【27】
Меня всю трясло. Разрывало изнутри от собственной беспомощности и невозможности повлиять на ситуацию. Однако оставаться на месте казалось смерти подобным, и внутренний протест толкнул меня к действиям!
Я бросилась к шкафу, и, не теряя ни секунды, принялась доставать все свои немногочисленные вещи и торопливо укладывать их в сумку. Все, за исключением комплектов, привезенных из Франции. К ним даже не притронулась, оставив одиноко висеть на плечиках гардероба.
Вряд ли я отдавала отчет тому, что делаю – я не думала о возможных последствиях своего поступка, не строила никаких планов и не анализировала. Мною двигало только одно желание – уехать. Уехать как можно скорее!
Уже стоя на пороге, я обернулась, чтобы напоследок окинуть комнату рассеянным взглядом, и зажмурилась. От невыносимого щемящего чувства в груди, которое в один миг сковало тело страшной тоской. Не давая ему захватить себя, я тряхнула головой, и уверенно шагнула в пустынный темный коридор.
Спустя еще несколько минут я уже твердо шагала по территории резиденции в сторону пропускного пункта, стараясь не обращать внимания на тревогу, нарастающую внутри снежным комом.
Молодой охранник на посту встретил меня строгим, вопросительным взглядом.
— Пожалуйста, можешь вызвать мне такси? — попросила я, стараясь говорить уверенно. — И вернуть телефон. Я уезжаю.
— Распоряжения о твоём отъезде не было, — сухо осведомил он. — Тебе лучше вернуться в дом.
Растерявшись в первое мгновение, я нервно усмехнулась, но затем заставила себя собраться, и требовательно посмотрела парню в глаза.
— Я здесь больше не работаю, ясно? Выпусти меня.
— Я не могу тебя выпустить без соответствующего приказа, — безучастно отрапортовал охранник.
— Да что ж это такое... — порывисто выдохнула я, чувствуя, как от волнения начинают потеть ладошки. — Я хочу уехать отсюда. Ты не имеешь права задерживать меня!
Но охранник был непреклонен.
— Я всего лишь выполняю свою работу.
Вцепившись обеими руками в свою сумку, я несколько раз переступила на месте, не представляя, что мне делать дальше. Звонить Чонгуку и просить его дать распоряжение охране выпустить меня, хотелось меньше всего. Но, похоже, другого выхода не было...
— Позвони Чон Чонгуку, — холодно бросила ему, и, сделав несколько шагов назад, показательно оперлась спиной о стену, уставившись на него исподлобья.
Охранник кивнул, и вернулся в комнату с мониторами, отгороженную от проходной огромным прозрачным стеклом, плотно прикрыв за собой дверь. Я видела, как он поднял трубку, набрал номер и начал говорить по телефону, но не услышала ни одного слова из-за звукоизоляции. А мои руки тем временем дрожали все сильнее.
Было страшно даже предполагать, как отреагирует Чонгук на мой поступок... Я понимала, что ему это не понравится, но все же надеялась он не станет препятствовать отъезду.
Закончив разговор, охранник вышел ко мне и попросил немного подождать. Я с готовностью кивнула, почему-то не посчитав нужным спросить: а чего именно ждать?
Вопросы отпали сами собой, когда спустя добрую долю напряженного ожидания, в помещение пропускного пункта вошел хозяин дома. Его тяжелая энергетика мгновенно заполнила собой все пространство, и мне отчего-то захотелось провалиться сквозь землю. Мужское лицо было хмурым, а взгляд не предвещало ничего хорошего.
Просканировав меня от макушки до пят, Чонгук приблизился на расстояние двух шагов и холодно поинтересовался:
— Куда собралась?
— Домой, — ответила я напряженными губами, тем не менее, с вызовом вздернув подбородок. — К сожалению, я больше не могу работать на вас, Чон Чонгук. Пожалуйста, скажите своим охранникам, чтобы меня пропустили.
Его челюсть плотно сжалась, а в янтарных глазах полыхнул недобрый огонек. Похоже, мое формальное обращение кольнуло этого дьявола.
— Я тебя не отпускал, — предостерегающим тоном произнес Чон.
— Так отпусти, — произнесла я негромко, но твердо, хотя саму всю буквально колотило в этот момент. — Я сказала тебе, что не буду участвовать в этом!
