Рождённая блистать

Аллан

Я сидел в кабинете, размышляя над текущими делами. Академия, как всегда, излучала строгую атмосферу, но в последние недели я чувствовал, что что-то меняется. Новые лица, старые интриги, и всё вокруг было как всегда, но с теми же старинными шершавыми трещинами, которые начали просачиваться наружу.

В это время Эдгар вошёл. Он был тенью, скрывающейся среди остальных, но его взгляд, как всегда, был нацелен точно. Он сразу принёс мне несколько свежих отчётов, но в его руках был ещё один планшет, с которым он прошёл ко мне.

— Я нашёл кое-что интересное, — сказал Эдгар, его тон всегда был спокойным, но в нем чувствовалась лёгкая тревога. Он знал, как я воспринимаю любые случайные перемены в Академии.

Я взял планшет. На экране возникло имя. Лукас Дюваль.

Я приподнял брови. Молодой парень, недавно поступивший в Академию, но что-то в его данных показалось мне не таким уж и обычным.

— Кто он? — спросил я, не отрывая взгляда от экрана.

— Это тот самый парень, — сказал Эдгар, — что получил грант на обучение. Довольно простой, из семьи без особых связей. Но... я докопался до его личных данных. Он не такой, как кажется.

Я изучал профиль Лукаса. Простой парень из бедной семьи, поступивший по гранту. Но его оценки? Биология, химия, физика — одни из лучших в Академии. Причем это не просто "хорошие" оценки. Это было нечто большее. Он не просто учёный, он обладал знаниями, которые в обычной школе просто не могут встретиться.

— И что это за "докопался"? — спросил я, не отрываясь от экрана. Эдгар, как всегда, мог найти любую информацию, но я знал, что за этим должно скрываться нечто большее.

Эдгар не ответил сразу, он выглядел задумчивым, но затем продолжил.

— Он что-то скрывает. Я проверил данные с камер Академии. Несколько ночей назад он был замечен в лаборатории, где занимается чем-то... незапрашиваемым. Это выходило за пределы его курсовых работ. Я не смог получить полной информации, но... похоже, он разрабатывает что-то на грани законного. — Эдгар сделал паузу, глядя на меня. — Я не уверен, что это незаконно, но...

Я медленно выдохнул. Сначала было лёгкое сомнение, потом растущее чувство напряжения. Это могло быть серьёзно.

— Он делает что-то, что нарушает правила Академии, — сказал я, откидывая планшет на стол. — Мы не можем просто закрыть на это глаза.

Но в глубине души я чувствовал, что в его действиях есть нечто большее, что-то, что может нам пригодиться.

Я знал, что его таланты могут быть полезны для Круга, но только если мы убедимся, что он действительно на нашей стороне и не играет с огнём.

— Ты знаешь, что делать, — сказал я Эдгару. — Убедись, что мы знаем всё о нём. Его секреты.

Эдгар кивнул, и я почувствовал, как он исчезает в коридоре, зная, что его действия будут решающими. Мы должны были понять, кто он, прежде чем сделать следующий шаг.

Когда я был один, я задумался о Лукас. Он мог стать чем-то большим, чем просто очередной ученик с выдающимися способностями. Он мог стать инструментом, который мы, возможно, скоро направим в нужное русло.

Я вернулся к своим делам, но мысль о нём не покидала меня. Кто-то, кто мог бы быть в нашем Круге. Но только если он готов выбрать ту сторону.

В этом моменте, Аллан ещё не понимает, что Лукас может быть полезен для их круга, но он уже начинает задумываться о нём. Он, конечно, не решит сразу, что ему делать с этим парнем, но процесс начинает разворачиваться.
Я стоял у окна и смотрел, как туман опускается на Академию, скрывая её величественные стены. Легкая дымка заставляла всё казаться немного чужим, смутным. В голове проносились мысли о Лукас Дювале. Если бы этот парень думал, что его способности — это оправдание его беспечности, он сильно ошибался.

