Глава 53 Чонгук
Вечер с девчонками пролетает одним махом. Кино, кафе, парк, и домой возвращаемся только в десятом часу, уставшие, но счастливые и довольные.
Ая сразу в ванную и спать, буквально падая с ног, а мы с Лисой, еще какое-то время, закрывшись на кухне, гоняем чаи, делясь впечатлениями от разговора с родителями. И, как я понял со слов девушки, ее мать снова в своем репертуаре, горазда решать за дочь. Именно поэтому сегодня, когда приехали с Аей ее забирать, на девушки лица не было.
— В общем, я же говорила, что нужно повременить. Еще и Хосок этот… притащился! — вздыхает моя девочка возмущенно, а я пересаживаюсь на стул рядом с ней и обнимаю за худенькие плечи, притягивая к себе.
— Она успокоится. Правильно тебе сказал отец, Лис, — говорю, целуя в висок. Лиса укладывает свою голову мне на плечи, и я готов так хоть всю ночь напролет просидеть. Тихо, уютно и рядом.
— Просто хотелось, чтобы мама за меня порадовалась. Хотелось услышать от нее что-то напутственное и приятно, а в итоге: какой ребенок, Лиса? И какой мужчина, Лиса? О какой свадьбе идет речь, тьфу… — рычит моя девочка, и с этой яростью на лице выглядит еще милее, чем обычно. Хотя, казалось бы, куда уж.
— А твои как? Как мама отреагировала? — поднимает голову и заглядывает мне в глаза.
— Решила, что я это не я, раз решился на свадьбу! Второй раз, — усмехаюсь, — припоминаю, что после условного развода с Кариной я уверял ее, что больше никогда не пущу женщину в свою жизнь, — говорю, делая глоток остывшего ароматного чая.
— Хм, вот значит, как? — выгибает бровку Лиса, улыбаясь. — Сделал для меня исключение?
— Хуже. Ты бессовестно прокралась и в сердце, и в голову, и в жизнь без разрешения, Лалиса! — целую курносый нос любимой и слышу ее тихий смех.
Утро встречаем со звонком будильника. Подскакиваем всей семьей и, быстро позавтракав, увозим с Аей Лису в школу. Вчера вечером, Карина, как и обещала, прислала письмо с местом и временем проведения фотосъемки. У нас всего час, чтобы вернуться с Аей домой так, чтобы Лиса ничего не заметила, и переодеться в парадное. Правда, заминка происходит у ворот школы. А вернее, за углом, где до сих пор и высаживаю Лису, чтобы не было у руководства школы лишних вопросов.
— Идем, Ая, а то опоздаем, — кивает Лиса ребенку, выбираясь из салона и мимолетная целуя меня в щеку.
— А я сегодня не пойду, — лучезарно улыбается дочурка, и Лиса замирает.
— То есть?
— Моя мать попросила помочь ей, ужин для своих готовит. Поэтому днем Ая мне нужна, — говорю, поглядывая на дочь в надежде, что подыграет. — Сегодня устрою ей выходной от лагеря, — вру, а самого от осознания этого буквально выворачивает.
— Да? А что же вы дома не сказали, я бы сама уехала, — сокрушенно вздыхает Лалиса.
— Да ну, брось.
— Нам за радость! — поддакивает Одуванчик.
— Ну-у-у, хорошо тогда. До вечера? — неуверенная улыбка трогает губы девушки.
— До вечера, — киваю, заводя машину. — Думаю, я освобожусь и успею тебя забрать с работы.
— Отлично. Буду ждать. Пока, Ая.
— Пока!
И все, Лиса выходит и направляется дворами в сторону школы, а мы с Аей, переглянувшись, мчим домой. Менять джинсы с футболками на платье и смокинг. Не дай боже, Лиса узнает, что снова обманул — не сносить мне головы.
Быстренько сменив прикид, мчим с Аей по указанному адресу и без пяти одиннадцать поднимаемся в нужный кабинет. А вернее, зал, который используют здесь под фотостудию. А там уже встречает Карина, нервно поглядывая на часы, и обеспокоенно выдыхает, увидев нас.
— Ая, Чонгук! — улыбается бывшая жена и спешит обнять дочь, которая явно по ней очень и очень соскучилась.
Уже даже и не припомню, когда последний раз Карина приезжала. Угрозу в прошлом месяце она благополучно проигнорировала, снова отговорившись командировкой, а просто так, по работе, ее практически никогда не заносило в столицу. Поэтому это действительно уникальный случай, когда мать и дочь встретились.
