Глава 33
ЧОНГУК.
Девятнадцать лет.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Можно было бы провести целые исследования о том, как мое тело умудрялось функционировать в Нью-Йорке, в то время как мой разум оставался за тысячи миль в Европе с Лисой.
Она благополучно добралась до Женевы, не встретив на своем пути особых препятствий. А именно: путешествовала в халате в отеле и отбивалась от засранца-таксиста, который пытался к ней приставать.
В общем, меня мучило чувство вины за то, что я оставил ее в Париже на произвол судьбы.
С другой стороны, ее родители в итоге вернулись в Женеву. В последнюю минуту изменились планы с сенатором. По крайней мере, Обнимашка была не одна, хотя мы все согласились, что плодовитый серийный убийца, жаждущий следующей жертвы, был бы лучшей компанией.
Тем временем я добрался до дома у озера до утра, а это означало, что в Европе у меня был всего один день отдыха. Так, пит-стоп. Тем не менее, папа умудрился разозлиться из-за этого.
Я притворился, что унижаюсь, и провел следующие две недели, издавая звуки ковра, записывая всякую хрень в электронные таблицы и бегая за папой, его операционным директором и советом директоров, пока они показывали мне и Себу канаты управления компанией.
Каждый день я отсчитывал минуты до воссоединения с Обнимашкой.
В перерывах между отсчетом я подсчитывал цифры, проводил симуляцию обслуживания клиентов и сдавал папин экзамен на шестнадцати страницах. Я сдал его. С трудом. Себ получил пять с плюсом.
Ублюдок.
В наш последний день в доме у озера в Саванне папа решил, что достаточно нагрузил наши задницы, и дал нам выходной.
— Вы продемонстрировали настоящую преданность делу и исключительные знания в области гостеприимства и управления отелями. — Он смотрел, как я и Себ входим в его домашний офис с пустым выражением лица. — Вы заслужили небольшой перерыв.
Я оживился.
— Перерыв, в смысле... поездка в Европу?
Отец постучал костяшками пальцев по столу из красного дерева.
— Перерыв в смысле: пойти поиграть на заднем дворе.
Себ нахмурился.
— Нам не пять лет.
— Все равно я не буду награждать тебя каждый раз, когда ты оправдываешь мои ожидания. — Отец раскрыл папку, уже закончив разговор. — Чтобы получить приз, вы должны его превысить. Поджарьте пару стейков и выпейте пива, пока я буду заниматься своими делами.
Губы Себа дернулись в уголках, когда он поддразнил меня:
— Вомп, вомп.
Папа пожал плечами.
— Можешь воспользоваться старым понтоном, если сможешь вытащить его на берег и заставить работать.
— Ну и денек выдался, — пробормотал Себ.
— Двигайтесь. — Папа хлопнул в ладоши. — Некоторым из нас есть над чем поработать.
Мы с Себастьяном выскочили из папиного кабинета, пока он не передумал, и захлопнули за собой дверь. По другую сторону тяжелого дуба мы обменялись приветствиями, и на наших лицах появились одинаковые жирные ухмылки.
— Ни хрена себе. Целый день отдыха. — Себ подергал бровями.
— У кого-то хорошее настроение.
Наш отец любил нас. Объективно говоря, он был справедливым, участливым и страстно любил свою семью. Но он был и строгим. Конечно, мама всегда говорила, что правила - это любовь, обернутая в осторожность.
Себ хлопнул меня по плечу и направился со мной на задний двор.
— Что ты хочешь сделать, любовничек?
Моя девушка. Я хочу заняться своей девушкой. Ты можешь это осуществить?
Я почесал подбородок.
— Я имею в виду, мы могли бы поехать на понтоне на другую сторону озера. Там есть барбекю, антикварные лавки, туристическое дерьмо.
— Антикварные магазины? — Себ схватился за невидимые жемчужины на шее и задыхался, выражение его лица стало плоским. — Знай свою аудиторию, брат.
— Извини, Себ. Бордели в этом штате нелегальны.
— Как будто мне когда-нибудь придется платить, чтобы переспать. — Он повернулся ко мне и зашагал назад по причалу, жестом показывая на свое лицо. — Посмотри на меня.
— А я должен?