— Он скоро будет здесь, — сказал Эдгар, развернувшись к двери. — Я сделал всё, как ты просил.

— Хорошо, — ответил я, хотя это слово не было отражением моего настроения. На самом деле, я уже точно знал, что делать. Мы не позволим никому подрывать наш авторитет, а тем более совершать незаконные действия в стенах Академии.

Секунды спустя дверь открылась, и в комнату вошёл Лукас.

Сначала я обратил внимание на его внешний вид: высокий, худощавый парень с немного небрежно зачёсанными чёрными волосами. Его лицо было скрыто за очками с тонкой оправой, что придавало ему вид заучки, но в глазах я читал и что-то ещё — будто скрытый огонь, который мог вспыхнуть в любой момент. Он был довольно красивым, с тонкими чертами лица, а его движения выражали уверенность. Однако в его поведении не было той лёгкости, которую я привык наблюдать у других. Он казался немного нервозным, но пытался это скрыть, что было как раз тем, что делало его интересным.

— Что тебе нужно?— произнёс он, слегка приподняв брови, когда его взгляд встретился с моим.

Я не торопился с ответом. Подошёл к столу и аккуратно положил перед ним несколько документов. На их фоне казался ещё более бесцветным.

— Присаживайтесь, Лукас, — сказал я холодно. — У нас есть о чём поговорить.

Он уселся напротив, сохраняя некоторую настороженность, что вполне понятно. Он был умным, но не глупым, и наверняка чувствовал, что его вызов сюда — не случайность.

— Давайте сразу к делу, — сказал Лукас, скрещивая руки. — Я не понимаю, почему я должен вступать в ваш круг. С чего это вдруг?

Я посмотрел на него, и моё лицо не выдавало никаких эмоций.

— Ты считаешь, что у тебя есть выбор? — спросил я, не меняя интонации. — Ты ведь понимаешь, что те эксперименты, которые ты проводишь, могут стать причиной твоего исключения из Академии, если кто-то об этом узнает.

Он усмехнулся, но в его глазах мелькнуло беспокойство.

— Это не может быть доказано, — произнёс он с вызовом, — фотографии не могут ничего сказать.

Я положил на стол несколько снимков, на которых он был запечатлён в лаборатории, с химическими веществами и веществами, которые категорически запрещены для студентов Академии. Его взгляд сразу потускнел, но он попытался сохранить стойкость.

— Ты правда думаешь, что я бы не знал, как скрыть следы? Эти фотографии ничего не докажут. Твои угрозы не имеют смысла.

Я не отрывался от его взгляда. Теперь настала моя очередь отвечать.

— Лукас, — произнёс я, голос стал чуть холоднее, — ты ошибаешься. Эти фотографии — не единственное, что у нас есть. Я знаю о твоих ночных "экспериментах". Сигналы, которые ты посылаешь в лаборатории, никто бы не смог не заметить. Ты провоцируешь систему, но думаешь, что её нельзя обмануть.

Я откинулся на спинку стула, наблюдая за его реакцией. Он пытался сохранять спокойствие, но мне не нужно было много времени, чтобы понять, что он начал сомневаться.

— Ты можешь отрицать это сколько угодно, но все мы знаем, что твоя игра на грани. Думаешь, ты сможешь скрыться от всех?

В его глазах появилась небольшая тревога. Он явно понимал, что я не просто играю в эти игры. Я не собирался позволить ему разрушить всё, что мы с Кругом построили.

— Ты ведь не хочешь, чтобы этот секрет стал известен всему Академическому Совету, не так ли? — добавил я, не скрывая своей жестокости. — Они быстро найдут тебя. А потом ты просто исчезнешь. Как и все те, кто считает, что им позволено больше, чем другим.

Лукас стиснул зубы и вздохнул, пытаясь выдавить что-то из себя.

