Зеленая ласточка

Утро выдалось странным. Ничего особенного не произошло: Сондра проснулась по горну (где-то спустя час после того, как легла в кровать), спустилась со всеми в столовую, села за стол... И вот она уже минут десять пялится в тарелку и пытается вспомнить, что с ней делать. Мозг бы наверняка подсказал, что в тарелке еда, а еду надо есть, но мозг был занят, абонент вне зоны действия сети, перезвоните позже.

Ей всегда было тяжело думать. Думать по утрам – еще тяжелее. Думать по утрам после бессонной ночи – тяжелее вдвойне. Думать по утрам после бессонной ночи, полной откровений, - практически не удавалось.

Она поспала от силы минут двадцать, но не чувствовала усталости. Наоборот, она начала понимать Мора: когда тело хочет спать, все внутренние органы посылают сообщения о критической перегрузке и риске отключения, а сна – ни в одном глазу. Если Сондра сомкнет веки хоть на секундочку, на нее снова рухнет лавина из смертей: сестра и братья Мора, которые умерли, морская команда, которая умерла, тысячи жителей земли Лайтов, которые умерли, Ката, который умер, тела в дальнем зале, которые умрут.

Бр-р-р! Нет, надо срочно занять себя чем-то поприятнее! Для начала – поесть. Для продолжения – попытаться удержать завтрак внутри.

Сондра как раз измывалась над кусочком теста, когда сбоку потянуло морем, солнцем и безответственностью. Ой, как удачно. Сондра как раз отвлечется на кровавое и очень жестокое убийство.

- Ah, bella, как я рад тебя встретить! Чем так пахнет? Что нынче дают?

Вирт приземлился рядом и беззастенчиво потянул руки к миске. Сондра среагировала на удивление быстро и дернула завтрак назад. Она не планировала есть. Но хрена с два Вирт хоть что-то от нее получит! Вот чисто из принципа!

- Понял, понял, Сон! Я не дожил бы до своих лет, если бы не знал, что не стоит злить голодную женщину.

Вирт легковесно рассмеялся и достал из кармана пару помятых круассанов.

Стоп. Он же всегда мог просто достать себе завтрак из любой точки мира. Но предпочитал подворовывать еду у друзей. Вот же!.. Так, Сондра это запомнит – и обязательно зарядит ему подзатыльник за это. После того, как придушит за все остальное.

- Я не голодная, - сквозь стиснутые зубы процедила Сондра.

Лицо у Вирта вытянулось, обратно подобралось и улыбнулось:

- А-а-а... Поссорилась со своим amante segreto? Соболезную, Сон, это действительно может подпортить настроение, - он понизил голос и наклонился ближе. – Я помню, что я не в твоем вкусе, однако si modo я всегда готов помочь снять стресс, исключительно в дружеском...

Это была его ошибка. Сондра не выдержала – и зарядила-таки ему по черепушке. Вирт ойкнул, разогнулся и с видом оскорбленной невинности потер затылок.

- Oi-oi, Сон! Только Агате можно меня бить. Что на тебя нашло?

Сондра боролась с желанием наорать на него. Во-первых, вокруг люди. Во-вторых, сам Вирт все еще говорил негромко. В-третьих, после ночных разговоров горло першило. Против этих трех причин было тридцать три повода все-таки наорать – но Сондра осталась при меньшинстве и зашипела:

- Вирт, мать твою!..

- Ne parlez pas des morts en vain...

- Почему ты ничего не сказал про болезнь?

Вирт побелел. Он уже сам отодвинулся.

- О, ха-ха... Вот оно что, Сон...

- Я же тебя спрашивала! Специально спросила, не забыл ли ты мне еще что рассказать. Сначала про войну умолчал, теперь – это!

- Сон, прошу, не злись так! Словно я назло вру! ¡Impensable! – Вирт как-то незаметно перебрался на другую половину стола. Возможно, прополз под столешницей, пока Сондра агрессивно моргала. – Ты ведь спрашивала, не забыл ли я рассказать что-то важное!

Исключительно смена местоположения и спасла его от очередного удара.

- Гребаная. Смертельная. Болезнь, - Сондра старалась дышать хотя бы после каждого слова. – Ты умолчал, что тут бушует эпидемия зомби-вируса!

- Mi scusi, но зомби – это живые мертвецы, а наши остаются вполне себе мертвыми.

- Вирт!

