Дело Кимберли Франкс

Каждая лестница сменяется на коридор. Я бегу по больнице, каждый сантиметр которой, пропах лекарствами и натрия хлоридом.

Голубая дверь сменяется на другую, стены давят, а пошарпанный пол исчезает из под ног и я падаю в пропасть, состоящую из неизвестности и страха.

— Кимберли, ты меня слышишь? — меня трясут за плечи, усаживая на банкетку-скамейку, — Кимберли, посмотри на меня, — уговаривает молодая девушка.

Мелисса, помощница капитана полиции. Она старше меня всего на пять лет, но даже так, Джей относится к ней, как к своей второй дочери. Хоть Мелисса милая на вид, но если узнать ее получше — можно сразу сказать, что она злая сука до мозга костей.

— Где он? Где отец? — я смотрю прямиком на Мелиссу, пытаясь отдышаться.

— С ним все хорошо, пуля не задела жизненно важные органы и ранение сквозное, — успокаивает она меня.

— Мне нужно к нему, — я пытаюсь встать, но девушка толкает меня назад.

— Сидеть здесь! — приказывает та.

— Я тебе не сраная собака, Милс, — огрызаюсь я.

— А я тебе не сраная подружка, Кимберли. Сиди здесь и жди, если не хочешь загреметь в участок, — указывает она, пихая меня в плечо.

Прошло полтора часа. Все это время я ходила из стороны в сторону по всему реанимационному отделению, не находя себе места.

— Прекрати маячить.

Я игнорирую просьбу Мелиссы, продолжая ходить от стены до стены. Но девушке это надоедает. Она встает со скамьи и толкает меня спиной в стену, больно сдавливая мои предплечья.

Мелисса постоянно срывается на меня. Три года назад она потеряла семью в автокатастрофе: отца, мать и младшего брата Кэла. Бедняжка чуть не покончила с собой, наглоталась таблеток, но ее успели спасти. Как раз моя мать и спасла ее. После месяца в психиатрической больнице Мелиссе поставили тяжелую депрессию, и полгода она жила в нашем доме. Именно Мелисса подсадила меня на аниме, за просмотром которого мы проводили целыми днями и ночами. Даже были моменты, когда мы целую неделю не вылезали из моей комнаты, выходили в крайнем случае.

Я пыталась вытащить ее из этого состояния, но не могу же я быть спасательным кругом вечно. Когда похитили Алису, моим спасательным кругом стала Мелисса. Только этот круг ударяет меня по голове за каждый раз, когда приземляется рядом.

— Отвали от меня! Не трогай, блядь, меня! — кричу я ей в лицо, но следом, Мелисса бьет меня головой об стену.

В глазах начинает темнеть, и я медленно сползаю по стене, обхватив голову руками.

— Если бы ты не была дочерью Джея — я бы тебя убила. — Мелисса хватает меня за грудки, поднимая на ноги.

— Пошла ты в задницу, — выпаливаю я, морщась от тупой боли в голове.

— Что ты сказала?

— Я сказала, пошла в задницу, Милс. — головой, я наношу удар девушке в область переносицы .

Она отпускает меня и сгибается в спине, зажимая руками кровоточащий нос. Мелисса набрасывается на меня, валит на пол, но как только она замахивается — ее стаскивает Сильвер.

Черт, если он здесь, значит Марк тоже в больнице.

— Какого черта вы творите?! — растерянно смотрит на нас обоих отец Марка.

— Она сама нарвалась, — болезненно шипит девушка, вытирая кровь с носа.

Я встаю с пола и, как ни в чем не бывало, подхожу к Сильверу:

— Что с папой? Где он? К нему можно?

— Да, Ким, можешь идти. Шестая палата. Только не заваливай его вопросами, — просит он.

Я быстро киваю и бегу к палате. Распахнув дверь, я вижу его, лежащего на больничной койке, а рядом стоит медсестра.

— Кимми, — улыбается отец.

Медсестра убирает капельницу и выходит из палаты, а я подхожу к отцу и падаю в его объятия, начиная плакать.

— Ты меня напугал! Я думала, что ты умер! — эмоционально восклицаю я.

