【8】
Сердце как отбойный молоток забилось под ребрами.
Чон был в одних брюках и двигался так уверенно, что мои внутренности сворачивались в комок с каждым его шагом. Темнота за высокими окнами только нагнетала обстановку и это все больше напоминало какой-то жуткий сон!
Но это определенно происходило наяву. И в моей голове рождалось все больше тревожных мыслей...
Он же не мог?.. Не мог взять и войти в мою комнату среди ночи?! Но иначе как я оказалась в этой спальне? Еще и... раздетая?
Не знаю, что отражалось на моем лице – растерянность, гневное недоумение или истинный страх, но когда хозяин дома остановился в метре от кровати, я разучилась дышать. А еще наверняка покрылась пятнами, смущенно задев глазами широкую мужскую грудь и рельефный пресс.
— Что ты здесь делаешь? — вдруг спросил Чон прохладно и требовательно. И моя челюсть отвисла.
Я встретилась с серьезным взглядом своего работодателя, сомневаясь, что правильно расслышала. Но нет – он действительно ждал ответа, и меня просто отключило на несколько долгих секунд, пока я безвозвратно теряла все ориентиры.
— Я... не знаю, — с трудом выдавила, осторожно приподнимаясь и лихорадочно прижимая одеяло к груди.
— Не знаешь? — снисходительно повторил Чон Чонгук, а я метнула растерянный взгляд на дверь.
Боже, что происходит? Разве это возможно? Я ведь даже не помню, как сюда входила!
Словно вмиг очнувшись, я неуклюже поползла к краю огромной кровати, утягивая за собой плотное шелковое одеяло, и поспешила с нее слезть. Из-за резкого подъема голова закружилась, и слабость пронеслась по телу, но я устояла. Сосредоточила взгляд на своем работодателе и попятилась в направлении двери.
— Я не понимаю, как оказалась здесь... — выдала я взволнованно. Однако это Чона явно не тронуло – он продолжал хмуро и неотрывно наблюдать за мной. — Вчера я легла спать в своей комнате, я... точно помню это!.. Поверьте, я бы не стала...
Я пугливо дернулась, врезавшись спиной в стену, и замолкла. Поймала взглядом дверь и, не думая, поспешила к ней. Однако моя ладонь едва обхватила хромированную ручку, когда за спиной раздался повелительный голос:
— Стой.
Неловко оглянувшись, я застыла – Чон направлялся ко мне. Он подошел так близко, что его широкий размах плеч буквально загородил собой все пространство. Я непроизвольно вжалась спиной в дверь, уловив тепло мужского тела, но ручку отпускать не смела.
— Я бы хотел знать, зачем ты сюда пришла? — поинтересовался хозяин спальни коварно спокойным, наводящим тоном.
А я от происходящего абсурда начала впадать в панику.
— Что?..
— Ты слышала, — без снисхождения констатировал он. — У тебя кратковременная память, Лиса? Не думаю, что ты могла забыть, как вышла из своей комнаты, как зашла сюда без стука, как разделась и легла в мою постель.
С каждым его словом моя голова все больше втягивалась в шею, а лицо нещадно обжигало колкое смущение. Хотелось прокричать: я ничего не делала! Но обстоящие дела полностью опровергали любые мои оправдания.
— Скажи мне, — понизил тон Чон, и чуть плотнее сжал губы, что заставило меня не на шутку занервничать.
Однако у меня не было ответа, а единственное что пришло на ум – бежать. Поэтому я решительно нажала на ручку.
— Простите... — глухо бросила, сдвигаясь в сторону и толкая дверь.
Однако она тут же захлопнулась, да так громко, что у меня в ушах зазвенело! Чон накрыл мою руку и буквально сковал её своими горячими пальцами.
— Что вы делаете?.. — выдохнула я.
— Я тебя не отпускал.
По телу пронесся жар. Я еще раз упрямо попыталась дернуть ручку, но мужская ладонь прочно фиксировала любые движения.
— Чего вы хотите от меня? Я уже все вам сказала!..
Тяжело дыша, я напряглась, уловив как янтарные глаза, с ленивым интересом опустились на одеяло, прикрывающее мою наготу.
— Думаю, в твоей комнате уже есть одеяло, Лиса, — раздался негромкий голос как выстрел.
— Что?
Нет, он же не станет этого делать!
— Я хочу, чтобы сейчас ты прошла к кровати и вернула его на место. А потом можешь уходить.
