1
Мир сгнил уже так давно, что никто больше не помнил его живым. Гниль въелась в камень, в кровь, в души. Она стала законом, привычкой, самой жизнью.
Испокон веков всё живое делилось по цветам. Каждый цвет означал силу, власть и цену чужой жизни. Красные стояли на вершине пищевой цепи — им позволялось всё. Зелёные же были грязью под их ногами, существами, рождёнными лишь для того, чтобы подчиняться и умирать.
Так продолжалось сотни, а может, и тысячи лет. Никто не осмеливался бросить вызов системе. Никто... кроме Виланда.
Павший ангел неподвижно стоял на краю крыши девятиэтажного дома. Под ним раскинулся мёртвый город: пустые улицы, чёрные окна, фонари, едва пробивавшиеся сквозь густой туман. Небо затянули тяжёлые осенние тучи, похожие на разлагающуюся плоть. Воздух пах сыростью, кровью и приближающейся зимой.
Он ненавидел снег.
Для людей он был красив. Для Виланда — напоминанием о том дне, когда его жизнь сгорела вместе с его крыльями.
Ночью разразилась метель. Ветер бился о стены дома, словно тысячи обезумевших существ пытались ворваться внутрь. Его вой был похож на человеческие крики, а скрип старого здания напоминал предсмертные стоны.
Виланд спал недолго.
Его разбудил младший брат — перепуганный до дрожи демон. Они не были связаны кровью. Судьба просто однажды столкнула их, и с тех пор павший ангел стал для него единственной семьёй. Не задавая вопросов, Виланд молча позволил брату лечь рядом.
Демон уснул почти сразу.
А сам Виланд больше так и не смог сомкнуть глаз.
Прошлое вновь раскрыло свою гнилую пасть.
Когда-то он был обычным зелёным ангелом. Работал до изнеможения, надеясь однажды подняться выше. Исполнял каждый приказ безукоризненно, заводил полезные знакомства, верил, что честный труд способен изменить судьбу.
Тогда же он встретил девушку. Рядом с ней Рай впервые перестал казаться холодным.
Но однажды всё закончилось.
К нему подошёл Бог войны — обладатель красного статуса. Существо, перед которым склонялись даже архангелы. Его взгляд был голодным, а улыбка — хуже оскала зверя. Отказ он не принимал.
Когда руки божества потянулись к нему, Виланд в панике оттолкнул его и бросился бежать.
Он ещё не знал, что этим подписал себе смертный приговор.
На следующее утро девушку нашли.
То, что осталось от неё, едва можно было назвать телом. Кости были переломаны, плоть разорвана, белоснежные крылья выдраны с корнем и разбросаны по залитому кровью мрамору.
Виновного нашли мгновенно.
Конечно же, зелёного.
Его никто не слушал.
Его бросили в темницу, где день за днём ломали не только тело, но и разум. Крылья облили маслом и подожгли. Белые перья превращались в чёрный пепел, а запах горящей плоти навсегда въелся ему в память. Его пытали до тех пор, пока он не перестал кричать. Затем просто выбросили из Рая, словно ненужный мусор.
В ту ночь умер ангел.
А спустя время родилось чудовище.
Теперь Виланд охотился на тех, кого когда-то называл братьями. Он узнал страшную истину: кровь ангелов затягивала любые раны, а их плоть делала тело сильнее. С каждым убитым он становился всё менее человеком и всё меньше походил на того наивного юношу, который когда-то мечтал заслужить признание.
Жертва исчезла.
Остался лишь хищник.
Воспоминания оборвались так же резко, как оборванная струна.
Он почувствовал взгляд.
Тяжёлый.
Холодный.
Голодный.
Кто-то наблюдал за ним из самой глубины темноты, где не было ни света, ни силуэта. Лишь две неподвижные точки медленно вспыхнули во мраке, словно глаза существа, которое терпеливо ждало момента выйти на охоту.