43 глава
Глава 43: Рассвет без масок
Утро после метели встретило их хрустальной тишиной. Снег, словно белое покрывало, скрывал следы прошлой ночи, а солнечные лучи пробивались сквозь заиндевевшие окна, рисуя на полу ажурные узоры. Аделина проснулась первой. Её голова покоилась на груди Вильяма, а его рука, даже во сне, крепко обнимала её за талию, будто боясь, что она исчезнет. Она не шевелилась, боясь нарушить этот миг хрупкого покоя. Его дыхание было ровным, но шрам от пули на плече — свежий и красный — напоминал, что затишье может быть обманчивым.
Он застонал, когда она осторожно прикоснулась к повязке.
— Не уходи... — пробормотал он сквозь сон, и её сердце сжалось.
— Я здесь, — прошептала она, целуя его висок. — Всегда.
Вильям открыл глаза, и в них не было привычной насмешки — только обнажённая нежность.
— Интересно, это сон? — он провёл пальцем по её босой спине, где синели следы его пальцев.
— Если да, то не просыпайся, — она улыбнулась, пряча лицо в изгибе его шеи.
Они молчали, слушая, как трещит догорающий камин. Вильям первым нарушил тишину:
— Раньше я представлял, как мы... — он запнулся, ища слова. — Но это было не так.
— Не так? — она приподняла бровь.
— Ты... живее. Горячее. И гораздо упрямее.
Аделина рассмеялась, но смех оборвался, когда он вдруг серьёзно посмотрел на неё:
— Я не умею любить по половинке. Если мы продолжим это, я буду требовать всего. Даже если придётся приковать тебя к кровати, чтобы ты не лезла под пули.
Она села, обернувшись в одеяло, как в доспехи. Солнце золотило её кожу, а в глазах танцевали осколки страха.
— Ты знаешь, что я не могу обещать. Наша жизнь...
— Наша жизнь — это выбор, — он перебил, садясь рядом. — Каждую минуту. И сегодня я выбираю тебя. Даже если завтра придётся выбрать смерть.
Его губы коснулись её плеча, медленно, словно выжигая клятву. Аделина дрожала, чувствуя, как стальные стены вокруг её сердца крошатся под этим прикосновением.
— А если я сломаюсь? — прошептала она, впервые признаваясь в этом вслух.
— Тогда я соберу тебя заново. Осколок за осколком.
Они завтракали консервами из запасов Грэма, смеясь над абсурдностью ситуации. Вильям, с серьёзным видом, наливал "кофе" из ржавой кружки — горячая вода с щепоткой растворимого порошка.
— Пять звёзд, шеф-повар, — язвила Аделина, но пила, не морщась.
— Для первого свидания вполне, — он парировал, и оба замолчали, осознав, что это действительно их первое утро вместе.
Когда солнце поднялось выше, они вышли наружу. Снег слепил глаза, а воздух обжигал лёгкие. Вильям вдруг схватил горсть снега и бросил в неё.
— Вот же подлец! — засмеялась она, нападая в ответ, но поскользнулась. Он поймал её за талию, и они рухнули в сугроб, задыхаясь от смеха.
— Ты совершенно невыносим, — сказала она, вытирая снег с его ресниц.
— Зато ты любишь это, — он притянул её к себе, и поцелуй впитал вкус мороза и свободы.
Но вечером тени вернулись. Радио, найденное в домике, зашипело новостями о "перестрелке в порту" и "пропавших детективах". Вильям выключил его резким движением, лицо стало каменным.
— Нам нужно двигаться. Грэм...
— Грэм может подождать, — Аделина взяла его лицо в ладони. — Сегодня ты мой. Только мой.
Они танцевали под тишину. Без музыки, без света — только их сердца, отбивающие ритм. Вильям прижимал её к себе, губы шептали что-то на забытом языке детства, а она вторила, зная, что завтра всё может рухнуть.
— Я нашёл дом, — признался он позже, когда они лежали под грубым шерстяным пледом. — Далеко отсюда. С видом на океан. Там нет мафии, Грэма, наших демонов.
— Ты серьёзно? — она приподнялась, изучая его глаза.
— Купил его вчера. Вернее, вчера — это когда мы ещё не... — он споткнулся, вдруг смутившись. — Чёрт, это звучит как безумие.
Аделина прижала его ладонь к своей щеке.
— Самое безумное, что я слышала. И самое прекрасное.
Они заснули, сплетясь в клубок из тел и надежд. А утром на пороге появился Грэм — с новым заданием, пистолетом и ледяным взглядом. Но когда Аделина попыталась отстраниться, Вильям не отпустил её руку.