Глава 31
Весна — и ты рядом
Экзамены были, как буря. Сначала — тихий ужас ожидания, потом — шквал, полный страха, бессонных ночей, лихорадочных повторений, списков, формул, панических сообщений в чат. А потом — тишина. Не вдруг, а как после шторма: всё вокруг ещё дрожит, но воздух уже прозрачный, и небо — ясное.
Весна пришла как-то незаметно. Однажды утром я просто вышла на улицу и увидела, что деревья уже цветут. Как будто кто-то щёлкнул выключателем, и всё расцвело. Время после экзаменов потекло по-другому — сонно, неровно, тёпло. Дни сливались: библиотека, закаты, шутки На Ра, тишина с Ха Ру, разговоры без слов.
И вдруг — выпускной. Он пришёл так быстро, что я почти не поняла, что это уже конец.
⸻
Утро было тихим. Лишь редкие машины проезжали по улице, лениво просыпающейся от сна. Я стояла у зеркала в выпускной форме. Белая блузка, чёрная юбка, ленточка. Волосы убраны. Взгляд — напряжённый.
Я нервно провела рукой по ткани. На секунду в зеркале промелькнул другой кадр: девочка в мятом спортивном костюме, с зажатой чёлкой, опущенным взглядом и сжатыми губами.
— Я дошла.
Не идеально.
Но теперь — я есть.
Я вышла из комнаты. В коридоре пахло кофе и вчерашним спиртным. Мать, полуразвалившаяся на диване, только приподняла голову и язвительно заметила:
— Даже не пригласила свою мать на выпускной. Модно нынче — стыдиться семьи?
Я ничего не ответила. Просто прошла мимо, стискивая в руке сумочку. Внутри — не боль. Уже нет. А пустота. Чистая, выгоревшая. Такая, в которой можно построить что-то новое.
⸻
Школьный двор оживал.
Ученики подходили поодиночке и группами, в форме, с букетами, с родителями, с камерами. Воздух был наполнен смехом, щелчками затворов, шелестом платья и шелковыми лентами на груди.
Ха Ру шёл по дорожке, неся в руках два букета — один с белыми розами, второй с ярко-розовыми гвоздиками. Улыбка была чуть смущённая, волосы — аккуратно приглажены, в глазах — праздник.
— О, а вот и наш принц с цветами! — засмеялась На Ра, подходя к нему.
— Один тебе, один ей, — он протянул ей гвоздики.
— Ты просто поднимаешь планку. Теперь, когда мой будущий парень придёт без цветов, я буду знать, кого винить, — с усмешкой сказала она, но глаза светились.
Я подошла чуть позже. Ха Ру посмотрел на меня — так, будто видел впервые. И сразу же протянул мне белые розы.
— Ты сегодня похожа на новую версию себя, — тихо сказал он.
— Новая я... всё ещё учится не бояться.
Мы обнялись. Не как друзья. Не как влюблённые. А как люди, прошедшие дорогу — вместе.
⸻
Толпа на школьном дворе жила своей жизнью. Все радовались.
Почти все.
Мин Сок стоял в стороне. Его форма сидела по-прежнему безупречно, волосы аккуратно причесаны, на лице — знакомая, вежливая улыбка. Но те, кто смотрел чуть внимательнее, видели другое.
Он похудел. Черты лица заострились, под глазами — мешки, как следы бессонных ночей. Он не выглядел как тот «новенький айдол» с первой недели. Сейчас в его облике было что-то острое, настороженное, опасное.
Он стоял неподвижно, наблюдая, как Ха Ру держит Соль А за руку. Как она смеётся.
Как вся она — свет.
(внутренне):
«Ты сегодня особенно красивая.
Жаль, что не для меня.»
⸻
Цветущее дерево стояло в центре школьного двора — сакура, будто в финальной сцене весенней дорамы. Под ним фотографировались группами, парами, классами.
— Пошли, — сказал Ха Ру и легко взял меня за руку.
Мы прошли мимо других учеников, смущённо переглядываясь. Ха Ру остановился перед деревом, огляделся — и с лёгкой улыбкой повернулся ко мне.
— Ты ведь знаешь...
Я горжусь тобой каждый день. Но сегодня — особенно.
