Блог Бабы-Яги

Казимир попросил Ядвигу и Тоху оставаться возле Дуба – и за Соловьём присмотреть, чтобы не «сняли», и отпор дать, если что. А мы загрузились в избу и прыжками понеслись прямо по врагам, к тому месту, где стоял военачальник противника.

Под домом мелькали вражеские силы, раздавался чавк, треск и крики на незнакомом языке, в стены втыкались вилы, несколько окон разлетелось вдребезги, и оружие воткнулось внутри, чудом никого не зацепив. Каз выдернул одни вилы для себя и хмыкнул: «Спасибо». БТР неслась по полю точно к цели.

Нас не то чтобы ждали, но сильно не испугались. Забегая вперёд, скажу – очень зря. Вражеский главнокомандующий в компании той самой краснокожей девицы, что мы встретили однажды ночью, вокруг свита из десятка бесов. Наш Казимир на фоне бронированного великана выглядит не столь впечатляюще. Вот бы ему такие доспехи: поверх кожаной одежды чёрный панцирь с чеканным узором, закрывающий грудь и спину. Шипастые наплечники, подкованные копыта, в ножнах на боку меч. Кончик хвоста закован в металл, выглядит как острый длинный шип. Надменный взгляд, испещрённая шрамами кожа. И на шее трофей – рука с Ключом, как и сказал Глюк.

Бесовское пушечное мясо в нелепом снаряжении никак не соответствует высшему составу. Солдаты рядом приготовились к атаке, удобнее перехватывая вилы и окружая избу. Яга вышла на крыльцо и пренебрежительным жестом раскидала бесов по сторонам – только копыта в воздухе сверкнули. Демоница прошипела нечто злое, командующий ухмыльнулся.

– Прикройся, того и гляди из лохмотьев вывалишься, – сказала ей Яга, явно намекая на скудную одежду жительницы третьего уровня.

Наверное, она привлекательна, мне сложно судить о таких вещах. У летописцев, например, вообще женщин нет. Краснокожая ехидно улыбнулась.

– Давно не виделись, – на крыльцо вышел Каз, и изба опустилась, спуская вниз всех нас.

– Неназываемый! – голос противника тяжёлый, сиплый, властный. – Как смеешь ты являться передо мной?

– Посмотрите, какая важная курица! – хмыкнул наш бес, нисколько не смутившись. – Это ты в моём мире и явился без приглашения. Зачем пожаловал?

Противник явно не ожидал подобного обращения, это попросту не укладывалось в его голове. Возможно, словесные обороты не понял, поди их, бесов, разбери.

– Он не должен вообще с тобой говорить! – взвилась женщина. – Ты – ничто! Как тебе быть пустым местом, приятно побывать в моей шкуре, изгой?

– Понятия не имею, о чём ты. Я живу припеваючи, ем вдоволь, а ты, смотрю, как была принеси-подай, так и не доросла до кормушки. – Казимир осмотрел её с головы до копыт, лукаво прищурив синие глаза. – Хотя ещё неплохо выглядишь. Но между нами давно всё кончено, ты справедливо отомстила, разве нет?

Вместо ответа последовал короткий приказ на бесовском языке от главаря, совершенно истеричный вопль от дамы, и охранники кинулись на Ягу и Казимира. Молнии ударили без предупреждения, я даже понять ничего не сумел: солдаты и демоница превратились в груду костей. Воительница вздохнула и с невинным видом посмотрела на друга:

– Прости, Каз, что убила твою бывшую, но она раздражала. Теперь мы можем с ним поговорить о Кощее, да побыстрее, там наши люди гибнут? Супчик, принеси мне женский череп, пожалуйста. Ядвига подала мне чудесную идею – делать из них кашпо для цветов.

Мыш спорхнул с её плеча и, как ни странно, смог поднять и спокойно донести такой тяжёлый груз. Новая приобретённая в коконе способность открылась, не иначе.

Вражеский военачальник, задохнувшись от возмущения, выхватил клинок. Даже в такой напряжённой ситуации я не мог не заметить, какое прекрасное и совершенно чужеродное оружие: неизвестный красный металл с изящными изгибами лезвия и перламутровым отливом. Но мы отвлеклись, произошедшее привлекло внимание, и на помощь командующему уже спешили другие солдаты.

Бальтазар выпрыгнул из избы и встал рядом с хозяйкой, злобно щёлкая зубами.

– Не торопись на тот свет, скажи: где Кощей? – спокойно спросил Казимир. – Всё остальное мы уже поняли или домыслили.