— Все в порядке, милая, — обнимает он меня. — Прости, не хотел тебя пугать.

— Кто это был? Кто в тебя стрелял? — я поднимаю голову, чтобы видеть его лицо, — Это был Том Аллен?

— Откуда ты знаешь его? — интересуется Джей.

Твою мать! Я проговорилась.

— Мелисса рассказала, — говорю я первое, что приходит в голову.

— Мы хотели взять его штурмом.

— Вдвоем?!

— Ким, дослушай. — я замолкаю и отец продолжает, — Конечно же не вдвоем. Это самоубийство. Нам поступила информация, что Том был замечен в районе Пресидио-Хайтс, но это оказалось ловушкой. Я потерял двух людей и сам получил ранение. Там не было Тома, и даже не его люди стреляли. Как мне известно — это люди другого человека, — объясняет Джей.

— Кто это может быть? Тебе не говорили?

— На теле у одного из стрелков была татуировка — подстреленный ворон. Я подумал, что обычное тату, у всех они имеются, но когда проверял второго — на его запястье была такая же.

И тут меня осенило, будто по голове отбойным молотком ударили.

Сильвестр Морнинг. Эмблема, которую я видела на машине, она забирала Анну, — подстреленный ворон, падающий в пасть змеи. Морнинг узнал про меня, но каким образом? Личность Кармы скрыта так хорошо, что ее не смогли взломать лучшие хакеры Америки и Англии. Кто-то сливает информацию из первоисточника.

— Когда тебя выпишут?

— Уже завтра, делать тут все равно нечего. Но я сразу же поеду в участок.

— Ты сейчас серьезно?! Пап, тебя чуть не убили! — напоминаю я.

— Ким, мне нужно составить протокол и еще куча бумажной волокиты. Сильвер сказал, что ты можешь переночевать у них.

Я выпрямляюсь в спине и устремляю свой взор в окно, за которым простирается парковка.

Если бы я не осталась у Криса, то отец не оказался бы в больнице и не потерял своих подчиненных. Надо было ехать домой.

Желчь из вины подкатывает к горлу и меня начинает тошнить. Плечи тяжелеют, словно меня сейчас раздавят прессом.

— Я поеду домой. Не хочу к Беллам, — тихо произношу я, пока в глазах снова скапливается соленая жидкость.

— Кимми, иди сюда. — отец заключает меня объятия и целует в висок. — Не переживай за своего старика.

— Тебе сорок семь.

— И за эти сорок семь лет я осознал, что ты и твоя мама — единственные, ради кого я готов отдать свою жизнь.

— Папа!

— Не злись, — смеется он.

Я выхожу из палаты, в коридоре меня встречает Крис. Он смотрит на меня, хочет о чем-то спросить, но я молча подхожу к нему и утыкаюсь лбом в его грудь, тяжело вздыхая.

Парень крепко обнимает меня и гладит по голове.

— Как он?

— Ты бы мог принять за кого-то пулю? — мямлю я ему в толстовку.

— Что за вопрос?

— А убить кого-то?

— Ким, — Крис поднимает мою голову и смотрит в глаза, пытаясь прочитать мысли.

Его большие пальцы нежно поглаживают меня по щекам, и мне приходится выбросить свои странные мысли из головы.

— Забудь. — я отхожу от него, зачесывая волосы назад. — Отвези меня домой.

Мы покидаем стены больницы. Уже вечер. На улице стало прохладно. Чувство странного беспокойства сдавливает легкие, и я едва могу дышать.

— Ким?

Я оборачиваюсь назад и вижу Марка, который подходит только ближе к нам.

— Можешь подождать меня в машине? — обращаюсь я к Крису, но смотрю на Марка.

— Конечно. — парень целует меня в макушку и уходит.

— И что это за херня? — с наездом спрашивает друг.

У меня нет сил, чтобы все ему объяснять.

— Почему мне не сообщили? — говорю я слишком подавленным голосом.

— Ты о чем, Ким? Я звонил тебе раз десять, чтобы сообщить про Джея.

— Я сейчас говорю не о нем.

— А о ком же? И почему ты с Хайдером?