- Mi scusi, mi scusi, bella, пытался détendre l'atmosphère.

Он растекся по столу медовой лужицей, но Сондру не проняло, и ему пришлось скукоживаться обратно. Мед в глазах тоже подтянулся к зрачкам, и радужки стали блеклыми и не такими липучими.

- Послушай, - Вирт звучал на удивление серьезно и, на меньшее удивление, виновато. – Я согласен, что стоило упомянуть. Просто я подумал, что это не к месту. Что бы я сказал? «Земля Лайтов – волшебная страна! Правда, раз в неделю дюжине подростков перерезают глотки, а сотня человек гниет заживо. Но в остальном - le paradis terrestre!» Я лишь чуть приукрасил!

- Ты меня обманул!

- Только перевел твое внимание! Ловкость рук – и никакого мошенничества!

Он взмахнул руками и вытащил из воздуха колоду карт. Сондра впервые не улыбнулась. Вирт взмахнул снова, вытащил колоду другой рукой. Сондра все еще не улыбалась. И улыбка на лице Вирта стала натянутой. Он вскинул брови и принялся перебрасывать карты веером, мостом, стайкой белых птиц. Сондра смотрела на них – и не могла не видеть белые мечи, белые бинты, белые фигуры больных дальнего зала отстойника.

- Фокусники не заманивают своих зрителей в ловушку, - Сондра уронила голову, не в силах выносить эти образы.

Судя по звуку, Вирт прекратил тасовку.

- Какая ловушка, Сон? Опенула невозможно запереть, ты помнишь?

- Тогда почему тебе пришлось сбегать? – подняла голову Сондра.

Ужас на лице Вирта стал таким всеобъемлющим, что перестали существовать люди вокруг, столовая, вся Ремма – осталась только карточная белизна загорелой кожи. Глаза у него стали круглыми, как две золотые монеты.

- Сбегать? – он рассмеялся, настолько неестественно, что это было неестественно для такого хорошего шоумена. – Ха-ха, Сон, quelle bêtise, я не сбегал. Вот он я!

- Ты понимаешь, о чем я, - ругаться на Вирта было немного совестно, но надо. – Ты не захотел брать ответственность за завершение войны – и сбежал. А на свое место заманил меня. Ну, точнее меня на место Агаты, а Агату – на свое.

Золотые монеты скрылись под веками – и Вирт расхохотался уже по-своему, по-честному. Сондра старалась держать брови у переносицы, но они ползли вверх. Чего это он? Что смешного?!

- Ха-ха-ха, Сон, ты так подумала? Что я сбежал от войны?

Он веселился так искренне, что Сондра и сама уже подумала, что звучит как-то глупо. Но ведь Агата сказала...

Ладно, она не говорила, что Вирт бежал от ответственности. Сондра еще раз посмотрела на парня перед собой. Ну да. Слово «ответственность» ему незнакомо ни на одном из сотни известных языков.

- Сон, - он немного успокоился, притих и взял Сондру за руку. – Послушай. Я бы никогда в жизни не стал подвергать девушку опасности. Особенно девушку, которая мне очень нравится. Mi credi?

Сондра не спешила кивать (как минимум потому, что не поняла вопроса).

- Я привел тебя на землю Лайтов исключительно потому, что хотел показать тебе это endroit magnifique. И познакомить с магией. И помочь!

Это уже не единственная причина, Вирт, ты можешь не обманывать хотя бы пять минут?

- У меня и в мыслях не было втягивать тебя в весь этот insensato! А что такое? На тебя кто-то наседает? Голубоглазый монстр пристал к тебе со своими idee insensate?

Сондра снова нахмурилась. После всего увиденного ночью она не могла винить Мора. Она и раньше не винила. А теперь – понимала на все сто. Если бы был даже призрачный шанс спасти всех этих людей, закончить ужас – она бы тоже рванула прямиком к Проминату. Так что идеи у Мора точно не... то слово, которое Вирт сказал.

- Никто ко мне не приставал. Но я предпочла бы знать заранее, что мне надо становиться спасителем мира. Все же будут ожидать от меня окончания войны!

- Той, что длится почти век? - Вирт махнул рукой и отхлебнул из чашки, которую незаметно стащил у Сондры из-под носа (все равно аппетита не было). - Allez, Сон. Никто уже давно всерьез не верит, что ее можно закончить.

«А Мор верил», - пробежалось по спине холодными мурашками.