— Ты никуда не поедешь, Лиса, — с тихой угрозой в голосе отозвался мой работодатель. — Твой контракт никто не отменял. У тебя есть обязательства, если ты не забыла.
Сложив губы в тонкую линию, я неотступно заявила:
— Любой контракт можно расторгнуть! Обстоятельства слишком сильно изменились, так что... я больше не могу работать здесь!
На мужском лице заиграли желваки, а янтарные глаза опасно сузились.
— Я сказал, ты никуда не поедешь, — металлическим тоном отчеканил Чонгук. Так уверенно и непреклонно, будто дверью передо мной хлопнул!
Лицо вспыхнуло огнем от возмущения, и я с грохотом отбросила сумку в сторону.
— Что, собрался удерживать меня силой?! Ты не имеешь права! — в сердцах прокричала я. — Ты не можешь заставить меня остаться в этом доме против воли!
— Ошибаешься, Лиса, — до жути спокойным голосом прервал меня Чонгук. — Я могу всё.
Тело потом прошибло от этих слов. От этой высокомерной уверенности, с которой он произнес их! С губ сорвался растерянный вздох, но я так и не нашла, что ответить...
Царапнув меня взглядом исподлобья, Чон развернулся и покинул пропускной пункт, у самого выхода бросив охраннику:
— Проследи, чтобы она вернулась в свою комнату.
Это окончательно подкосило мою волю. Проводив глазами широкую спину хозяина резиденции, я неосознанно обхватила себя руками и медленно осела по стене. Взгляд устремился к потолку, и с ресниц все-таки сорвались накатившие слезы.
Охранник уже поднял с пола мою сумку и, не спеша приблизившись, сдержанно произнёс:
— Вставай, Лиса. Пойдём.
Я не сразу среагировала – ему пришлось подождать. Когда же я заставила себя подняться, в ногах поселилась какая-то слабость, а в груди – беспросветная пустота.
Охранник проводил меня до самой комнаты и, поставив сумку у порога, оставил одну. Я дошла до кровати и легла на неё прямо в одежде. Очень долго лежала неподвижно, глядя в ночную синеву за окном. Просто потеряла счёт времени.
В какой-то момент дверь моей спальни тихо приоткрылась. И не было нужды оборачиваться, чтобы понять, кто это. Его присутствие я чувствовала каждой клеточкой своего тела, которое тут же бросило в жар.
Когда матрас позади продавился, внутри все напряглось, и дыхание застряло где-то в горле. Он лёг рядом, обняв сильной, тяжелой рукой мою талию. Прижал к себе так тесно, что я почувствовала спиной, как пробивает его грудную клетку каменное сердце.
— Я тебя никогда не отпущу, — услышала тихий, пронизывающий баритон, от которого иголки рассыпались по коже.
Гулкие удары раздались в ушах, и я с силой зажмурилась, пропуская через себя эти его слова. Вдыхая гипнотический аромат, окутавший мое обоняние. Ощущая прикосновение к своему телу. Чувствуя мужское тепло...
Все это вызывало во мне шквал противоречивых эмоций: и неприятие, и осуждение за хладнокровие, и страх от понимания, что я нахожусь полностью в его власти. И вместе с тем такой мощный отклик всего моего естества, что невозможно было дышать!
Душу разрывало от осознания капкана, в который загнала меня судьба. Капкана чувств и обстоятельств.
Ведь нельзя в одночасье запретить себе любить.
Он ушел до того как я проснулась. Хотя мне кажется я вообще не спала... Всю ночь металась с беспокойными мыслями где-то в полудреме, поэтому когда открыла глаза, чувствовала себя полностью разбитой. И дело было не только в физическом состоянии. Эмоции, захватившие вчера все мое существо, буквально выпотрошили нервную систему! Но теперь на смену им пришла апатия и... какое-то смирение со всем.
Противный будильник задребезжал на тумбочке, и я нехотя приподнялась, чтобы выключить его. Сонно потерев лицо, сфокусировала взгляд на сумке, сиротливо стоявшей у стены, и меня тут же охватило смятение. Все то, что происходило вчера, сейчас предстало в моем трезвом уме в абсолютно другом свете!
Когда я вообще так бездумно поддавалась эмоциям? Совершенно забылась, узнав о его страшном решении, будто разом все границы стерлись!
