Значок Прошлого

Дом казался клеткой — без окон в прошлое и без дверей в будущее. Но где-то в глубине, среди этой тьмы, ещё тлел слабый огонёк, который не позволял полностью потерять надежду.

Скрип половиц под босыми ногами был первым звуком, который услышала Эшли, когда проснулась. Комната казалась чуть более холодной, чем обычно, хотя август в Калифорнии редко баловал прохладой. Потолок, слегка пожелтевший от времени, нависал как напоминание о том, что прежняя жизнь давно закончилась. Дом, в котором они теперь жили с тётей Марлен, был маленьким, с облупившейся краской и старыми окнами, через которые по утрам тянуло сыростью. Он казался временным, будто не настоящим, как декорация к спектаклю, который никак не заканчивался.

Год назад всё было иначе. Просторный особняк, утренние завтраки на веранде, дорогие машины, отпуска с родителями... Всё закончилось в один миг, в ту ночь, когда звонок разбил тишину и сообщил, что мама и папа не вернутся домой.

С тех пор Эшли будто выключилась из мира. Учёба продолжалась по инерции. Люди вокруг смеялись, гуляли, строили планы — а она просто жила. Осталась только Лиолета — единственная, кто не отвернулся. Остальные друзья из их «золотого круга» испарились, как только исчез блеск фамилии и денег.

Сейчас она стояла перед зеркалом, заплетая свои темные волосы в небрежную косу. Форму она не надевала — их школа позволяла свободную одежду, но Эшли всё равно придерживалась простоты: тёмные джинсы, чёрная майка, старая джинсовка. Она выглядела уставшей, старше своих лет. И даже не пыталась это скрыть. Ее зеленые глаза блестели от невысохших слёз, отражая ту грусть, что не покидала её душу.

С улицы раздался сигнал — короткий, настойчивый. Это была Лиолета. Эшли быстро сунула в рюкзак пачку сигарет, зажигалку и вышла из дома, кинув тёте короткое «Пока» через плечо. Та уже спешила на первую работу, уставшая, но как всегда добрая. Она ничего не знала про курение. И лучше было бы, чтобы не узнала.

Возле дома стоял сверкающий белый кабриолет — подарок на восемнадцатилетие от родителей Ли. Подруга выглядела как всегда стильно: светлые волосы распущены, лёгкий макияж, солнцезащитные очки. И при этом — всё та же настоящая, не притворная.

— Доброе утро, потерянная душа, — усмехнулась Ли, когда Эшли села в машину.

— Доброе, — выдохнула та и тут же закурила, откинувшись на спинку кресла. — Не уверена, что готова к этому.

— Никто не готов, — пожала плечами Ли, включая музыку. — Но мы справимся. Ты справишься. Ну и я тоже.

Они ехали сквозь пригороды, где дома становились всё богаче по мере приближения к школе. Блондинки на джипах, парни на мотоциклах, запах духов и дорогого бензина — всё это возвращалось как напоминание о прежней жизни, от которой Эшли давно устала.

Школа, как и раньше, выглядела безупречно: мраморные лестницы, стеклянные двери, ухоженные газоны. Но что-то в ней изменилось. Может быть, это была она сама.

— Погнали, — сказала Ли, глуша двигатель. — Тебя ждет последний год драмы.

Эшли затушила сигарету о подошву и вышла. Первый учебный день начинался.

Школьное здание встретило их привычным запахом дешёвого воска и бумаги. Что-то неуловимо изменилось — может быть, дело было в том, что лето внезапно закончилось, или в том, что теперь у Эшли не было привычной группы поддержки. Только Лиолета, которая всё ещё оставалась рядом, будто старая нить, упрямо не рвущаяся даже после самых сильных рывков.

— Давай сначала к шкафчикам, — сказала Лиолета и потянула Эшли за рукав.

Коридор был шумным, как всегда в первый день. Повсюду: хлопки дверей, приветственные крики, чмоки в щеки, разлетающиеся рюкзаки, телефоны, кофе в руках. Кому-то было действительно по-настоящему весело. Но не Эшли. Она чувствовала себя так, будто вернулась на сцену спектакля, в котором давно не хотела участвовать.