Я не ожидал от противника болтливости, но просчитался. Возможно, его распирало самодовольство или какие-то другие мотивы, но он снизошёл до диалога:

– Этот объект полагал, что может просто так разгуливать по нашему миру. Явился и давай ходить, рассматривать. Очень скучающий тип, хотел перемен, переворота, с радостью пошёл на контакт и подготовил нам укрытие для захвата сказочного мира и, самое главное, – вашего солнца. – Чёрный язык скользнул по губам совершенно недвусмысленно. – Разумеется, потом, когда мы освоились, хозяин Ключа стал нам не нужен. Убить его мы не смогли, но выход нашли, как перемещаться без его милости. Жаль, ещё Ключей не добыли.

– И ничего не добудете, – сказал Казимир. – Это моя земля, я не позволю. Предлагаю поединок по правилам. Реванш.

– Ты не можешь бросать мне вызов. Ты уже изгой, лишённый даже имени, – презрительно сплюнул в его сторону собеседник. – Я отбил тебе рог, я сжалился над тобой, но, вижу, зря.

– Я – Казимир Трёхрогий! И я с гордостью ношу это имя. А ты сейчас на моей земле! Откажешься – баба Яга тебя испепелит, и дело с концом, а твои воины увидят, как трусливо и недостойно ты пал от руки женщины! Позор на твою семью до конца времён, не будет им места в третьем уровне и нигде больше, – со спокойной улыбкой посулил мастер своему врагу.

До нас донёсся свист Соловья и мощный порыв ветра, но мы слишком далеко, чтобы это убило главаря и его подмогу. Наши защитники отбивают очередное нападение, а мы здесь время теряем. Кажется, Бальтазар был того же мнения. Он исчез и появился возле командующего, в воздухе мелькнула мощная лапа с выпущенными когтями, удар, хлынула чёрная кровь из ран на изуродованном лице – когти распороли плоть до кости. Бес взвыл, хватаясь за лицо, а кот снова исчез, чтобы появиться на крыльце.

– Да тебя даже домашний питомец может победить, какой ты военачальник? – издевался Казимир.

– Где Ключ? – прохрипел противник, обшаривая себя. Не было Ключа на шее, зато рядом с Исчадием проявилась Бастет, перед ней лежала рука Кощея. Какой интересный тандем вышел из хвостатых – один отвлекает, вторая крадёт.

Каз поудобнее перехватил оружие, всё ещё ожидая честного реванша. Противник явно не собирался давать такой шанс, видимо, бесовские законы совершенно однобоки или он не хотел допустить даже небольшой вероятности поражения от изгоя. Подмога примерно из полусотни бесов наконец добралась до нас, полетели вилы, кот бросился в атаку. Яга раскидывала солдат, кот мерцал там и тут, за ним тянулся след орущих созданий: у кого-то не хватало руки, у кого ушей, кто лежал, зажимая хлюпающее распоротое горло. Исчадие умел драться и делал это прекрасно, когда никто не управлял его телом. Прекрасно и смертельно жестоко.

Он появился рядом с Казом и выплюнул ему под ноги оторванную руку с зажатым мечом:

– Покончи уже с ним, хватит! Времяу уходит! – и исчез, чтобы оторвать кому-то голову.

У Яги тряслись руки от усталости, но она расшвыривала противников и насылала молнии из последних сил. Бастет скрылась в избе, утащив с собой кощееву часть, Изольда вскочила и принялась за своё любимое дело – пинки. Мыш улетел с котом, садится на головы и обездвиживает звуком. Я видел, как новые силы бесов бегут на нас.

Казимир оглянулся кругом, серный дым повалил из ушей. Он больше не просил поединка: отбросил вилы и пошёл в наступление, ничем не защищённый и вооружённый лишь коротким для него мечом. Двое схлестнулись. Обозлённый вынужденной битвой противник наносил удары, мечи высекали искры. Два громадных воина с равными физическими силами, перевес противника в виде отличного вооружения снизил своим нападением Бальтазар. Сейчас стало видно, что главный враг лишился одного глаза от удара лапы и теряет над собой контроль. Его хвост-оружие так и норовил попасть Казимиру в лицо, выколоть глаза, множество раз ужалил или рассёк кожу, превращая одежду в лохмотья. Чёрная футболка впитывала чёрную кровь. Наш военачальник сохранял ледяное спокойствие. Несмотря на ничем не защищённое тело, он яростно рубил, почти не уворачиваясь от ударов. Я видел, как он делал попытки захватить хвостом ногу противника. Несколько глубоких ран от меча уже украсили его тело, но силы, совсем недавно полученные от свежих душ, поддерживали его энергию. Оружие врага скользнуло по рогу Казимира, высекло искры, но не навредило.

– Я надругаюсь над твоим трупом – отрублю все рога и сделаю из них кубки! – заорал раздосадованный нападающий.

Трёхрогий молча отбивал удары и медленно наращивал темп.