Но он должен был сказать мне раньше... Должен был подготовить и хоть как-то уберечь от тесной связи, которую я допустила.
Я так прикипела к этой девочке, что чувствовала на себе непомерную ответственность за нее, и в тяжелом разговоре с Чонгуком просто перестала слышать голос разума! Я решила, что могу позволить себе высказывать мнение по поводу её судьбы. Что имею полное право открыто судить человека, который, однако, все еще оставался моим начальником!
Теперь же, когда пыль осела, внутри царило досадное понимание, что у меня не было такого права... Чонгук – её дядя, законный опекун, а кто я? Всего лишь няня и пришло время вспомнить об этом. И как бы мне не нравилась воля Чона, какие бы отношения между нами не складывались – я не имела права говорить большую часть из того, что вчера выплюнула ему в лицо. Удивительно, что он вообще меня слушал и до последнего придерживался тактичного тона...
На память пришло мое импульсивное решение уехать из резиденции, и внутренности тут же неприятно стянуло.
В какой-то степени я была признательна за то, что Чонгук не позволил мне уйти. Только сейчас задумалась о том, какое утро бы ждало малышку, которая даже не подозревала, что её няня сбежала! В её маленькой головке поселилось бы непонимание, а в сердце грусть и обида. Я ведь собиралась её бросить... Ничего не объяснив, и не попрощавшись!
Боже, о чем я думала? Чем же я в таком случае лучше Чонгука? Такая же эгоистка. И двигал мной страх вовсе не за нее, а за себя! За свое сердце.
Сглотнув вязкий комок, образовавшийся в горле, я небрежно откинула одеяло и решительно поднялась с кровати. Уже через пятнадцать минут я стояла напротив большого зеркала у шкафа в тщательно отглаженной униформе, и придирчиво поправляла белый воротничок.
Я знала, что с этого дня все будет иначе. Что работа, которая раньше доставляла мне удовольствие, превратится в настоящее испытание. Но я намерилась пройти это испытание. Сделать все от меня зависящее, чтобы новые обстоятельства прошли для Дженни максимально безболезненно!
С этой мыслью я заставила себя улыбнуться отражению и, не обращая внимания на слезы застывшие в глазах, направилась к двери.
* * *
— Ты решила, как его назовешь? — задорно спросила Чеён, поглаживая мохнатую холку светло-рыжего щенка с длинными ушками.
Породистый песик неуклюже болтался в ручках Дженни, которая покачивалась с ним из стороны в сторону, как бы убаюкивая.
— Он будет зить со мной? — серьезным голоском спросила малышка, будто не услышала.
— О, дорогая, у него уже есть дом, но... он будет часто приходить к тебе в гости! — уверила женщина, что конечно не обрадовало Дженни, поэтому Чеён быстро сменила тему. — Эй, а пойдем-ка погуляем? У меня и поводок есть для нашего дружка...
Я вздохнула и, кажется, все-таки скривила губы. Конечно, у него уже есть дом и очень скоро, моя маленькая, он станет вашим общим. Лучшего способа для перехода в новую семью и не придумать – эта Чеён постаралась! Практически без шансов на провал.
Прикрыв глаза, я жестко одернула себя. Признай, Лиса, план действительно отличный и все идет самым наилучшим образом! Но отчего-то внутри так и царапала ревность к этой женщине, которая грамотно и быстро окучивала Дженни... Умом я понимала, что Чеён делает благородный поступок и очень хочет понравиться девочке, однако в моих глазах она все равно выглядела злодейкой, а не леди.
— Лиса.
Я вздрогнула и резко отступила от двери, через которую подглядывала за Дженни. Приподнятая бровь Минни, была красноречивее любых слов, так что вступление не требовалось.
— Я просто... хотела убедиться, что...
— Я понимаю, — спокойно прервала она меня. — Как видно все хорошо?
Это походило на утверждение, а не на вопрос, но я все равно кивнула, смущенно опустив взгляд. Минни же подошла к двери и, взявшись за ручку, бесшумно закрыла её.
— Идите, Лиса, — мягко велела она. — До конца дня вы свободны.
Углубленная в свои мысли, я бросила глухое «хорошо» и уже сделала шаг в сторону, но тут же застыла и растерянно уставилась на домоправительницу.
— Как... До конца дня? — спросила беспокойно.
