【24】
— О том, что мой наемник не один вечер выслеживал тебя по камерам? — поинтересовался Чонгук, холодно приподняв бровь. — Или о том, что наплевав на правила, он одолжил тебе телефон в больнице?
Мое лицо мгновенно поменялось в выражении – внутри прямо передернуло от услышанного.
— Да, Лиса, я знал, — огласил он стальным тоном, медленно приближаясь ко мне.
Я не могла определить, от чего опешила больше: от того, что Тэхён вовсе не случайно пришел на кухню тем вечером или от того, что Чонгук как-то узнал о телефоне? С трудом укладывая в голове полученную информацию, я негромко заключила:
— Значит это из-за меня...
Еще не была уверена к чему именно это отнести, но уже не сомневалась в главной причине увольнения Тэхёна.
— Так ты пришла его защищать, — не спросил, констатировал Чон, возвысившись надо мной, и неприятные мурашки сбежали по спине.
Я тут же непроизвольно мотнула головой, словно услышала заблуждение в мужском голосе.
— Я не знала, что он меня выслеживал, — произнесла растерянно. — Но... то, что произошло в больнице, это ведь моя вина! Мне очень нужен был телефон, и я...
— И ты решила – парень настолько прост, что по доброте душевной вздумал рисковать своим местом? — закончил он за меня, слегка покачав головой, словно выражая разочарование.
И снова этот неуловимый намек в его словах.
— Нет, я думаю, мы оба рисковали одинаково, нарушая правило, — возразила я резонным тоном. — Хотя, если быть справедливой – именно я подставила его.
— Тогда справедливо было бы уволить вас обоих? — спокойным тоном подытожил Чонгук.
Я замолкла и уставилась на него во все глаза, а внутри так и резануло от обиды.
— Если в этом и есть главная причина... — ответила я напряженными губами, неловко опустив взгляд. — Я тоже несу ответственность.
Повисло колючее молчание. Мне кажется, я даже слышала гулкое сердцебиение, раздающееся в мужской груди.
— У меня было достаточно причин, чтобы принять решение по поводу своего подчиненного, — сухо сообщил Чонгук. — Так что пусть твоя совесть спит спокойно. На этом тема закрыта.
Я подняла взгляд к мужскому лицу, пытаясь найти ответ, который так и застыл между строк с самого начала разговора. Для собственнического порыва Чонгук выглядел слишком хладнокровно и бесстрастно, но в другом случае... Тэхён ведь считался одним из лучших работников.
— Значит дело не во мне? — тихо выдала наводящим тоном, желая добраться до истины, пробить стену, за которой Чон скрывал свои истинные мысли.
Однако он, похоже, действительно закрыл тему, а потому бесцеремонно проигнорировал мой вопрос.
— Есть еще, что ты хотела бы мне сказать? Я должен закончить работу.
Испытав неприятное смущение, я выпрямилась и коротко мотнула головой.
— Нет. Извини... что отвлекла.
Устремив взгляд в пространство, я сделала шаг в сторону и осторожно обошла мужскую фигуру. Без промедления двинувшись по коридору в направлении главного входа, решила больше не гадать, что кроется за гневом Чона. И в том и в другом случае выходило, что я выглядела не в лучшем свете.
Внезапно я ощутила захват на плече, с которым меня резко снесло в сторону. Впечатавшись в мужскую грудь, я даже ахнуть не успела, как Чонгук поймал мое лицо в ладони и обрушился на губы требовательным поцелуем.
Хаотично отступая под его натиском, я испуганно дернулась, врезавшись спиной в стену, и уперлась ладонями в сильные плечи. Но Чон лишь теснее сжал меня в объятия, будто готов был в любой момент задушить, стоило мне только подумать о побеге!
Оторвавшись от моих распухших губ, он зарылся с двух сторон в мои волосы и низким, предупреждающим голосом выдал:
— Ты – моя, Лиса! Только моя, запомни!
Делая тяжелые вдохи, я сглотнула, увидев в его глазах что-то незнакомое и пугающее.
— Этот парень посягнул на то, что принадлежит мне, и увольнение – это лучшее на что он мог рассчитывать! — Желваки заиграли на мужском лице, а у меня неприятная дрожь прошла по телу. — Я бы не пощадил... И он сразу понял это, поэтому ушел с моего пути без возражений.
Сердце бухало в ушах, которые жгло от услышанных слов. Жгло смущением, шоком и настороженностью!
— Но я не давала ему ни единого повода даже подумать...
— Я знаю, — уверенно оборвал Чонгук мою попытку объясниться и, прикрыв глаза, склонился к моему уху. — Ты – умница. Тебе не о чем волноваться.
Судорожный вдох ворвался в легкие – сильные руки обхватили мои бедра, и я вдруг оказалась над полом.
Обняв моими ногами свою талию, Чон принялся ласкать горячими поцелуями мою шею, одновременно пробравшись под юбку и поддев пальцами полоску белья. По телу пронеслась сладкая дрожь, когда он без прелюдий провел по влажным складочкам, провоцируя огненную стрелу желания, и протолкнулся в лоно. Всхлипнув и зажмурившись, я крепче обняла мужские плечи и с головой погрузилась в пьянящее удовольствие, уносящее меня далеко от реальности.
