предатель.
Услышать впервые за долгое время голос отца был как глоток свежего воздуха. В его голосе было четкое недоверие и даже недовольство, но меня сейчас это не волновало. Честно, мне безумно хотелось обнять отца и маму, не отпуская их, но сейчас между было расстояние и опасность.
— Папа...
— Сакура?! Это ты? Господи, дочка, как ты? — сзади я даже услышал быстрые шаги мамы, которая подбежала к папе. Голос отца поменялся кардинально, и я была чрезмерно счастлива услышать знакомую любовь и беспокойство в словах отца.
— Со мной всё хорошо, пап. Я в безопасности, правда. И рядом со мной надёжные люди. Я верю им, — с неким теплом в голосе прошептала я, посмотрев на спину Чана, который стоял и смотрел куда-то вдаль, оперевшись о капот машины, оставив меня поговорить с родителями наедине.
— Дочка, бога ради, береги себя! Никому не доверяй и будь начеку! — Тревожный голос матери выдал её волнение сразу.
— Мам, со мной всё хорошо, правда. Я в безопасности. Лучше будьте вы в безопасности.
— Сакура, ты в опасности! — крикнул в трубку отец. — Прошу тебя, будь аккуратна! Я вызову полицию к тебе. Наш детектив вычислит твое местоположение по этому телефону. Мы вернем тебя, не переживай.
— Пап, послушай, всё не совсем...
— Сакура, послушай лучше меня! Нам вчера вечером отправили предложение с выкупом!
Я замерла. Выкуп меня? Но как, если я в безопасности вместе с парнями?
— Пап, это мошенники. Рядом со мной только доверенные люди. К тому же у них нет никаких доказательств. Не смей тратить на каждого мошенника деньги.
— Сакура, прошу тебя, послушай, — начала мама, — это не мошенники. Неизвестный скинул нам твое последнее место положение по твоему номеру, который наш частный детектив не смог вычислить. А потом он отправил фотографию твоего разбитого телефона, — я еще сильнее нахмурилась. — Мы еще сомневались в том, правда ли все это твои вещи, но потом он прислал нам видео аварии...
Мурашки побежали по коже. Мое последнее местоположение, разбитый телефон и видео аварии.
— Что на этом видео?
— Ты едешь на машине, и в тебя врезается другой автомобиль. Пару парней и девушек подбежали к тебе, чтобы спасти тебя, но видео обрывается, — в голосе матери я услышала, как она начинает плакать. Представляю их переживания. Наверное, они даже думали, что я уже мертва...
— Мам, пап, со мной всё хорошо, я не пострадала, правда. Просто легкий удар головой. Я правда цела. Но вы должны оставаться на месте и не выходить никуда. Просто подождите, пока я сама позвоню вам, договорились?
— Но, Сакура...
— Такаши, — мама перебила отца. Полминуты было молчание, но затем раздался глубокий вздох отца.
— Хорошо. Но будь аккуратна, прошу... Люблю тебя, Сакура. — Сердце приятно защемило от таких слов.
— И я вас люблю, мам, пап. Будьте аккуратны. — Мне было тяжело держать свой голос твердым до последнего, но когда я с трудом нажала на красную кнопку, я прикрыла глаза, и горячие слезы потекли по моим щекам. Ком больно сжимал мое горло изнутри, но я привела мысли в порядок.
Не сейчас.
Появилось кое-что интересней.
Я вытерла следы слез и вышла из машины. Чан повернулся ко мне, услышав звуки. Его глаза внимательно осмотрели меня с ног до головы, будто убеждаясь, в порядке ли я. Он на секунду успокоился, но заметив мое настороженное лицо, в миг нахмурился.
— Как прошел разговор с родителями?
— Хорошо. Но я узнала кое-что интересней. — Чан нахмурился.
— Что именно?