Минни покосилась на дверь, за которой находилась потенциальная мама, и легонько подтолкнула меня отойти подальше.
— Да. Сегодня гостья побудет с девочкой до вечера, — ответила она, понизив голос.
Пауза затянулась. Я просто не могла двинуться с места и таращилась на Минни, будто она непременно должна была опровергнуть свои слова. Я итак едва выдерживала те несколько часов, что Чеён проводила с Дженни каждый день! Не могла ничем себя занять, не могла ни на чем сосредоточиться и каждая минута тянулась вечность. Так что я вовсе не хотела быть свободной!
Все это из-за страха. Что однажды эти часы кончатся разлукой, и меня даже никто не предупредит!
— Но... чем же мне заниматься все это время? — спросила я взволнованно.
— Разве у вас нет никаких личных дел или планов?
— Нет. Не знаю, — промямлила я.
— Тогда развлеките себя чем-нибудь, — непринужденно предложила Минни. — Займитесь шопингом или проведите время в спа-салоне. Встретьтесь с друзьями, проведайте семью, в конце концов... Водитель в вашем распоряжении!
Я слегка нахмурилась и напряженно глянула на дверь зала, из которого донесся тонкий лай.
— То есть я могу выехать?
— Безусловно, — воскликнула Минни так, словно эта возможность всегда была мне доступна. — До семи утра вы можете использовать свое время как угодно.
Неожиданная, но утешающая альтернатива немного сбила меня с толку. После неудачной попытки уйти, я так накрутила себя, что мысленно заточила в этом доме, но оказалась... Чонгук вовсе не собирался делать этого!
Без энтузиазма надевая вещи, привезенные с последнего выходного, я отстраненно смотрела в пространство, плененная мыслями, что за эту неделю уже не впервые посещали мою голову.
Что на уме у этого человека?
Что?
Какая цель кроется за его действиями? Какая идея управляет сознанием гения в отношении меня?
То, что происходило в последнее время, не давало ни одного определенного ответа, но заставляло задуматься и даже... быть настороже. Как в затишье перед бурей. Да, Чонгук позволял существовать дистанции, которую я выстроила между нами без единого слова, однако я не заблуждалась. Он именно позволял – давал время свыкнуться со всем, что встало преградой в наших отношениях, но вместе с тем продолжал держать под контролем мои мысли. И, так или иначе, они были заняты им.
Ничего особенного не происходило. Чонгук приходил не каждую ночь и просто ложился рядом, но обнаруживая это, я больше не могла уснуть. Меня разрывало от желания прикоснуться к нему, как раньше, ощутить на себе его объятия, и напротив – неимоверно хотелось, чтобы он ушел и чтобы не лез в мое личное пространство, потому что я почти сдавалась!
Кроме этого хозяин резиденции часто заставал меня за обедом или когда Дженни занимала с репетитором, и, не спрашивая, разделял со мной трапезу. Напряжение за столом он разбавлял незначительными разговорами, умело и непреклонно втягивая меня в диалог, не давая забываться или игнорировать. Никаких лишних жестов, никаких щекотливых тем, никаких явных прикосновений, но и никакого ощущения выбора.
— Куда поедем? — спросил Тэмин – постоянный водитель, когда машина уже выехала за ворота и не спеша покатила по темному асфальту дороги, ведущей к ближайшему выезду на трассу.
По пути не встречалось ни одного дома, ни единого намека на хоть какое-то соседство – только пустошь и редкие деревья. Как будто резиденция была нарочно отрезана от мира.
— Не знаю, — пространственно отозвалась я, наконец.
Тэмин поймал меня взглядом в зеркале заднего вида и озадаченно предложил:
— Отвезти тебя домой?
— Нет, — глухо возразила я, хмуро посмотрев на свой смартфон в руках. — Поехали... куда-нибудь – мне все равно.
— Как знаешь, — сдержанно бросил Тэмин и, сделав радио громче, сосредоточил всецелое внимание на дороге.
В груди осело чувство вины, из-за того что я не воспользовалась возможностью провести время в кругу семьи, однако изображать какое-то настроение мне бы не удалось. И уже тем более я не хотела обсуждать то, что на самом деле творилось в моей душе. Не сегодня. Возможно, только когда все закончится...
