4. Хватит играть в дешевый цирк
Солнышки, не жалеем и не забываем ставить 🌟 и писать 💬! Это очень важно для меня❤️🩹
тгк: anjvaem вещает 📣
Саундтреки, под которые я рекомендую читать эту главу:
Namyr - something
Аигел - чудовище
Teflon Sega - Closure
Каждый день плавно перетекал в ночь, ночь - в день. С того дня, как Софья была избита отцом морально и физически, незаметно пролетела неделя. Она перестала выходить из дома. Отказалась от пробежки и бассейна. Лишний раз не появлялась на кухне. Софа закрылась от всех. Ей не хотелось, чтобы кто-то видел ее такую разбитую.
Каждый час она подходила к зеркалу, чтобы снова и снова взглянуть на свое тело. Девушка поднимала футболку, оголяла живот и скользила глазами сверху-вниз, вправо-влево. Она разглядывала каждое синее, перетекающее в фиолетовое, пятнышко. Они были повсюду - под грудью, под ребрами, на боках. Каждый синяк помнил каждую секунду отцовского избиения. Было больно. Больно на них смотреть, чувствовать, ходить.
Если синяки заживали, то обида нет. Она никуда не девалась. Становилась только больше и хуже. Она слышала голос Басмача — ее кулаки сжимались. Слезы мгновенно подступали к глазам. И пока Белову никто не видел, она позволяла себе слабость.
Она плакала на полу, укутавшись одеялом. Плакала, глядя в окно. Кричала в подушку, срывая себе голос. Плакала, прижавшись к двери, когда хотела выйти. Когда пыталась отвлечься, но отражение в зеркале не давало ей покоя. Ее идеальное тело было испорчено. Ее милое личико превращалось в опухшее и заплаканное. Она каждый раз старалась успокоиться, но всё было тщетно.
В ее голове всплывали разные воспоминания, от которых истерики становились только хуже. Она думала о маме, о детстве, о других избиениях Басмача. Только в Испании жизнь была другой, как подарок или выигранный лотерейный билет. Там ей было спокойно и весело. Софа росла со своими сверстниками, забывая о том, что такое семейные ссоры. Она продолжала заниматься вокалом, танцами, рисованием, да всем, чем занимаются обычные дети. Спустя год Софья уже нормально разговаривала на испанском. С каждым месяцем ее навыки улучшались, и она привыкала к новому месту, стараясь не вспоминать о прошлом.
Белова заперлась в комнате. Никого не впускала. Даже Наталью, которая была ей ближе всех в этом аду. Девушка только два раза за день забирала с кухни какие-то перекусы или бутылки воды, когда они заканчивались. Ей приходилось прятать свои синяки, чтобы никто в доме не увидел их. Она накидывала на себя олимпийку и только так выходила из комнаты.
Каждый выход - весомый, но редкий повод. И несмотря на это, ей так или иначе приходилось сталкиваться с Петей. Будто он специально появлялся в тот момент, когда она выходила из комнаты. Конечно, они делали вид, что не замечают друг друга. Однако, это не всегда получалось.
«
16 марта
Софа спускалась по лестнице. Движение аккуратные, плавные. Не потому что она так привыкла. Нет. Каждый шаг - боль, пронизывающая всё тело. Лицо сжималось, дыхание утяжелялось, но тут появился он. И вид тут же поменялся - стал уверенным, будто нет никаких страданий.
Карасев торопливо поднимался к кабинету Басмача по правой стороне, перебирая руками по перилам. Когда их тела соприкоснулись на узкой лестнице, Софья задела его плечом. Намеренно.
— Смотри, куда прешь, - Петя обернулся.
— Я тебя не заметила, - та развела руками в сторону, скрывая ломкость, которая пробежалась с головы до ног из-за столкновения.
»
«
18 марта
— Детка, тебе что-нибудь нужно? - спросила Наталья, заметившая Софу возле холодильника.
— Да, передай отцу, чтобы поменял мне охранника, - она посмотрела на Карасева, что сидел за столом. Он стиснул зубы, с грохотом опустив стакан с чаем.
»
«
19 марта
— Сонь, подай воды, - Петя вошел в кухню.
Белова наигранно улыбнулась. Она взяла бокал, налила туда воды и протянула его Карасю. Но резко отпустила руку. Он упал, разбившись вдребезги. Жидкость разлилась по всему полу, намочив и Петра.
— Ты совсем с ума сошла? - оглядывая свои мокрые джинсы, спросил он.
— Я случайно, - ответила Софа, выходя из кухни. - Пора бы запомнить, что я не Соня.
»
«
21 марта
Петя нес целую стопку важных документов. Он направлялся к кабинету Александра Николаевича. Он шел быстро. Торопился. Ведь Басмач не любит ждать. А бумажки и так задержали.
