Глава 22. Старый друг
Я шла по коридору, и с каждым шагом во мне всё сильнее нарастал хаос.
Каждый нерв будто звенел, вены продолжали пульсировать от его прикосновений. Губы горели, словно он всё ещё целовал меня — с жадностью, с отчаянием, как будто хотел выжечь мою душу. Смесь страсти, злости и безумия — она всё ещё трепетала в воздухе, как электричество перед грозой.
Это было слишком. Слишком много. Слишком сильно.
И теперь?
Теперь он просто... ушёл.
Как будто ничего не было.
Как будто я — мимолётная слабость. Ошибка. Миг.
Я стиснула зубы, чувствуя, как в груди что-то сжимается, как пальцы дрожат от ярости и боли. Нет. Так просто я это не проглочу. Я не вещь, не слабая тень, которую можно использовать, а потом отвернуться, будто ничего не значу.
Я ускорила шаг, каблуки застучали по мрамору, сердце било тревогу, но я не могла остановиться. Внутри уже не оставалось места — ни для сомнений, ни для страха. Только пульсирующая обида и... желание. Желание разорвать эту тишину, в которую он меня утопил. Желание отомстить. Заставить его почувствовать хоть часть той боли, что сейчас распирала меня изнутри.
Я поднялась по лестнице, распахнула дверь в бар — и остановилась, как от пощёчины.
Он был там.
Ник.
Сидел за столиком, вальяжный, спокойный, как будто всё под контролем. И рядом с ним — Рейчел. Её рука скользнула по его плечу так легко, будто она имела на это право. Улыбка на губах — притворная, ядовитая. И он... Он не отстранился.
Не оттолкнул.
Не напрягся.
Как будто не было этих безумных минут в кабинете. Как будто он не прижимал меня к стене с таким голодом, будто я — последняя капля воздуха в его жизни.
Я замерла.
Грудь сдавило, как будто меня ударили кулаком. Виски заныли. Кровь отхлынула от лица.
Он не смотрел на меня.
Даже не моргнул.
Но хуже всего — рядом сидели Лаура и Алан.
Я хотела сбежать. Просто развернуться и исчезнуть.
Но звонкий голос Лауры, полный беззаботности и вина, разрезал воздух, как нож:
— Крис! Мы здесь! Подходи! И закажи мне ещё один коктейль, а?Я моргнула, сглотнув воздух, как раненая.
Ник даже не повернул головы.
Я не знаю, как заставила себя подойти. Как не рухнула прямо там, у стойки. С каждой секундой, с каждым шагом я чувствовала, как подкашиваются ноги. Но я подошла. Я села. Напротив него.
И посмотрела ему прямо в глаза.
А он? Он был спокоен. Чересчур спокоен.
Я вцепилась в край стола, ногти впились в дерево.
Он держал в руке бокал, лениво крутил его в пальцах, даже не глядя на меня.
Алан приподнял бровь:
— А где вы были?
Я не ответила. Я ждала. Смотрела на Ника, ища хоть что-то. Искру. Тень. Намёк.
Но его лицо было гладким, как маска.
Он пожал плечами, холодно, буднично:
— Мы решали рабочие вопросы. На этом всё.
«Рабочие вопросы».
Слова, как иглы, вонзились в грудь.
Я сжала губы, борясь с подступившей тошнотой. Как он может? Как он смеет?
— Рабочие вопросы, — повторила я, тихо, почти шепотом. И наклонила голову. — Ну конечно. Что же ещё?
Он даже не моргнул.
— Именно так.
Его ледяная невозмутимость была невыносимой.
А во мне всё клокотало. Словно вулкан, которому не дали извергнуться.
Я продолжала смотреть, впитывая каждый миллиметр его лица. И чем дольше смотрела — тем сильнее нарастала ярость. Как он может притворяться, что всё под контролем? Что ничего не значит? Что я — пустое место?
Это равнодушие било больнее любого удара.
И всё, что я могла — это сидеть и улыбаться. Делать вид, что мне всё равно.
— Опять же эти ваши «рабочие вопросы»? — с лёгкой, почти ленивой усмешкой протянула Рейчел, сделав глоток из бокала. Лёд в её голосе резанул по нервам.
Я медленно наклонила голову, будто обдумывая её слова, давая себе секунду, чтобы не сорваться. Затем медленно, нарочито спокойно, я улыбнулась.
— Ну да, — протянула я, не сводя глаз с Ника. — Ник же мой телохранитель. Это вполне логично.
Рейчел чуть приподняла бровь, в её взгляде промелькнул интерес, смешанный с лёгкой насмешкой.
— Телохранитель? — переспросила она, скользнув взглядом от меня к нему и обратно. — Странно... Я думала, что он начальник службы безопасности. И тебя он охраняет временно. По просьбе твоего мужа.
Её слова прозвучали как удар по открытой ране. Чётко, метко, в самое сердце.
Я закатила глаза, делая вид, что разговор меня забавляет.
— Ой, да ладно, — протянула я, небрежно махнув рукой, словно отгоняя муху. — Ник универсальный парень. И начальник, и телохранитель, и... — я чуть склонилась вперёд, на мгновение замирая, — компаньон по особым ситуациям. Всё зависит от нужд клиента. Верно, Ник?
Я посмотрела на него, ожидая, вызывая его на честность. Но он лишь встретил мой взгляд спокойно. Безмолвно.
Рейчел хмыкнула, поставив бокал на стол.
— Интересная интерпретация, — заметила она холодно, с ленивой насмешкой.
Я сделала глоток коктейля, позволяя ему обжечь горло, давая себе ещё одну секунду, чтобы не разлететься на куски.