Взгляд внимательный, сосредоточенный, движения скупые, ничего лишнего. И вот его меч удачно входит в бедро противника и проворачивается. Ужасная рана. Враг падает на одно колено, Казимир отходит, зачем-то даёт ему подняться. Чёрная кровь хлещет на землю, он подволакивает ногу, не в силах наступить на копыто, хвост теперь в качестве поддержки. Я наблюдаю картину массовой драки и не хочу представлять, что делается там, дальше по побережью. Снова скрещены клинки военачальников, поёт металл, красные искры летят во все стороны. Я отвлекаюсь на Ягу и с ужасом понимаю, что её захлёстывает первобытная ярость, как тогда, в момент рождения. Бледная, растрёпанная, с безумными глазами отбивает атаку врагов, старается не задеть своего кота, мелькающего тут и там. Его прекрасные доспехи залиты чёрной кровью. Они оба сейчас – исчадия.

Казимир ускоряется, он наносит рубящие удары по корпусу, норовя попасть в шею или отрубить руку, противник уходит в глухую оборону, теряя силы вместе с кровью, что хлещет из бедра.

Он оступился. Меч Казимира взлетел в последний раз, и покатилась отрубленная голова.

Нападающие бесы взвыли и усилили натиск на нас. Яга закричала.

Нет, только не это! Не хочу никогда больше слышать её крики. Ветер хлестал со всех сторон, молнии сверкали, и вдруг поле боя там, у Дуба, застлал серый туман, а в нём появился тёмный силуэт величиной с динозавра с тремя головами. Взмахнули гигантские крылья, разгоняя пелену, и пыхнуло пламенем во все стороны! Вместе с огнём полетели над побережьем крики сгорающих заживо. Горыныч всё-таки появился! Лучше поздно, чем никогда. Я увижу древнего своими глазами, даже не верится. Надеюсь, наши не попадут под огненную стихию.

Воительница ничего не видела, эмоциональный штопор затмил её разум, она продолжала кричать и бить снова и снова. Но что это? Возле Изольды приземлилась Ядвига. Аккуратный пучок растрёпан, в глазах страх, она выпрыгнула из ступы с потрясающей для её возраста ловкостью и подбежала к Яге.

– Яночка! – та не реагирует на внешние факторы. Казимир пытается подойти, но видно, что опасается. Кот носится среди бесов.

– Девочка, очнись, подмога пришла! Горыныч здесь, мы победили!

Никакой реакции. Ядвига встаёт прямо перед лицом воительницы и обхватывает её голову ладонями, глядя в глаза, что-то шепчет, и чудо случилось – молодая Яга опускает руки и замирает.

Дым от огня Горыныча доходит до нас, окутывает, приносит запах горелой плоти и победы, где-то вдали не умолкают крики и рёв неукротимого пламени из трёх голов одновременно, а две бабы Яги не видят никого и ничего, стоят посреди хаоса, словно скала в бушующем море. Руки Ядвиги светятся тёплым солнечным светом, он проникает в голову Янины и исчезает, краски возвращаются к её лицу, взгляд проясняется. Старушка обнимает её, непонятное свечение из рук уходит в тело девушки. Бальтазар садится рядом, чёрная жижа капает с него на землю; возвращается на любимое плечо Супчик, всё успокаивается на этом участке битвы.

– Ядвига, не надо, что вы делаете! – слышу я потрясённый шёпот воительницы. Она что-то отвечает, но слов не разобрать.

– Ни черта ж себе! – присвистнул Казимир, глядя вдаль на пылающую равнину.

Пока я отвлёкся, он снял доспехи с поверженного врага и пристроил на себя, повесил на бок красный клинок, а в руки взял отрубленный рог. Совершенно другой вид. Военачальник во всей красе.

– Давай, девочка, уходим к нашим, к Дубу, – ласково сказала Ядвига и повела покачивающуюся от слабости воительницу в избу.

Сама она при этом выглядела измождённой. Не знаю, что она сделала, какие силы отдала ради преемницы, но смутное беспокойство шевельнулось у меня в груди. Казимир и кот зашли следом. Я оглянулся – в нашу сторону продвигался всё тот же нерушимый строй мёртвых богатырей, методично добивая растерянных бесов. Изольда бодро потрусила к Дубу.

Змей Горыныч производил зачистку местности, не двигаясь с места. Он настолько огромен, что может сжечь всё в радиусе полутора вёрст, просто поворачивая шеи. Мы обогнули его сзади, едва избежав участи стать кучей золы, и встали у корней древа. Дышать практически невозможно – едкий дым разносится окрест, проникая во все щели. Намочили какие-то тряпки и сделали импровизированные фильтры, коты и Супчик чихали не прекращая, одному Казимиру было нормально, судя по всему.

Изба опустилась, выпуская нас.