Белова выходила из кухни. Она снова поменялась при виде своего охранника. Взгляд превратился в надменный. Спина гордо выпрямилась. Походка - уверенная. Ушибы уже не болели, так что натягивать маску на лицо было значительно легче.
Она снова прошла мимо, задевая своим плечом Петра, да так, что все листы разлетелись по коридору.
— Я такая неуклюжая, - театрально произнесла Софа с наигранной улыбкой.
Они принялись собирать по всему полу документы. А ведь Петя даже поверил, что та сделала это не специально. Но как только все бумажки были в руках у девушки, она поднялась и кинула их вверх. Они, как фейерверк, посыпались вниз.
— Сам соберешь, - утвердительно сказала Софья, шагая к лестнице.
»
Сегодня седьмой день - 22 марта. Белова собралась с мыслями. Она долго думала над всем, что произошло и что происходило все эти дни. И пришла к выводу: в этом доме все враги, никому нельзя доверять. Ни отцу, ни его людям, ни ее телохранителю. Это опасно. Но надо жить дальше. Надо действовать. Умолять отправить ее обратно в Барселону или бежать.
Настроение девушки немного улучшилось. Ей надоело киснуть в своей комнате. Она хотела выехать за пределы этой клетки. Неважно куда или к кому. Главное покинуть хотя бы на час эти стену, которые с каждым часов давили на нее всё больше и больше.
Софа смогла выйти без олимпийки, что скрывала синяки. Ее цель - уговорить отца отпустить ее куда-либо. В 90% случаев у нее получалось обработать его, даже после самых сильных ссор. Басмач быстро отходит от приступов гнева, поэтому шансы были.
Темноволосая спустилась с лестницы, медленными шагами близилась к кабинету папы. Дверь стремительна открылась, и оттуда вылетел чем-то недовольный Петя.
— Надеюсь, тебя уволили? - съязвила она, проходя мимо парня.
Но в этот раз он не промолчал. Он грубо и резко схватил ее руку, прижав к стене. Его взгляд холодный, немного наряженный, пронизывал насквозь. Белова не сопротивлялась - она хитро улыбалась. Кошмарить своего телохранителя приносило ей одно удовольствие.
Она сохраняла гордость - высоко поднятая голова будто кричала от этом. Она не боялась - смотрела точно в глаза открытым взглядом.
— Хватит вести себя как маленький ребенок, - его голос с ноткой злости. - Что за игры
ты устраиваешь? Все эти дни пытаешься намеренно вывести меня.
— Оу, Петр, что ты так заводишься? - Софа невинно смотрела на него. - Я не хотела тебя потревожить. Хотя.. мне нравится, когде ты такой.. - она провела рукой по его груди.
Карасев перехватил ее запястье, немного сдавил его. Он сжал челюсти, не скрывая своего раздражения.
— Такой грубый, - продолжила та, не выхватывая руки из его ладоней. Она поддавалась ему. Хотела, чтобы тот чувствовал ее фальшивую уязвимость.
— Хватит играть в дешевый цирк, - Карась разжал хватку, но не отошел от нее. Наоборот. Он подошел еще ближе.
Софья приблизилась к его уху и тихим, едва слышным голосом, медленно прошептала:
— В этом доме один сплошной цирк, милый. Но ты.. - она сделала короткую паузу. - Самый главный клоун.
От звучания ее голоса по телу телохранителя пробежали мелкие мурашки. Но он не подал виду. Только отстранился на пару сантиметров, отвернув голову в сторону.
— Слушай, заканчивай это, - парень снова взглянул на нее, засунув руки в карманы.
Уголок губ Софы поднялся наверх. Она ничего не ответила. Эту игру, как считала девушка, начал он, доложив о ее поведении тому, кому нужен лишь повод, чтобы не просто замахнуться на человека, а избить.
Белова отошла от Петра. Она без стука вошла в кабинет отца, застав его смотрящим в окно. Он обернулся, выдыхая дым элитной и дорогой сигары.
— Ты что-то хотела? - без эмоций спросил тот.
Софа стояла возле двери. В глубине души ей было страшно, но показывать это Басмачу нельзя. Она скрестила руки на груди, будто показывала свою закрытость, и уверенно начала:
— Отпусти меня в город.
Голос без дрожи. Твердый и настойчивый.
— Отпустить тебя в город? - Александр словно задумался. - В прошлый раз, когда ты туда уехала, твое повеление меня очень разочаровало.
Внутри всё сжалось. Ее мысленно перенесло в тот злосчастный вечер, когда она закрылась от всего мира. Когда нельзя было даже пискнуть от боли.
— Мне надоело здесь тухнуть, - Софа прошла вглубь комнаты.
Александр Николаевич сделал затяжку, медленно выдохнул дым и подошел к дочери.
— Завтра едем в мой ресторан. Там познакомлю тебя кое с кем.
— Если ты про свою новую проститутку.. - она не успела договорить.
Софе тут же прилетела звонкая пощечина. Место удара мгновенно покраснело, и она схватилась за него.