— Может быть, — произнесла я медленно, с лёгкой улыбкой, — ты просто ревнуешь?
Слова повисли в воздухе, тяжелые, обжигающие, как кипящая вода.
Рейчел наклонилась ко мне ближе, её глаза вспыхнули стальным блеском.
— К тебе? — её голос стал тише, почти шепотом, но от этого — ещё более угрожающим.
Я пожала плечами, будто это не имеет значения, и сделала вид, что задумалась.
— Ну, ты так пристально расспрашиваешь, — ответила я лениво. — Как будто тебя действительно волнует, что между мной и Ником.
Рейчел коротко усмехнулась и беззастенчиво положила руку на его запястье, чуть сжав его пальцы. Демонстративно. Владетельно.
— Поверь, Кристина, — её голос стал шелковым, обволакивающим, но под ним читалась угроза, — если бы я ревновала... ты бы это почувствовала.
Я склонила голову на бок, продолжая смотреть ей прямо в глаза. Спокойно. Без страха.
— О, значит, ты не ревнуешь? — произнесла я сладким тоном. — Тогда зачем вообще тратить на это время?
На секунду в её глазах мелькнула тень. Мгновение — и снова насмешка.
Рейчел чуть сильнее сжала пальцы на руке Ника, словно желая напомнить всем о своих правах.
— Просто забавно, — медленно сказала она, — что ты вообще думаешь, будто наши отношения можно пошатнуть.
Её слова были ядом, обёрнутым в бархат.
Я перевела взгляд на Ника.
Он молчал.
Его лицо было спокойным, ровным, но я чувствовала — под этой маской что-то тлеет. Глухое напряжение, спрятанное так глубоко, что, казалось, только я могу его уловить.
Может быть, я одна знала, какой ад кипит у него внутри.
Я улыбнулась. Холодно. Безжизненно.
— Ой, прости, — прошептала я, словно оскорблённая невинность. — Я же всего лишь клиент. Просто одна из многих. Как рабочий вопрос. Так ведь, Ник?
И, наконец, его глаза нашли мои.
Тёмные. Взрывные. Опасные.
— Хватит, Кристина, — тихо сказал он, и в этих двух словах звучало предупреждение. Приказ. Мольба.
Моя грудь сжалась.
Но я лишь чуть сильнее улыбнулась.
Я вскинула брови, делая вид, что его слова меня по-настоящему удивили.
— Что, хочешь сказать, что я не права?
Ник чуть сощурился, и на его лице промелькнуло что-то опасное, хищное.
— Я хочу сказать, что ты ведёшь себя глупо.
Во мне вспыхнуло. Резко, ярко, как искра на сухой бумаге.
Я подалась вперёд, уткнувшись в его взгляд, как в стену.
— А ты ведёшь себя как мудак.
Он не отшатнулся. Наоборот, его губы дёрнулись, сложившись в почти ленивую, насмешливую полуулыбку.
— Может, потому что это так и есть.
Секунда.
И напряжение за столом стало почти осязаемым — густым, как туман перед бурей.
— Так, стоп, — голос Алана прорезал тишину, будто удар колокола. Он обвёл нас взглядом, в котором мелькало недоумение, смешанное с... азартом. — Может, кто-то всё-таки объяснит, что за театр?
Ник медленно повернулся к нему, и голос его был холодно-спокойным:
— Это не театр. Это просто рабочие вопросы.
— Забавно, — я усмехнулась, сжимая пальцы на коленях, чтобы не сорваться, — что теперь они обсуждаются за коктейлями в компании твоей девушки.
Он даже не моргнул.
— В каком-то смысле всё, что касается моей работы, — рабочие вопросы.
Я качнула головой, как будто в раздумьях.
— Тогда мне стоит передать мужу, что ты настолько рьяно относишься к своим обязанностям, что обсуждаешь их, не отпуская руку своей пассии?
Рейчел медленно наклонила голову, её ухмылка потемнела.
— О, так вот в чём дело... — протянула она очень медленно. — Ты недовольна, что он держит меня за руку?
Я скользнула по ней взглядом. Холодно. Пронзительно.
— Я недовольна только одним, — повернулась к Нику. — Лицемерием.
Его глаза чуть сузились, но остались такими же ровными, как и голос:
— Ты слишком много значения придаёшь вещам, которые ничего не значат.
Я медленно кивнула, в глазах полыхнул сарказм.
— А, ну конечно. Всё ведь так просто, Ник.
Алан откинулся в кресле, сцепив пальцы за головой.
— Похоже, ты что-то не договариваешь, брат. И это начинает быть интересным.
Лаура наклонилась ко мне, её голос был почти неслышным:
— Ты же не будешь устраивать сцену, да?
Я сжала бокал так, что ногти впились в стекло.
— А что, уже поздно?
Она закатила глаза, но больше ничего не сказала.
— Ты ведь не должна была сюда приходить, — вдруг сказал Ник, не глядя на меня.
Я напряглась.
— Да, но потом передумала. Ты же тоже делаешь то, что не должен.
Он снова повернулся ко мне. В его взгляде было что-то новое — как вспышка молнии среди грозовых туч.
— Зря.
Грудь сжало. Внутри всё начало дрожать — не от страха, а от ярости.
— Почему? Потому что тебе так удобнее?
Он подался вперёд, голос стал ниже, тише, но от этого только опаснее.
— Потому что ты снова делаешь проблемы, и преувеличиваешь всё.
— Правда? — я усмехнулась, склонив голову на бок. — Тогда, может, поясни, что «на самом деле»?
Он медленно выдохнул, как будто пытался удержать что-то внутри. Что-то, что готово было прорваться.
Но тут Алан громко рассмеялся, хлопнул ладонью по столу и махнул официанту:
— Ладно, ребят, оставьте разборки на потом. Мы же отдыхаем, расслабьтесь!