— Я хочу услышать, — разрезал хриплый баритон мое забвение, и я распахнула затуманенные глаза. — Скажи, Лиса!
Я не могла понять, о чем Чонгук говорит, проникая в меня пальцами учащенно и глубоко. Разве возможно вообще о чем-то думать, когда облако горячего дыхания обжигает шею, а теплые губы периодически захватывают мочку уха?
— Скажи, что ты моя! — потребовал он, прикусив нежную кожу, и провоцируя настоящий разряд в моем теле.
Сжавшись от резкого прилива между ног, я издала протяжный стон и на сбитом дыхании выпалила:
— О боже, Чонгук... Твоя!... Только твоя! — Сердце билось в груди как сумасшедшее, а запал эмоций сносил к чертям осознание происходящего. — Я... я же люблю тебя! Неужели ты этого не видишь?
Шумно втянув воздух, Чонгук резко отлепил меня от стены и понес в неизвестном направлении. Так легко удерживал, словно я ничего не весила!
Поставив меня возле небольшого стола спиной к себе, он нетерпеливо расстегнул молнию моего платья и стянул его по пояс. Едва ли не порвал тонкие лямки, сдвигая вниз чашки лифчика, и с силой сжал грудь, окончательно утягиваю мое тело в бездну страсти.
Жадно хватая ртом воздух, я поддалась и неловко уперлась руками о столешницу, когда Чонгук надавил мне ладонью на спину, с лязгом ослабив пряжку ремня. Задрав юбку, он дернул меня за бедра назад, прямо к напряженной, горячей головке, что дразняще скользнула по чувствительной плоти, по-прежнему полуприкрытой бельем.
Чон вошел резко и глубоко. Пронзил меня до вскрика, крепко обняв талию и сжав запястье. Никаких церемоний – он сразу начал дико и неистово заполнять меня частыми толчками, словно потерял над собой полный контроль. Я же, парализованная от хлестких волн возбуждения, громко стонала, царапая ногтями столешницу и выгибаясь кошкой.
Оргазм обрушился на меня внезапно, и, казалось, каждую клеточку моего тела задел своей сильной энергией! В изнеможении опустившись на живот, я несколько раз сдавленно прокричала, чувствуя, как успокаивающе поглаживает спину ладонь Чонгука, и как замедлились его движения во мне. В какой-то момент он и вовсе отстранился, но только чтобы окончательно раздеть меня. Сразу после, я вновь оказалась во власти мужских рук, и увлеченная горячим поцелуем, не заметила, как мы оказались около дивана.
Опустившись на него, Чон утянул меня за собой, так, что я оказалась сверху с неприлично разведенными ногами. Обняв ладонями мою талию, он осторожно и терпеливо насадил меня на свой каменный член, и постепенно задал темп.
В новой позе я как-то быстро вошла во вкус...
Держась за его плечи, я нашла коленями более удачную опору на диване и начала двигаться сама. Сначала медленно и неумело, но затем словно по инерции уловила темп и удобный угол. С губ начало срываться прерывистое дыхание, а лицо исказилось от нового спектра удовольствия. Я насаживалась на возбужденную плоть все чаще, даже покрылась испариной, но мне не хватало сноровки и сил, чтобы достичь нужного удовольствия.
Словно распознав мои трудности, Чонгук вдруг перехватил дело в свои руки – прижал меня к себе и начал очередью врываться в мое лоно. Заглушая жалобные стоны ладонью, я очень скоро задрожала от спазмов на крепкой груди, и в этот же момент толчки прекратились. Налитая до предела головка сокращалась уже между нашими животами, и несколько раз на кожу брызнула вязкая субстанция.
Расслабленные и уставшие мы продолжали сидеть в одном положении, словно время перестало существовать. Однако мысли все же потихоньку возвращались в сознание, и чем больше я прокручивала разговор, что произошло до нашей близости, тем больше он казалось каким-то нереальным. Внутри вспышкой проносились противоречивые эмоции. С одной стороны хотелось счастливо улыбаться, но с другой – такое признание настолько сбивало с толку, что даже настораживало.
Чонгук по-прежнему оставался для меня очень закрытым человеком, и я никак не ожидала, что внутри него могут существовать такие эмоции...
— Почему ты не носишь часы? — вдруг услышала и в животе тут же что-то неприятно сжалось.
Подняв голову с плеча, я заглянула в красивое мужское лицо. Янтарные глаза смотрели в пространство из-под полуприкрытых век, как будто не замечая моего внимания.
— Я забыла их дома, — удрученно призналась. — Очень расстроилась с утра из-за этого.
Чонгук не спеша сосредоточил взгляд на мне и ласково убрал волосы с лица.
— Больше не забывай, — прохрипел он спокойно, но что-то забилось тонким колокольчиком предостережения в груди. — Я польщен твоим доверием, но не стоит давать мне повод для соблазна. Однажды я поддамся ему.
С этими словами, он сместил меня в сторону и встал с дивана, негласно поставив точку в вопросе, который не успел сорваться с моих губ.
От автора:
Прода за 25 звезд