2. Testing Him
Я проснулась, медленно потягиваясь и зевая. Интересно, почему Хэдли ещё меня не разбудила? Обычно её назойливый голос будит меня ранним утром, лишая драгоценных часов сна, чтобы выполнить очередную грязную работу.
Затем я вспомнила. Я открыла глаза в надежде на то, что последние два дня были лишь видением. Но меня встретила пустая кровать капитана Стайлса, застеленная, будто его тут и не было. Потом мне вспомнилось и то, что прошлой ночью он действительно спал здесь, да и не только спал. От этих мыслей в животе всё сжалось. Это не очень приятное и странное ощущение, которое я никогда не испытывала прежде. Я поняла, что хочу закрыть глаза и воспроизвести в памяти ту сцену, где капитан Стайлс бесцельно доставлял себе удовольствие, думая, что его никто не видит. Выражение его лица было таким...
– Ох, птичка, - пропел капитан, резко открывая дверь. – Ты проснулась.
Я мгновенно залилась краской, вспоминая события прошлой ночи.
Несмотря на то, что его приветствие вполне дружелюбно, следующие слова, слетевшие с его губ, были суровы.
– Готова к завтраку? Ты ведь не можешь весь день провести в постели.
– Да, сэр, – кротко ответила я.
Когда он ушёл, я сбросила с себя одеяло и свесила ноги с кровати. На мне была та же одежда, что и вчера, за исключением нижнего белья. Мне просто интересно, как быть во время менструации. Семья Обинье, которой я прислуживала до того, как меня похитили пираты, по крайней мере, снабжала экономок чистыми тряпками, чтобы мы не отрывались от работы во время этих дней.
Я поспешно надела чулки и туфли, не желая злить капитана. Я заправила кровать шерстяным одеялом, которое прошлой ночью таинственным образом оказалось на мне. Оно было добротное и с прекрасной вышивкой, но у меня не было времени на раздумья, поскольку в каюту ворвался капитан Стайлс, а за ним маленькая девочка, нёсшая поднос с едой. Она поставила его на стол и быстро удалилась.
Меня ошеломил её явно небольшой возраст: ей ведь не больше двенадцати. Я съежилась при мысли, что ребёнок попал в рабство к отвратительным и непристойным мужчинам.
Я размышляла, какие же обстоятельства привели её сюда, пока меня не прервал крик капитана.
– Женщина, иди сюда! Чёрт побери, почему ты всё время испытываешь моё терпение?
Я села за стол и была в полнейшем шоке от того, что он сел напротив меня. Он собирается смотреть, как я ем? Я не предпринимала никаких действий, пока он снова не прикрикнул.
– Я не собираюсь тебя обслуживать.
Я понимающе кивнула и аккуратно взяла с блюда небольшой кусочек хлеба, намазывая на него небольшое количество масла. Я хотела налить себе чая, но заметила, что жидкость довольно тёмная.
– Это чай? - спросила я.
– Кофе, – огрызнулся он. – Помилуй, женщина, съешь ещё что-нибудь. По мне, так ты слишком тощая.
– Благодарю, я не очень голодна, – вежливо ответила я, делая глоток горького напитка из оловянной кружки.
– Ты будешь делать то, что я говорю! – рявкнул он, чуть ли не подпрыгнув. Капитан наполнил мою тарелку хлебом и кусочками фруктов. Мы покинули порт всего несколько дней назад. Было бы стыдно переводить свежий хлеб и фрукты, потому что, по опыту знаю, когда их запасы исчерпываются, наступает очередь не самой вкусной еды.
Я старательно пережёвывала пищу, в то время как капитан Стайлс просто сидел и наблюдал. Это довольно-таки странно. Я всегда ела со слугами после семьи Обинье. Они никогда не следили, как я доедаю остатки их блюд. Так или иначе, сейчас я являюсь пленницей жестокого пирата, который кормит меня, как королеву.
Собравшись с духом, я всё же спросила.
– Это Вы прошлой ночью накрыли меня вторым одеялом?
Капитан Стайлс одарил меня настолько резким взглядом, сразу давая понять, что не собирается отвечать на вопрос.
– Спасибо, – почти прошептала я и устремила взор в тарелку, стряхивая с пальцев крошки хлеба. Я мельком глянула на капитана, когда он посмотрел в окно. Господи, он великолепен. Прежде я никогда не встречала такого привлекательного мужчину. Я представляла, что он какой-нибудь знатный дворянин, и мы сейчас на приёме, устроенном в честь нашей помолвки.
– На что ты уставилась? – прошипел он, и я сразу отвернулась, прикусывая нижнюю губу. Я чувствовала себя униженной из-за того, что мечтала о нём. – Ну и? – нетерпеливо добавил он.
Боже, он правда хочет, чтобы я ответила.