Расслабьтесь?
У меня внутри всё било током, будто я стояла под грозой с оголёнными проводами.
— Мне скучно, — вдруг проговорила Рейчел, и её голос был почти жалобным. Она склонилась к Нику, обвивая его руку. — Давай поедем ко мне? Там будет веселее.
Моё дыхание сбилось. На секунду в ушах звенящая пустота.
Как удар в живот, от которого перехватывает воздух.
И это было последней каплей.
Я резко встала. Стул с грохотом заскользил по полу, вызвав общий вздрог.
Всё замерло.
— Крис? — удивлённо посмотрела на меня Лаура.
Я натянуто улыбнулась, холодно и безжизненно, как мрамор.
— Развлекайтесь, — бросила я, не глядя больше ни на кого. Ни на него.
Ник не остановил меня.
Он даже не посмотрел в мою сторону.
И я ушла.
Но сердце...
Словно осталось на том чёртовом стуле.
***
Дверь номера с глухим щелчком захлопнулась за моей спиной, и в тот же миг что-то внутри меня сломалось.
Как будто я до этого держалась на тоненькой ниточке — и вот, она оборвалась.
Я сделала два шага вперёд, но ноги подкосились.
Скользнув по стене, я опустилась на пол и сжалась в комок, прижав колени к груди.
Мир вокруг будто стал тусклым, глухим. Только гул в ушах и собственное, сбившееся дыхание.
Я закрыла лицо руками.
Горло сдавило так сильно, будто кто-то душил меня изнутри.
Слёзы хлынули сами — горячие, предательские, неуправляемые.
Глупо. Это всё было таким глупым.
Я знала это. Но остановиться не могла.
— Какого чёрта, Ник... — прошептала я, почти не слыша собственный голос.
Слова застревали в горле, будто осколки.
Боль была везде — в груди, в животе, в пальцах, что сжимались в кулаки так, будто я пыталась выдавить из себя всё это чувство.
«Просто рабочие вопросы.»
«Ты ведёшь себя глупо.»
«Потому что я и есть мудак.»
Они эхом ударяли в виски, раз за разом, как пощечины. Каждая — больнее предыдущей.
Я прижала ладони к глазам, надеясь, что темнота поможет хотя бы на миг заглушить всё, что творилось внутри.
Но это не помогало.
Ничто не помогало.
Я не знала, сколько просидела вот так, на полу.
Время потекло куда-то вбок — растворилось между рыданиями и мыслями, которых я не хотела думать.
Может, минута. Может, час. Всё казалось размытым.
Но в какой-то момент моё тело просто перестало плакать.
Слёзы высохли. Ощущения остались — тяжёлые, острые, липкие.
Я с трудом поднялась, будто двигалась сквозь вязкий туман, и почти машинально вошла в ванную.
Я включила воду и подставила ладони под ледяной поток.
Плеснула себе в лицо, на шею, на грудь.
Холод обжёг, но я только сильнее потерла кожу. Как будто могла стереть с себя этот вечер.
Я подняла глаза.
В зеркале на меня смотрела чужая.
Глаза красные, щеки вздуты от слёз, губы искусаны.
Ни капли силы. Ни следа той женщины, что вчера могла держать удар.
Только боль. Только хрупкость. Только тишина.
— Вот ты и сломалась, — выдохнула я, почти не открывая рта.
***
Утро наступило слишком быстро.
Я не проснулась — я словно вынырнула из темноты, в которой не было снов, только пустота.
Сон оказался слишком коротким, слишком неглубоким, чтобы унести с собой то, что сжигало изнутри.
И первым, что я увидела, было не солнце, не окно, а — своё отражение.
Зеркало напротив кровати безжалостно ловило каждый штрих: опухшие глаза, размазанная тушь, спутанные волосы.
Я выглядела так, будто меня переехал эмоциональный грузовик. Дважды.
— Чёрт... — прошептала я.
Поднявшись на локтях, я посмотрела на себя с каким-то странным спокойствием. Отстранённо, будто смотрела на другую женщину.
Женщину, которая позволила себе упасть. Которая слишком много чувствовала.
Слишком доверяла. Слишком надеялась.
— Ну и вид, — пробормотала я, снова откидываясь на подушку.
Может, остаться здесь? Спрятаться от всего? Просто исчезнуть хотя бы на один день?
Но нет. Это не я. Не теперь.
Я резко села, отбросив одеяло.
— Всё, Крис. Хватит, — сказала я вслух, будто отдавая команду солдату внутри себя. — Ни одной слезы больше. Ни одной слабости.
Я встала, голая ступня соприкоснулась с холодным полом — и этот внезапный контакт будто отрезвил.
Я пошла в ванную, не оглядываясь.
Полчаса спустя я стояла перед тем же зеркалом. Но теперь — это было другое отражение.
Вода смыла с меня остатки ночи. Гладкие волосы собраны в лёгкий пучок, тонкая стрелка подчёркивает глаза.
Лёгкое платье, обнимающее тело точно по фигуре.
Осознанный, выверенный образ.
Та, кто стояла сейчас перед зеркалом, была собрана. И красива. И опасна.
Если он может вести себя так, будто ничего не значит, значит, я тоже могу.
Сегодня у меня одна цель:
Выжечь из себя остатки Ника.
И сделать это с высоко поднятой головой.
Солнце било в глаза, отражаясь от воды, когда я вышла к бассейну. Воздух был наполнен запахами кокосового крема, хлорки и ленивой музыки.
Люди вокруг смеялись, фоново болтали, кто-то пил из бокалов с зонтиками, кто-то листал журнал.
