𝑷𝒂𝒓𝒕 𝑿𝑳𝑽𝑰𝑰𝑰
𝑯𝒐𝒘 𝒄𝒂𝒏 𝒚𝒐𝒖 𝒍𝒐𝒗𝒆 𝒔𝒐𝒎𝒆𝒐𝒏𝒆, 𝒘𝒊𝒕𝒉𝒐𝒖𝒕 𝒍𝒐𝒗𝒊𝒏𝒈 𝒊𝒕 𝒊𝒕 𝒘𝒉𝒂𝒕 𝒊𝒕 𝒊𝒔 𝒂𝒄𝒕𝒖𝒂𝒍𝒍𝒚? 𝑯𝒐𝒘 𝒄𝒂𝒏 𝒚𝒐𝒖 𝒍𝒐𝒗𝒆 𝒎𝒆 𝒂𝒏𝒅 𝒂𝒕 𝒕𝒉𝒆 𝒔𝒂𝒎𝒆 𝒕𝒊𝒎𝒆 𝒂𝒔𝒌 𝒎𝒆 𝒕𝒐 𝒃𝒆 𝒓𝒆𝒗𝒆𝒓𝒔𝒆𝒅, 𝒕𝒐 𝒃𝒆𝒄𝒐𝒎𝒆 𝒔𝒐𝒎𝒆𝒐𝒏𝒆 𝒕𝒐 𝒐𝒕𝒉𝒆𝒓𝒔?
᯾ 𝑪𝒂𝒎𝒊𝒍𝒍𝒂 ᯾
21:03 𝑝𝑚.
Мой рот растворился в его губах. Мы начали медленно, но быстро нарастали, страсть между нами разгоралась все сильнее и сильнее. Он переместил свое тело и сильнее прижал его к моему, заставляя меня стонать. Он владел мной своим ртом, и я принадлежала ему целиком. Я потерялась в нем.
Он поднял мою ногу, и поймал ее на полпути, обернув вокруг своей талии, сводя наши центры вместе, заставляя его рычать. Я прижала его к себе, моя страсть к нему росла по мере того, как в комнате становилось все жарче и жарче. Боль только усилилась, когда он стал давить на меня, прижимая еще сильнее к стене.
- Пожалуйста, - умоляю я его. Низкий рык, похожий на стон, исходит от него, и он хватает меня сзади за бедра и поднимает вверх.
Как я могла подумать, что смогу жить без его прикосновений?
Он заставляет меня гореть и болеть, но самым лучшим образом.
Мои ноги тут же обхватили его за талию. Он начинает нас провожать, я целую и кусаю его за шею, заставляя его вздрагивать со стоном. Я жду, что он подведет нас к кровати, но когда я отстраняюсь от него, то вижу, что он вывел нас из комнаты. И вскоре мы оказываемся в незнакомой ванной, а потом в душе.
Когда Хьюго толкает нас в душ, прижимая меня к кафельной стене, он включает кран, но оставляет его холодным.
- Что ты делаешь ?- Но я оборвала себя, вскрикнув, когда на нас хлынула ледяная вода. Я спрыгиваю с его тела, пятясь от воды. Хьюго выглядит невозмутимым, когда его окатывают ледяной водой. И могу ли я сказать, что он выглядит горячим, когда вода капает с него без рубашки. Он выключает его и, судя по выражению его лица, сердится.
- Зачем ты это сделал?- Спрашиваю я.
- Мы здесь не занимаемся сексом, Камилла, и я не смог бы остановиться, если бы не был залит холодной водой.
- Почему мы должны были остановиться?- Я не хотел останавливаться. Это может быть в последний раз.
- Ссначала потому, что тебе все еще больно, - говорит он мне, и тогда я вспоминаю о своей ноге. Вау, поцелуй с ним действительно заставил меня забыть, что я была ранена? - Во-вторых, мы даже не знаем, чья это хижина и когда вернется твой брат. - Я разочарованно киваю головой. Он прав. Как и в большинстве случаев. Поцелуи и прикосновения отвлекли меня от правды, и теперь я чувствую, что вот-вот расплачусь.
- Нам не обязательно заниматься сексом, - шепчу я ему, надеясь, что он поймет. Он кладет свою руку в сторону моей челюсти. Легкая усмешка играет на его губах.
- Мой ангелочек, я превратил тебя в сексуальную наркоманку. - Я наклонилась к его прикосновению.
- Только для тебя. - Он прижимает меня к стене, и я чувствую его твердость.
- Чертовски верно только, для меня, - рычит он. - А теперь мы можем хотя бы принять душ? Мы никогда раньше не принимали душ вместе.
- Если я увижу тебя полностью обнаженной, ничто не помешает мне крепко прижать тебя к этой стене. - Он обещает и знает, что пытается напугать меня. Я улыбаюсь.
- Именно.- Он стонет и прислоняется лбом к стене.
- Почему ты все усложняешь?- Я уже собираюсь что-то сказать, когда он снова поднимает меня и несет в спальню. Я разочарованно вздыхаю, когда он ставит меня перед кроватью. Он хватает свою рубашку с пола и швыряет ее в меня. Я люблю её, свирепо глядя на него. Он пожимает плечами. Я надеваю его, и он падает ниже колен. Низкий шум исходит от него, когда он выскальзывает из штанов.
- Ах, ах, никакого секса, Хью, - говорю я наполовину насмехаясь над ним, наполовину пытаясь заставить его сказать "да". Я знаю, что он любит это имя из моих уст. Он снова смотрит мне в глаза, и в уголках его губ появляется ухмылка.
