. — Я тебе помогу. Может, даже куплю что-нибудь себе. На счастье. Вдруг это передается по воздуху...

— Это передается вовсе не так, — фыркнула Лили.

— Хватит умничать. Я и сама все знаю. Джордж говорит, что это и есть самое интересное. А ты считаешь, что, раз ты уже стала многодетной мамашей...

— Трое детей — это еще не многодетная мамаша! Ладно, я пойду с вами. По одежде для беременных я просто эксперт.

В магазинах эксперт Лили действительно указала ей на самые подходящие вещи, и Вера купила одно платье для себя.

— На счастье, — сказала она.

Они так весело провели время, что Джейн теперь удивлялась, почему столь долго хранила свой секрет. Подруги так радовались ее беременности, проявляли о ней такую заботу, что ей было очень приятно. Когда после походов по магазинам они зашли поужинать, то говорили только о беременности и о новорожденных. Джейн прониклась их воодушевлением и предвкушением того радостного момента, когда ребенок появится на свет.

Она вернулась домой и стала вытаскивать из багажника джипа пакеты с покупками. Тут на своем «порше» подъехал Майкл. Он быстро вышел и взял у нее из рук пакеты.

— Кажется, ты ходила по магазинам.

— Это было совершенно необходимо. Мне становится мала одежда.

— Понятно. — Майкл попытался собрать все пакеты, выронил один и усмехнулся. — Но теперь, кажется, тебе не грозит остаться без одежды.

— Это все Вера и Лили. Мне и правда не надо так много, но они... Давай, я возьму. — Джейн остановилась, не без труда взяла остальные пакеты и пошла следом за Майклом. — Они меня просто заставили. Сказали, что нельзя каждый день ходить в одном и том же. И подобрали мне туалеты на все случаи жизни, от рабочей одежды до платья для коктейля.

— По-моему, вполне разумно. Устроишь показ мод? — вдруг остановившись и повернувшись к жене, спросил он.

Джейн тоже остановилась, чтобы не налететь на него, и уронила один из свертков.

— Ты хочешь посмотреть? — Ей и самой хотелось все показать. Именно ему.

— Конечно. Почему бы и нет? Не наклоняйся, я сам подниму. Пойдем в кабинет. Я разожгу камин, и мы устроим шоу.

— Нет. Отнеси это в мою комнату. Не стоит разбрасывать одежду по всему дому.

— Ладно, — согласился он. — Тогда зажжем камин в твоей комнате.

Может, стоило согласиться на кабинет? — думала Джейн, поднимаясь по лестнице. Спальня... это более интимно. Не совсем так, тут же поправила она себя. В кабинете негде было бы переодеться. Она попросила Майкла отнести все пакеты в гардеробную.

Оставшись в гардеробной одна, Джейн развесила платья и брюки на вешалках в стенном шкафу. Лили и Вера подошли к выбору туалетов очень основательно. Они подобрали для нее несколько пар туфель на низком каблуке, которые были не только удобными, но и гармонировали с новой одеждой. Все такое чудесное. Джейн не знала, что одежда для беременных может быть такой красивой. Ей не терпелось показать все это Майклу. Она потрогала шелковое платье цвета лаванды, которое нравилось ей больше всего. Может, начать с него? Нет, лучше оставить самое красивое для финала, решила она, а начать с рабочей одежды.

— Ансамбли специально для работающих будущих мам! — громко и весело сказала она и вышла из гардеробной. — Эти шерстяные зеленые брюки от Донны Каран...

Она вдруг остановилась, не в силах больше произнести ни слова. Спальню заливал мягкий свет ламп и огня в камине. Эта светлая комната разительно контрастировала с темнотой осеннего вечера за окном и казалась такой теплой и уютной, что... Почему она никогда не разжигала здесь камин? Потому, что приходила поздно и слишком уставала? Или потому, что с ней не было Майкла? Теперь он сидел, откинувшись на спинку дивана, потягивал мартини и улыбался. И смотрел на нее так... Сердце Джейн подпрыгнуло.

— Давай, начинай спектакль! Ансамбли специально для работающих будущих мам... — подсказал он.

Джейн отчаянным усилием воли постаралась сосредоточиться на том, что говорит.

— Зеленые шерстяные брюки от Донны Каран, — повторила она и, подражая модели, покрутилась перед ним. — Кашемировый свитер в тон, дизайн которого скрывает растущий живот.

Майкл поставил мартини и похлопал.

— Очень красиво. Мы берем это, мадам.

Удаляясь изящной походкой, Джейн думала о том, что ей с ним всегда легко и уютно. После этого продолжать шоу было совсем не сложно. Напротив, так же занятно, как покупать все это. Джейн медленно ходила, поворачивалась, старательно демонстрируя тот или иной предмет гардероба. Майкл восхищался, говорил комплименты и одобрял каждую покупку.

Когда очередь дошла до лавандового платья для коктейля, Джейн стало почти грустно оттого, что игра окончена. Ей понравилось показывать ему наряды. Понравилось, как он смотрел на нее. Она через голову надела последнее платье и посмотрела на себя в зеркало. Ей показалось, что платье немного маловато. Животик обозначился довольно явственно. Но ей нравилось прикосновение прохладной ткани к телу, а разрезы по бокам позволяли видеть ноги, которые, к счастью, сохранили форму. Даже беременная женщина может выглядеть сексуально, верно?

Когда она вышла в этом платье к Майклу, он не улыбнулся и не захлопал. Он снова поставил бокал на пол, встал и просто посмотрел на нее. И этот взгляд был чем-то большим, чем даже прикосновение. Взгляд, от которого у нее закружилась голова, а все тело загорелось.

Джейн была не в силах двинуться с места. Ее словно гипнотизировали эти голубые глаза, которые пожирали взглядом каждый дюйм ее тела. Они смотрели ей прямо в душу, заставляя ее чувствовать себя живой. Джейн инстинктивно прикрыла руками живот.

— Давай, лучше я, — проговорил Майкл, шагнул к ней и положил свои ладони ей на живот. — У будущих пап тоже есть права, — прибавил он, притянув к себе Джейн. Затем он начал медленно поглаживать ее по животу, где билась новая жизнь.

Джейн не могла бы остановить его. Точно так же, как не могла бы перестать дышать. И как не могла подавить ту теплую волну, которая поднялась в ее теле. Ее охватило желание, которое требовало удовлетворения.

Его нежность возбуждала ее еще сильнее, чем откровенная страсть. Как и его осторожные прикосновения. Ведь они же муж и жена, верно? Она же ждет его ребенка, разве нет?

И Джейн больше не смогла сдерживать ту страсть, которая охватила ее. И не смогла бы, даже если земля вдруг перестала бы вращаться. Когда Майкл понес ее в постель, она крепко обняла его...

12

На следующее утро Джейн долго спала. Ей снилось, как Майкл нежно ласкает ее, шепчет слова любви. А потом было счастье удовлетворения. И радость.

Джейн улыбнулась. Нет, это был не сон! Этой ночью... Его объятия, его любовь — все это было наяву.

Она села в постели. Майкла рядом не оказалось, но это ее не обеспокоило. Она прислушалась — может, он в душе или варит кофе. По выходным Ханты не работают. Будет очень приятно провести все воскресенье только вдвоем. Желая поскорее его увидеть, Джейн надела халат и уже собралась спуститься вниз.