— Я чертов бог.
— Ты съел на завтрак восемь шариков кокаина?
Он усмехнулся.
— Идем. Давай поедем в центр и перепихнемся.
— Если мы поедем в центр, ты трахнешься, а мне придется сидеть в холле дрянного мотеля и ждать, пока ты помоешь свой член в раковине на кухне, потому что я подвезу тебя домой.
Себастьян хихикнул.
— А Зак и Минхо этим летом будут рядом?
Я покачал головой.
— Нет. У них свои дела.
Мы забрались на понтон, который кто-то припарковал рядом с папиной мини-яхтой. Хотя она и не дотягивала до своего соседа за двадцать миллионов долларов, но все равно была отличной машиной, вся в серебристо-черном виниле, с современными стереосистемами и причальными фонарями. В ней даже был складной столик для обеда.
Со всеми этими делами мы с Себом уже давно не делали ничего интересного вместе. Я был рад провести немного времени с младшим братом. Во время нашей стажировки Себ умудрялся излишне нагнетать обстановку, постоянно пытаясь превзойти меня, когда мне было буквально на все наплевать.
На самом деле я вернулся только потому, что знал: деньги Чона помогут создать семью с Лисой.
Люди, не знавшие Себа, считали меня умным и элегантным, знающим толк в цифрах. Как только они знакомились с ним, то переводили меня в разряд туповатых братишек. В конце концов, он был умнее, красивее и амбициознее. Он безжалостно добивался всего, что попадалось ему на глаза.
Он отделял свою личную жизнь от работы, школы и спорта так, как я никогда не мог. Это давало ему преимущество передо мной.
Но мне было все равно, что я не самый лучший брат.
Я просто хотел, чтобы мы поладили.
Я запрыгнул в понтон вслед за Себом, вставил ключ в замок зажигания и завел мотор, наклонив рычаг газа вперед. Лодка помчалась вперед, разрезая прозрачную бирюзовую воду, как нож.
Себ засучил рукава и достал нам пиво из маленького холодильника под одной из скамеек. Он откупорил крышки большим пальцем и протянул одну мне. Я сделал медленный глоток, всматриваясь в горизонт на нашем пути к острову, примыкающему к дому на озере.
— Разве это не скучно - все время трахать одну и ту же девушку? — Себастьян оперся локтями о перила. — Разве тебе не хочется разнообразия?
— Не совсем. В жизни есть нечто большее, чем просто намочить свой член, Себ.
Мы с Лисой занимались этим всего один раз, но я уже давно знал, что для меня это будет только она. Мне не нужен был никто другой. Да и зачем? У меня было всего две руки, и они обе были нужны мне, чтобы удержать ее.
— Да, я знаю. — Он сделал еще один глоток пива, пока понтон мчался по озеру. — А еще есть гребля и барбекю.
Я фыркнул и покачал головой.
— Ужасно.
— Кстати, об ужасном... — Он похлопал меня по спине сзади и с ухмылкой схватил за плечо. — У меня плохие новости.
Ага. Я знал это лицо. Это было лицо засранца, который получал удовольствие от того, что портил мне день. У Себа была злая жилка. В этом смысле он напоминал мне Минхо. Портил людям день ради спорта. В качестве неапологетичного бонуса.
Я застонал.
— В чем дело?
— Пока ты был в Европе, я хотел подкрасться к одной из девушек, с которыми я встречаюсь в Instagram...
Девушек. Во множественном числе. Господи. Я не осуждал, но, черт возьми, мой брат был полным игроком.
Я почувствовал, как у меня защемило челюсть.
— Ладно.
— В итоге мне всегда случайно нравится одна из их фотографий, сделанных в 1588 году или что-то в этом роде. — Он захихикал, сделав еще один глоток пива.
— Поверь мне, нет ничего более унизительного, чем знать, что кто-то получил уведомление о том, что тебе понравилось их дерьмо, еще до того, как они достигли половой зрелости.
Я пристально посмотрел на него, не обращая внимания на путь к острову.
— Верно. И?
У меня было чувство, что я знаю, к чему это приведет.
— В общем, ты оставил свой iPad валяться в общей зоне, и я подумал, что не помешает проверить ее профиль через твой аккаунт в Insta. Так я и сделал.
