Часть 2: 10.Цугцванг. глава 10
В убежище двух Лордов появился сгусток тьмы, лениво опустился, обволакивая кресло. И вот уже Страйф в человеческом облике устало откинул голову на изголовье.
Трансформации между истинной формой и материальным воплощением давались всё сложнее и болезненнее. Заточение вытянуло остатки сил. Там в клетке он перебирал в памяти всё, что в итоге привело к, без преувеличения, судьбоносной развилке.
Люди снова оказались правы: потерявши — плачем...
Maybe one day you'll understand why
Everything you touch surely dies.*22
--
*22. Источник —Passenger, песня «Let Her Go»
--
Тогда.
За пределами доступной даже ему реальности, ещё не отрёкшийся от имени Аэтрейон увидел будущее. В тысячах вариаций борьба приводила к одному: поражению и гибели.
А тонкая ниточка показала будущее, в котором он был свободен. С ним был верный Буреносец, а за спиной — некто с Громовержцем в руках. Он не видел ни лица, ни фигуры существа. Лишь ощущал, что кто-то ему бесконечно дорог. Что он — схожей с ним природы. Той же крови, что и сам Лорд!
Аэтрейон пришёл в Мир первым, на его глазах материя формировалась из потоков чистых сил и энергии. Но вслед за ним пришла его сестра-близнец, дополнявшая и уравновешивающая неудержимого брата. Когда Аэлита отреклась от происхождения, превратившись в другую Сущность, Аэтрейон лишился части себя. С того времени он остро ощущал пустоту, ничем не заполняемую бездну. То неизвестное создание за спиной, в его присутствии Лорд стал собой: непобедимым, цельным. Таким он осознал себя в первый момент существования!
Та же нить судьбы открыла ему большее: Аэтрейон увидел кандалы, лишающие не только силы, но и воли. Двух смертных, чьи души, соединившись, породили силу, неведомую Мирозданию. Силу, что откроет путь к свободе...
...И Лорд Хаоса отказался от борьбы, поверив видению.
Бесконечные века мучительных размышлений, точных расчётов и безуспешных поисков. Страйф, оценив готовность Белого Лорда сражаться на его стороне, доверился, обрёл напарника. Чёрный раскрыл информацию о двух смертных, чей союз позволил бы снять оковы. Он не знал, кто они, в каких Мирах, в каком времени. Лишь только след, который оставляли их души, аура, исходившая от них. Он запомнил, по этим признакам и найдёт!
Страйф не мог рационально объяснить причину, по которой скрыл от Дона последнюю часть видения — ту, где рядом с ним был некто, владеющий вторым Мечом. Но уж слишком заманчивым и сладостным было ощущение собственной целостности, мощи и безграничной привязанности к фантому за спиной. И делиться этим Страйф эгоистично не хотел. Это сокровенное знание принадлежало лишь ему!
Но как приблизить к себе нужных смертных? Как скрыть? Аэлита рьяно следила за соблюдением баланса. А Духи — препятствовали воздействию на Миры. И тогда возникла идея: Стражи — смертные, призванные поддерживать Равновесие, противодействуя как Лорду Хаоса, так и Лорду Порядка.
Страйф, лишённый титула и сил, с неукротимой решимостью принялся исполнять задуманное. Тысячи смертных прошли через него. Некоторые даже заслуживали внимания. Но ни один не был тем, кого он искал.
Расчёты позволили определить предположительные Миры, где могли появиться его смертные. Не так уж много для Сущности — чуть больше тысячи. Планомерно Страйф перемещался по Сферам, оставляя магические метки и следы присутствия, которые должны были помочь в поисках. И однажды отклик пришёл...
Охваченный нетерпением, Страйф поспешил на планету, известную местным как Олэим. Среди миллионов душ он, словно хищник, выслеживал свою добычу по отзвуку сработавших чар, и нашёл!
Невидимой тенью Страйф следовал за молодым наёмником, переполненным ненавистью и яростью, изучал каждое его движение. Наблюдая, с каким остервенением юнец бросался в бой, Лорд задумался: возможно, этот яростный воин достоин владеть вторым Мечом? Может, именно его он видел рядом с собой? Схватка наёмника с рыцарями Светлого ордена доставляла Страйфу истинное наслаждение. Ассасин теснил молодого противника. Ещё мгновение — и он одолел бы, если бы Страйф не затуманил на долю секунды зрение наёмника, разгорячённого боем. Тот дрогнул — и пропустил отчаянный прыжок рыцаря, который на лету перехватил клинок и ударил противника в живот.