Но тут она увидела записку, прикрепленную к зеркалу так, что она не могла бы ее не заметить.

«Доброе утро, любимая!

Ты такая красивая, такая нежная и так дорога мне. Я страшно не хотел уезжать, особенно сегодня. Но у меня дела в Нью-Йорке. Ты, моя маленькая сексуальная искусительница, заставила меня вчера забыть о том, что я должен был ехать. Но я рад, что не уехал. Прошлая ночь была просто невероятной. Мы подходим друг другу, ты ведь согласна? Нам необходимо поговорить. Не скучай. Скорее всего, вернусь в среду.

Майкл».

Джейн прижала записку к груди. «Доброе утро, любимая!» Любимая! Она повторяла про себя эти слова, вспоминая их ночь. Ее охватило такое радостное чувство, которого она еще никогда не испытывала. Нет. Это не просто радость. Джейн чувствовала себя невероятно счастливой. Майкл любит ее. Она поняла это по его записке и по тому, как нежно он занимался с ней любовью. И она тоже любит его. Любит больше, чем это вообще возможно.

Джейн подняла с пола платье цвета лаванды и прижалась к нему щекой. Это ты помогло мне! Спасибо, спасибо, спасибо, бормотала она, вешая платье в шкаф.

Почти пританцовывая, Джейн спустилась вниз на кухню. Он налила в кофейник воды и потянулась за кофе. Но вдруг замерла на месте. Ее поразила одна мысль: это ее кухня. И ее дом. Здесь она живет с мужем, который ее любит. В этом доме он вырос. И их ребенок тоже будет расти здесь. Она провела рукой по кухонному столу как хозяйка. Она будет заботиться об этом доме. И о ребенке. И о Майкле. И все они будут счастливы.

Раздался телефонный звонок. Джейн вздрогнула и сняла трубку. Это была Вера.

— Ты показала наряды Майклу?

— Да.

— Ему понравилось? Да что это я... Конечно, понравилось. Ты в них просто прелестна. Особенно тебе идет то, цвета лаванды. А что он сказал?

Что я его любимая, что дорога ему.

— Что... что ему все нравится... абсолютно все. — Она совершенно забыла, что именно Майкл говорил об одежде.

— А я не решилась показать свое Джорджу. Он подумает, что я все же забеременела, а потом будет страшно разочарован. Ох, Джейн, я так хочу... Я каждый день буду трогать это платье и загадывать желание.

— Я тоже очень хочу, чтобы твое желание исполнилось, Вера.

Они еще немного поболтали, а потом, когда Вера повесила трубку, Джейн в голову пришла еще одна приятная мысль. Теперь она действительно часть той компании, действительно счастливая молодая жена, как Вера или Лили. Словно в подтверждение этой мысли малыш толкнулся, и она рассмеялась.

— Ладно-ладно. Я тоже голодная, — проговорив это, Джейн полезла в холодильник за яйцами и беконом.

Ей хотелось бы провести это воскресенье вдвоем с Майклом, но почти так же приятно было просто думать о нем. В кухне запахло яйцами и беконом. «Это мой любимый запах», — сказала Джейн Майклу на яхте, когда он в первый раз готовил для нее завтрак.

А за окном стоял холодный, серый день и, не переставая, лил дождь. Но Джейн не испытывала ни уныния, ни тоски. Она села завтракать, положив рядом с тарелкой воскресную газету.

Вскоре снова зазвонил телефон. Наверное, Лили, подумала Джейн. Или Майкл, обрадовалась она.

Но это был не Майкл и не Лили. Неизвестная ей женщина низким, довольно музыкальным голосом спросила Майкла.

— Он еще дома?

— Дома? — Джейн немного запнулась, но быстро овладела собой. — Нет, его нет.

— Он уехал в Нью-Йорк?

Наверное, это касается его встречи в Нью-Йорке, решила Джейн.

— Он вылетел сегодня утром. Наверное, будет...

— Только утром! Черт! Он должен был быть здесь еще вчера вечером.

— А кто его спрашивает? Ему что-нибудь передать?

— Это Бет. А вы кто? Впрочем, простите. Ничего передавать не нужно. Мы встретимся здесь, когда он прилетит. Спасибо.

Похолодев, Джейн, что есть силы сжала трубку. В ней уже давно звучали сигналы отбоя.

Бет. Так ясно, словно это было вчера, она вспомнила голубые шорты и топ от Армани, которые нашла в шкафу на «Синей птице». Там еще были брюки и сарафаны. И сандалии и кроссовки на узкую, длинную стопу. И халат, в который Джейн завернулась той ночью.

В ушах у нее застучало. Она повесила трубку и уставилась на нее невидящим взглядом.

«Ничего передавать не нужно. Мы встретимся здесь, когда он прилетит».

Ну, разумеется. Поэтому он и полетел в Нью-Йорк. Чтобы встретиться с ней. И прямо из моей постели!

Удар был сильный, Джейн почувствовала, что ноги ее не держат. Она схватилась за спинку стула, чтобы успокоиться. Ее охватило бурное негодование. Майкл ей лгал! Он ее предал. Она его просто ненавидит. И ненавидит эту женщину с медовым голосом, которая...

Бет. По крайней мере, она проявилась. Может, все это время она отсутствовала, находилась где-нибудь за границей?

Но ведь прошлой ночью он был со мной...

«Моя маленькая сексуальная искусительница»... Вот кто она для него. Это был просто секс. И ничего больше. Всего одна ночь. Нет, две. А была ли я вообще для него чем-то большим? С болью в сердце и со стыдом за себя она вспомнила слова Веры: «Он бывал здесь, то с одной девушкой, то с другой».

Но Бет существовала всегда. Если он теперь поехал к ней, значит, все это время они встречались. Все его поездки в Нью-Йорк или куда-то там еще...

Теперь у нее не только стучало в ушах, но и гулко колотилось сердце. Он обманул ее! Использовал. Дал ей понять, что это любовь, в то время как ничего особенного к ней не испытывает!

Джейн захотелось одним взмахом руки швырнуть на пол и тарелку с яичницей, и кофейник, и чашку. Весь этот тонкий фарфор и серебро.

Но все это не ее. Она не имеет права бить чужую посуду.

Нарочито осторожными движениями Джейн вывалила остатки завтрака в мусорную корзину, помыла и расставила по местам посуду. Теперь кухня была столь же безукоризненно чистой, как до ее прихода.

Вернувшись к себе, Джейн посмотрела на камин, полный пепла. В комнате было прохладно. Но все же недостаточно прохладно, чтобы остудить ее гнев, боль, жгучую ненависть. Она подошла к окну и прижалась лбом к прохладному стеклу.

Теперь не было ничего успокаивающего в ровном постукивании капель о подоконник и в свисте ветра. Прошлой ночью, когда она лежала в объятиях Майкла, шум дождя почему-то создавал ощущение покоя. Так же шумел дождь в ту незабываемую ночь на «Синей птице», когда она впервые узнала, что такое любовь.

Джейн покачала головой. Никакая это не любовь, дурочка! Только секс.

Что ж, пусть так. Но было еще утро, когда у нее оказалась проколотой шина. Она под дождем спустилась к машине, и ее так тошнило, что она едва держалась на ногах. Тогда Майкл подхватил ее сзади и поддерживал, пока ее рвало. В этом-то уж точно ничего сексуального не было.