— Кто-то из ребят затеял всё это. — Его лицо выражало странное непонимание. — Моим родителям пришло сообщение о том, что похитители требуют выкуп. Они подумали, что это был мошенник, но этот некто скинул им мое последнее местоположение с моего номера, фотографию моего разбитого телефона и видео, где я попадаю в аварию. С местоположением еще можно было провернуть подобную аферу, а вот с телефоном нет, потому что он лежит у Джоди в комнате. Значит, у кого-то есть доступ в общий дом. А если у него есть доступ, то...
— То он живет в этом доме, — продолжил мою мысль Чан.
— Именно! У нас есть улика. Видео. У кого-то из ребят должно где-то сохраниться видео. И если мы найдем, у кого это видео, то это значит, это он писал моим родителям о выкупе.
Чан стоял с очень хмурым выражением лица и смотрел куда-то себе под ноги, обдумывая мои слова.
— А ты не думала, что это... мы все? — я замерла.
Усмешка слетела с уст:
— Зачем вам всем это? Разве вы тогда подпустили меня к себе так близко? Нет, конечно. Я думаю, это кто-то один. И теперь подозреваемые все!
— Даже я? — слегка грустный взгляд Чана направился на меня. Как бы я не подозревала его, ни разум, ни сердце не позволяли мне думать, что он мог бы это сделать.
Я взяла его за руку.
— Вряд ли мы тогда были бы здесь, если бы я подозревала тебя. — Я прижалась к нему и поцеловала его, чтобы успокоить его и себя в первую очередь.
Поцелуй получился легкий и даже "ленивый", но так я пыталась убедить его верить мне.
— Ты бы не стал меня тогда любить, целовать и встречаться со мной.
Чан подолгу смотрел мне в глаза, думая над моими словами.
— Сакура, я люблю тебя. И я готов это признать, — он протянул ладонь и убрал мою прядь с лица. — Кто бы из них ни оказался предателем, я не дам ему навредить тебе. Обещаю.
— Я знаю, — я улыбнулась ему и обняла его, прижимаясь к его груди.
<...>
Было уже немного поздно, когда Чан провел Сакуру до комнаты Джо и убедился, что она в безопасности. Она поцеловала его в щеку, пожелав сладких снов, а Чан устало улыбнулся ей, сохраняя в своих воспоминаниях теплую улыбку и любовь в глазах девушки. Как только дверь закрылась, с лица Чана сползла улыбка, понимая, в каком дерьме они находятся.
Честно признаться, он знал, что ничего хорошего не выйдет. Он знал, что будет что-то подобное. Именно поэтому сторонился Сакуры. Но, видно, это не помогло. Огромная вина накладывалась на плечи Чана, а его собственное сердце корило его.
Его кулаки сжались, и он поднялся наверх. Прямо по коридору была комната. Он громкими шагами подошел к ней и без стука открыл дверь. Бан Бил сидел на стуле и глядел на экран ноутбука, где крутилось одно и то же видео, где в машину Сакуры врезается другая. Его машина.
— Зачем ты написал им?! Ты не мог еще немного потерпеть?! — взорвался Чан, наблюдая на недовольное лицо брата.
— Мы должны были сделать это еще вчера. А ты тянул до последнего. И я начал применять меры. — Бил поднялся со своего стула и приблизился к Чану.
— Какие такие меры?! Ты почти убил ее!
— Не убил же, — мерзкая улыбка появилась на лице Бана младшего, от чего Чан сорвался и схватил его за ворот его футболки и прижал его к стене.
— Еще раз притронешься к ней, я сам тебя убью.
— Чан, открой глаза. Вспомни, кто ее украл. Вспомни, зачем мы это делаем. Вспомни, ради кого мы это делаем. Вспомни, из-за кого мы это делаем. — Чан замер. Едкая усмешка слетела с губ Била. — То-то же. Помни свое место, дорогой братец. Помни, что именно из-за тебя погиб Лиям. Помни, что из-за тебя погибли родители. Помни, что из-за тебя мы в такой дыре.
Бил развернулся и даже не взглянул на своего старшего брата, а Чан остался вновь и вновь тонуть в детских воспоминаниях, а сердце вновь сжималось от чувства вины, которое он чувствовал практический каждый день уже на протяжении 10 лет...