— Аманда должна была следить за Морнингом, — игнорирую я последний вопрос Марка. — Какого хрена я узнаю о том, что его люди чуть не убили моего отца?

Парень молчит.

— Ты звонил ей?

— Она не доступна. В институте ее тоже сегодня не было.

— Кто-то сливает про меня информацию Тому или Сильвестру.

— С чего такие выводы? — интересуется он.

— Не знаю, какое-то предчувствие неизбежного. Прости, — впервые в жизни извиняюсь я перед другом. — но я не в силах вести диалог. Я поеду домой, скажи Монике, чтобы проверила все внешние каналы связи.

Марк обнимает меня, прощаясь, а потом уходит в машину своего отца. Я подхожу к машине Криса и сажусь на переднее сиденье, продолжая молчать. Парень ничего мне не говорит, заводит мотор и выезжает с парковки.

Я захожу в дом и оборачиваюсь на Криса, который стоит на улице.

— Ким, все хорошо? — обеспокоенно спрашивает он.

На улице тихо, только редкие машины разрезают уличную идиллию пустоты.

От вопроса Криса в носу снова начинает колоть. Я пытаюсь сдержать слезы, но они предательски катятся по щекам, и если бы не свет от фонарного столба, который освещает мое лицо, и не трясущиеся плечи, может парень вовсе бы и не заметил моей истерики.

— Нет, я... Я не знаю, — отвечаю я неровным тоном, пытаясь утихомирить слезы, которые продолжают литься с новой силой.

Если увидеть человека, который скрывает свою истерику, сдерживаясь из последних сил, и спросить, все ли у него хорошо, то в ответ оппонент всегда заливается рыданиями. Так произошло и со мной.

Крис выбрасывает окурок и идет ко мне. Он крепко обнимает меня, пока я даю волю эмоциям, не заботясь о последствиях. Это куда лучше, чем понимать, что проблемы пожирают тебя изнутри.

— Останься на ночь, если тебе не сложно.

Так будет лучше.

— Останусь.

Так будет проще справляться со своими демонами в голове.

***

— А вот и мои сладкие! — приветствует нас Алекса.

Вчерашняя истерика оставила отпечаток на моем лице в виде опухших глаз и усталости, но я все равно приехала на второй раунд. Не хочу, чтобы Алекса просрала деньги из-за моих загонов.

— Франкс участвует? — удивляется Адам.

— Да, — подтверждает девушка. — Поэтому она надерет вам задницы, — улыбается она, обвивая рукой мои плечи.

У меня нет ни малейшего желания перечить ей. У меня вообще отпало желание к чему-либо.

Алекса уводит меня от парней и заходит в раздевалку.

— Какой у тебя обхват талии?

— Чего?

— Размер штанов, Кимми. Ты что, не выспалась?

— Тридцать шестой, — отвечаю я.

Девушка ищет что-то в шкафу, а следом протягивает мне черную полевую форму.

— Одевайся, а потом тебе выдадут оружие. — Алекса открывает дверь, — Не задерживайся, — улыбается она и уходит.

Я точно проиграю.

— Так как Френк Тейлор выбыл, и у нас появился новый участник, — начинает Пол, поглядывая в мою сторону, — вы делитесь на две команды по три человека. Из-за того, что вас нечетное количество, с вами участвует Алекса Брук.

Да вы издеваетесь.

— Майкл, Адам и Николос, вы будете против Кристиана, Кимберли и Алексы. У вас также есть рации для общения с участниками своей команды. Пока вы можете осмотреть местность, буквально через несколько минут игра начнется.

Все пятеро выходят на локацию, пока я оглядываюсь по сторонам.

Много мест где можно спрятаться, а из-за того, что игра проводится в небольшом лесу, мне удастся где-нибудь переждать.

Из страйкбольного привода нам выдали автоматы. Весом от Сайги почти не отличается, что меня радует.

— Участники на месте, камеры ведут прямую трансляцию, а это значит, что второй раунд скоро начнется! — снова тот самый голос ведущего, который успел мне надоесть в первом раунде. — Но сначала правила для наших новых участников: ваша форма оснащена датчиками движения, отсидеться в стороне не получится! Участнику необходимо взять флаг на локации, которая отмечена у вас на карте, и не попасть под пули! Если в вас выстрелил участник из вашей команды, то вы выбываете!