— Привет, мам! — прижимается к женщине Ая, а я, спрятав руки в карманы брюк, стою в стороне.
Сколько мы с Кариной не виделись, она не сильно изменилась. Все тот же шебутной темперамент и невозможность сидеть на месте. Цепкий взгляд и сдержанная улыбка. Даже по отношению к родным.
— Чонгук, — подходит ко мне, целуя в щеку бывшая жена, а я скромно и почти невинно приобнимаю ее за талию. У нас в отношениях никогда искры из глаз от страсти не летели. Все всегда было мирно, спокойно… приятно. А сейчас, когда у меня появилась Лиса, так и подавно.
— Карина.
— Думала, вы не приедете.
— Мы обещали. Но надеюсь, ты помнишь условия, — многозначительно смотрю на женщину, к которой так и льнет Одуванчик.
— Помню, помню. Ваша Лалиса ничего не узнает об этих снимках. Обещаю.
— Вот и отлично.
— Как твои дела, солнце? — присаживается на корточки Карина, приобнимая дочь. — Я тебе привезла подарок.
— Лучше давай ты сама будешь чаще приезжать, мам, — дует губы девчушка. — Я соскучилась, — обнимает за шею, целуя мать в щечку.
— Я постараюсь, малышка. Честно-честно!
— Так, Карина, время! — вклинивается в наше уединение, видимо, личная помощница моей жены и торопливо сгоняет нас в сторону примостившегося на фоне камина кожаного диванчика. А дальше начинается: фальшивые улыбки, щелчки затвора и нежные взгляды глаза в глаза — исключительно по просьбе фотографа.
И кто бы знал, как меня от этой игры на камеру воротит!
Никогда терпеть не мог попадать в объектив фотокамер. Если Карина всегда была любимицей компании и обожала всеобщее внимание к своей персоне, то я в нашей паре был чем-то вроде угрюмого буки, который терпеть не мог ее корпоративы, где как муж обязан был быть, и всевозможные званые ужины да банкеты. Я личность не медийная, от слова совсем.
Но, к сожалению, привык держать слово.
К счастью, мучили нас недолго. Час — и мы свободны. Выходим всем составом из фотостудии, решив пообедать в кафе неподалеку. В конец концов, Карине надо провести с ребенком времени чуть больше, чем ничего, а до встречи Лисы у нас есть еще два часа, и мы вполне успеем домой, чтобы снова переодеться.
Терпеть не могу врать и обманывать, но успокаиваю себя только тем, что это для ее же блага. Хотя ощущение, что я обманываю не только любимую женщину, но и себя, не покидает.
— Классные должны быть снимки, — улыбается Карина, попивая кофе. — Спасибо за помощь, дорогие!
— Хотелось бы сказать, обращайся, но не буду, — откидываюсь на спинку стула, закатывая рукава рубашки. Форма и в полетах надоедает, а тут среди бела дня и в выходной пришлось нацепить.
— Ну и не надо, — фыркает Карина, приобнимая счастливую Аю, — это просто инвестор попался вредный. Семейные ценности и бла-бла-бла, — машет рукой бывшая жена. — Ну, да ладно. Как ваши дела? Как ваша Лалиса?
— Все отлично.
— Да, мам, — встревает в разговор Одуванчик, — а давайте все вместе сходим в кафе или кино? — поднимает взгляд на мать Ая. — Мы тебя с Лисой познакомим. Она хорошая.
— Эм… — улыбается Карина, поглядывая на меня. А я что? Я только могу развести руками и предоставить женщине самой разбираться с предложением дочери. Я вчера от него отбивался.
— Малышка, я через пару часов уже уезжаю. Боюсь, не получится.
— А на свадьбу? Ты приедешь на папину свадьбу?
Какая прелесть, и даже смеха сдержать не могу, стоит только представить себе эту картину. Нет, конечно, я слышал, что и такое бывает: что бывшая жена и нынешняя дружат, но с трудом верится мне, что тихая, спокойная и нежная Лалиса найдет общий язык с несгибаемой и жесткой Кариной. Но я бы на эту картину посмотрел, не скрою.
— Ну, если папа пригласит и если Лалиса его не будет против… — неопределенно пожимает плечами мать Аи, уничтожая меня взглядом за то, что сижу и молчу, улыбаясь.
— Не против, — машет ладошкой Одуванчик, — Лиса хорошая и добрая. Она тебе понравится.
— Замечательно, солнышко, — прячет взгляд в кружке с кофе Карина.
Точно, будь у нас с бывшей еще хоть какие-то притязания на сердце и внимание друг друга, точно бы так спокойно мы не сидели здесь и не гоняли чаи.