Я сглотнула и покосилась на постель, где осталась смятая простынь.
— Нет, — тут же возразила полушепотом и мотнула головой. — Зачем вы так?..
Но во взгляде Чона застыло лишь ледяное равнодушие.
— Лиса, — предупреждающе произнес он мое имя. — Не трать мое время.
От нервного озноба мои зубы начали выбивать дробь. Я прямо остолбенела не в силах что-либо сделать. Потому что понимала – этот дьявол просто хочет меня наказать. За то, чего я не совершала!
Становилось дурно от одной мысли, что я окажусь обнаженной перед хозяином этого дома. От несправедливости и безысходности слезы навернулись на опущенные глаза, и я держалась из последних сил. Только прерывистый вздох выдал мое состояние...
Чон вдруг освободил мою руку от захвата, и требовательно поднял лицо за подбородок, увидев все эмоции, которые я так старательно прятала.
— В этот раз я закрою глаза, — сдержанно произнес он, глядя на меня из полуприкрытых век. — Но больше не стоит провоцировать меня, Лиса.
— Но... я ведь даже не думала!..
Чон Чонгук бесцеремонно отступил от меня, всем видом показывая, что ему не интересны мои слова. Уже развернулся в направлении кровати, но напоследок неожиданно бросил:
— Забери свои вещи.
Я проследила за его кивком и все эмоции на моем лице резко застыли. Возле тумбочки прямо на полу лежал ворох вещей. Моих вещей, которые я, насколько была уверенна, снимала вчера в своей комнате!
Глаза полные настороженности впились в широкую спину Чона.
Господи... Я что с ума схожу?
Одной рукой придерживая сползающее одеяло, а второй стараясь не уронить вещи, я ввалилась в свою комнату, и подперла спиной дверь. Некоторое время стояла неподвижно, напряженно глядя в пространство и успокаивая частое дыхание. Затем, не обращая внимания на то, что одежда упала на пол, с потерянным видом двинулась вглубь спальни.
Странное ощущение прошло внутри, будто я была здесь очень давно или будто обстановка без моего ведома изменилась.
Придирчиво оглядевшись, я задержала внимание на двери, и принялась подробно вспоминать, как входила сюда вчера вечером. В какой-то момент переместила взгляд на кровать и мое лицо вытянулось ...
Она была заправлена. Я даже подошла и провела рукой по идеально застеленному покрывалу, чтобы убедиться, что это реально! Однако стоило поймать взглядом часы, как внутри прошла весомая догадка – это могли быть горничные.
В выходные дни они приходили очень рано, в три-четыре утра, а время показывало пять, и вполне вероятно, что девочки по плану заходили в эту комнату. Но только откуда они знали, что меня здесь нет? Скорее всего, зашли просто из любопытства, ведь наверняка все уже в курсе о моем «повышении». Да и дверь была не заперта.
От сумбура мыслей виски болезненно застучали.
Осев на пол возле кровати, я изможденно уставилась в окно, понимая, что не могу найти ни одного железобетонного аргумента в свою пользу! Однако нутро мое твердило, что все не так просто, и я пока еще не тронулась умом. Значит нужно успокоиться и взглянуть на ситуацию трезво.
Вспоминая детали вчерашнего вечера, я все больше склонялась к мысли, что это был урок. Жестокий, беспринципный урок от господина Чона! Я понятия не имела, как он это устроил, совершенно не представляла, с какого момента все началось, но ему удалось затереть все улики и убедить меня в своей непричастности.
Единственное в чем я была более-менее уверена – этой ночью между нами ничего не было. Уж это я не смогла бы забыть! Да и выглядел хозяин дома так... А как он выглядел? Если этот дьявол так ловко выставил меня виноватой, как я могу быть уверена хоть в чем-то?!
От паники внутренности сковало льдом. Господи, только не это! Неужели он способен на такое?
Я просидела возле кровати, прикрытая все тем же одеялом, пока в комнате не начало светать. Лишь, когда это заметила, словно ужаленная поднялась на ноги, и поспешила в ванную.
Уже через двадцать минут, я стояла возле двери, удерживая собранную сумку в руках. Выходила тихо и до самого главного входа двигалась как настороженная мышка, каждую секунду ожидая столкнуться с хозяином дома. К моему великому облегчению обошлось.