Просто класс. У меня даже переждать не получится. Проще застрелиться на старте.

Звучит три гудка, и после последнего, я сразу убегаю в лес. Стоять с автоматом намного легче, чем бежать с ним. Надо найти слепую зону и стрелять оттуда.

Я достаточно далеко убежала. Осматриваюсь по сторонам, но никого не замечаю.

— Ким, прием.

Зажимаю кнопку на рации:

— Что?

— Ник и Крис побежали в твою сторону, — предупреждает Алекса.

— Черт, — ругаюсь я. — А ты сама где?

— Я побежала на запад за Адамом.

Сзади себя я слышу хруст веток и попадание синей краской в кору дерева. Срываюсь с места и снова бегу вперед, замечая, как за мной бежит Николос.

Я добегаю до металлической сетки и буквально врезаюсь в нее, падая на землю. На пару секунд я успела отбиться от Ника, но времени катастрофически мало. Мне приходится действовать на инстинктах самовыживания.

Мигом вскакиваю на ноги, перебрасываю автомат через ограждение, а потом и сама преодолеваю препятствие, приземляясь на землю. Я вижу, как Ник останавливается в паре метров от меня, он даже не направляет оружие, просто стоит. Парень протягивает руку к рации, но я не могу расслышать о чем он говорит. Он продолжает смотреть на меня, но затем уходит. Видимо Ник решил найти другой путь ко мне, чтобы не повторять мои акробатические приемы.

Я не решаюсь ждать его, снова убегаю.

Меня окружает пустое поле, лишь пара деревьев и какое-то полуразрушенное здание стоят вдалеке, и я иду к ним. Но мне приходится ускориться из-за еще одного шума за моей спиной.

Как только я прячусь за деревом, то высовываю голую из укрытия. На месте, где я была ранее, стоит мужской силуэт. Может это Крис? Или Николос.

Человек выставляет пистолет. Я прячусь обратно, но звук заставляет кровь застыть в жилах. Он стреляет из настоящего, мать его, оружия. Может он не заметил и стрелял в дерево, а не в меня?

Снова оглядываюсь назад, человек все еще стоит с вытянутой рукой. Я бегу к другому дереву, опять выстрелы, но я успеваю спрятаться. Ладно, этот чувак пытается стрелять по мне. Это не Крис. Николос? Что-то не припомню, чтобы у него был пистолет, да и огнестрельное оружие запрещено. Надо добежать до здания, но если выйду из укрытия — он снова откроет огонь. Но не факт, что попадет. Рискнуть стоит. А если он не один? У меня нет выбора.

Я в ловушке.

— Алекса, прием, — я зажимаю кнопку рации.

— Что такое, Кимми? — слышится ее веселый голос.

— Ты можешь отследить мое местоположение?

— Нет.

Мне конец. Если меня тут убьют, то искать даже не будут.

— Я не знаю где нахожусь. Я убегала от Николоса и перелезла через металлическую ограду, но...

— Погоди, — перебивает она. — Ты перелезла через забор?!

— Да... Наверное. Я не знаю. — тараторю я.

— Ты на заброшенной военной базе.

— Замечательно, но я не думаю, что в меня стреляют призраки военных!

— Сколько людей тебя окружают?

— Я видела только одного, но мне кажется, что есть еще несколько, — предполагаю я и выглядываю из-за дерева, — Стой, его нет! Человек, который стрелял в меня! Его нет!

— Не паникуй. Выиграй себе время, я скоро буду.

— Нет, стой, у них оружие! — но Алекса уже не слышит меня.

Выиграть себе время?! Как я его выиграю? У меня даже нормального оружия нет!

Пока я топталась на одном месте и думала о своих последующих действиях, я не заметила, как человек приблизился ко мне. И теперь я чувствую, как в мой затылок упирается дуло пистолета.

— Поднимай руки, — требует незнакомец.

Я сжимаю автомат в руках, резко разворачиваюсь, бью мужчину прикладом по голове и снова убегаю.