В тот день он был таким добрым. Съездил вместо нее в Ричмонд. Купил ей машину. И не просто машину, а такую, которая действительно была ей нужна. Он сказал, что хочет, чтобы у нее был деловой вид. Ей показалось, что он даже гордится ею.

Они же подходят друг другу, разве нет? Все эти вечера, проведенные в его кабинете... Им было так хорошо вместе. Она видела... Ты видела то, что хотела видеть!

Посмотри правде в глаза. Ты влюбилась в него еще тогда, на «Синей птице». Да, он был добрым. И с ним было весело. Но потом... разве он хоть раз позвонил тебе?

Ничего подобного. Ты сама ему позвонила. Беременная. Ты умоляла его о помощи. Ты загнала его в ловушку. И он повел себя вполне порядочно.

К тому же он настоящий джентльмен. Разве он хотя бы раз попробовал воспользоваться ситуацией? Пытался затащить тебя в постель? Ничего подобного, мисс. Инициатива всегда исходила от тебя. Ты сама обняла его той ночью на яхте. И вчера тоже. Помнишь? Надела шелковое платье цвета лаванды с разрезами по бокам... «Даже беременная женщина может выглядеть сексуально, верно?» А когда он заглотал наживку, ты решила, что поймала и его самого.

«Он меня любит! У нас настоящий брак!» Это твои мысли, Джейн. Не его.

Джейн достала из кармана записку и еще раз прочитала ее.

«Доброе утро, любимая!» Разве это значит, что он любит? Нет. Как и слова «ты очень дорога мне». А уж фраза «мы подходим друг другу» отнюдь не означает, что они должны быть и дальше вместе.

У нее нет даже права злиться на него из-за Бет или какой-либо другой женщины.

— Я не прошу тебя как-то менять свою жизнь, — сказала она ему тогда. — Я прошу только о браке всего на несколько месяцев. Тогда был июнь. Теперь ноябрь. Пора отпустить его на свободу.

Последнюю встречу, Майкл решил отменить. Ему не терпелось вернуться домой. К ней.

Когда он приехал, Джейн дома не оказалось, хотя был уже шестой час. Он разжег в кабинете камин и в ожидании стал ходить из угла в угол. Услышав, как машина Джейн въезжает в гараж, он вышел в холл, чтобы встретить ее.

На ней был «ансамбль от Донны Каран специально для работающих будущих мам». Беременность все равно была заметной, даже несмотря на просторный пиджак. Она показалась ему бледной, ее волосы развевались по ветру. Она шла походкой беременной женщины. И все равно была восхитительна.

— Привет, любимая, — сказал Майкл и шагнул к ней, чтобы обнять.

— Привет. — Она улыбнулась и быстро прошла мимо него. — Дай мне отнести вещи и вымыть руки.

Майкл подождал, пока она вернется. Она появилась уже причесанной, без сумки и пиджака.

— Как поездка? — спросила она, улыбаясь искусственной улыбкой, той же, с которой она пролетела мимо него.

— Отлично, — ответил он, не вполне уверенный, что она его слушает.

Они всегда ужинали в малой столовой вдвоем. И всегда говорили за ужином на отвлеченные темы. Келли, подав ужин, присоединялась к ним.

Что же изменилось? Почему Джейн бурлит притворным весельем? Майкл чувствовал себя чертовски неловко. Он словно незваный гость в собственном доме.

Джейн хотела избежать вечера вдвоем в кабинете, но Майкл не дал ей такой возможности. Он встал прямо перед ней, открыл дверь в кабинет и сказал:

— Нам нужно поговорить.

Джейн кивнула, вошла в кабинет и встала с другой стороны шахматного столика, словно отгородившись от мужа. Она показалась ему маленькой, беспомощной и... обиженной.

— В чем дело, Джейн? — спросил он.

— А что? Что ты имеешь в виду?

— Ну, к примеру... почему ты не дала мне обнять тебя?

Джейн никак не ожидала такой прямоты.

— Потому что... — Джейн осеклась. Потому что, когда ты прикасаешься ко мне, я теряю силу воли. У меня не остается ни разума, ни гордости, мне уже безразлична Бет. Остаешься только ты и то, как я хочу тебя... — Потому что из-за этого... происходят ошибки.

— Ошибки?

— Такие, как в субботу.

— Мне казалось, ты была рада тому, что тогда случилось.

— Секс всегда здорово, — заявила Джейн с видом опытной женщины, которой не являлась.

Майкл этим объяснением не удовлетворился.

— Ты что, делала какие-то сравнения, чтобы в этом убедиться?

Джейн покраснела.

— Я... впрочем, неважно. — Она бросила на мужа беглый взгляд. — Это уже не разговор, а допрос. Почему ты меня допрашиваешь?

— Нет, я лишь пытаюсь понять. О чем ты вообще говоришь?

— Я говорю о том, что мы с тобой оба живые люди, и наши физические желания могут... доставить нам немало проблем.

— Проблем?

— Ты... то есть мы с тобой попались в ловушку этого фиктивного брака. Мы старались создать видимость хорошей семьи в глазах других, и нам это удалось. — Джейн провела языком по пересохшим губам. Ее мысли путались. Разве он не понимает, что она хочет дать ему свободу? Причем без обвинений и упреков. Она просто... отпустит его. Отпустит потому, что если она не сделает этого, то... Джейн широко раскрыла глаза, чтобы сдержать слезы. — Пора закончить этот фарс. Мы слишком сблизились в последнее время.

— Джейн, послушай меня... — Майкл обошел вокруг стола, приблизился к ней и протянул руки, чтобы обнять ее.

— Не трогай меня! — Если он прикоснется к ней, то она пропала. У нее не останется стыда. Она будет счастлива снова прыгнуть к нему в постель.

Джейн сама не поняла, что громко закричала, зато Майкл замер на месте. Господи, да он никогда в жизни не навязывался женщине.

— Джейн, что все-таки случилось? Мне нравится, что мы с тобой так сблизились. Мне казалось, что и тебе тоже.

— Так вот, мне это не нравится. Меня уже тошнит от притворства. И от тебя. — Джейн замолчала, подняв на Майкла перепуганные глаза. — Нет, я вовсе не это имела в виду. Ты замечательный. И настоящий джентльмен. Я тебе благодарна за все. Правда, благодарна. Просто мне нужно возвращаться туда, где моя настоящая жизнь. Мы договорились о браке на несколько месяцев. Давай закончим это, Майкл. Пожалуйста. Позже обо всем договоримся, не сейчас. Я так устала.

Майкл отступил и дал ей пройти. Он смотрел, как за ней закрылась дверь. Еще никогда в жизни ему не было так одиноко.

Значит, она действительно говорила то, что думала. Ей не нужен этот брак. И он сам тоже.

Майкл не привык к тому, чтобы его отвергали. Совсем наоборот. Но он не знал, сам ли он был нужен тем женщинам или его деньги?

Джейн ясно дала ему понять, что ей не нужно ни то, ни другое.

Собрать вещи будет нетрудно.

И остальные приготовления тоже не представят для нее сложности. Каждый день Джейн старалась раствориться в работе, и это ей удавалось. Несложно оказалось и уходить каждый вечер к себе, избегая появляться в кабинете. И не оставаться с Майклом наедине. Гораздо сложнее было запретить себе думать о нем. Забыть, как он поддразнивал ее, когда выигрывал в шахматы, и какой растерянный вид у него был, когда Джейн неожиданно объявляла ему мат. Ей не хватало этого теплого общения. Не хватало его голоса и смеха. Она тосковала по его рукам, которые ласково обнимали ее, по губам, по его телу...