– Эм, что ж, сэр, если быть честной, я любовалась Вашими чертами лица, – его озадачили мои слова. – Я хотела сказать, что Вы...
– Замолчи! – крикнул он.
– ... очень красивый джентльмен, – тихо закончила я, чувствуя, как щёки горят от смущения.
Капитан Стайлс долго молчал, но затем громко рассмеялся. Если бы я не знала его, подумала бы, что он школьник, который смеётся над очередной шуткой вместе со своими друзьями. Он откинул стул, подошёл ко мне и грубо схватил за руку, прижимая к себе.
– Внешность абсолютно ничего не значит, птичка, – грубо сказал он. – И ты скоро поймёшь, что я... не джентльмен.
С этими словами он впился в мои губы почти так же, как накануне. Я скорчилась от его действий. Напор был настолько интенсивный, что я непроизвольно вскрикнула, так и не избавившись от его близости.
Когда он, наконец, отстранился, мои губы пульсировали. Я хотела коснуться их, но капитан Стайлс опередил меня и провёл мизинцем по моему рту, размазывая кровь. Он ухмыльнулся, а затем облизнул свой палец.
– Что я тебе говорил, птичка? – капитан усмехнулся. – С тобой всё будет хорошо, если ты не будешь мне сопротивляться.
Меня пугало его странное поведение. Он снова шагнул в мою сторону и наклонился, оставляя влажные поцелуи на моей щеке, мочке уха, шее. Ровно настолько, насколько это неуместно, я не могла отрицать, что его прикосновения были довольно интригующими. Так как я понятия не имела, как нужно вести себя в таких ситуациях, я просто стояла, позволяя ему проводить губами по моей коже. Он замедлился и начал посасывать участок моей шеи. Я проклинала себя за то, что наслаждалась его близостью. Может, за это короткое время, что я была его пленницей, я успела сойти с ума?
– Птичка, твоё сердце так быстро бьётся, – пробормотал он. – Я чувствую это здесь, – он продолжил целовать мою шею.
Капитан резко обнял меня за талию, прижимая к своему телу.
– Ты знаешь, что происходит, когда мужчина желает женщину? – он вздохнул. – Вот это, – он резко толкнул своими бёдрами навстречу моим, давая понять, что сейчас он в таком же состоянии, как был прошлой ночью. – Я знаю, что ты видела меня вчера.
Моё дыхание участилось от удивления и отвращения. Он что, хочет наказать меня за то, что я стала случайным свидетелем его "интимного" процесса?
– Ох, да перестань, – прорычал он. – Тебе же понравилось, да? Знаешь, о ком я тогда думал? – он на минуту замолчал, ожидая моего ответа. – Знаешь? – повторил он настолько громко, что я подпрыгнула от неожиданности.
– Нет, сэр, не знаю.
– О тебе. Я думал, что если бы твоя нежная рука успокаивала мою ноющую боль, – он схватил мою руку и опустил на выпуклость в своих брюках. Я в шоке ахнула, пытаясь вырваться, на что капитан лишь снисходительно засмеялся. Меня одолел ужас, когда он слегка потёрся своей мужественностью о мою руку. – Не переживай, твоё время скоро придёт.
После этих слов он направился к двери. Несмотря на то, что я была полностью подавлена, мне удалось вымолвить:
– Капитан?
– Да? – ответил он со свойственной ему нетерпеливостью.
– Сэр, что я могу сделать для Вас сегодня? – похоже, я в любом случае готова ему услужить в надежде на то, что он будет милостив ко мне. Я молилась, чтобы он больше никогда не заставлял меня трогать его.
Он глубоко вздохнул, прежде чем ответил.
– Просто оставайся в моей каюте, – произнёс он, захлопнув за собой дверь.
Я испустила долгий раздражённый вздох. Понятия не имею, зачем он взял меня в плен, если не собирается нагружать грязной работой. Не то чтобы мне не хотелось вернуться обратно в кровать и уснуть, ненадолго покинув этот кошмар, я просто не собиралась снова злить капитана, если он сказал, что я не могу весь день проводить в постели. Очень трудно сидеть, сложа руки, и ждать, пока этому пирату снова не взбредёт что-нибудь в голову.
Губы до сих пор горели, и я провела по ним пальцами. Осталось немного крови, но ранка ужасно болела. Я что, должна позволять капитану целовать себя только ради того, чтобы он не причинил мне вреда? Я начинала понимать, что бороться с ним бесполезно: он очень силён. Было бы грешно отвечать на поцелуи незнакомца, но, похоже, мне больше не стоит сопротивляться, если я хочу остаться с целыми губами.
Как же непристойно прикасаться к нему и к его... ох, я не могла произнести это слово даже про себя.
Несмотря на запреты, я взобралась на кровать и укуталась в шерстяное одеяло. Я начинала дремать, надеясь, что у меня будут хорошие и невинные сны.