Я выбрала место у самого края бассейна — идеальный обзор. Идеальная дистанция.
Официант тут же появился, я заказала клубничный мохито и устроилась на шезлонге, вытянув ноги.
Глаза прикрыла, лицо подставила солнцу. Я слышала, как в воде кто-то ныряет. Кто-то смеётся.
На секунду — почти поверила, что всё в порядке.
— Кристина?
Знакомый голос вывел меня из медитации. Я медленно обернулась.
Алан. В лёгкой льняной рубашке, с очками в руке и с тем самым ленивым выражением лица, которое всегда скрывало больше, чем показывало.
— Можно? — Он кивнул на соседний шезлонг.
— Если хочешь, — пожала я плечами.
Он устроился рядом, закинув ногу на ногу. Взгляд был слишком внимательный.
— Судя по твоему виду, ты решила, что жизнь снова прекрасна?
— А разве нет? — я чуть приподняла бровь, играя роль беззаботной женщины на курорте.
— Ну, после вчерашнего... — Он замолчал, но взгляд говорил за него.
— Ты о чём?
— О вашем... — он специально выдержал паузу, — рабочем вопросе.
Я закатила глаза и чуть скривилась.
— О, господи. У Ника просто мания величия, ничего серьезного.
Он усмехнулся, подался чуть ближе:
— Просто... трудно не заметить.
— Ну так вот, можешь не беспокоиться. — Я подняла бокал, сделала глоток и отвела взгляд к воде. — Никаких вопросов больше нет. Ни рабочих. Ни личных. Всё.
— Правда? — Алан приподнял бровь, и в его голосе сквозила явная ирония.
— Абсолютно, — сказала я, не мигая.
Он смотрел на меня, будто искал трещину в моей новой броне.
Но я не дала ему ни одной.
— Кстати, — лениво спросил он, — а где твой телохранитель?
Я холодно улыбнулась:
— Понятия не имею. Возможно, тоже взял выходной... от рабочих вопросов.
Он коротко хмыкнул. И больше ничего не сказал.
И я тоже.
Если я хотела, чтобы у меня был идеальный день, то мне точно не стоило думать о Нике.
— Крис?
Я подняла глаза. Теперь передо мной стояла Лаура, в коротком белом сарафане, с телефоном в руке. Она оглядела нас с Алланом и тут же усмехнулась:
— Выглядишь так, будто вчерашнего вечера не было.
— А его и не было, — спокойно ответила я, делая ещё один глоток коктейля.
Лаура уселась на край моего шезлонга, склонившись ко мне ближе:
— Ты серьёзно?
Я пожала плечами.
— Тогда ты не против, если я спрошу... — Она выдержала паузу. — Ник ведь провёл ночь с Рейчел, да?
Я замерла, но потом так же небрежно поставила стакан на столик.
— Откуда мне знать? — спокойно ответила я.
— Ну... — Лаура многозначительно наклонила голову.
Я выдержала паузу, посмотрела на неё, потом на Аллана, который явно прислушивался к разговору.
— Лаура, — я улыбнулась, — я правда не знаю.
Она сузила глаза:
— Крис, я не слепая. Вы вчера буквально убили весь воздух напряжением.
— Ох, — я устало откинулась на шезлонг, глядя в небо. — Лаура, мне кажется, тебе стоит устроиться в ФБР.
Она хмыкнула.
— Просто ответь.
— Хорошо, — я перевела на неё взгляд. — Она же его девушка, и да, он, скорее всего, провёл ночь с ней.
Лаура подняла брови.
— И ты такая спокойная?
Я чуть усмехнулась.
— А что мне делать? Рыдать?
— Ну...
— Лаура, — я посмотрела ей прямо в глаза. — Я сделала выводы. Идём купаться?
Она недоверчиво на меня посмотрела, потом выдохнула.
— Ох, Крис... Я не знаю, ты святая или просто дура.
Я усмехнулась.
— Пусть останется интригой.
Я встала, и в этот момент, будто по заказу, я увидела Ника.
Он вышел из здания отеля, в привычных тёмных брюках и рубашке, с расстёгнутым воротом.
И даже отсюда я заметила, как он смотрит на меня.
Я смеялась. Громко, звонко, раскованно — так, чтобы он слышал.
Так, чтобы у него не осталось ни тени сомнения: мне плевать.
Я сидела на краю бассейна, вытянув ноги в воду, коктейль в руке, а рядом со мной Лаура и Аллан что-то горячо обсуждали. Но я не слушала. Я видела, как Ник стоял у бара, наблюдая за мной.
Я потянулась, медленно проводя рукой по шее, позволяя кончикам пальцев скользнуть ниже ключицы. Чувствовала его взгляд на своей коже. Чувствовала, как он сверлил меня глазами, но мне было всё равно.
— Крис, ну ты просто огонь, — Алан протянул мне ещё один бокал с коктейлем, усмехаясь. — Надо было давно тебя такой видеть.
Я приняла бокал с лёгкой полуулыбкой и сделала глоток, словно всё происходящее — игра, и правила в ней пишу я.
— Я всегда такая, — ответила я с невинным блеском в глазах.
— Правда? — раздалось за спиной.
Этот голос.
Как будто по нервам стекло лезвие.
Я медленно повернула голову, уже зная, кого увижу.
Ник.
Спокойный с виду, с той самой почти ледяной выдержкой, но я увидела — пальцы, сжавшие стакан с виски, побелели от напряжения.
— Правда, — повторила я, удерживая взгляд.
— Любопытно, — протянул он, делая медленный глоток.
— Что именно? — я чуть приподняла бровь и небрежно скрестила ноги, демонстративно расслабленно.