Блин, как я вообще смогу дальше работать здесь? Как в глаза смогу ему смотреть? Сердце вылетало от одной мысли...
Респектабельный автомобиль, предназначенный для меня, уже стоял у входа. Минута в минуту. И я так торопилась в нее сесть, что не стала дожидаться, пока водитель откроет мне дверь – юркнула на заднее сидение прямо с сумкой. Деловой мужчина отнесся к этому спокойно. Невозмутимо обошел машину, сел за руль и даже взглядом не обмолвившись в мою сторону, тронулся с места.
Понимая, что все еще спят, я постаралась открыть двери квартиры без лишнего шума. Однако в коридоре меня встретил аппетитный запах, и я с радостью отметила, что на кухне кто-то суетится. Мамочка. Конечно же, уже встала и вовсю готовит завтрак.
Дверь с облупившимся покрытием толком не закрывалась, поэтому она не услышала, как я вошла. Как затаилась у стены и с задумчивой улыбкой принялась наблюдать. Окруженная туманом варева, мама что-то энергично нарезала у плиты, периодически поглядывая на бубнящий телевизор в углу.
— Ой, Божечки!.. — испуганно дернулась она, задев меня взглядом, и приложила ладонь к груди. — Лисочка!
Я не смогла сдержаться и засмеялась, а она угрожающе замахнулась лопаткой. Потом конечно выдохнула и развела руки для встречных объятий.
— Привет, — поздоровалась я, уткнувшись в мягкое плечо моей полненькой родительницы.
Мама крепко прижала меня к себе, не замечая, что я перестала улыбаться и что мои губы задрожали от подступающих всхлипов.
— Ты чего?.. Плачешь?! — резко отстранившись, она взяла мое лицо в руки, придирчиво вглядываясь в него.
Не часто ей доводилось видеть мои слезы.
— Так, что случилось?!
— Ничего... Ничего, мамуль, — спешно вытирая глаза, я выдавила улыбку. — Просто соскучилась.
Она скептически нахмурилась, но, кажется, расслабилась. Все-таки мне еще не доводилось расставаться с семьей больше чем на пару дней, так что это было логично.
— Мы тоже очень соскучились по тебе, — мама закусила губу и опустила глаза, сдерживая эмоции, которые очень не любила показывать. Видимо я в нее. — Ладно. Садись я тебя накормлю, и расскажешь мне все.
В общем-то, ничего нового она не услышала, но слушала внимательно как в первый раз. Наверное, ждала, что я признаюсь как мне плохо, и тяжело работается в богатом доме или что меня обижает хозяин.
Хозяин... От одной мысли о нем в дрожь бросало, и я пушечным зарядом вылетала из реальности в свои угнетающие воспоминания.
Однако маме я выдала только самое лестное о господине Чоне. Как смогла, сгладила впечатление, которое наверняка стараниями Джису выстроилось у нее в негативном свете. Так спокойнее. Сейчас у мамы и без меня хлопот хватает.
Все-таки как же хорошо, что я находилась дома, рядом со свой семьей... Пусть и всего на день. Я не могла поделиться наболевшим, но в такие моменты особенно ценишь родные стены и, кажется, что безопаснее них нет места на свете. И теснота квартиры не шла ни в какое сравнение с роскошным простором резиденции.
Очень скоро проснулись сорванцы и чуть не задушили меня в объятиях. Даже близнецы. Тэён сразу устроился на моих коленях, а они с Розэ наперебой принялись расспрашивать меня о том, как я провела целую неделю без них. Особенно малых интересовало на сколько я приехала. Чтобы заранее всех не расстраивать, я ловко перевела тему вопросом об их последних проказах, чем обеспечила себе как минимум час отсрочки.
До своего смартфона я добралась лишь к обеду, а потому поздно увидела неожиданное оповещение, которое пришло еще в девять утра. Это было зачисление на карту. Крупное зачисление и сначала я всерьез решила, что это какая-то ошибка! Однако прикинув кое-что в уме, поняла – мне перевели четвертую часть от обещанной зарплаты. Несмотря на то, что по договору она обязана быть раз в месяц.
Честно говоря, я растерялась.
Не знала радоваться или плакать? Ведь это было очень-очень кстати! Но в то же время из-за событий минувшего утра, внутри прошло отторжение... Передо мной будто нарочно помахали морковкой! Но для чего? Загладить происшествие? Чтобы я даже мысли не допустила об уходе?