- Так что carpe diem, Сон! Наслаждайся положением, магией и всеобщей защитой. Неужели плохо?

- Наслаждаешься тут только ты – потому что гоняешь по всему миру. А Агата зашивается.

Между прочим, из-за него! Если бы Вирт не сбежал, то Агате не пришлось бы впахивать на два лагеря. Неудивительно, что она так холодно с ним обходится! Если бы Вирт и ее оставил одну с горой проблем, Сондра бы ему еще не так отвечала. Ах да, он же оставил.

- Che cos'è? Это частный случай. Ремма!..

Вирт пожал плечами и обвел рукой, словно Сондра должна была увидеть вокруг, что он имел в виду. Сондра видела вокруг завтракающих солдат, электрические лампочки и барельефы. И еще кое-что. Но Вирту об этом Сондра не сказала. И напрягла все мышцы лица, чтобы не заулыбаться.

- Вот что, - Вирт заговорщически облокотился на стол, - если тебя здесь достают, можем перебраться куда-нибудь. Я слышал, на Ляре шикарный климат – и опенул у них девушка, поладите. Правда, non ci sono mai stato... Или же остров лекарей! Там вообще плевать на опенульское предназначение.

- Ты уже предлагал мне сбежать.

- Qua... А! – Вирт замахал ладонями. – О, Сон, в твоем городе una tale frenesia! Тебя ищут все местные отделения. На каждом углу расклеены объявления с твоим лицом. Non-non, тебе ни за что нельзя возвращаться!

Веселость сбежала, и Сондра закусила губу. Может ли она верить теперь Вирту? А с другой стороны – какой ему резон оставлять ее на земле Лайтов? Помочь Агате? Как-то он не думал о ее работе, когда сбегал. И раз уж так хочет ее разгрузить, взялся бы за работу сам. И если дома все правда так, как он говорит... господи, как там Лекси?!

Так, не палить горячку!

- Как называется город?

- Cosa?

- Как называется город, откуда я родом?

Вирт сделал вид, что не расслышал, а если что и расслышал – не понял. Сондра вцепилась в край столешницы. Ах ты зараза! Снова соврал!

Вирт испуганно икнул.

- Сон, Сон, Сон, ха-ха, calme-toi! Ну забыл я название, я же помню, что это за город, конечно же я там был, просто не обращал внимание на...

- Вирт, я тебя сейчас придушу!!!

Сондра подалась к нему. Вирт выскочил из-за стола, рванул назад – и впечатался в человека за спиной. Секунду он приходил в себя, оценивал риски и уже хотел драпануть снова, но его уже не отпустили. Сондра не стала больше удерживать злорадную улыбку.

- Не спеши с удушением. Он мне еще нужен.

Сондра посмеялась. Не только злорадно – и шутка веселая была! Вирт мученически завыл, но Мор крепче его стиснул и улыбнулся Сондре в ответ. Тепло так, ласково. Совсем не подходяще для человека, который силой удерживает беглеца, но Сондру все более, чем устраивало.

- Если так продолжится, ты его задушишь первым, - заметила она.

- Не волнуйся. Не отберу у тебя удовольствие.

- Я не волнуюсь. Можешь задушить его за меня.

- Mi scusi, а у меня есть право выбирать?

- Нет, - сказали одновременно Мор и Сондра. Посмотрели друг на друга – и с одинаковым звуком заглушили смех. Смехи. Два смеха.

Морбиен перехватил Вирта за плечо и отставил его от себя на расстояние вытянутой руки. Если бы он мог, то держал бы двумя пальцами и за шкирку, но Вирт слишком активно вырывался.

- Почему не показался мне утром?

- Je vous prie de m'excuser, господин авитар. Не нашел вас в кабинете.

- Чтобы найти меня в кабинете, стоило туда хотя бы заглянуть, - Морбиен вздохнул, посмотрел на Сондру «о господи, как меня достали идиоты» взглядом и отпустил руку. – У меня к тебе важное сообщение. В твоих же интересах было найти меня как можно скорее.

- Никогда не рвался под замок.

- Поэтому и говорю. В ближайшие два дня – чтобы духу твоего на Ремме не было.

Вирт так удивился, что забыл, что хотел сбежать. Сондра тоже навострила уши. Морбиен вздохнул еще тяжелее, и в этом вздохе было куда меньше усталости и больше – обреченности. Как краска с неправильными примесями.