Но каково же было изумление Страйфа, когда, забирая душу павшего воина, он — создание Хаоса — ощутил присутствие извечного антагониста, Порядка! Какая ирония — воспитанный в традициях Тьмы наёмник оказался потомком служителей Света. Будь иной расклад — и этот ненавистник ордена мог бы сам стать его рыцарем.
Поиски второй души после обнаружения Кхамера упростились. Страйф понял, что его цель — женщина, а ключом к оковам станет их общее дитя. Идеально совпадающие в своей противоположности, разделённые временем и пространством, они никогда не должны были встретиться — если бы не низвергнутый первенец Хаоса, жаждавший вернуть свободу и мощь. Именно он запустил цепь невероятных событий.
Кхамер, сам того не ведая, словно магнит притягивал другую душу. А по отголоскам притяжения шёл Страйф, сузив поиски до одной-единственной планеты — Земли.
Словно паук, раскинувший сети, Страйф проверял и обновлял чары, ожидая отклика. И однажды он его получил.
Как же долго Страйф хохотал, восхищаясь очередной шуткой Мироздания, когда впервые увидел эту особу! Обычная смертная, разве что выделялись по-кошачьи раскосые каре-зелёные глаза. Но Чёрного Лорда не волновала внешность — он видел её сердце и безошибочно узнал, от какого предка оно ей досталось. В конце концов, разве мог Страйф не почуять того, кто когда-то его лишил титула, власти, свободы?
«Ты, милая, не просто будешь моим ключиком! — злорадно усмехался Страйф, наблюдая за своим вторым трофеем. — Через тебя я голову Дракона получу!»
Он не сомневался, что придётся столкнуться в бою с Духом Разума, и использовать дальнего потомка его аватары было стратегически важно! Ведь прародителя драконов сможет убить только дракон.
Страйф давно не ощущал такого искрящегося возбуждения от предстоящей схватки, он не сомневался в победе! Его настолько опьянило нетерпение, что он снова не стал ждать бессмысленную человеческую жизнь. И в один ясный, прохладный день конца лета на Дальнем Востоке Лорд прошёл мимо жертвы, слегка задев её плечом. Она не обратила внимания, лишь на автомате буркнула «Извините!» — спешила куда-то по своим делам. А Страйф с хищной улыбкой смотрел ей вслед:
— Ну вот, милая! Наконец-то я вас обоих собрал!
Пронзительный автомобильный гудок, визг тормозов, глухой звук удара, крики... И уже через пару земных часов Страйф уносил за пределы Земли вторую душу, которую искал несколько сотен тысяч лет.
Казалось, что всё просто! Нужные ему смертные найдены, лишь добавить им навыков, свести парой, дождаться рождения ребёнка, забрать его силы. С высокой долей вероятности мать умрёт в родах. Ведь чтобы родилось нечто новое, старое должно умереть. Но разве это имеет значение? Страйф обретёт свободу, а вернув Мечи и напоив их кровью потомка Духа, он будет готов к схватке со всеми противниками разом!
«Хочешь насмешить Бога — расскажи ему о своих планах!» — эту фразу позже будет повторять в разговорах с ним та, которая, сама того не ведая, спутает все планы.
Первую подножку от Мироздания возгордившийся успехом Чёрный Лорд получил, когда изучал принесённую душу, пока восстанавливалось тело женщины. Маленький голубой огонёк с острыми язычками-лучиками лежал на ладони. Что-то было в глубине тёплого мерцания. Смутно знакомое, манящее, от чего не оторваться. То, что он когда-то увидел неясной тенью за своей спиной...
— Так это ты будешь со мной! — оторопел Страйф, бережно сжимая в руке трепещущий огонёк. — Ты... Невозможно! Мы должны быть равны... Одной крови! А ты — живая, лишь человек. Я для тебя — разрушение!
Но Лорд не мог ошибиться, он явственно ощущал собственную кровь в том видении. К тому же, Меч... Владеть клинками мог только Страйф. Неужели есть способ из живого сделать сущность?!
Когда сознание женщины из закрытого мира разрушалось, не справляясь с новой средой, Страйф рискнул. Применил магию крови, привязал её к себе прочнее любой цепи. Хаос в первозданном виде смертелен для существа из материального мира. Но кровь не убила — женщина выжила. Невозможная аномалия!