Мне удалось добраться до здания, но когда я зашла — меня уже ждали. Их двое, с пистолетами, а у меня нихера нет. Все?

Первый выстрел попадает мужчине в голову, второй — в грудь его товарища. Выстрелы были изо спины и мне приходится обернуться назад, но как только я вижу Алексу — с легкостью выдыхаю.

— Я сейчас пиздец какая счастливая, поэтому бери у них оружие и поднимайся на второй этаж. Там еще на подходе.

Я ничего ей не отвечаю, подхожу к мертвым телам, забираю пистолеты и проверяю магазин.

— Полные.

— Отлично, — радуется девушка и прячется за стеной.

Пока я осматривала мужчин, то заметила на их запястьях идентичные татуировки — подстреленный ворон. Почему-то я даже не удивлена, что это рук Сильвестра. Его и Тома сегодня не было, и я посчитала это слишком подозрительным. Моя чуйка меня никогда не подводила.

Я не стала говорить Алекса об этом. Теперь я ей тоже не доверяю.

— Ты на втором этаже? — спрашивает девушка через рацию.

— Да.

— Двое зашли за здание, они твои.

Тихими шагами я подкрадываюсь к разбитому окну и аккуратно выглядываю из него. На первом этаже прогремел выстрел, мужчины на улице переглядываются друг с другом и перезаряжают пистолеты.

Я выставляю дуло и целюсь в одного из них. Нажимаю на спусковой крючок и попадаю в голову. Второй, замечая меня, начинает стрелять, но я успеваю спрятаться и пригнуться, чтобы перейти на другую сторону оконной рамы. Выглядываю и стреляю. Попадание в плечо, грудь и голову.

— Двоих убрала, прием, — склоняю я голову к рации.

Но Алекса молчит.

— Алекса?

Снова тишина.

Спускаюсь по лестнице, держа пистолет перед собой и осматриваю первый этаж. Ее нет. Ноги сами тащат на улицу, но кроме трех мертвых тел — никого. Алексу не могли так просто убить. Я проверяю и этих мужчин. У каждого из них тоже самое тату на запястье.

Я слышу движение справа от себя, выставляю руку в сторону шума и стреляю в слепую.

— На заметку, не повторяй кинематографичные выстрели в реальной жизни.

— Ты совсем сумасшедшая?! А если бы я попала? — я смотрю на Алексу, которая зажимает рану на руке, — Я попала в тебя?!

— Нет, — машет она головой, — Не ты.

— Где ты была? Почему не отвечала по рации?

— Осматривалась, нет ли еще кого-нибудь. А ты почему их проверяла? — она указывает подбородком на один из трупов, но я молчу.

Я выпрямляюсь, стоя к Алексе спиной. Делать тут больше нечего. Скорее всего время игры уже закончилось и наверняка нас ждут. Я хочу сделать шаг, но не могу.

— Решила избавиться от лишних глаз, чтобы самой меня застрелить? — я смотрю на девушку через плечо, пока она целится в меня.

— Ничего личного, но ты должна проиграть, — спокойно отвечает она.

— Проиграть? — переспрашиваю я, а потом Алекса стреляет.

Она нажимает на курок ровно три раза, я зажмуриваю глаза, но об мою спину летят те самые шарики с краской. У меня земля из под ног ушла, а легкие сжались до размера горошины.

Шокированная, я поворачиваюсь лицом к девушке и не моргаю, даже не дышу. Мозг до сих пор не понял, что меня не убили.

Алекса еле сдерживает смех, но срывается и начинает заливаться им, присев на корточки.

— Видела бы ты свое лицо!

— Что смешного?! Я чуть не обосралась, дура! — кричу я.

— Прости, прости, — пытается она успокоиться.

— Зачем ты это сделала? — продолжаю я злиться.

— Я узнала про следующий раунд, — успокаивается девушка, — И тебе бы он не понравился.

Я выгибаю брови в непонимании.

— Правда или действие, — продолжает та.

— Это детская игра, — прыскаю я. — С чего бы мне не понравился раунд?

— Действия и вопросы там не детские, а еще тебя будут хреначить током, если не выполнишь действие или солжешь.