— Я не такой, как вы. Вы просто хотите использовать меня, потому что я не принадлежу к вашему миру. Вы — богатые выскочки, для которых такие как я — просто инструмент. Не будет ни команды, ни круга.

Я наклонился вперёд, заставляя его сосредоточиться на каждом моем слове.

— Слушай, Лукас, — сказал я, — ты ошибаешься, думая, что твой мир так сильно отличается от нашего. Ты только не понимаешь, как работает настоящая сила. Ты выбрал этот путь, и теперь ты должен понять: ты либо с нами, либо ты не останешься здесь, в Академии. Ты хочешь называть нас "выскочками", но мы видим твой потенциал. Тот, кто не видит его, будет скоро за пределами Академии, и никакие таланты тебе не помогут.

Он молчал, но я чувствовал, как его взгляд теряется в пустоте. Он понимал, что я не шучу. Всё, что ему оставалось — это сделать выбор.

— Я дам тебе два варианта, — сказал я, наклоняясь чуть ближе. — Ты можешь продолжать это один, в одиночку, но ты же понимаешь, к чему это приведёт. Академия тебя выгонит. И тогда твои эксперименты и твоя карьера — ничто. Или ты вступаешь в наш круг, и я помогу тебе сделать всё так, чтобы никто не заметил твои действия.

Молчание висело в воздухе. Вижу, как он борется с собой, пытаясь решить, стоит ли ему соглашаться. Но слишком поздно, чтобы отступить. Он знал, что это был не просто выбор — это был последний шанс, чтобы сохранить всё, что ему было дорого.

— Я подумаю, — произнёс он, но я знал, что его решение уже принято.
— Ты подумаешь? — повторил я, не двигаясь с места. Голос был холодным, как лёд, и это отразилось на том, как Лукас поглядел на меня.

Он хотел что-то сказать, но я прервал его.

— Лукас, ты лучше пойми одну вещь, — сказал я, вставая с кресла и подходя к нему вплотную. — Ты не в том положении, чтобы "подумать". Всё, что ты решишь, будет решать твоё будущее в Академии. Ты, возможно, и надеешься, что сможешь вывернуться, но я тебе скажу: здесь никто не будет закрывать глаза на твои "эксперименты". У меня есть вся информация, чтобы тебя выгнали, и поверь, у меня достаточно возможностей, чтобы осуществить это.

Он снова осёкся, его лицо побледнело, а глаза дрогнули. Но он всё же пытается сохранять спокойствие. Он не был таким слабым, как казался, но это не меняло того факта, что он в моих руках.

— Ты... не имеешь права, — произнёс он, но я слышал в его голосе не уверенность, а скорее растерянность. Его слова были пустыми. Он понимал, что если я захочу, всё будет закончено.

Я посмотрел на него с выражением, которое не поддавалось толкованию.

— Права? У тебя нет прав, Лукас, ты всего лишь студент, и твоё место в Академии зависит от моего решения, — сказал я, слегка улыбаясь. — Или ты вступаешь в наш круг и продолжаешь заниматься тем, чем занимаешься, но с защитой и поддержкой, или ты уходишь. И если ты решишь уйти, ты больше не будешь иметь возможности вернуться. Ты окажешься за пределами, и на твоём таланте никто не будет строить будущего. Твой выбор.

Он стоял, немного опустив голову, как если бы задумался. Но я видел, что эта игра затягивает его. Он не мог себе позволить не принять этот шанс, и я знал, что он всё равно вернётся с нужным ответом.

— Ты хочешь, чтобы я стал частью вашего круга, но ты ведь понимаешь, что я не в вашем мире, — продолжал он, но голос уже был слабее, как будто сам он начинал осознавать, что все его попытки избежать вступления бесполезны.

— Я понимаю, что ты не в нашем мире, Лукас, — ответил я. — Но ты будешь полезен. Ты сможешь развивать свои таланты в том направлении, которое сам выберешь. С нами у тебя будет возможность делать всё, о чём ты мечтаешь. Ты просто должен решить, чего ты хочешь больше: свободы или безопасности.