- На Ремму прибывает делегация Инсива. Свободен.

Вирт не побелел, как когда Сондра поймала его на лжи, и не занервничал, как когда Морбиен просто его поймал. Он поблек, посерел, будто пытался перестать существовать в мире. Около мгновения он потратил на то, чтобы махнуть Сондре на прощание – и испарился. Сондра поняла, куда он убежал, только по недовольному взгляду Мора.

- Похоже, ты нашел заклинание для того, чтобы от него избавиться, - она улыбнулась и подопнула скамейку. – Как ты? Удалось выспаться? Присаживайся. Голодный?

Мор не выглядел выспавшимся, зато выглядел голодным. По правде, он выглядел даже немного хуже, чем накануне. Как будто ночной сон его разморозил и обнажил всю накопившуюся усталость: темные круги под глазами стали еще темнее, острые черты лица еще острее, уставший взгляд еще более уставшим. Но, несмотря на все это, в Море, в его позе, глазах и мимике что-то изменилось. Он словно стал чуть живее. И правда – оттаял. Сондра улыбнулась. Вот это – важно! А выспаться можно и попозже.

Мор уставился на скамейку так, словно она была усеяна шипами, посмотрел такими же глазами на Сондру и медленно сел. Сондра пододвинула к нему нетронутую тарелку с едой, но Мор жестом отказался.

- Ешь, я не голоден.

Сондра не стала напоминать, что она может спокойно взять добавку. Морбиен и правда выглядел так, что ему в горло кусок не полезет.

- Все нормально? Ты как после вчерашнего?

Мор быстро скосил глаза вбок, на соседний стол. Пустой. Но Сондра поняла, к чему он: лучше не болтать на всю Ремму об их ночных встречах. Сондра подтолкнула к нему чашку с травяным отваром. Мор поколебался, но взял и сделал крохотный глоток. А после отставил так, чтобы никому и в голову не пришло, что он к ней прикасался.

- Да. В пределах нормы, - голос стал хрипеть чуть меньше. Точнее, стал хрипеть по-другому, от усталости. - Просто эта делегация..., - он потер переносицу и выпустил воздух. – Так некстати...

Сондра протянула руку и погладила его по плечу. Ну, по тому месту, где не было погон, колючих украшений и вышивки. По тем двум квадратным сантиметрам. Мор с самого утра был в форме – видимо, из-за встречи с союзниками. Он прикрыл глаза и покачнулся, словно готов был опять заснуть. Но быстро пришел в себя и отодвинулся от ее руки. Сондра неловко ее убрала.

- Надолго они? – вернулась к теме она.

- Зависит от того, как пойдет дело. Но до вечера точно останутся. Мажортеста Инсива хотел обсудить вопрос по электрике, а это обычно надолго.

- У них тоже есть мажортеста?

Мор завис на секунду и кивнул:

- Да, конечно. Это универсальное звание. С учетом того, что у нас главнокомандующего... не предвидится, он сейчас является моим неофициальным начальством.

- У тебя есть начальство?! – Сондра продолжила бить рекорд по количеству тупых вопросов на единицу времени.

- Неофициальное, - Мор снова взял чашку, но пить не стал. Видимо, просто хотел занять руки. – От Инсива сейчас полностью зависит благополучие Реммы, поэтому мне приходится идти на большие уступки.

Он дергано обернулся. Сондра заметила, что народу вокруг поубавилось. А вот на противоположной стороне столовой ремма сидели друг у друга на головах. Стоило на них посмотреть, как все разом отвернулись (те, кто сидели на головах, чуть не грохнулись).

- Кажется, ремма не очень рады, - нервно посмеялась Сондра.

Мор согласно буркнул. Он тоже ремма и тоже не рад.

Сондра вспомнила ночной разговор и рассказ о том, что случилось на Ремме, пока Мор был в походе. По тому, что Сондра до сих пор слышала, инсивы больше вредили, чем помогали. И это еще без всей этой ситуации с опенулами... Точно, надо спросить! Ну, когда Мор освободится.

Сондра еще раз посмотрела на его уставшее лицо. Освободится и выспится. Хотя, до того момента может пройти лет двадцать.

В голову влетела мысль. Одна из тех мыслей, которые влетают в сонную голову, смешиваются со сном и кажутся настолько логичными и правильными, что иные просто не залетают. Сондра поерзала на стуле и наклонилась к Мору. Мор удивился, но тоже наклонился.