Он наблюдал, как на лбу смертной проступает Печать, как кровь — его сила — пронизывает её тело, встраивается в каждую молекулу ДНК, преображая её природу. И впервые за века он почувствовал восторг. К тому же это скрыло её происхождение от любых пристальных взглядов.
Но позже пришло осознание: человеческая кровь — чужая, но уже неразделимая с его сутью, — пульсировала, как сердце, которого у Страйфа никогда не было. Чёрный морщился от непривычной тяжести. Нет, так не планировалось. Не должно было быть сюрпризов. Или... привязанностей.
Но теперь, когда она испытывала эмоции, он чувствовал их так же остро, как она. Для Страйфа, вечно алчущего новых знаний, это стало непреодолимым искушением — ведь Сущности, вроде него, были лишены способности чувствовать по-человечески. Даже поглощая души смертных, они лишь прикасались к бледному подобию эмоций... А здесь перед ним раскрывалась сама их суть — чистая, первозданная, неискажённая.
И Страйф запоминал всё: как дрожали ресницы смертной, когда она смеялась. Как кожа покрывалась мурашками от его прикосновений. Как её голос срывался в стон — будто она вот-вот рассыпется, и Страйф жадно ловил каждую частицу, как алхимик, по крупицам выбирающий золото из пепла. И чем ближе Регина допускала его к себе, чем полнее раскрывалась, тем явственнее в нём пробуждалось нечто новое... То, что он не мог определить, но оно с каждым разом становилось всё реальнее.
«Так вот как это будет! — с неведомым доселе трепетом и нежностью думал он, раз за разом наблюдая за спящей у него на груди женщиной. — Вот откуда чувство собственной целостности и привязанности к тебе... Ты — та часть, которой я был лишён! Не просто союзник, ты станешь моей!»
Это оказалось второй подножкой от Мироздания. Без Мечей он не сможет её изменить до конца, сделав подобной себе. Чтобы вернуть оружие, ему нужно избавиться от оков — Дух Разума первыми вписал Мечи в лишавшие Аэтрейона сил кандалы. Ключом же должно было стать дитя, рождённое от подопечных Лорда.
Но здесь таилась глубокая алхимия, далёкая от простого соединения плоти. Требовалось больше — любовь, сплетённая в нерушимый узел, чтобы из союза Огня и Воды вышла несуществующая доселе сила.
Но как отдать другому ту, которая, не задумываясь о его природе, смело шла к нему в объятия? Так открыто говорила: «Я люблю тебя!», не ожидая ничего услышать в ответ.
«Я люблю тебя» — простая человеческая фраза. В ней не было никакой магии. Но когда Страйф слышал от неё эти слова, его наполняли невольный жар умиления и недоступная прежде радость. Он не чувствовал подобного даже в первый день существования! Чего стоит свобода и вся мощь вселенных, если это не с кем разделить?! И так ли уж тяжелы оковы, если рядом спит его ручной новообращённый дракон в таком трогательном человеческом обличье?
Планы, выстроенные за века, теперь казались хрупкими, безжизненными, как высохший лист. Страйф смотрел — на то, как Регина сворачивалась калачиком у него на груди, — и впервые подумал: а что, если?.. Нет. Вечный раб? Ни за что!
Но тут же сам тянулся к её волосам, запутываясь в каштановых прядях.
Отрезвление пришло в лице Кхамера. Он ничего не подозревал о предназначении. Лишь встревожился за подругу и напарницу, увидев в облаке черного тумана. В том, что было сутью Страйфа.
— Что ты делаешь, ты же разрушишь её, ублюдок ты ненасытный?! — набросился Кхамер чуть ли не с кулаками в коридорах Замка.
— С каких пор ты стал так беспокоиться о ней?! — отшатнулся от натиска Страйф. — Помнится, не так давно ты мечтал её скормить хищным рыбам!
— С тех пор как ты поручил её мне и сделал напарниками! — рычал Кхамер, яростно сверкая глазами. — Мало тебе шалав да обслужников из домов развлечений, что ты заглатывал, не считая, до неё добраться решил?!
— Ты поумерь пыл-то, друг! — Страйф раздражённо усмехнулся. — Тебя это не касается! И, к слову, Печать она не для красоты носит, она крепче, чем кажется! Хаос — её часть! Я сам её часть!