Шкафчик был в том же месте. Серебристая краска облезла ещё больше. Она положила туда свою куртку и закрыла дверь с глухим звуком. Звук, который будто подтвердил: всё по-прежнему. Но не внутри неё.

— Пошли, у нас английский в старом корпусе. В первом же блоке, — вздохнула Лиолета.

— С мисс Хадсон? —

— Угу. Она снова здесь. Как будто ничто не меняется...

На полпути к кабинету их обогнала стайка девушек в дорогих джинсах, с волосами, аккуратно уложенными как в рекламных роликах. Среди них была Джина — бывшая лучшая подруга, теперь будто чужая. Когда-то они сидели в одной спальне у Эшли, ели мороженое из коробки и смотрели дурацкие комедии. Теперь — только кивок. Даже не взгляд.

И всё же, по какой-то странной причине, это уже почти не задевало. Было горько, но не ново.

В коридоре возле кабинета Эшли на секунду застыла. Напротив, у окна, стоял кто-то новый. Она его сразу заметила: высокий, крепкий, в чёрной толстовке. Его лицо было незнакомым, но в нём чувствовалось что-то странно знакомое.

Он повернулся боком, и Эшли уловила очертания профиля — резкие, с сильной линией подбородка, тёмные волосы, немного растрёпанные. Он был спокоен. Уверен. Так себя ведут люди, которым нечего бояться в этих стенах. Люди вроде Джея.

— Это кто? — шепнула Эшли.

— А, — Лиолета заглянула за плечо. — Новенький. Майлз, кажется. Друг Джея. Он переехал к нам в город недавно.

— Ага, — Эшли кивнула и отвернулась. Сердце дало короткий толчок. Не от интереса. От раздражения.

— Ты в порядке?

— Да. Просто... новый учебный год. И, что то мне уже не нравится.

Они зашли в класс. Эшли не оглянулась, но ощущала на себе чей-то взгляд. Хотя, может, это просто нервы.

После урока она не пошла сразу в следующий кабинет. Она свернула в сторону лестницы, к старому боковому выходу, где редко ходили учителя. Туда, где она иногда курила, когда было слишком сложно дышать в этом здании. Там было тихо.

Второй урок прошёл в полусне. История — с тем же преподом, тем же голосом, теми же скучными презентациями, которые будто сделаны наспех. Эшли смотрела на экран, но не слушала. В голове крутилось всё то же: слишком много людей, слишком много шума, а она — как будто не здесь.

Сидела у окна. Смотрела, как ветер гоняет жёлтые листья по бетонной дорожке. Кто-то сзади жевал жвачку с таким звуком, что хотелось встать и выйти.

— Эш, ты записываешь? — спросила Лиолета, наклоняясь ближе.

— Нет, — сухо ответила она. — Я не успеваю.

— Я потом дам, не парься.

Голова болела. Может, от духоты, может, от раздражения.

На перемене она попыталась пройти к своему шкафчику так, чтобы не столкнуться с лишними взглядами. Но это оказалось сложнее, чем ожидалось.

В коридоре толкались: сплетничали, смеялись, обнимались. Как будто у всех — снова чистая страница. Кроме неё.

— Эшли? — услышала она позади. Голос, который она узнала сразу.

Она медленно повернулась. Джей.

Тот самый Джей. Когда-то они были неразлучны — он знал всё, даже то, что не стоило знать. А теперь между ними — пустота.

— Привет, — сказал он с небрежной улыбкой. — Ты совсем пропала.

— А ты — нет, — ответила она, не меняя выражения лица.

— Слушай... — он почесал затылок. — Мне нужна будет одна штука. Но не сейчас. Я позже напишу.

— Пиши Лиолете.

— Это не про Лиолету. Это про нас.

Эшли стиснула челюсть.

— «Нас» не существует.

И пошла мимо.