А она ведь билась в голове с того момента как я покинула его комнату... Только я быстро вспомнила про условия договора – если без веской причины решу расторгнуть его, должна буду выплатить неустойку. Такую, после которой мы все дружно окажемся на улице! Хотя причина имелась и по мне она была очень веской. Да только возьмись я её доказывать и меня сочтут сумасшедшей...
В конце концов, я решила, что заслужила эти деньги. Потому что добросовестно работала всю неделю и моей семье они нужны!
Из-за недосыпа меня почти весь день клонило в сон, но я упрямо не ложилась подремать. Не хотела упустить ни одной новости, ни одного мгновения в обществе семьи. Очень истосковалась по простому общению. Даже Джису бы с удовольствием заняла разговором, но она уехала за город. Как-то так вышло, что кроме старшей сестры у меня и подруг то не имелось. Разве что Миён — бывшая сокурсница, но мы с ней редко пересекались.
Мне казалось, за день я хорошо отвлекалась от беспокойных мыслей и успешно избегала воспоминаний, которые заставляли меня волноваться. Но, похоже, порой сама не осознавала, как уходила в себя, и это не удалось скрыть от мамы.
Пока дети смотрели последнюю экранизацию «Король лев» в её комнате, она помогала мне собираться. Хотя скорее мешалась, ища повод для разговора.
— Во сколько за тобой приедут? — задумчиво спросила мама, складывая гору постиранных вещей, и то и дело, пытаясь всучить мне что-нибудь взять с собой. То, что я практически 24 часа в сутки ношу униформу её ничуть не смущало.
— В семь.
— Так рано... — качнула она головой.
— Мамуль.
— Да нет, я все понимаю, — уступчиво отозвалась она. — Но один выходной... это же так мало! Еще звонки эти по часам – не дозвонишься ведь, если ты не в комнате.
Я только вздохнула. Меня тоже это совсем не устраивало.
— Ты точно справляешься? — спросила я серьезно.
— Конечно, справляюсь, — отмахнулась мама. — Одно дело по вечерам приходить с больной головой и совсем другое, когда у меня весь день в распоряжении. Я за тебя, дочь, переживаю.
Она сложила мою кофту и уселась с ней на кровать.
— Конечно, это хорошая работа и она несет большую помощь нашей семье, но...
— Но?
— Разве может что-то возместить потерянное личное время? — взглянула на меня мама. — Дело ведь не только в нас – у тебя же и так совсем нет личной жизни!
Я незаметно поджала губы и уткнулась в сумку. Это была не просто больная тема для меня, а тема – табу.
— Думаешь, я не замечаю твоего добровольного заточения? После Хосока ты так больше ни с кем и не встречалась.
— Мам. Давай не будем, — не выдержала я.
— Ну, правда, Лис... Честно говоря, я до сих пор не понимаю, что произошло? Почему вы расстались? У вас ведь так хорошо все было.
— Ни у кого не бывает все хорошо, — резонно заметила я, уклоняясь от ответа. — Может я вообще не любила его! Вот и расстались...
Она знала, что это ложь. Слишком хорошо чувствовала меня, да и глаза мои влюбленные каждый день наблюдала. Однако маме оставалось лишь догадываться о том, что же все-таки случилось.
— Лиса, я никогда тебе не говорила... — вдруг сказала она, опустив взгляд. — Мне не дает покоя одна мысль. Что возможно это все из-за нас.
— Что?.. — я не веряще уставилась на маму.
— Ну, ты знаешь, все эти стереотипы про многодетные семьи, твоя вечная занятость – может Хосока это и оттолкнуло! Не каждый мужчина готов делить ответственность, которую ты взяла на себя.
— Мама, ну что ты такое говоришь?! — горячо возмутилась я. — Поверь мне, не в этом была причина. Да и я никогда не стеснялась своей семьи, а если бы Хосок только заикнулся – глотку бы ему перегрызла!
— Ч-ш, ч-ш, — мама поймала меня за предплечье и, усадив рядом с собой, принялась успокаивающе гладить по спине. — Я знаю, ты у меня скрытная. Но чувствует мое сердце, обидел он тебя. Так обидел, что ты теперь парней десятой дорогой обходишь.
Я отвернула голову и больно закусила щеку. Какая чушь... И вовсе я не обхожу парней! Просто некогда мне заводить их.
Только вслух я это так и не озвучила.
От автора:
Прода за 9 звезд