— Да что ты?! И насколько её ещё хватит? Десять раз? Сто? А что потом, когда выпускать не захочешь? Ты — черная дыра, из тебя нет выхода! Она даже пискнуть не успеет, растворится в тебе без остатка!
— Я не причиню ей вреда! — упрямо мотнул головой Страйф. Он видел: в тревоге Кхамера было гораздо больше глубоко личного, чем тот сам осознавал.
— Она же остаётся человеком! А для таких, как ты, живая душа — лакомство, ты не сдержишься! Ладно, она от влюблённости мозги растеряла, но ты?!
— Что ты от меня хочешь?
— Оставь её в покое, уничтожишь ведь! — потребовал Кхамер, сверля Страйфа злым взглядом. — Или преобразуй! Хотя бы не навредишь... И делайте тогда, что хотите! Хоть на пару чужие души пожирайте! — Он вихрем развернулся и исчез из Замка.
А Страйф вернулся в башню и крепко задумался. Слова Кхамера жгли, как клеймо, — слишком правдиво, слишком неотвратимо. Каждый раз ему удавалось вовремя остановиться, уберечь человеческое сознание от распада, не дать раствориться в себе... В этой опасной игре оба, Страйф и Регина, находили странное удовольствие. Но с каждым разом отпускать её становилось всё труднее — он заставлял себя это делать. Чтобы навсегда изменить её, нужны были Мечи. И полная свобода.
И Страйф отступил. Сквозь её слезы, обиду, боль. Сквозь мольбы: «Не уходи! Ты мне нужен!»
Чёрный, по-прежнему чувствуя каждую её эмоцию, переживал муки расставания вместе с ней.
«Всё будет, милая! Мы станем равны, я добьюсь этого! Только потерпи...» — беззвучно шептал он, пока Регина плакала у него на плече. С любопытством Страйф наблюдал за собой. Ещё недавно он хладнокровно планировал её смерть ради собственной цели, а теперь не мог оставаться равнодушным к её страданиям. И он вмешался, хотя обещал не трогать её чувства. Но ноющая боль в груди — его или её — мешала сосредоточиться.
В лабиринтах памяти он аккуратно собрал всё самое ценное, воплотил в образ и спрятал глубоко в подсознании Рены.
— Что тебя ранит?
— Мои чувства к тебе. Мне больно от них.
— Представь их, на что похожи?
— Это же Кальцифер!
Он не просто избавил Рену от боли — он освободил путь для любви, которой без него никогда не суждено было родиться! Страйф наблюдал за тем, как подопечные сближаются, как между ними вспыхивает нечто особенное и такое прекрасное! И ощущал омерзительно-горький привкус успеха, к которому стремился веками.
Но оставалось препятствие: под влиянием Хаоса, Регина лишилась функции деторождения. Лорд решил и эту проблему. Жестоко, грубо и безжалостно вырвал себя из неё. Аэтрейон никогда не щадил тех, кто стоял у него на пути! На этот раз он не пожалел ни себя самого, ни её, ни Кхамера — каждого заставил пройти через страх, предательство и потерю.
«Никого не жалко, никого! Ни тебя, ни меня, ни его!»*23 — когда-то напевала Риша...
--
*23. Источник — С. Шнуров, песня «Никого не жалко».
--
Страйф достиг цели: связь разорвана. Ведьмины зелья должны были восстановить её тело — Регина сможет стать матерью. Главное — дождаться малыша, использовать его силу и дотянуться до Мечей! Остальное он решит после. Он вырвет её из лап смерти, вернёт к жизни! Если понадобится — снесёт до основания треклятые Весы, уничтожит любого, кто встанет на их защиту! Даже сестру, если осмелится мешать! Пусть всё вернётся к началу времён: Хаос против Порядка, Тьма против Света. Никаких игр в Равновесие, никаких противодействий и баланса!
Страйф так и не узнал, кто ставил ему препятствия со дня пленения, но он высоко оценил чувство юмора неведомого трикстера. Изощрённости последней подножки позавидовал бы сам Локи!
В клетке Дракона Страйф смог сосредоточиться и понять: созданная когда-то кровная связь с человеком стала необратимой. Рана не затянется, пока жив тот, с кем он связан. Исцелиться силы младенца не помогут. Нужна кровь, её кровь и жизнь до последней капли. Магия крови беспощадна в своей простоте: жизнь за жизнь, свобода в обмен на то, ради чего он согласился на плен. Никаких оговорок, никаких уступок!