— Как быстро ты меняешься, — произнёс он, как будто между прочим, но в его голосе проскользнуло что-то колкое. Что-то личное.
— Может, ты просто плохо меня знаешь? — наклонилась я ближе, почти касаясь его голосом. И внутри всё горело. Желание. Злость. Отчаяние.
Ник усмехнулся — легко, опасно, как хищник, почуявший запах крови.
— Поверь, Кристина, я знаю тебя лучше, чем ты думаешь.
— Вот как? — я медленно провела пальцем по краю бокала. — Может, напомнишь... почему я всё ещё терплю тебя рядом?
Он чуть склонил голову, а уголки губ дёрнулись в почти ленивой, почти жестокой усмешке.
— Потому что я твой телохранитель.
Я наклонилась ближе, и в голосе моём уже не было кокетства. Лишь яд.
— Потому что ты мой телохранитель, — прошипела я ему в лицо, словно это было проклятие.
— Именно, — он снова сделал глоток, не сводя с меня взгляда.
— И что ты с этим делаешь?
— Делаю свою работу, — он пожал плечами, наигранно небрежно. — Вроде пока справляюсь. Жалоб не поступало.
— А я вот решила тебя игнорировать, — с ленивой, почти кошачьей улыбкой выдохнула я, снова откинувшись на шезлонг.
Ник шагнул ближе. Склонясь, опёрся руками о край бассейна, и его лицо оказалось на уровне моего. Его дыхание обжигало. Близость — почти неприличная.
— И как успехи?
Я наклонила голову набок, притворяясь, что задумалась.
— Пока не очень... Ты всё ещё здесь.
— Значит, попробуй сильнее, — в его голосе звучал вызов, и в глазах вспыхнул знакомый огонь. Опасный. Опаляющий.
— Может, лучше ты исчезнешь, — я сделала глоток и нарочно отвела взгляд. — Было бы куда проще.
Ник отступил на шаг, но не ушёл. Его взгляд стал тяжёлым.
— Ты сама знаешь, что это невозможно, Кристина.
Он прав.
Я знала.
Но это не отменяло желания закричать, ударить, убежать.
— Как спалось? — его голос звучал лениво, почти насмешливо, но я знала: он наблюдает за каждым движением, за каждым изменением на моём лице.
— Уснула моментально, — откинулась я на спинку, глядя в небо. — Отличная ночь была. Тишина, покой... Ни одного идиота рядом.
— Ты выглядела... уставшей, — он снова улыбнулся, но улыбка была чужая, как маска.
Я не сдержалась — взгляд метнулся к нему, холодный, острый, как лезвие.
— А ты, значит, не спал? — я скрестила руки на груди. — Как там Рейчел? У неё, надеюсь, всё... в порядке?
На долю секунды выражение его лица изменилось. Почти незаметно. Но я увидела.
— В каком смысле? — он напрягся.
Я пожала плечами, небрежно перебирая пальцами край шезлонга.
— Ну... ты был с ней вечером. Может, и дальше продолжили? Или «работа» уже мешает личному?
Ник поставил стакан рядом на столик. С тихим, но отчётливым звуком.
— Ревнуешь?
Я закатила глаза.
— Господи, Ник. Ты правда думаешь, что ты центр моей вселенной?
— А что? Ты не перестаёшь это доказывать, — он усмехнулся, но в глазах — сталь.
Я уже открыла рот, чтобы что-то сказать, — язвительное, уничтожающее, но в этот момент мой телефон завибрировал.
Экран засветился.
Сообщение.
И его глаза метнулись туда почти мгновенно.
— Кто это? — в голосе уже не было игры. Только напряжение. Резкое. Срывающееся.
Я медленно подняла глаза и встретилась с ним взглядом.
— Не твоё собачье дело, Ник, — выдохнула я. — Ты всё сказал вчера, помнишь?
Он молчал.
— И, знаешь, я вдруг всё поняла. Мне стало ясно. Я... наконец перестала придумывать оправдания твоим действиям. Поэтому, будь добр, оставь меня в покое. С меня хватит драмы. Хватит лжи. Хватит тебя.
Я встала, не спеша взяла телефон, пальцы скользнули по экрану. Я видела, как он напрягся.
Я знала, как это его взбесит.
И именно этого я и хотела.
На экране было сообщение от Макса:
«Буду в Барселоне. Нам нужно встретиться. Ты не забыла?»
Я улыбнулась.
И ушла.
***
Моя внешность была идеальной для высшего общества: блондинка с голубыми глазами, утончённая, элегантная, с тем самым правильным изгибом талии и выверенным изгибом улыбки. Но за этой вылепленной оболочкой не пряталась лёгкость — только привычка выживать. Прятать боль под макияжем. Прятать страх под каблуками. Прятать себя — под чужими правилами.
Сегодня на мне было чёрное платье, тонкое, как шёлковое обещание, с глубоким вырезом на спине, обнажающим кожу между лопаток, и высоким разрезом, намекающим, но не раскрывающим. Ткань ложилась по телу мягкими, почти интимными изгибами. Макияж — точечный: бронзер на скулах, тёплая тень в уголках глаз, коралловый блеск на губах. Волосы я заколола на скорую руку — небрежно, но со вкусом.
Перед выходом я остановилась у зеркала.
Задержалась.
Внутри — дрожь. Не страха. Предчувствия. Как перед бурей.
— Всё, Крис, хватит, — выдохнула я в своё отражение. — Ты умеешь быть сильной. Не забудь это.
И пошла.
Но едва открыла дверь, как столкнулась с ним.
С Ником.