Он молчал, и я снова смотрел ему в глаза, ощущая, как его внутренний мир рушится под давлением. Я уже знал, что он будет моим союзником. Он не мог выбрать иначе.

— Я... я согласен, — наконец сказал он, и я почувствовал, как его стойкость испаряется. — Но только потому, что другого выхода у меня нет.

Я едва заметно кивнул, потому что понимал: он стал моим. Его талант был слишком ценным, чтобы его потерять. Он уже не мог уйти. И теперь ему предстояло понять, что значит быть частью того, что мы строим.

— Хорошо, — сказал я, на мгновение возвращая спокойствие в голос. — Добро пожаловать в круг, Лукас. Ты принял правильное решение. И знай, теперь ты в нашей игре. Не забывай, кто тебя сюда привёл.

Его лицо немного побледнело, но он всё ещё стоял прямо. Я видел, как он внутренне борется, но выбора у него не было.

— Ты сделаешь всё, что я скажу. Понял? — добавил я с хладнокровной настойчивостью. Он кивнул, и я сразу почувствовал, что теперь он не будет сопротивляться. Всё было решено.
Мы сидели в комнате, в которой было тихо и спокойно, как всегда в таких моментах, когда предстояло что-то важное. Лукас стоял напротив нас, пытаясь скрыть свою нервозность, но всё же в его глазах было что-то новое, неопределённое. Он был умён, и, несмотря на свою неуверенность, мне было понятно, что он не так прост, как кажется.

Я смотрел на него, наблюдая за его реакцией, когда представил ему нашу "предложение". Это было не просто разговор — это был шанс. Шанс, который он не мог бы получить в обычной жизни. Мечты, которые ему казались недостижимыми, теперь стояли перед ним как реальность. Но чтобы понять это, ему нужно было сначала всё осознать.

— Слушай, Лукас, — начал я, стараясь говорить спокойно, не проявляя ни малейших эмоций, — мы понимаем, что у тебя есть свои исследования, твоя страсть к науке. Это именно то, что нам нужно. Мы готовы предложить тебе что-то, что даст тебе возможность работать в том направлении, которое ты выбрал.

Лукас нахмурился, не сразу понимая, о чём я говорю. Его глаза остались сосредоточенными, и он слегка подался вперёд.

— Что вы предлагаете? — спросил он, явно сомневаясь. — Я не понимаю, о чём речь.

Я позволил себе лёгкую улыбку, хотя её не было видно. Он был умен, но всё ещё не понимал, с чем столкнулся. Он не видел ещё всей глубины предложенной возможности.

— Мы дадим тебе лабораторию, — сказал я, продолжая смотреть ему в глаза. — Вне Академии. Это будет твоё место, где ты сможешь работать в своём темпе, развивать свои идеи, исследовать. Это будет спонсорство с нашей стороны, мы обеспечим тебе всё, что тебе нужно для работы.

Лукас откинулся назад, его глаза расширились, а лицо изначально серьёзное стало удивлённым. Очевидно, он не ожидал подобного предложения. Его взгляд стал более настороженным.

— Лаборатория...? — прошептал он, будто не веря своим ушам. — Вы хотите мне это предоставить? Вы ведь... — Он замолчал, явно пытаясь осознать, что он только что услышал.

Я кивнул, не давая ему возможности отвлечься. Он не мог понять, насколько это было серьёзно. Мы не просто предлагали ему какую-то случайную помощь, мы открывали перед ним целый мир возможностей.

— Это не просто лаборатория, — продолжил я, — это также доступ к ресурсам, которые ты вряд ли найдёшь в другом месте. Ты будешь работать в условиях, которые позволят тебе раскрыться и доказать, что ты способен на большее. Ты не просто обычный студент, а человек, который может изменить многое. Мы предлагаем тебе это, потому что понимаем твою ценность.