... Хочешь остаться в Мироздании, Чёрный Лорд? Стать его владыкой, как был когда-то? Так принеси в жертву ту, кого жаждешь сделать своей половинкой! Откажись от мечты восстановить утраченное единство, обрести не союзника, но часть себя. Мечей изначально было два, и предназначены они были двоим, ты же сам их создавал, смешивая собственную кровь, разум и материю звёзд. Должно быть два хозяина! Сам того не ведая, ты так пожелал!
Тысячи лет ты искал того, кто сможет удержать один из Мечей — и нашёл! Вот она перед тобой. Приняла твою кровь, не оттолкнула истинную суть, хоть она и противна её природе. Рядом с ней ты слышал эхо тех времён, когда был всесильным и перед твоей яростью не мог устоять никто! Увидел того, кто стоял за спиной, держа Громовержца! Сливаясь с ней, ты познал неведомую доселе радость единения, когда двое становятся одним...
Ты даже не подозревал, что сможешь обрести подобное, не так ли?! Но твоя кровь даровала тебе ту, которая стала ближе всех, бесценной опорой!
Как сладок был бы этот союз! Как заманчиво. И как близко, если вспомнить, сколько ты уже преодолел! Но силы покидают тебя, Аэтрейон, и ты знаешь, чем это закончится...
Лишь её кровь, коснувшись твоих губ, спасёт тебя! С последним ударом её сердца — и её нарождённого ребёнка — лишившись их безвозвратно, ты обретёшь утерянную силу и свободу.
Вот истинная цена, Аэтрейон! Готов платить?!
Чей это тихий голос? Той неведомой Сущности, что когда-то показала ему будущее? Или злорадного трикстера, который подшучивал над павшим — то подпускал к цели, то отбрасывал назад? А может, это всегда была одна и та же Сущность?
«Что ещё ты хочешь от меня?! Я же все выполнил! — беззвучно кричал Страйф противнику. Никогда не терявший самообладания, он и сейчас выглядел невозмутимым, намертво скованный цепями. Но его разум бился и метался в такой агонии, какой не мог ранее вообразить. В исступлении он рвал сознание на части, пытаясь избавиться от пронизывающей насквозь боли. — Я отдал! Хотя она мне обещана! Я же видел это! Она должна быть со мной! Почему смерть? Что тебе ещё от меня надо?!»
Страйф не знал, сколько это длилось — мгновение или вечность? Ответа не последовало. Лишь звезды мягко сверкнули в окружавшей его тьме и исчезли...
Выбившись из сил, он уронил голову на грудь, безвольно повиснув на цепях. А может, и не было никаких сторонних Сущностей и трикстеров?! Только потерявший имя первенец Хаоса, пытаясь обойти законы Мироздания, перехитрил себя и загнал в ловушку, из которой не выбраться.
Цугцванг.
Страйф совсем не удивился, когда двери темницы распахнулись — он уже знал, как поступить. Проникший внутрь свет обжёг глаза; Лорд зажмурился, отворачиваясь. С громким звоном разомкнулись цепи, и он рухнул на колени, не в силах устоять. По телу прокатилась волна боли, а левую руку охватило огнём. Его собственная оболочка уже не выдерживала. Так скоро!
Страйф заставил себя подняться, усилием воли подавил стон слабости. Дух Разума в почти человеческом облике внимательно наблюдал. Взгляд этих глаз дался Страйфу уже с трудом.
— Ты ослабел, Чёрный Лорд, — бесстрастно констатировал Дух.
— Тьма не существует без Света, — устало прохрипел Страйф. — Зачах в темноте. Полежу на солнышке где-нибудь в тропиках!
Он накинул плащ, укрываясь от испепеляющего взгляда Дракона, и отметил, что даже это простое действие требует усилий. Хоть бы на портал хватило.
Страйф исчез и не услышал напутствия, что бросил ему вслед Дух Разума:
— Не ошибись в выборе, Тот, кто разрушит Свет!*24 По этой развилке за тобой последует всё Мироздание...
--
*24. Вольный и примерный перевод имени Àǝðŗęĵōɲ - Аэтрейон
***
В дверь постучали. Ровена не сразу поняла, откуда идёт звук — слишком погрузилась в изучение Книги древних проклятий. Когда стук повторился, она оторвалась от страниц и направилась к выходу, раздражённая помехой.