Он стоял, как будто знал, что я выйду именно в эту секунду. Руки в карманах. Белая рубашка — слегка расстёгнутая, под ней виднелась тень татуировки. Джинсы сидели идеально, чёрные, немного потёртые. Часы поблёскивали на запястье. А взгляд... медленно скользнул по мне, начиная с ключиц и заканчивая каблуками. В этом взгляде было слишком много — и раздражения, и восхищения, и... желания.
— Ты куда? — голос хриплый, немного сиплый. Его личная угроза в баритоне.
Я улыбнулась. Слишком спокойно, чтобы быть искренне.
— Встречаюсь с другом.
Челюсть Ника напряглась.
— С каким ещё другом?
— С Максом, — произнесла я легко, словно это имя ничего не значило. Хотя знала — для него оно звучит, как вызов.
В его глазах вспыхнуло что-то стальное.
— Ты не пойдёшь.
Я скрестила руки на груди и подняла подбородок.
— Ах, вот как? — почти рассмеялась. — И кто же меня остановит?
Ник сделал шаг вперёд. Близко. Так близко, что между нами осталось не больше воздуха, чем между двумя пульсами. Его запах — пряный, знакомый, опасный — накрыл меня с головой.
— Ты не понимаешь, — сказал он медленно. — Или делаешь вид?
— Понимаю всё, — я резко качнула головой. — Просто не собираюсь больше подчиняться. Тебе. Никогда.
Он провёл языком по внутренней стороне щеки. Знак, что сдерживается. Границы на пределе.
Я усмехнулась, достала телефон.
— Не волнуйся, я быстро.
В этот момент экран мигнул.
«Уже подъехал, выходи, Крис.»
— Ты никуда не идёшь, — повторил он, на этот раз ниже, темнее. Почти рычал.
Я холодно взглянула на него.
— Ты, кажется, не понял: после вчерашней ночи ты потерял право командовать.
Потерял. Всё.
— Я делаю всё, что хочу, Ник. — Я выпрямилась, подбородок уверенно вздёрнут. — Иду туда, куда хочу. С кем хочу. Без твоего разрешения. Ты — просто тень.
— Отпусти меня, — сказала я жёстко.
— Ни за что, — прошипел он.
Я медленно подняла телефон, открыла контакты.
Нашла нужное имя.
Повернула экран к нему.
"Рэйчел."
— Может, сам ей позвонишь? — прошептала я, подходя ближе, почти касаясь его губами. — Объясни, какие у тебя вчера были «рабочие» дела. Или я?
Ник побледнел.
Глаза сверкнули.
Он был на грани. Но не двинулся.
— Ты не посмеешь.
— Я? — я наклонила голову. — Ник, милый. Я могу многое. Просто ты никогда не давал мне повода показать.
Молчание сгустилось между нами. Секунда, ещё секунда. И я почувствовала, как с него уходит напряжение. Его плечи дрогнули. Руки опустились. Он сдался.
Пока.
— Иди, — процедил он сквозь зубы.
Я сделала шаг назад. Спокойно. Уверенно. И пошла к лифту.
— Спасибо, Ник, — бросила я, даже не оборачиваясь. — Хороший мальчик.
За спиной — ни звука. Но я знала. Он кипел.
***
Как только дверь такси захлопнулась, я ощутила, как внутри меня словно прорвалась река освобождения. Всё, что было до этого момента — уставшие попытки угодить, молчаливые согласия, подчинение правилам, которые мне не нравятся. В этот момент я могла бы даже почувствовать радость, если бы не тянущее беспокойство в груди. Я глубоко вздохнула, чувствуя, как воздух наполняет лёгкие, и позволила себе хотя бы на миг ощутить свободу. В зеркале заднего вида всё ещё маячил силуэт Ника. Он стоял там, как статуя, и, возможно, даже не догадывался, что всё уже решено. Я слегка подняла руку, помахала пальцами с усмешкой, словно говоря: «Ты проиграл». Пусть знает, что его запреты на меня не действуют.
— Ну-ну, какая независимая у нас сегодня леди, — сказал Макс, его голос звучал с оттенком насмешки, а взгляд, скользящий по мне, был не просто оценивающим, а захватывающим, как будто он видел меня насквозь. — Чёрное платье, этот хищный взгляд... Опасно.
— Спасибо за комплимент.
Макс чуть подался вперёд, его взгляд стал более проницательным, его губы изогнулись в лукавой, едва заметной улыбке. Это было слишком знакомо — всё в его манере движения, в том, как он говорил.
— Но всё-таки... — его голос стал чуть более серьёзным, а в глазах мелькнул интерес. — Кто так испортил тебе вечер?
Я шумно выдохнула, не отрывая взгляда от окна. Весь мир был там, за стеклом, в мерцании уличных огней и тени зданий, но я не могла забыть о том, что оставила позади.
— Да так... мой охранничек, — хмыкнула я, произнося эти слова, как бы играя с ними, чтобы скрыть всё то, что на самом деле скрывалось за ними. — Ничего серьёзного...
Макс, не убирая взгляда с меня, скользнул им по моему лицу, изучая, как я замолчала, как мои глаза стали более закрытыми, как губы слегка поджались. Его лицо приобрело несколько серьёзных черт.
— Ты всегда так мило называешь тех, кто заставляет тебя закатывать глаза?
Я пожала плечами, стараясь сохранить лёгкость в голосе, но в душе всё было не так. Внутреннее напряжение растёт, как напряжённая струна, готовая порваться.
— А что ещё мне остаётся? — ответила я, будто всё в этом мире так просто. Хотя на самом деле я ощущала, как будто каждый мой ответ — это ещё одна маска.
Макс отвёл взгляд, прищурившись, и на секунду мы оба оказались в тени молчания. В его глазах была непередаваемая тяжесть.