Майкл теперь часто уезжал на несколько дней. То во Флориду играть в гольф. То на гонки на яхтах в Мексику. По делам и просто так.

Джейн никогда не задавала ему вопросов о поездках. И всегда очень, скучала. А Майклу необходимо было уехать. Ему было тяжело видеть, как Джейн избегает его. И тяжело самому стараться не смотреть на нее.

За ту неделю на «Синей птице» он очень привязался к Джейн, но, это не шло ни в какое сравнение с чувством, которое он питал к ней теперь. Она стала гораздо красивее. Беременность пошла ей на пользу, она прямо расцвела. Ее волосы стали еще более золотыми, щеки порозовели, а в потрясающих голубых глазах появилась загадочность.

Так было до последнего времени. А теперь ее явно что-то очень тревожит. Может, слишком много работает, думал Майкл. Он звонил Джерри и Джону, который уже вернулся к работе. Попросил их не перегружать Джейн и оставил свой телефон на случай, если начнутся роды. Пусть он, Майкл, ей и не нужен, но ведь она его жена. И она ждет от него ребенка.

Майкл решил, что будет о ней заботиться, как бы она к нему ни относилась. Она очень дорога ему, таких чувств он еще не испытывал ни к одной женщине. С болью в сердце он вспоминал две их ночи, полные любви...

Любви... Просто секс, сказала она тогда. Так вот, у него-то побольше опыта, чем у нее, и он прекрасно понимает, что это нечто гораздо большее, чем секс!

Для тебя, Майкл. Но не для нее. А как же тогда быть с тем, что она снова и снова обнимала его, повторяя его имя? И любила его, черт побери! Может, это просто был взрыв страсти. А потом...

«Не трогай меня!» Она прокричала это почти в ужасе. Да, она пыталась не выказывать своих чувств, извиниться... «Два живых человека, желания которых толкают их на ошибки. Мы попались в ловушку».

Он не станет удерживать ее против воли. Она права. Они заключили соглашение. И теперь... Возможно, пришло время все закончить.

Но это нелегко.

Они сами не понимали, что тот спектакль, который они разыгрывали, ко многому обязывает... Их роль — счастливая молодая пара в кругу близких друзей.

Этот круг не отпускал их, даже требовал внимания. Друзья настояли, чтобы Майкл отменил важную встречу ради присутствия на голосовании, где Эд одержал третью на своем счету победу. Затем был ужин у Веры в День благодарения. Потом Рождество в доме Честеров. Конечно, они и так собирались постоянно поиграть в покер или просто вместе поужинать у кого-нибудь из них.

Джейн не хотелось пропускать эти веселые встречи. Теперь она думала, что ее привлекало не только веселье. Быть членом такого тесного круга — это как укрываться мягким одеялом от холода и дождя.

Но она не имеет права на такие чувства. Теперь нужно подготовить друзей и самих себя к тому, что они «не сошлись характерами». Держаться друг с другом холодно, даже, возможно, пару раз прилюдно поссориться. Но почему-то время, проведенное с друзьями, шутки и смех только сближали их. Иногда они с Майклом невольно обменивались взглядами или улыбались друг другу, когда чья-нибудь реплика вызвала у них обоих одинаковую реакцию.

Нужно договориться о дне развода, хорошо к нему подготовиться. Джейн должна найти квартиру для себя и ребенка. Она не хотела возвращаться домой. Может, стоит выбрать себе один из домов в Ист-Энде.

Да, Джейн хорошо знала, что ей нужно делать. Но никак не могла заставить себя взяться за это.

13

— Джейн, это на самом деле передается! — звенел в трубке торжествующий голос Веры.

— Что передается? — озадаченно переспросила Джейн.

— Ой, я так рада, что купила его. Это действительно счастливое платье. Разумеется, мне пока рано носить его, но...

— Вера! Ты забеременела?!

— Да! Я беременна! Я жду ребенка! У нас будет настоящая семья! Доктор Марло говорит, что уже почти два месяца. Не могу поверить. Я и не надеялась так быстро, не ждала, и вот...

— Вера, это же замечательно! Я так рада!

— Я тоже. И, знаешь, Джейн, — голос Веры упал почти до шепота, — это платье помогло. С той ночи... Помнишь, когда мы с тобой ходили по магазинам, и я купила себе платье для беременных? Я еще сказала тебе, что не буду показывать его Джорджу. Так вот, я все же примерила платье при нем. Он сказал, что мне очень идет, начал меня целовать и мы... Джейн, я уверена, что именно тогда я и забеременела.

Джейн почувствовала себя так, словно увидела перед собой привидение. Наверное, эти платья для беременных обладают каким-то особым свойством. В тот вечер, когда она показывала свои Майклу, он... они... была чудесная ночь. Чудесная! А теперь...

— Джейн! Джейн, ты меня слышишь?

— Да, — ответила Джейн и постаралась восстановить нить разговора.

— Прошло уже два месяца, верно? Мы ходили за покупками примерно первого ноября, так?

— Кажется, да.

— Вот видишь? Выходит, это счастливое платье. — Вера хихикнула. — Или счастливая ночь? Но, как бы там ни было, теперь я счастлива. Я буду кричать об этом с крыши. И Джордж тоже счастлив. Но теперь ему придется расстаться с сигарами. Он хочет мальчика. А мне все равно.

— То есть ты все равно будешь рожать?

— Ну, еще бы! Ой, Джейн, может у тебя родится мальчик, а у меня девочка или наоборот. Если так, то давай заключим договор, чтобы они поженились сразу в восемнадцать лет. Как бывало в старину. Как тебе идея? Что ты думаешь?

— Я думаю, что ты сумасшедшая. — Голос Джейн вдруг оборвался. Их дети не будут вместе отмечать дни рождения. К тому времени, когда Вера родит... Один Бог знает, где тогда будет Джейн, но точно не в узком кругу друзей. Она сглотнула комок в горле. — Разве ты не знаешь? В наше время дети рождаются с собственными мыслями и чувствами.

— Знаю. Я совсем поглупела от счастья. Джордж говорит, что лучше будет выбросить все книги о воспитании детей на помойку и дать ребенку возможность просто расти.

Джейн рассмеялась.

— Но ты же все равно не сможешь не планировать и не готовиться. Это на тебя не похоже.

— Наверное, ты права, — вздохнула Вера.

— Нет, в этот раз планировать буду я.

— Что?

— Я устрою вечеринку, чтобы отпраздновать твою долгожданную беременность. — Это самое малое, что она может сделать для женщины, которая с такой радостью предложила ей свою дружбу, когда Джейн была напугана и чувствовала себя не в своей тарелке. — Ты мне просто скажи, когда лучше это сделать, и все. — Она смахнула со щеки слезу и постаралась аккуратно записать дату на листке бумаги.

Джейн дала себе клятву до этого дня сделать кое-что и для себя. Так не может продолжаться вечно. Ей приходится притворяться, что она здесь своя... как Майкл. Что они вместе... Джейн больше не могла этого выносить. Она страдала из-за того, что не может прикоснуться к нему, даже когда он совсем рядом. Из-за того, что скучает, когда он уезжает. И из-за того, что не слышит, как он поет по утрам в душе.

Больше Майкл в душе не пел. Джейн знала это, так как прислушивалась каждое утро.