Фешенебельный автомобиль остановился возле глянцевых стен высокого здания, но я очнулась из своих мыслей, только когда с водительской стороны раздался хлопок.
— Приехали, — объявил Тэмин, открыв дверь с моей стороны.
Он не сходил с места, пока я не вылезла из салона, и спокойно отреагировал на мое кислое выражение, когда стало ясно, что это торговый центр.
— Может, еще покатаемся? — неуверенно спросила я, косясь на сурового водителя. Но тут же подумала о том, что у него должно быть куча дел и, вздохнув, поплелась к главному входу.
То, что занятой водитель следует за мной по пятам, я заметила, лишь, когда заказывала кофе, в первом попавшемся кафетерии.
— Тебе не обязательно ходить со мной, — дружелюбно сказала я. — Можешь пока съездить куда-нибудь.
— Не положено, — ответил он лаконично, и резко.
Я постаралась не придавать этому значения, но повсюду видеть тень коренастого водителя оказалось не очень комфортно. Пока сидела со стаканом мороженного на диванчике, что шли вдоль бутиков, вроде потеряла его из виду. Очень кстати в этот момент загорелась идеей купить что-нибудь для малых, и, воровато оглянувшись, без зазрения совести пошла теряться в большом детском магазине.
Не вышло.
И ведь я ходила по отделам около часа, но стоило оказаться возле кассы, как рядом со мной внезапно возник Тэмин. Мало того, он ловко сдвинул меня в сторону и протянул кассирше платиновую карточку.
— Погоди... ты что делаешь? — недоуменно спросила я. — Это для моей семьи.
— Так положено, — был мне ответ.
Так положено оказалось и в следующем магазине. Не описать насколько неловко я чувствовала себя, сбитая с толку таким жестом. А потом вдруг меня осенило, и на смену растерянности пришло недовольство и даже гнев.
Больше я не стеснялась. Доехала до самого дорого этажа, выбрала самый кричащий роскошью магазин и с коварной полуулыбкой принялась рассматривать наряды на изящных манекенах.
Даже не взглянув на ценник, я ткнула продавщице на длинное шелковое платье, багрового оттенка, попросила подобрать белье, чулки, туфли и направилась в примерочную. Когда же комплект был собран, и я вышла к зеркалу, мои глаза вдруг перестали отражать хладнокровие и обомлело пробежались по фигуре...
— Боже, — не удержалась я от возгласа.
— С распущенными волосами будет выглядеть особенно божественно! — восхищенно добавила продавщица. — Позволите?
Она протянула руки к моей голове и осторожно расстегнула заколку на затылке. Волосы рассыпались по плечам, и я сглотнула, осознавая, что выгляжу так... как будто это не я! Шикарно, изящно, представительно и сексуально.
Вот так – не нужно быть красивой от природы, нужно просто иметь много денег.
— Если хотите, можно укоротить шлейф...
— Нет, — глухо прервала я. — Я беру.
В глазах вновь пронесся холодок, словно я уже сняла с себя этот наряд и уж точно понимала, что он мне не принадлежит!
Сумма, которую назвала девушка при расчете, заставила меня пропустить волну колючих мурашек. Однако Тэмин не просто оплатил дорогую покупку, но и невозмутимо спросил: «что-нибудь еще?»
Покинув бутик, я с отстраненным видом присела на диван в коридоре и покосилась на пакеты с известным логотипом, который Тэмин поставил рядом со мной. Кажется, я окончательно убедилась в том, что задумал господин Чон. Выгулять меня точно обиженного ребенка и подбодрить покупками!
И так гадко стало от этой мысли... Будто я была настолько простой и предсказуемой, что он мог предугадать любой, абсолютно любой поступок с моей стороны! Будто только он на самом деле знает, чего я хочу и что мне надо даже лучше меня!
Но Чонгук ошибся. Чем больше он пытался меня контролировать, тем больше мне хотелось выйти из-под этого контроля!
— Тэмин... — вдруг позвала я. — Принеси мне пожалуйся воды. Что-то я плохо себя чувствую.
Парень перестал расхаживать из стороны в сторону и, задержав на мне придирчивый взгляд, коротко кивнул. Как только его широкая фигура скрылась за углом, я поднялась с дивана и уверено зашагала в противоположном направлении.
Пакеты так и остались стоять на том месте, куда их поставили.
От автора:
Прода за 17 звёзд