— То есть проблема всё-таки в нём? — его голос звучал так, как будто он пытался вытащить из меня больше, чем я была готова сказать.
Я медленно провела пальцем по краю своей сумочки, будто проверяя, не сломалась ли она, как проверяют прочность другого человека в момент слабости. Это был механизм защиты, скрывающий внутреннюю бурю.
— Проблема в другом, Макс, — я слегка склонила голову, замедляя голос, чтобы сделать паузу, в которой можно было бы услышать только пульсацию крови. — Мне нужно выбраться отсюда.
Макс мгновенно посерьёзнел. Он откинулся на спинку сиденья, но его взгляд стал острым, как нож.
— Значит, план в силе?
Я кивнула, чувствуя, как в животе появляется комок, а дыхание становится чуть глубже.
— Сейчас или никогда, — ответила я, сжимая пальцы, словно пытаясь удержать что-то, что вот-вот может ускользнуть.
Макс молча наблюдал за мной несколько секунд, напряжение в воздухе становилось почти осязаемым. Наконец, он медленно кивнул, его губы снова изогнулись в той самой уверенной улыбке.
— Тогда сначала поужинаем.
Я усмехнулась, но на душе было не до смеха.
— Думаешь, мне поможет еда?
— Не поможет, но отвлечёт, — он ответил, и я почувствовала, как, несмотря на все мои сомнения, напряжение слегка отступает, как в его словах была какая-то лёгкость. Словно эта ночь могла быть просто игрой. Но я знала — на самом деле всё не так.
Такси свернуло в сторону ресторана. Как только я вышла, прохладный ночной воздух обвил мою кожу, и я на мгновение замерла. Весь мир вокруг был слишком красив — идеальные огни, словно в этот момент ничего не могло пойти не так. Всё было слишком красиво, чтобы быть правдой, слишком идеально, чтобы не скрывать за этим что-то тяжёлое. Что-то, что было неизбежно.
Макс протянул мне руку, и я вложила в неё свою ладонь. Его кожа была тёплой, и я почувствовала, как его пальцы обвивают мои, как будто не только приветствуют меня в этой ночи, но и обещают не отпустить.
— Добро пожаловать в ночь перемен, Крис, — его голос звучал мягко, но уверенно. — Ты готова?
Я посмотрела на него. Он знал, что я боюсь. Но знал и то, что я готова.
Я кивнула, несмотря на страх, который сковывал внутренности, несмотря на дрожь, что била по венам, как молния.
— Готова.
Ресторан был модным и дорогим, с атмосферой, наполненной светом, где каждый стол был обставлен со вкусом.
Макс был одет в строгий костюм, который идеально сидел на его теле. Он был высоким, с тёмными волосами и невидимой аурой уверенности, которая делала его не только хорошим другом, но и человеком, которому можно довериться в самых трудных ситуациях.
Я глубоко вдохнула, сжимая бокал с вином. Всё это звучало слишком... реально. План, побег, Америка — слова, которые ещё вчера казались далекими, сегодня обретали пугающую чёткость.
— Я не уверена, что смогу, — честно призналась я, опуская взгляд в багровую гладь напитка.
Макс слегка подался вперёд, его голос стал мягче, но твёрже:
— Крис, у тебя нет выбора.
Я нервно сжала бокал. Он прав. У меня действительно не было выбора.
— Ты уверен, что Америка — единственный вариант? — я подняла на него взгляд.
— Если ты хочешь действительно исчезнуть — да. Европа слишком маленькая для человека с возможностями Эндрю. Лондон? Даже не думай. Там всё его. — Макс сделал паузу, наблюдая за моей реакцией.
Я лишь кивнула.
— Как мы это провернём?
— Тихо. Без паники. У тебя будет есть новый паспорт, новая легенда. Я знаю людей, которые могут помочь.
— А как же Ник? Он умнее, чем кажется... — вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я успела его осознать.
Макс усмехнулся.
— Твой телохранничек? Забудь. Он или встанет на сторону Эндрю, или попытается остановить тебя. Ты ему доверяешь?
Я замерла.
Доверяю ли я Нику?
Перед глазами всплыл его взгляд, резкий голос, пальцы, сжимавшие мою руку, как будто он мог силой удержать меня рядом.
— Я не знаю, — честно призналась я.
Макс внимательно посмотрел на меня, но промолчал.
— Сегодня ты должна показать, что у тебя всё как обычно, — сменил он тему. — Насладись ужином, поговори со мной, улыбнись. Пусть все думают, что это обычная встреча старых друзей.
Я кивнула и попыталась расслабиться. Сделала глоток вина, улыбнулась Максу, но внутри меня всё сжималось.
Я сбегаю.
Навсегда.
И мне страшно.
— Пойдём в клуб, — предложил он. — Нужно отдохнуть хоть немного, пока есть время.
***
— Ну что, расслабилась? — с лёгкой насмешкой спросил он, облокотившись на барную стойку.
— Пока да, — я пожала плечами. — Сегодня не хочу думать ни о чём.
Громкая музыка гремела вокруг, свет переливался разноцветными вспышками, создавая иллюзию полного отрыва от реальности. В этом хаосе было удивительное чувство свободы — я могла позволить себе забыться.
Макс обвёл взглядом толпу, потягивая свой виски.
— Слушай, Крис... — он снова посмотрел на меня. — Так что там у тебя с твоим телохранителем?
Я замерла, держа бокал в руке. Вопрос застал меня врасплох, хотя, наверное, следовало ожидать его.
— Между нами ничего не происходит, Макс, — ответила я чуть быстрее, чем следовало.
Он вскинул бровь.
— Правда?
Я отвела взгляд, сделав вид, что меня вдруг заинтересовали танцующие девушки неподалёку.
— Он просто выполняет свою работу.