Потому, что он несчастен? Поет ли он, когда ее нет дома? Это из-за нее?

Пора его отпустить. Джейн хотела, чтобы он был счастлив, пусть даже без нее.

И Джейн взялась за дело. Она выбрала себе дом в Ист-Энде. Маленький, с двумя спальнями и одной ванной. Он стоял в тупике, и это хорошо, что рядом не проходит оживленная улица. Так безопаснее для ребенка. Дому, разумеется, требовался серьезный ремонт. Но будет даже занятно привести его в порядок, сделать красивым и удобным для себя и для ребенка. Джейн решила перепланировать комнаты, чтобы получилась еще одна, и встроить вторую ванную. Ей нужно где-то поселить няню, ведь она не собирается бросать работу.

Сидя в джипе, Джейн смотрела на дом и размышляла, как лучше это все устроить. Перед глазами стоял образ чудесного, безопасного дома для веселого голубоглазого младенца. Тем не менее, Джейн находилась в очень подавленном состоянии духа и дом, который ей поначалу понравился, показался вдруг убогим на фоне грязного тающего снега.

Здесь ничего нельзя будет сделать раньше весны. А она не может ждать так долго. Нужно снять квартиру или жить с Джоном и Мэриен до тех пор, пока не будет готов дом.

Ее родители уехали на месяц во Флориду частично ради здоровья Джона, частично потому, что зимой заказов было мало, и Джон мог позволить себе отпуск. Джейн радовалась, что сейчас их нет. Ей не хотелось говорить с ними о предстоящем разводе. Она вздохнула. Объяснить знакомым этот внезапный развод будет не легче, чем их скоропалительную женитьбу.

Джейн уже хотела было уехать, как вдруг ее взгляд упал на табличку «Продается». Она тут же вспомнила, что все их дома выставлены на продажу. Ей вовсе не хотелось, чтобы этот дом увели у нее из-под носа. Придется сказать Джерри.

Она нашла Джерри в доме, где под его присмотром встраивались стенные шкафы. К счастью, эту работу можно сделать сейчас, не дожидаясь весны. Он с радостью согласился выпить с ней кофе.

— Я снимаю с продажи десятый дом по Мэдисон-стрит, — сказала она. — Хочу оставить его себе.

— Да? Зачем?

— Для меня лично. — Джейн не отводила глаз от кружки с кофе, которую сжимала в ладонях. — Послушай, я не хочу, чтобы об этом все знали, но я собираюсь... собираюсь уйти от Майкла.

Джейн скорее почувствовала, чем увидела, насколько он удивлен.

— Ну и ну! То есть я думал... — Джерри помолчал. — Прости. Я видел его пару раз и, понимаешь, подумал... Ну, мне он показался вполне порядочным парнем.

— Он и есть порядочный. — Джейн вовсе не хотелось, чтобы в этом сомневались. — Он даже больше чем порядочный. Он добрый, заботливый, щедрый и... — Она осеклась. Нужно как-то объяснить Джерри причину. — Дело не в нем самом. Просто... у него совсем другая жизнь. Я в нее не вписываюсь.

Пусть ей будет тяжело, но Джейн решила, что все равно не может отменить вечеринку, которую собиралась устроить для Веры. Нужно организовать веселый праздник, такой же, как тот, когда их поздравляли с женитьбой.

— Ты ведь никуда не уедешь, когда будет вечеринка? — спросила она Майкла еще за две недели.

— Я уеду, но вернусь заранее. Ни за что не пропущу это событие. Джордж мне никогда не простит. И к Вере я тоже очень хорошо отношусь. Она ведь скоро станет мамой, да?

— Да. — Джейн отвернулась. Ей самой не пришлось радоваться беременности. Просто ее жизнь круто изменилась.

Что ж, она все равно не позволит тому, что случилось с ней семь месяцев назад, омрачить теперь радость Веры. Но это будет и прощальная вечеринка. Но не грустное прощание!

Джейн все спланировала заранее, даже цвет украшений в столовой — спокойный желтый. Затем купила шары и гирлянды. В тот день она не пошла на работу и осталась помочь Келли все подготовить.

— Деточка, слезайте со стула! — за три часа до прихода гостей заворчала на нее Келли. — Если будете все время прыгать вверх-вниз, то упадете. К тому же шаров вполне достаточно.

Джейн неуверенно улыбнулась и послушно слезла со стула. Она и сама понимала, что слишком уж старается. Ведь это просто еще один веселый вечер в дружеской компании. Для нее он особый, потому что последний. Разумеется, никто об этом не узнает. Даже Майкл.

Но где же Майкл? Он обещал сократить свою поездку во Флориду, быть здесь вовремя. Но ведь... до прихода гостей осталось три... нет, два с половиной часа. Джейн все время прислушивалась в надежде услышать, как он въезжает в гараж. Что могло его задержать? Бет? Если Майкл так и не приедет, она просто не перенесет этого.

— Пожалуй, вам стоит отдохнуть, — заметила Келли. — Время у вас есть, а отдых вам сейчас, видит Бог, очень нужен.

Джейн послушалась. Все уже сделано, а смотреть в окно все равно без толку. Майкл либо приедет, либо нет.

Она поднималась к себе, когда услышала шум двигателя его машины. Джейн поспешно взлетела по лестнице к себе в спальню, чтобы он не прочел на ее лице облегчения и радости. Он все-таки здесь. Теперь она может отдохнуть, даже поспать.

Но уснуть ей так и не удалось. Джейн лежала на кровати и слушала, что происходит в соседней комнате.

Майкл ходил по своей спальне. Что он делает? Распаковывает вещи?

Джейн ворочалась с боку на бок, ей никак не удавалось удобно устроиться. Она даже обрадовалась, когда пришло время вставать и одеваться. Джейн была в душе, когда ее вдруг пронзила сильная боль внизу живота. Она вскрикнула и прижалась спиной к стене. Постепенно боль начала стихать, и Джейн задышала ровнее. Видимо, мышечные спазмы. Келли была права, она слишком много прыгала. Джейн еще немного постояла под душем, чтобы ее усталые мышцы расслабились под струйками воды.

Она надела платье цвета лаванды и посмотрела на себя в зеркало. Ей очень хотелось надеть это платье. Оно символизировало лучшие времена. Хотя, если уж быть честной, то и сейчас нельзя сказать, что для нее наступили тяжелые времена. Они не скандалят, не ссорятся, а спокойно и размеренно живут вместе, изображая счастливых молодоженов.

Губы Джейн дрогнули. Если бы они действительно были мужем и женой, то ссор у них было бы предостаточно. Она бы ему такое устроила из-за этой Бет, что мало не показалось бы!

Ладно... Хватит думать об этом. Нужно сосредоточиться на вечеринке.

Джейн подкрасила губы, причесалась и спустилась вниз. Скоро все будут в сборе.

— Вот здорово! Это запомнится надолго! — послышался голос Майкла.

Он стоял посреди столовой и восхищенно осматривался кругом. Она взглянула на него.

— Великолепно придумано, Джейн. Джорджу и Вере будет очень приятно. Спасибо. — Майкл сказал это так, словно она постаралась для него.

Может, так оно и есть? Чтобы доказать ему, что они действительно подходят друг другу, что они вместе... Джейн немного поморщилась, почувствовав еще один приступ той же непонятной боли.

— Что случилось?