— Не смей ее так называть, - хладнокровно произнес отец.
— А как надо? Мама, мамулечка? - она обиженно отошла назад. - Никто и никогда не станет мамой! Ты не найдешь мне ту, которая сможет ее заменить!
Темноволосая перешла на более громкий голос. Карасев стоял за дверью, подслушивал их разговор, и отчетливо слышал и ее слова, и звук пощечины. Он знал, что Александр применяет силу к своей дочери, но не лез. Не имел право это делать. Однако сейчас ему ничего не стоило непринужденно войти в кабинет, чтобы предотвратить своим появлением еще один удар.
— Считай Аллу кем угодно: матерью, мачехой, подругой, - Белов присел на диван. - Но не смей ее обижать.
— Больно она мне нужна, - Софа отвела глаза в сторону.
У Пети, что до сих пор стоял за дверью, громко зазвонил мобильный телефон. Он судорожно начал искать его по карманам, пока мелодия вызова продолжала звучать на весь дом.
— Карась, ты что ли? - Басмач чуть громче обычного позвал, продолжая сидеть на месте. - Заходи. Как раз хотел тебя пригласить.
Через секунду он вошел в комнату с серьезным лицом и выключенным мобильным.
— Ты подслушивал? - недовольно спросила Софа.
— Больно ты мне нужна, - ответил тот, будто копируя ее реплику, сказанную минуту назад.
Девушка закатила глаза.
— Завтра в семь вечера мы ужинаем с Аллой в Тайге, - продолжил мужчина. - В это же время там должна быть Софья. Время выезда выбирай сам, главное, чтобы без опозданий.
— Понял. Без двадцати шесть будь готова, - ответил Карасев, прикидывая в голове время на дорогу.
— Что так рано? - Софа развела руками. - Может, ты еще в пять заедешь?
— Во-первых, ехать не близко. Во-вторых, это с запасом, на случай, если будет форс-мажор. Или ты забыла как мы не могли оторваться от погони? - объяснил он.
— Не мы, а ты, - сказала Белова, после чего удалилась из кабинета.
***
Sollar - Cheat code
В комнате Софы горела тусклая лампа. На фоне приглушено играла музыка. Шторки были раскрыты. Она смотрела в окно, оперевшись локтями на подоконник. В окне дома напротив она заметила его. Он отдаленно стоял и точно смотрел на Белову, которая кокетливо закусила губу, проводя по ней большим пальцем. Расстояние между их домами было небольшим, так что обзор у них был что надо.
Белова игриво убрала пряди от лица, заправляя их за ухо. Она поняла, что телохранитель внимательно смотрит на нее. Это был шанс своеобразно отомстить и получить удовольствие. Всё, что ей нужно было - его внимание. Его заинтересованность. И она это увидела.
Софья сделала небольшой шаг назад. Плавный. Ее рука изящно помахала соседу, отчего у него бешено заколотилось сердце. Медленно, останавливаясь, она вела ладонью от шеи к низу живота.
Карасев замер. Он не отводил глаз от нее. Ему были интересны ее дальнейшие действия. Он подошел поближе, поставив ладони на подоконник.
Софа одним пальцем подняла край длинной футболки, что был на бедре.
Петя наблюдал. Не двигаясь. И ей это нравилось.
Ее взгляд - непринужденный. Губы - прикусаны. Улыбка - легкая, едва сияла на лице. Она соблазняла его. Поглощающе, заманивая к себе с каждым новым движением.
Дыхание Петра участилось. Он возбужден. Сильно. Но он по-прежнему стоял на месте. Не двигался. Только смотрел. Его глаза широко открыты. Они напоминают глаза хищника, когда он видит свою добычу. Рот немного приоткрыт от удивления.
Софья, виляя ягодицами, эротично и затяжно снимала шорты. Бедра неторопливо двигались вправо и мягко - влево.
Он прищурил глаза, чтобы получше разглядеть картину в окне, но на улице было довольно темно, и сделать это получше не получалось. Он злился. Злился, что не видит это ближе. Злился, что это чертовка снова выводит его из себя.
Ее рука дошла до промежности. Легкое касание. Ноги немного сжались, оставляя ладонь между ними. Но это было слишком. Она остановилась. Развернулась лицом от него и сняла футболку. Голая спина показалась Петру в окне. Он не сразу осознал это, но, как только начал наслаждаться, девушка скрылась. Будто ее и не было. Будто он в пустыне и это мираж. Иллюзия. Оптическое явление.
Карасев ударил кулаком по подоконнику и спустился на улицу. Он сел в машину, быстро завел ее и с треском шин выехал из двора. Парень спешил к Яне. Они договорились поужинать вместе в десять, после работы, но на часах было уже на полчаса позже. Он опаздывал. Опаздывал из-за Беловой, о которой задумался.
На которую смотрел через окно.
От которой по всему телу бегали мурашки.
На ту, что заставила возбудиться.