— Себ... — предупредил я.
— Я случайно лайкнул одну из ее фотографий в бикини на пляже - я же говорил тебе, что моим пальцам нельзя доверять рядом с горячими девушками, - и она тут же написала мне. Ну, тебе. — Он фыркнул. — Только я забыл, что использую твой профиль, и начал с ней общаться.
— Себастьян Чон.
— Мы быстро нашли общий язык. — Он отхлебнул еще пива, игнорируя мой нарастающий гнев. — Вдруг на моем экране появилось около дюжины уведомлений, и я понял, что ей нравятся все твои фотографии. Только я думал, что это мои фотографии. Так что я начал лайкать все ее фотографии в ответ. И оставлять комментарии.
— Комментарии? — Я едва шевелил челюстью, так сильно она была сжата. — Какие комментарии?
Мы с Лисой каждый день проверяли социальные сети друг друга. Она никак не могла пропустить это в долгосрочной перспективе.
— Ничего особенного. Я похвалил ее за тренировки и генетику. Ну и все в таком духе.
— Ты сказал, что она горячая, — уточнил я.
— Горячая. — Он вздохнул. — То есть, по факту она такая и есть.
— Ты маленький говнюк. — Я заглушил двигатель и поставил пиво на палубу, а затем принялся хватать Себа за воротник рубашки. — У меня есть девушка. Она, скорее всего, увидит это, если уже не увидела. Как ты мог быть таким чертовски беспечным?
Я прижал его к рулю. Металл впился ему в спину. Мне было все равно.
— Господи, прими чертову таблетку успокоительного. Просто скажи Лисе, что случилось. Она поймет. — Он попытался вывернуться из моей хватки, но я был выше, больше, сильнее.
— Или я пойму. Неважно. Она знает, что ты никогда не изменишь.
— Это было нарушением моей личной жизни. — Я ткнулся лицом в его лицо. — Ты можешь взять этот гребаный дом на ранчо. Ты можешь манипулировать папой, чтобы он подарил тебе «Ламборджини». Делай все это мелкое дерьмо. Мне все равно. Но не смей вмешиваться в мои отношения, Себастьян.
— Буратино. — Он отпихнул меня от себя, издав храпящий звук.
— Ты думаешь, что ты такой охуенно крутой, потому что у тебя есть постоянная девушка?
Я попятился назад, ударившись затылком о сиденье.
Себ сделал паузу, чтобы допить свое пиво.
— Слезь со своей высокой лошади, чувак. Половина прелести в том, что тебе не приходится ежедневно терпеть ее задницу. Она живет на другом конце света. — Он погрозил мне пальцем и снова повернулся к рулю. — Я сказал, что мне жаль.
Я свернул шею, хрустнув пальцами.
— Как будто ты, блядь, это серьезно.
Он снова включил мотор и повернул понтон обратно к дому на озере.
— Найди кого-нибудь другого, чтобы распутать свои гребаные трусики. Ты, маленькая плакса...
Он снова завел мотор, когда я схватил его за край рубашки, оттащил назад и ударил о палубу. Он взвизгнул и бросился мне на шею. Я ударил его по левой щеке, зацепив челюсть.
Себ сплюнул на меня кровь и разразился жутким хохотом.
— Боже, какой же ты неудачник.-
Он откинул голову назад.
— Какого хрена, Себ? — прорычал я. — Почему ты ведешь себя как мудак?
— Потому что ты сделал меня им, — прорычал он. — Ты всегда был таким хорошим мальчиком, Чонгук. Постоянная девушка. Хорошие оценки. Ответственный. Непоседливый. Друг всех. Ты знаешь, что нужно сделать, чтобы тебя заметили как второго ребенка?
Я заехал ему в лицо еще одним кулаком, но он увернулся, пригнув голову вбок и схватив меня за костяшки пальцев. Он вывернул мое запястье внутрь, перевернув нас так, что теперь он сидел на мне.
— Мне нужно было быть лучше в спорте, лучше в школе, лучше во всем, — выплюнул Себастьян, прижав меня к палубе за локти.
— Мне постоянно приходится обгонять тебя, чтобы хоть как-то напомнить им, что я жив.