- А... можно мне тоже?

- Тоже – что?

- Ну... с инсивами встретиться.

Мор отпрянул так резко, что Сондра услышала звук выпрямившейся пружины. Глаза у него замерцали, как лампочка от сильного напряжения. Он набрал воздуха – грудь расширилась, затрещали железные ребра. Сондра его перебила:

- Да я тихонечко! Честно. Я не буду мешать, и уж точно не буду сидеть там с вами всю встречу. Мне просто посмотреть! Я даже говорить им ничего не буду! Просто интересно. Можно? Одним глазком?

Мор никогда не отказывал ее любопытству, а Сондра никогда этим не пользовалась (по крайней мере, специально!). И если она разведает, как Мор относится к инсивам, как они себя ведут, что думают о Ремме – и об Агате, - то, разговор про то распоряжение пойдет более гладко. А если повезет, то удастся переубедить Мора прямо в процессе. Он же, на самом деле, дорожит Агатой. Он ночью говорил! Надо ему просто напомнить. И про тот документ – тоже.

Но Мор мотнул головой, резко и дергано. Сондра подалась еще ближе.

- Ну пожа-а-алуйста!

- Нет, - сипло ответил Мор (у него еще не прошло горло). – Это опасно.

Сондра, хоть убей, не понимала, что в этом может быть опасного. Они же союзники! Да даже если инсивы такие жестокие вояки – не станут же они махать мечами прямо во время официальной встречи? А! Или это опасно для самой встречи?

- Да я же говорю, я тихонько! Можешь сказать, что ни в коем случае нельзя говорить, и как себя вести – я все-все выполню!

- Я сказал – нет, - резко отрезал Мор и потер переносицу. Для этого ему пришлось отцепить пальцы от чашки. – И вообще, раз зашел об этом разговор. Я хотел бы настоятельно попросить тебя сегодня воздержаться от посещения людных мест.

Мор сейчас изъяснялся, как Агата. У Сондры на секунду спутались ночные разговоры, и она растерялась – с кем она сейчас говорит? Но Мор быстро перешел на ее, глуповатый, язык.

- По возможности, сиди в комнате. Полли в курсе, Агата будет занята на встрече, так что сегодня у тебя выходной.

Сондре не послышалось? Выходной? Она еще раз проверила – нет, точно Мор. Он настолько не хочет ее пускать? Сондра почувствовала на запястьях наручники и услышала грохот закрывающейся двери. Сиди в комнате! В заточении!

- Да почему?! – Сондра едва не вскрикнула от отчаяния. – Мор, ну хоть на минуточку, хоть на секундочку, я просто рядом пройду, посмотрю! Могу под твоим столом спрятаться, меня никто не увидит! Буду драматически выключать и включать свет!..

- Ласточка.

- Шучу я, шучу! Можно хотя бы посмотреть, когда они только приедут?

- Нет.

- А когда уедут?

- Нет.

- А когда...

- Ласточка, я не хочу, чтобы ты с ними пересекалась – и точка. Пожалуйста. Повторяю, это опасно.

Он попытался подняться, но Сондра схватила его за руку.

- Да ладно тебе! – она дотянулась до его плеча и ткнула в него кулачком. – Мне не впервой идти прямо навстречу опасности!

Мор дернулся от ее удара, и его лицо свело судорогой. Он вырвал руку и отшатнулся, как от оголенного провода. Сондра на всякий случай глянула на свои костяшки. Вроде, без проводов...

- Нет, - огрызнулся он. Тряхнул головой, выпрямился, огляделся. А когда повернулся, на нем уже была маска безразличного раздраженного козла.

Сондра подскочила. Да кого вы пытаетесь обмануть, господин авитар! Она распахнула рот, но Мор рявкнул:

- Я сказал – нет! Приказ! Научись их слушать, в конце концов!

Сондра замерла с открытым ртом. Голубые глаза стали еще более испуганными, почти панически мигающими. Ремма снова начали озираться. Мор оглянулся на них, дергано взмахнул плащом – пытался прикрыться от недовольных взглядов, - и зацокал прочь. На Сондру он даже головы не поднял на прощание.

Сондра закрыла рот и села. Горло запершило. Чашка осталась на стороне Мора, остывшая и полупустая. Еда тоже остыла, аппетит пропал окончательно. Ремма так и сидели на другом конце столовой.

Без Вирта, Мора и ответов стало совсем одиноко.