— Как они поймут лгу я или говорю правду?

— Детектор лжи. — Алекса встает на ноги и протягивает мне пистолет, — Я не хочу участвовать, стреляй.

Я забираю у девушки пистолет, все еще пребывая в замешательстве.

— Только целься в раненую руку, а то будут лишние вопросы.

Хорошо, что краска красная. Мне самой не в радость отвечать на душные вопросы. Поэтому я стреляю ей в руку.

Та дергается и мычит от боли, но продолжает давить из себя улыбку, будто ей вовсе и не больно.

— Видимо, Морнинг вышел на новый уровень, раз подослал своих людей.

— Откуда ты...

— У меня еще полно козырей в рукаве, — подмигивает она. — Ким, я, как и Роб, согласны на помощь тебе, но ничего не бывает безвозмездно. Понимаешь о чем я?

— Нет, не понимаю. Называй вещи своими именами.

— Я предлагаю тебе сотрудничество с компанией моего отца, взамен мы даем тебе все: оружие, деньги, людей. — Алекса проходит мимо меня и идет вперед, — Круто же. Не так ли?

— Зачем тебе сотрудничать со мной? — я иду в след за ней, — Если ты не забыла, то я даже не поощряю то, что делает твой отец. Нет хороших или плохих мафиозников.

— А ты хорошая или плохая?

— Карма не бывает хорошей, но я не убиваю обычных людей на улице. Я не серийный убийца или сраный психопат с психическим заболеванием. Я даю отчет своим действиям, — поясняю я.

Мы выходим с военной базы, проходя через лес.

— Значит, ты у нас борец за справедливость? — усмехается Алекса.

— Я не считаю себя всемирным героем и не прошу медаль Почета, я убиваю, потому что эти мрази посмели забрать у меня самое дорогое в жизни, а сегодня чуть не отняли и отца.

— Вы с Крисом чем-то похожи, — признается она. — Он такой же мстительный.

Мне не интересны дела Хайдера. Но за что ему мстить кому-то? Парень живет в шоколаде с ахренительным наследством. Чего ему еще не хватает?

С Алексой мы возвращаемся к исходной позиции, где и начинали второй раунд. Парни уже переоделись и ждут только нас.

Николос замечает меня, и в миг, на его лице ясно читается раздражение. Он меня и завел в ловушку. Сукин сын.

— Мы вышли! — радостно кричит Алекса, махая тем раненной рукой.

— Я и не сомневался, — хмыкает Ник, продолжая прожигать дыру у меня во лбу.

— Кто победил? — интересуется девушка.

— Хайдер, — отвечает Майкл, — Но из-за того, что вы, две дуры, выбыли из игры, Кристиан делит свою ставку между нами.

— Ты из-за бабок переживаешь? — хихикает Алекса. — Возьми у меня, мне не жалко.

— Пошла в задницу, Брук.

— Ладно, мальчики, классно поиграли. В следующем году меня не зовите. — девушка ведет меня в раздевалку.

— Майкл разве имеет какое-то отношение к сети мафиози? — спрашиваю я, заходя в комнату.

— Не напрямую. Его семья занимается поставкой оружия.

— А Адам?

Алекса игнорирует мой вопрос, погрузившись в поиски аптечки.

***

— Где ты была?

Алексу забрал водитель Криса, пока он сам вез меня домой.

— Я заблудилась в лесу, а потом встретила Алексу, но не сразу поняла, что это она. Я выстрелила в нее и начала убегать, а она выстрелила мне в спину, — вру я.

Крис молчит, обдумывая мой ответ, но следом выдает:

— И ты думаешь, что я поверю в этот бред?

— Я говорю правду! — я смотрю на парня, но его взгляд направлен только на дорогу.

— Не строй из себя дуру, Кимберли. Я видел ранение на ее руке.

— Я ничего не видела, — продолжаю врать без угрызения совести.

— Хорошо, не говори, — сдается он.

Крис паркуется у моего дома, и я отстегиваю ремень безопасности, дергая за ручку двери, но она заблокирована.

Рука парня заводится за мои волосы, хватает за шею, и Крис затягивает меня в поцелуй, проникая своим языком в рот.