— Ничего. — Она не позволит усталым мышцам испортить вечеринку. — Вот это мне не нравится, — проговорила она, поспешно переставляя цветы. — Звонят. Откроешь?

Вечеринка прошла замечательно, как и большинство вечеринок, которые устраивала эта компания. Все говорили одновременно, поддразнивая друг друга. Лишь Джейн казалось, что вечер никогда не кончится. Наверное, она просто переутомилась. Она всеми силами старалась не показывать этого, смеясь и болтая, как все остальные. Шутки в основном были направлены на Джорджа и Веру, которые принимали их очень добродушно. Джордж предложил пари — кто родится, мальчик или девочка.

— Тот, кто угадает, получит все ставки, — сказал он. — А платить будут проигравшие.

Он не сводил глаз со своей жены, в его взгляде читались любовь и восхищение. А Вера выглядела еще красивее, чем всегда, она светилась от счастья.

Глядя на них, Джейн почувствовала обиду и зависть. Когда она забеременела, никто не радовался. Никто.

Господи! Она становится завистливой. Джейн еще раз посмотрела на счастливую пару. Не их вина, что она попала в такую историю. Тогда зачем завидовать? Может, это все из-за боли, которая теперь постоянно пронзала ее.

— А теперь прошу внимания, — громко сказала она. — Десерт моего собственного приготовления!

Келли внесла поднос с тортом «безе». Он имел огромный успех. Скоро от него не осталось ни кусочка.

— Класс! — заявил Майкл и послал ей воздушный поцелуй.

Джейн покраснела. От этого поцелуя на расстоянии у нее закружилась голова, как от бокала вина.

Потом гости сидели за кофе с бренди и болтали. Речь зашла о поездке Майкла во Флориду на игру в гольф.

— Счастливчик! — сказал Джордж. — Валялся на солнышке, пока мы, бедные труженики, сидели в своих конторах.

— Вот как? Разве ты сам не ездил в Лондон в прошлом месяце? — спросил его Майкл. — Мне кажется, ты постоянно в разъездах. То на Бермудах, то на Ривьере, то еще где-то в том же духе, где происходят чрезвычайно приятные деловые конференции. Конечно, в таких местах их устраивать удобнее.

— Какая разница, где сидеть целый день: за столом в офисе или в конференц-зале, — заявил Джордж. — Все равно, это работа.

— И, наверное, тяжелая, — с притворным сочувствием прибавил Майкл.

— Да, не то, что получать прекрасный загар на поле для гольфа. Я уже давно пытаюсь тебе объяснить, малыш, какая разница между нами, теми, кто вкалывает с девяти до пяти, и вами, богатыми плейбоями.

По мере того как шуточки в таком роде продолжались, гнев Джейн нарастал. Ей не нравились заявления вроде того, что Майкл хорошо играет только потому, что ничем, кроме игр, не занимается. Он занимается еще очень и очень многим. Но он все делает так скромно и ненавязчиво, что никто этого попросту не замечает. Джейн захотелось встряхнуть его. Сидит как пень и улыбается, пока Джордж, Пол и даже Эд мешают его с грязью.

— Наверное, это очень приятно, — продолжал Джордж. — Просто сиди себе и стриги купоны, пока мы работаем, делаем деньги и развиваем экономику.

— Перестаньте! — Джейн резко вскочила со сжатыми кулаками. — Майкл не просто плейбой. Может, он и не сидит за столом в конторе, но для развития экономики делает гораздо больше, чем многие другие. Вы сами говорили об этом. Он остановил слияние компаний, чем предотвратил увольнение двадцати пяти тысяч человек. А у них семьи, которые нужно кормить, дети, которым нужно дать образование. Лучше радуйтесь тому, что он богат. Он добрый, заботливый, щедрый, ему не наплевать на людей. Он пользуется своим богатством, как добрый волшебник своей палочкой, чтобы поддержать какую-то идею или предприятие. И это касается не только компаний, но еще и обычных людей, у которых есть идеи, но нет начального капитала... Взять, к примеру, того инженера, который, возможно, все же создаст свои электромобили и спасет окружающую среду. Или тех двух ребят, которые открыли туристическое агентство. Если бы не Майкл, они по-прежнему жарили бы гамбургеры в закусочной.

У Джейн опять кольнуло в боку, но она продолжала говорить.

— И вот еще что. Нужно только радоваться, что он много играет. С тем инженером он познакомился на поле для гольфа, а с парнями — на игре в баскетбол. Он умеет слушать... даже мальчишку-подростка, который мечтает стать членом университетской баскетбольной команды. Майкл сам занимался с ним алгеброй и... — Резкая боль помешала Джейн договорить. Она положила руку на поясницу и замолчала, обнаружив, что все взгляды устремлены на нее.

Что это на нее нашло?! Пытается защитить Майкла от тех, кто знает его гораздо лучше, чем она. В конце концов, они просто шутили. Что они теперь о ней подумают? Вскипела из-за ерунды. Чувствуя себя очень глупо, она робко улыбнулась.

— Вот и все, ребята. Моя лекция окончена. Просто в будущем не забывайте ценить моего мужа.

Она бросила беглый взгляд на Майкла. Когда она начала говорить, он, наклонившись, поправлял дрова в камине. Но теперь он стоял очень прямо и смотрел на нее. Джейн опустила глаза и села, жалея, что не может взять свои слова обратно.

Затем она с облегчением услышала смех Джорджа.

— Да, нельзя злословить о Майкле, если Джейн где-то поблизости.

— И правильно, — сказала Вера. — Я так рада, что ты теперь с нами, Джейн. А то мне приходилось одной защищать его.

Джейн улыбнулась. Ей стало легче. Никто не обиделся.

— Мы не хотели сказать ничего дурного, миссис Дойл, — с галантным поклоном проговорил Джордж. — Мы просто боялись, что он станет заносчивым. Ведь ему чертовски хорошо удается все, что он делает.

Джейн улыбнулась ему.

— Джордж...

Она замолчала. Ее опять пронзила боль. Нет, это не из-за усталых мышц. Но ведь еще рано. Нет даже семи месяцев. Господи! Неужели она потеряет ребенка?

14

Остаток вечера прошел для Джейн как в тумане. Она смеялась и шутила, стараясь не обращать внимания на участившиеся приступы. Она не желала мириться с происходящим. Она не потеряет ребенка!

— Только подожди, — мысленно просила она малыша. — Подожди всего два месяца. Пожалуйста.

Гости начали расходиться. Она стояла в дверях рядом с Майклом, улыбалась и испытывала огромное облегчение. Теперь она сможет лечь, и боль отпустит ее.

— Майкл, можно тебя еще на несколько минут? — услышала она голос Эда. — Мне нужно посоветоваться с тобой насчет того законопроекта, который я выдвигаю.

— Конечно, — ответил Майкл. — Может, вы с Салли останетесь на ночь? А утром...

— Не можем. Заседание комитета начнется завтра с утра. Нам нужно сегодня вернуться домой.

— Черт, Эд, — заворчал Майкл, — вечно у тебя что-то срочное. Ладно, идем в кабинет.

Он никогда не отказывается помочь, думала Джейн, идя с Салли вслед за ними. Но тут Майкл обернулся к ней.

— Ты устала, Джейн. Иди к себе. Салли не обидится.

— Конечно, — подтвердила Салли и поцеловала Джейн в щеку. — Спасибо, Джейн. Чудесный был вечер.