- Ты не можешь мной манипулировать. - Я иду к нему и оборачиыаю руки вокруг его шеи.
- Да, я могу, но ты не думаешь так.
Он поднял брови, и в его глазах появился новый блеск.
- Это вызов, ангелок?
- Но почему? Потому что ты никогда не отступаешь ?- Спрашиваю я, вспоминая его слова, сказанные при нашей первой встрече. Я поцеловала его в библиотеке сразу после того, как он солгал всем, сказав, что я хочу заняться с ним сексом в уборной.
- Чертовски верно, - говорит он со всем своим высокомерием, но с игривым видом. Мне нравится, что мы делаем это. Игра вокруг заставляет меня забыть обо всем остальном. Я тоже люблю Хьюго с игривой стороны. Я прищуриваюсь и смотрю на него.
- Ты думаешь, я не справлюсь?
- С чем именно?- Он спрашивает, хотя знает наверняка.
- Соблазнить тебя, - отвечаю я. -Я сделала это раньше, чем ты догадываешься. - Я снова заговорила о библиотеке. Он улыбается.
- Ладно, как насчет спора? Попробую соблазнить тебя, и если ты прикоснешься ко мне, то проиграешь.
-А если я этого не сделаю?
- Э-э, я проиграла? - Он закатывает глаза.
- Я имею в виду, что я получу?
-Что ты имеешь в виду?
- Если мы играем в игры, то должны получить подарок. Что я получу, если выиграю?
- Мое присутствие, - говорю я.
- Как будто это подарок, - сказал он, как ни в чем не бывало.
Я ахнула и ударила его по плечу.
- Задница, - бормочу я. -Так ты согласен или нет ?
- Ладно, но если ты проиграешь, то посадишь свою милую задницу в мою машину, и мы поедем домой, хорошо?
- Хорошо.- Я подношу руки к его лицу.
-Что ты делаешь?- Спрашивает он.
-тМы никогда не договаривались, что я не буду прикасаться к тебе, - отвечаю я и поднимаю брови. Я не знаю, что, черт возьми, мы делаем, но мне это нравится.
- Это нечестно, ты не должна прикасаться ко мне, - говорит он серьезно, но я знаю, что он играет так же, как и я.
- Я не могу тебя поцеловать?- Он прищурился.
- Ладно.- Я шагнула к нему, мои руки все еще на его лице. Я иду вперед, и наши губы оказываются так близко, что соприкасаются. Его дыхание останавливается вместе с моим.
Я опускаю свой рот вниз и вдоль его подбородка, не целуя, но мой рот касается его кожи. Я обхожу его, так что он меня не видит, и все, что я вижу-это его мускулистые плечи. Я провожу первым пальцем по его спине, прослеживая ее линии своими пальцами. Я вижу, как он сжимает челюсти.
Я наклоняюсь вперед, так что мой рот оказывается у его уха, и я удостоверяюсь, что дышу ему в шею.
- Помни, никаких прикосновений. - Я напоминаю ему, а потом прикусываю кончик его уха, покусывая его. От него исходит глубокий шум.
Я кладу руки ему на поясницу и медленно двигаю ими так, чтобы они оказались на его твердом животе, и провожу ими, как провожу по его татуировкам. Я вижу, что его кулак сжат, но он все еще не дотрагивается до меня. Его дыхание тоже становится тяжелым. Я иду перед ним, так что мы оказываемся лицом к лицу, и он улыбается мне своей самодовольной физиономией.
Я убираю руки от него, засовываю их под свою рубашку и медленно начинаю снимать трусики. Его улыбка исчезает, а глаза вспыхивают. Теперь он у меня, думаю я, позволяя своим кружевным трусикам упасть на пол. Он тяжело дышит, и на его лице отражается слабый блеск. О, он будет ненавидеть это. Его глаза сузились, глядя на меня. Как будто он подстрекает меня сделать это.
Я начинаю снимать с него футболку, но не успеваю ее снять, как меня хватают за руку и прижимают к стене, зажав ее над головой. Хьюго выглядит таким болезненно раздраженным. Я улыбаюсь ему.
-Ты проиграл, - шепчу я, потому что наши лица так близко друг к другу.
-Ты жульничала, - отвечает он. Каждый раз, когда он смотрит на меня, я чувствую, что вот-вот вспыхну.
Я смотрю ему в глаза. Не знаю, смогу ли я жить, не заглядывая в эти глаза каждый день. Они так прекрасны, как водоворот тьмы, но в них так много света, так много боли. Я так сильно люблю его и не хочу, чтобы в его глазах было еще больше боли. Что я и сделаю, если останусь. Я вложу столько боли в эти глаза. Я его гублю. Медленно.
Я наклоняюсь и целую его так, словно это мой последний поцелуй. Ощущение его мягких губ-это все, что мне нужно, чтобы пройти через что-то. От того, как его губы нежно ласкают мои, мне почти захотелось плакать. Я знаю, что мы с ним часто ссоримся и всегда расходимся во мнениях, но я всегда буду любить его больше, чем кого-либо другого. Я отстраняюсь от него и просто смотрю на его красивое лицо.
- Что случилось?- Спрашивает он, обеспокоенный переменой моего настроения, когда убирает мне волосы за ухо. Этот маленький жест заставляет меня рыдать в его объятиях и никогда не отпускать. Я улыбаюсь сквозь боль в груди и слезы, грозящие пролиться наружу.
- Ничего, - вру я. - Пойдем домой.