Лукас явно был шокирован. Я знал, что он не ожидал такой реакции от нас. Возможно, это и было частью его затруднений — в его жизни не было таких людей, готовых предложить такую власть и возможности. Он был с теми, кто может только мечтать о таких вещах.

— И что вы хотите взамен? — наконец спросил он, не скрывая подозрений. — Это слишком... слишком хорошо, чтобы быть правдой. Почему вы хотите помочь мне?

Я сделал паузу, внимательно наблюдая за его реакцией. Он уже знал, что у нас есть что-то, что может стать полезным для него. Но в то же время, я видел, что он ещё не готов был полностью принять это.

— Мы даём тебе этот шанс, — ответил я, — потому что ты можешь помочь нам. И ты будешь ценен в нашей команде. Не потому что мы хотим тебя контролировать или использовать, а потому что твои знания и навыки — это то, что нужно в нашем деле.

Я заметил, как он сжался, будто решая что-то внутри себя. Он явно не мог понять, как реагировать на такой ход событий. Он был из обычной семьи, и для него подобное предложение казалось чем-то невероятным.

— Я... я не думаю, что это честно, — сказал он, слегка нервничая. — Вы, богатые, всегда так поступаете. Просто раздаёте возможности тем, кто вам нравится. Как будто у нас нет выбора.

Его слова были полны недоверия, а в глазах было отчаяние. Я знал, что он не видел иного пути, как только бороться за своё место среди этих людей. Однако я был уверен, что он с этим справится, потому что в нём было нечто большее, чем у большинства.

— Ты прав, — сказал я спокойно, не меняя интонации. — Мы не играем по правилам, которые тебе знакомы. Но это не делает наше предложение менее реальным. Мы даём тебе возможность работать, а не сидеть в стороне и смотреть. И ты сам решишь, как с этим справиться.

Лукас смотрел на меня с явным разочарованием. Я знал, что для него это было новым и пугающим опытом, но что-то мне подсказывало, что его решимость пробудится. И, возможно, именно это я и хотел увидеть.

В какой-то момент он встал, сжав кулаки, и сказал что согласен с этим.
Когда остальные покинули комнату, напряжение слегка спало, и в воздухе повисла спокойная тишина. Я вздохнул, вглядываясь в уходящих. Всё было сделано, решено, но что-то всё равно не отпускало меня. Мы все усердно двигались вперёд, но вот она, Вивьен, стояла рядом, совсем не похожая на ту уверенную и всегда сдержанную женщину, какой она привыкла быть.

— Эти чёртовы каблуки, — произнесла она, её голос был усталым и слегка недовольным.

Она села на диван, вытянув ноги и замедляя дыхание, словно сама себе давала разрешение на слабость. Я не мог не заметить, как её лицо изменилось: привычная уверенность немного ослабла, а за спиной тянулась усталость. Я не был уверен, что она об этом говорит вслух, но я знал — она нуждается в отдыхе, в этом маленьком моменте расслабления.

Я тихо подошёл, снял с её ног оба каблука и, не говоря ни слова, сел рядом с ней на диван. Остальные продолжали свой разговор, а я, без лишних движений, аккуратно положил её ноги себе на колени и начал медленно массировать её ступни. Её взгляд был слегка уставший, но она не отстранилась. Возможно, она сама не понимала, как сильно нуждается в этом моменте.

— Ты не должна так много носить эти... — начал я, но она перебила меня.

— Я знаю, — её ответ был тихим, почти неслышным. — Просто иногда надо.

Я продолжал массаж, не обращая внимания на то, что происходило вокруг. Я знал, что она не привыкла показывать свою уязвимость, не привыкла принимать помощь, но, возможно, в такие моменты, как этот, можно было позволить себе немного расслабиться. Она опустила голову, глаза закрылись, и, несмотря на её попытки держаться, напряжение постепенно сходило.