Я вздохнула. Голос дрожал, как лепестки на ветру.
— Если бы не ты...
Он сжал мои пальцы крепче.
— Если бы не мы.
Фотограф поднял камеру. Щёлк.
А позади, размытый, стоял кто-то. Вне фокуса. Но смотрел прямо в объектив.
Мин Сок.
Как будто смотрел прямо в душу.
⸻
Церемония закончилась. Родители фотографировались со своими детьми, кто-то уже уносил букеты, кто-то вытирал слёзы. Ха Ру извинился, кивнул в сторону — его звали родители, и он ушёл, оставив нас с На Ра одних.
На Ра стояла в стороне, запрокинув голову к небу. В глазах — размышления, в пальцах — медленно сминаемый лепесток сакуры.
Я подошла тихо.
— Ты ведь знала, что всё изменится, когда я сюда пришла.
На Ра не повернулась.
— Я и хотела, чтобы изменилось.
Ты пришла — и весна наконец стала весной.
Я молчала. Потом тихо:
— Скажи мне честно... Так же не бывает. Вы совсем из другого мира. Почему вы так... тепло отнеслись ко мне?
На Ра усмехнулась.
Долго молчала.
— Знаешь... я не думала, что мы подружимся. До одного момента.
Соль А нахмурилась, недоумевая.
— В твой первый день. Когда я оставила тебя возле класса и пошла первой... Мы сидели с Ха Ру и Джи Соном у окна, у моей парты.
Ты, наверное, нас не заметила — ты смотрела в пол.
Но... — она поправила прядь за ухо. — Я помню тот взгляд Ха Ру, который он бросил на тебя. Это было нечто... сокровенное. Интересное. Он будто увидел что-то своё.
Она улыбнулась — по-настоящему, незащищённо.
— Поэтому я решила познакомить вас. А дальше всё... само. Неожиданно ты стала неотъемлемой частью нас.
До тебя никто в нашу компанию не вписывался. А ты — как будто всегда была с нами.
Соль А стояла с защемившим сердцем.
Слёзы наворачивались.
Она вдруг поняла: с самого начала, в тот первый туманный день — свет ей дала она.
На Ра.
Не подруга, а почти ангел.
Тот, кто разглядел. Поверил.
Они обнялись. С крепкой, искренней нежностью.
— Ну всё, не реви, — подшучивала На Ра. — Иначе Ха Ру подумает, что я тебя обижаю. Хотя, если честно, он и сам мог бы поплакать... За вас двоих.
⸻
Весеннее солнце уже клонилось к закату. Свет становился мягким, почти золотым, а листья сакуры — прозрачными на просвет. Вся школа была как большая картина, где каждый кадр хотел запомниться. Последний день, последняя форма, последние взгляды, в которых было всё, что не успели сказать.
Я, Ха Ру и На Ра шли по аллее вдоль школьной дорожки. Смеялись. Не громко, а как бывает, когда от счастья немного щемит в груди. Ха Ру говорил что-то про нелепый галстук, который теперь ассоциируется с экзаменами. На Ра закатывала глаза, рассказывала, как однажды забыла форму на важную фотосессию, и прикрывалась чужой курткой. Я слушала и просто была рядом.
Никто не торопился. Время будто застыло. В этом смехе, в этих тенях на асфальте, в шорохе лепестков.
Позади, чуть в стороне от дороги, стоял Мин Сок. Один.
Его руки были в карманах, осанка прямая. Он казался таким же, как все — выпускником, прощающимся с прошлым. Но глаза... в глазах жила другая весна. Не светлая. Не теплая.
Он смотрел на троицу.
Смотрел, как они растворяются в светлом коридоре деревьев.
(внутренне):
«Пусть смеются.
Но смех исчезает.
А я — останусь.»
⸻
На стене школьного коридора — доска с фотографиями. Выпускники улыбаются, смеются, машут. Но одно фото особенно выделяется.
Под цветущей сакурой — Соль А и Ха Ру.
Он держит её за руку. Она смотрит в объектив.
Свет. Тишина. Признание.
А на заднем плане, размытый, вне фокуса — Мин Сок.
Смотрит прямо в камеру.
Маленькая подпись под фото:
«Весна. И ты рядом.»