После кафе подкидываем Карину до отеля, в котором она остановилась, а сами едем домой. Ая сегодня невероятно воодушевлена и трещит без умолку, а мне за радость смотреть на ее улыбающееся и довольное личико. Уже и не припомню, когда последний раз видел дочурку, дующую губы. Остается только удивляться, как важна и нужна в жизни ребенка легкая женская рука и как рядом с правильной женщиной меняется и обстановка, и настроение в доме.
Раньше мы оба, что я, что дочь, жили, вечно куда-то торопясь. Использовали квартиру как какой-то “перевалочный пункт”, предпочитая проводить время вне стен родной квартиры, но сейчас же… Благодаря присутствию Лисы мы оба стали торопиться вернуться домой. Зная, что нас там кто-то ждет. Не представляю, как вся эта ерунда работает, но буквально чувствую, как все меняется. И мне нравятся такие перемены.
Из школы Лиса выходит как обычно, не опоздав ни на минутку, и всю дорогу до машины идет, воровато оглядываясь. А когда оказывается в салоне, кажется, даже выдыхает расслабленно.
— Что за паника? — встречаю ее изумрудный взгляд с улыбкой, но девушка только пожимает плечами и улыбается.
— Да так, не бери в голову.
Ну не брать в голову, так не брать. И все-таки нужно мне самому поговорить с ее директором. Не изверг же он и должен понять, что в наших отношениях с его коллегой все серьезно и это не легкая интрижка на пару дней. Думаю, если человек он адекватный, то поймет. Если нет… то придется настоять на том, чтобы Лиса уволилась. Хотя этот вариант оставим на крайний случай.
По дороге заезжаем в продуктовый магазин, так как мои девчонки воодушевленно обещают приготовить вкуснейшую пиццу и, накупив целую тележку продуктов, едем домой. Где первым же делом располагаемся на кухне своей дружной компанией, каждый с персональным заданием от шеф-повара Аи.
Лично мне вручили терку с сыром, который почти весь уже в миске. А Лиса аккуратными ломтиками нарезает помидоры, так, словно по линеечке, то и дело из-под ресниц стреляя в меня глазами и улыбаясь.
— А еще, тренер сказала, что скоро будет соревнования. Она возьмет меня, представляете?! — прыгает со скалкой вокруг островка наш маленький поваренок. — И я буду одной из участниц. А еще…
И сегодня у Одуванчика как никогда много этих “а ещё”, которыми она нас щедро одаривает. Мы же с Лисой слушаем, киваем, поддакиваем, до тех пор, пока Ая не говорит:
— Лиса, а я сегодня виделась с мамой, — неожиданно, слишком сильно увлекшись разговорами. Заставляя меня замереть со стаканом в руке, который только что успел подхватить со стола и подавиться вздохом.
— Правда? — удивленно округляются невероятные глаза любимой, которая смотрит на меня вопросительно, но без упрека. Скорее растерянно. Не зная, как реагировать на такую новость.
— Ага, мы сегодня… — начинает Одуванчик да тут же прикусывает язычок, — ой… — поглядывая на меня, явно поняв, что допустила оплошность.
— Она… кхм… — откашливаюсь и осушаю залпом стакан воды, — к матери сегодня в гости заезжала. Проездом в городе.
— Да-да, — кажется, расслабленно выдыхает дочурка, пряча испуганный взгляд. — И я предложила маме сходить всем вместе в кафе, — улыбается Лисе дочурка. — Давайте, м?
— Эм… то есть мы, — мотает ладошкой с меня на себя и обратно Лиса, растерявшись, — вчетвером?
— Ну да. Было бы клево, если бы вы подружились с моей мамой.
Лиса, кажется, в этот момент даже побледнела, как и я, плохо себе представляя такую дружбу. Но передавая дочурке тарелку с нарезанными овощами, чмокнула ту в макушку и пообещала:
— Я об этом подумаю, малышка. Правда.
— Ну и класс. Папа приедет со следующей командировки, и мы сходим все вместе в парк, да, пап? А еще в кафе, и там в кино начнется новый крутой мульт!
— Угу, Одуванчик, — киваю, чмокнув Лису в щечку, приободряя. — Обязательно сходим, — получаю тычок кулаком в плечо и тут же ретируюсь, оставляя своих поварят творить кулинарные шедевры в сугубо женской компании.
Командировка. Ох, как быстро я забываю рядом с ними о работе, а ведь послезавтра новый рейс и снова дальний. Новое расставание на почти четверо суток уже мысленно убивает.