Мы сидели так молча, и я мог наблюдать, как её тело расслабляется. Постепенно её дыхание стало ровным, а лицо — мягким. И вот, почти незаметно для себя, она уснула, её голова наклонилась на спинку дивана. Она не проснулась, когда я продолжал массировать её ступни. Я заметил, как она просто доверилась этому моменту, полностью отпустив контроль, и это было... искренне.

Остальные продолжали разговаривать, но их разговоры становились фоном. Я наблюдал за Вивьен, её легким дыханием, за тем, как она спала, и ощущение спокойствия накрыло меня. Это было не просто усталость, это было нечто большее. В такие моменты она казалась... живой, настоящей, без своих стен и масок.

— Ты видишь? — сказал Джулиан тихо, указывая на Вивьен. Он не говорил о ней, скорее, о том, что происходило в тот момент, но его слова были полны понимания.

— Да, — ответил я, продолжая смотреть на неё. — Иногда нужно просто дать ей время.

Я продолжал массировать её ноги, позволив ей отдыхать. Оставался только этот момент — тихий и важный.

Прошло несколько месяцев, и вот мы снова собрались в тренировочном зале Адама. Это место стало для нас чем-то вроде второго дома, где мы не просто тренировались, а испытывали свои силы, пытаясь превзойти себя. С каждым разом становились сильнее, быстрее и точнее. Мы уже не те, кто только начинал. Сегодня, как и в любой другой день, тренировка была особенной, и все мы понимали: тут не бывает лёгких путей.

Тренер был здесь, как всегда, в своем привычном уголке. Его глаза, скользнув по каждому из нас, говорили больше, чем любые слова. Мы все знали, что он не позволит нам расслабиться. Его методы были суровы, но в этом была своя логика. Только так можно было добиться настоящего мастерства.

— Сегодня проверим, как далеко вы зашли, — его голос был низким и строгим, как обычно. Он никогда не тратил слова зря. — Не забывайте, что в реальном бою не будет времени на ошибки. Надеюсь, вы все готовы.

Я наблюдал за каждым из них, как всегда, анализируя, что изменилось с тех пор, как мы только начали. Джулиан был первым. Его движения с каждым днём становились всё точнее, выстрелы — быстрее. Он был в своей стихии. Без слов, тренер одобрительно кивнул, когда Джулиан снова и снова поражал мишень.

Вивьен продолжала работать над боевыми искусствами. С её грацией каждый её шаг был точен и рассчитан. Я видел, как её удары стали твёрже, как она теперь не просто бьёт, а будто чувствует своего противника, предугадывая каждый его шаг. Тренер молчал, но его взгляд говорил сам за себя. Она была на пути к совершенству.

Кейден не мог сидеть на месте. Он рвался в бой, как всегда. Его удары и движения полны силы, но в этот раз я заметил, как он стал внимательней. Не просто сила, а техника. Тренер был строг, но под конец тренировки он наконец произнёс:

— Лучше, Кейден. Ещё немного — и ты будешь готов.

Но как бы ни шла тренировка, я знал, что на мне лежит ответственность. Мне нужно было поддерживать их, следить за каждым движением, помогать, когда они этого не видели. Это всегда был мой способ — наблюдать, анализировать. Я был спокоен, как никогда. Тренировка была не только физическим испытанием, но и психологическим.

Когда мы завершили серию упражнений, тренер наконец произнёс:

— Хорошо, но это всё ещё не предел. Завтра снова продолжим. И запомните, каждое ваше слабое звено — это шанс для врага.

Все мы знали, что тренировка не закончена, она только начинается. Тренер никогда не даст нам расслабиться, и это было правильно. Нам не давали быть довольными собой, не давали почивать на лаврах. Я, как и всегда, не позволял себе останавливаться на достигнутом. Впрочем, как и все остальные. Мы были готовы идти дальше, и каждый из нас знал, что эта тренировка была только шагом на пути к чему-то большему.