Джейн с облегчением ушла к себе. Но краткое прощание Майкла заставило ее еще раз вспомнить, в какую неловкую ситуацию она попала сегодня. Она отчитала Джорджа, который знает Майкла с пеленок. Это она-то, новичок в компании. Чужая.

Джейн скинула туфли. Я в этом виновата не больше, чем ты! Я не планировала заводить ребенка... не хотела его... Тут острая боль снова пронзила ее. Господи, как она может!

— Я не то хотела сказать, — вслух прошептала она, поглаживая живот. — Теперь я хочу тебя. Пожалуйста... держись. Ты все, что у меня есть...

Она задумалась над происходящим. Хотя из-за положения ребенка врачи не смогли определить пол, все же они подтвердили, что он здоров. Тогда в чем же дело?

— Я совсем не это имела в виду, — прошептала Джейн. — Я люблю тебя. Ты был зачат в любви, в самую чудесную ночь в моей жизни. Помнишь? На «Синей птице»... — Джейн замерла на месте.

Если бы она теперь была на яхте, может, ребенок что-то вспомнил бы? И все бы обошлось?

Джейн надела пальто и на цыпочках вышла из дому.

Когда она вела джип по шоссе, на лобовое стекло падали крупные снежинки. Но все это неважно. Дорога довольно чистая. И Джейн не сомневалась, что «Синяя птица» ждет их. Зимой Майкл не ходит под парусом, но часто ездит на яхту просто отдохнуть. А Деббс присматривает за ней. Джейн возьмет у него ключи. Но, когда она позвонила шкиперу, трубку не сняли. Может, он на яхте? Джейн не знала. Но была полна решимости попасть туда. Туда, где ее ребенок мог бы вспомнить, что был зачат в любви.

Господи, пусть Деббс окажется на яхте, молилась она про себя, подъезжая к причалу. На яхте горел свет. Джейн позвонила в дверь и подождала. Ждала долго. Наверное, она совсем сошла с ума, раз приехала сюда. Вдруг послышались легкие шаги. Женский голос осторожно спросил:

— Это ты, Майкл?

Несмотря на холод, Джейн охватил жаркий гнев.

— Это не Майкл, — ответила она. — Это его жена. Джейн Дойл. — Это же правда, разве нет? Она его жена!

Дверь тут же распахнулась.

— Заходите скорее.

Джейн вошла, не сводя глаз с женщины, которая тоже рассматривала ее. У женщины были красивые бирюзовые глаза, маленький вздернутый носик и безупречной формы рот. Густые рыжие волосы падали ей на плечи. На ней был тот голубой халат, который когда-то позаимствовала Джейн, и даже в нем она казалась невообразимо тоненькой.

Джейн вдруг почувствовала себя очень неуклюжей.

Обе они молчали, но Джейн читала в бирюзовых глазах женщины немой вопрос: что ты тут делаешь ночью? Шпионишь за Майклом?

— Я не... — Тут Джейн осеклась, поняв, что отвечает на незаданный вопрос. — Я просто... извините. — Она не должна была приезжать. У нее не было на это права. Она же обещала не вмешиваться в его жизнь. — Вы — Бет, — сказала она, и женщина кивнула. Бет, которая всегда была частью его жизни. И на которой, он женился бы, если бы не попал в ловушку. — Простите. Я пойду. — Здесь ей не место. Здесь его ждет Бет.

— Глупости. Куда вы пойдете в такую погоду? В вашем положении. Что бы там ни было... — Она замолчала и еще раз озадаченно посмотрела на Джейн. — Послушайте, не знаю, что там у вас случилось, но ведь сейчас идет такой снег... Проходите и выпейте чего-нибудь теплого. Вы, наверное, совсем продрогли.

Джейн действительно продрогла. И чувствовала себя круглой дурой, сидя тут в пальто, пока Бет хлопотала вокруг нее. Бет уверенно разогревала молоко. Очевидно, ей тут все хорошо знакомо. Похоже, я сошла с ума, раз приехала сюда, подумала Джейн. Приехать, чтобы ребенок... Она сделала прерывистый вдох, и тут ее кое-что поразило. Боли прошли. Или от волнения она перестала их замечать?

Затем Джейн почувствовала легкий толчок в животе. Но не боль. Она все же права, приехав сюда. Все ведь уже в порядке, верно?

— Господи, да у вас ноги мокрые.

Джейн, еще во власти чудесного избавления от боли, видела, как Бет, тряхнув рыжими волосами, наклонилась и сняла с нее лодочки лавандового цвета. Руки у нее были теплые и ласковые. Она походила на ангела милосердия. Зато говорила вовсе не как ангел.

— Ты, дорогая, совсем рехнулась. Шлепать по снегу в таких туфельках! Вы что, разругались? А Майкл знает, где ты? Черт, конечно, не знает, иначе тебя бы тут не было! Будешь горячий шоколад? — спросила она.

Джейн кивнула. У нее возникло странное чувство. Почему эта женщина так невозмутимо себя ведет, если любит Майкла? Джейн понимала, почему Майкл ее любит. Она красивая. И добрая. Но ведет себя, как будто мы с ней лучшие друзья.

— Это поможет тебе согреться, — сказала Бет, передавая ей горячий шоколад.

— Спасибо.

Джейн сжала кружку холодными руками. Теплое питье не только согрело ее, но и почему-то помогло успокоиться. Она уже была в состоянии думать. Боли совершенно прошли. У нее будет ребенок. А Майкл... пусть Майкл остается с Бет. Красивой, доброй Бет. Слезы застилали глаза Джейн, но ей удалось сдержать их. Бет сделает его счастливым.

Но все-таки ей нужно удостовериться.

— Вы с Майклом... — О Господи! Как жене спросить любовницу, любит ли та ее мужа? Джейн решила идти напролом. — Ты любишь его?

Бет явно удивилась, но с готовностью ответила:

— Да, Майкл мне очень дорог. — В это мгновение Бет, казалось, целиком погрузилась в личные воспоминания. Она сидела, подперев голову рукой. — Если бы не он... Он буквально спас мне жизнь.

— Да? — Джейн увидела, как ее бирюзовые глаза вспыхнули от боли. — Как это случилось?

Бет встряхнулась, словно проснувшись.

— Черт! Зачем я вообще об этом заговорила? Тому уже шесть лет, я тогда была очень глупой восемнадцатилетней девчонкой. Понимаешь, я убежала из дому и из гордости не хотела возвращаться... Мне пришлось очень плохо, и тогда Майкл приехал и забрал меня.

Спас так же, как и меня, подумала Джейн.

— Он привез тебя сюда?

— Куда?

— Я имею в виду, на «Синюю птицу»?

— Да нет, конечно! Он отвез меня домой и уговорил быть разумной. — В глазах Бет вспыхнули искорки смеха. — Странно, что ты об этом спросила. Майкл всегда много ходил под парусом. А мне тогда... было очень плохо после истории с Пит... после той истории. Майкл старался расшевелить меня, заставлял выходить под парусом... Наверное, это и дало мне сил идти дальше.

— Наверное. — Как и ей самой, подумала Джейн.

— Да. Так что я теперь так же увлеклась морем, как Майкл, только слишком много езжу и не могу иметь свою яхту. И яхта Майкла для меня просто райский уголок. Я вернулась только сегодня и приехала сюда прямо из аэропорта. — Бет неловко улыбнулась. — «Синяя птица» для меня больше дом, чем то место, где я живу. Даже если не плаваю.