— Что бы вы ни предлагали, советую убраться подальше! — гневно начала она, открывая дверь. Но увидев гостя, отшатнулась:
— Ты?!
На пороге стоял Страйф:
— Разрешишь войти?
Взгляд её забегал из стороны в сторону, но Ровена кивнула, пропустила его и закрыла дверь.
— Что с тобой? — в ужасе выдохнула она. Внешне он почти не изменился, разве что стал бледнее. Но ведьма понимала, от него едва осталась его тень.
— Самый частый вопрос... Твои заплатки больше не держат, моя дорогая! — просто ответил Страйф, прошёл в гостиную и уселся на диван:
— Есть разговор.
— Но подожди... Надо попробовать ещё что-то! — лихорадочно зашептала Ровена, опускаясь рядом. — Дай руку, я посмотрю!
— Это уже не имеет значения! — отмахнувшись, категорично заявил Страйф. — Забудь! Я по другому вопросу.
«Ну конечно! Что ещё может волновать, кроме его дражайшей парочки!» — ядовито подумала ведьма.
— Если ты про своих голубков, они недавно были здесь. Поздравляю, она в положении! — Ровена поджала губы, окинув холодным взглядом.
— Я знаю, сколько ещё ей осталось?
— Полагаю, больше половины срока она уже выносила. Но я не осматривала досконально.
— Что они хотели?
— Ты был прав, милорд, он всё запомнил про мои навыки. Хотели, чтобы я приняла роды.
— Ты согласилась?
— Страйф, мы с тобой обговорили определенные условия... — Ровена громко побарабанила острыми коготками по столу.
— Разве я что-то из них нарушил? Ты получила даже больше! — Он улыбался, но глаза оставались серьёзными и... измождёнными, что не скрывали даже дымчатые стекла авиаторов.
— Ты только и делаешь, что заставляешь меня работать на ту парочку! Мне это зачем?!
— Ревность не красит тебя, Ровена, — поддел Страйф, снял очки, взял её за руку. — Помоги мне. Прошу!
Ведьма взглянула ему в глаза и вздрогнула — привычного воздействия не было.
— Всё совсем плохо, да? — спросила она.
Страйф криво усмехнулся:
— Помоги с рождением этого ребёнка! Я уже не предлагаю ничего взамен, но прошу тебя!
— Но почему именно я? Сейчас не Средневековье, в конце концов! Любая больница окажет помощь лучше!
— Боюсь, что нет... — Страйф сжал её кисть. — Нужна ты!
— Зачем? — Ровена выдернула руку и вскочила. — Я видела их, дитя не магическое!
— Значит, они сделали всё верно, амулеты работают и скрывают. Дитя не просто магическое, оно и есть магия... Нечто новое!
— И ты знал... Вот зачем тебе нужно было свести их. Но мать, будучи смертной, умрет в таких родах!
— Именно этого мы должны избежать!
— Объясни, зачем ты так цепляешься за неё?
Страйф не ответил, лишь отвёл взгляд в сторону.
— Ну надо же... Кто бы мог подумать, что любовь покорит даже Хаос! — иронично произнесла ведьма. Её взгляд стал острее наточенного кинжала, а губы едва заметно скривились — будто съела нечто горькое. — Это очень романтично! Но что мне с того, сир?
— Я дам тебе знания, как обходить блокировку чар железом! — устало вздохнул Страйф. — Прими у неё роды, защити младенца и спрячь его силы! Никто не должен знать, что он... До определенной поры!
Ровена молчала, покусывая губу и постукивая каблуком по полу. Это с братьями Ремингтон у неё договор, прочие охотники не упустили бы возможность убить колдунью. А железо — их главный союзник.
Лорд убрал за ухо выбившиеся рыжие локоны, погладил её по щеке:
— Помоги мне, прошу...
Ведьма едва заметно кивнула.
— Вот и умница!
— Всё же, зачем тебе это?
Страйф покачал головой и прижал её к себе:
— Я бы сказал, что замаливаю прошлые грехи, но это не так. Я допустил ошибку, Ровена! И не могу позволить, чтобы по моим счетам платили другие. Даже ты, моя рыжая бестия! Есть ещё одно, с чем ты должна мне помочь. Выслушай меня внимательно, тебе нужно будет сделать следующее...