— Понятно, — проговорила Джейн. Похоже, Бет и Майкл знают друг друга очень давно. — Вы с Майклом... вы давно?..

— Да всю жизнь. В семействе Дойлов полно двоюродных братьев и сестер, но мы с Майклом как-то ближе друг другу, чем остальные. Он старше меня на четыре года. Знаешь, он мне скорее родной брат, чем двоюродный.

— Вы не... — Джейн прикусила язык. Ее охватила радость! Она не верила своим ушам. И почувствовала облегчение. — Вы двоюродные брат и сестра?

— Ну конечно. Только не говори, что он тебе про меня не рассказывал.

— Не рассказывал, — закричала Джейн, разрываясь между радостью и гневом. — Он просто дал мне твою одежду. Просто смотрел, как я схожу с ума от ревности...

— Вот сволочь! О тебе он тоже мне не сразу сказал, всего пару месяцев назад.

Потому что это был фиктивный брак, подумала Джейн.

— А что он тебе сказал? — Затаив дыхание, она ждала ответа. Признался ли в том, что попал в ловушку?

— Немного. Что вы поженились, и ты беременна.

— Вот как?

— Правда, мы и говорили-то всего пару минут. Мы тогда оба были по делам в Нью-Йорке. Когда он прилетел, мне уже нужно было улетать в Японию.

— В Японию? — пробормотала Джейн.

Так вот как объясняются ее слова. «Мы с ним встретимся здесь, когда он прилетит». Этот звонок тогда все изменил. И виновата она, а не Майкл. Он протянул руки, чтобы обнять ее. А она закричала: «Не трогай меня!»

Как теперь взять сказанное обратно? Как заставить Майкла поверить, что она любит его?

— Может, позвоним Майклу? — спросила Бет. — Он не знает, где ты, и, наверное, с ума сходит.

— Нет! — воскликнула Джейн, вспомнив, как он смотрел на нее сегодня вечером. Она и так многое испортила. Незачем ему знать, что она приехала сюда. — Он не... он не...

— Не знает? Или не волнуется?

— И то и другое! — Как объяснить все это Бет? — Мы из-за ребенка спим раздельно, — быстро проговорила она. — Не хочу, чтобы он знал, что я уезжала. Если я сейчас поеду домой...

— Черта с два! Майкл убьет меня, если я выпущу тебя в такую погоду! Мы обе устали. Иди-ка лучше поспи.

Бет, разумеется, права. В такой снег можно и не доехать. И проскользнуть незамеченной в дом, возможно, не удастся.

Но, несмотря на усталость, Джейн долго лежала без сна.

— Мы все еще на «Синей птице», — говорила она ребенку. — Это кровать твоего папы. И теперь все будет хорошо.

Но даже сейчас Джейн в этом сомневалась. Как ей теперь объяснить Майклу, что она любит его? Нужно ли ему это знать? Любит ли он ее?

Все мы, люди, дураки, думала Бет, возвращаясь в свою каюту. Не умеем ценить хорошее и не знаем, как избавиться от плохого.

Она так любила Пита, а он отказался от нее из-за паршивых пятидесяти тысяч. Она верила ему, была готова идти за ним хоть на край света. А он бросил ее в паршивом мотеле без гроша. Она ждала его, пока не приехал Майкл.

После этого Майкл лишь с большим трудом убедил ее, что не нужно ненавидеть отца. Ведь Пит сам сбежал, когда отец пригрозил, что в случае брака лишит ее наследства. Мерзавец. Тогда ей было непросто пережить это.

Черт, зачем вспоминать прошлое? Нужно подумать о Майкле. Знает ли он, чем обладает? Эта женщина любит его. На ее лице было написано счастье, когда она узнала, что Бет и Майкл кузены, а не любовники. Но что-то у них явно произошло. Джейн приехала сюда в такой час, одна. И... «Мы спим раздельно».

Черт, что-то тут не так. Может, Майкл не любит ее. Или не знает, какое сокровище заполучил. Во всяком случае, она не давала слова не звонить ему. Бет сняла трубку.

Джейн проснулась от того, что муж нежно тряс ее за плечо.

— Джейн, дорогая, ты хорошо себя чувствуешь? Как ребенок?

— Хорошо, — в полусне пробормотала она. — И ребенок тоже. Мы оба...

Майкл сжал ее плечи и сердито сверкнул глазами.

— Тогда какого черта ты сюда приехала? Сбежала. Я с ума сходил. Когда я увидел, что тебя нет в комнате, и постель не смята...

— Ты приходил ко мне? — удивилась Джейн, и в ее сердце вспыхнула искорка надежды.

— Да. Вчера, когда ты отчитала Джорджа...

— Прости. Я знаю, что это было глупо.

— Глупо? Да я был просто счастлив. Он с детства не дает мне прохода своими шуточками. Знаешь... тогда мне показалось, что все-таки я тебе нравлюсь. Но в последнее время ты держалась так неприступно, что я подумал...

— Майкл, я не хотела. Я просто боялась. А ночь, после которой ты улетел в Нью-Йорк, была такой... такой... — Джейн обхватила Майкла руками за шею и прижалась к его груди. — Чудесной. Я думала, у нас все будет по-настоящему.

— И я тоже, любимая. И я тоже. — Он поцеловал жену в лоб. — А что случилось потом?

Джейн рассказала ему все, пряча лицо у него на груди. И о своих сомнениях, и об отчаянии.

— Я так люблю тебя. Но я думала, что ты меня не любишь. И решила уйти.

— Дорогая, я люблю тебя, с тех пор, как... может, и не с первого взгляда, когда ты стояла в свадебном платье, но с той недели на «Синей птице».

— Но ты никак не показывал этого. В особенности тогда, когда узнал, что я беременна.

— Знаю. Но у меня тоже были подозрения. Я мог бы так никогда и не узнать, как много ты для меня значишь, и как я люблю тебя. — Взяв Джейн за подбородок, он нежно поцеловал ее. — Знаешь, я теперь очень благодарен Клиффу Диасу. Если бы он женился на тебе, если бы не сбежал... Черт, нужно узнать, где он, и послать ему еще один чек.

— Кажется, ты уже достаточно заплатил ему, — рассмеялась Джейн.

— Подожди, — проговорил Майкл, внимательно вглядываясь в ее лицо. — Ты еще не объяснила, зачем приехала сюда. Я обыскал весь дом, разбудил Келли, потом увидел, что твоей машины нет. И тут позвонила Бет. Почему ты поехала именно сюда?

— Потому что здесь был зачат наш ребенок, — с улыбкой ответила она.

— И что?

— У меня начались схватки. Ложные, — тут же прибавила она, увидев, что он встревожился. — Я думала, что не нужна тебе, и поэтому ребенок тоже почувствовал себя ненужным. Решила, что если приеду на яхту, то он или она вспомнит о том, как мы любили друг друга, и не покинет меня.

— Ох, дорогая. — Майкл обнял ее, мягко покачивая.

— И это сработало. Ребенок все понял. Боль прекратилась, как только я приехала сюда.

— Умный ребенок, — заметил Майкл. — Он знал то, чего мы сами еще не знали. Но сейчас мы тоже знаем, да, любимая? И теперь, где бы мы ни были, на «Синей птице» или где-то еще, наш ребенок всегда будет купаться в любви. Нашей любви.