Макс фыркнул и, сделав глоток, покачал головой.
— Крис, ты знаешь, что у тебя всегда была привычка лгать только самой себе, да?
Я закатила глаза.
— Перестань.
— Ладно, — он поднял руки в притворной сдаче. — Просто скажи мне, он тебе нравится?
Я посмотрела на него.
— Это не имеет значения.
— Почему?
— Потому что не имеет, Макс. — Я выдержала его взгляд.
Он не стал больше давить, только усмехнулся.
— Ну, как скажешь.
Мы выпили ещё, потом ещё. Танцевали, смеялись. Я кружилась в ритме музыки, чувствуя, как алкоголь полностью стирает границы между разумом и эмоциями.
А потом зазвонил телефон.
Я взглянула на экран и закатила глаза.
— Ну конечно, — пробормотала я, поднося трубку к уху.
— Где ты? — голос Ника был резким, напряжённым.
— Макс, закажи ещё текилы! — весело крикнула я, игнорируя вопрос.
На другом конце провода повисла тишина.
— Ты пьяна? — голос Ника стал холоднее.
Я расхохоталась, прикрывая глаза.
— Мы в клубе, Ник! Мы отлично проводим время, не переживай!
— Я приеду.
— Нет, не приедешь. — Я качнула головой, хотя он этого не мог видеть.
— Крис... — его голос звучал угрожающе спокойно.
Я рассмеялась снова, но внутри что-то дрогнуло.
— Спокойной ночи, Ник.
И сбросила звонок.
Ночь была тёплой, и воздух пропитан ароматом ночного города — смесью алкоголя, сигаретного дыма и дорогих духов. Я прищурилась, чуть покачнувшись на ногах, когда вышла из клуба, а Макс тут же подхватил меня под локоть, удерживая от падения.
— Ого, — протянул он, обнимая меня за плечи. — Кажется, кто-то сегодня перебрал.
— Это не я, это мир кружится, — пробормотала я, прислонившись к нему, потому что на каблуках идти по мостовой было просто пыткой.
— Ага, конечно, — рассмеялся он, поддерживая меня.
Мы сделали несколько неуверенных шагов, держась друг за друга, как два заговорщика, и тут я заметила знакомый силуэт у дороги.
Ник.
Он стоял, опершись на капот своей машины, с руками, сложенными на груди. Его лицо было абсолютно непроницаемым, но глаза... В них читалось напряжение, почти ярость, спрятанная под маской спокойствия.
Я сглотнула, но Макс не разделял моего напряжения. Он присвистнул и хлопнул меня по плечу.
— Ничего себе, Крис! — он наклонился ко мне, заговорщически усмехаясь. — Это что, твой телохранитель?
— Угу, — пробормотала я.
Макс отступил на шаг, рассматривая BM2Wс уважением.
— Блин, да я, кажется, выбрал не ту карьеру! Может, к чёрту моё дело? Пойду тебя охранять, как думаешь?
Я прыснула, но даже смех не мог снять с меня напряжение.
— Если хочешь ходить за мной хвостом и ворчать, как он, то пожалуйста.
Макс фыркнул и покачал головой.
— Не, я, конечно, много чего могу, но с таким лицом, как у него, я точно ходить не умею.
— Какое у меня лицо? — раздался голос Ника, и мы оба вздрогнули.
Макс ухмыльнулся, а я прикусила губу.
— Каменное, брат, — ответил Макс, с притворной серьёзностью хлопая Ника по плечу. — Расслабься, мы просто немного выпили.
— Немного? — Ник окинул меня взглядом с головы до ног.
— Ну, хорошо, может, и больше, чем немного, — Макс картинно закатил глаза. — Такси ты заказывал?
— Нет, я везу тебя сам, — коротко ответил Ник, открывая переднюю дверь своей машины.
Макс поднял брови, оглядывая автомобиль.
— Солидно, солидно... Не знал, что телохранители так хорошо зарабатывают.
— Мы не зарабатываем, мы просто берём всё, что хотим, — отозвался Ник с лёгкой усмешкой.
Макс рассмеялся, но я заметила, как его взгляд стал чуть настороженным.
— Ладно, раз так, мы тоже люди не бедные, отвези меня в самый дорогой отель Барселоны, пожалуйста. Хилтон. Если уж есть деньги, надо жить как король и тусить, как король, — Макс весело подмигнул мне.
Ник сел за руль, молча завёл двигатель.
— Почему не в отель Эндрю? — спросил он после короткой паузы.
Макс тут же скривился, словно Ник предложил ему ночевать в выгребной яме.
— Никогда не буду спать в отеле этого старого урода, — бросил он. — Эндрю не нужно знать, что я здесь.
Ник чуть заметно нахмурился, но ничего не сказал.
— Ты его так ненавидишь? — спросил он после недолгого молчания.
Макс пожал плечами.
— Он мне не друг. И ты сам знаешь, что с ним не так.
Я вздрогнула и опустила взгляд.
***
Когда дверь отеля закрылась за Максом, я тяжело выдохнула, прислонившись к прохладному кожаному сиденью. Голова кружилась, мысли путались, но одно я понимала чётко — Ник злится.
Он не сказал ни слова, но напряжение в машине было ощутимым, как электричество перед грозой.
Я повернула голову к нему, прищурившись, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Ну давай, — усмехнулась я, — говори уже, как ты мной недоволен. Я же вижу, у тебя там внутри просто пожар из негодования.
Ник резко тронулся с места, машина дёрнулась, и меня вжало в кресло.
— Что ты творишь, Крис? — Его голос был низким, хлёстким, и от него внутри всё сжалось. — Ты опять пьяна. Опять непонятно с кем. Ты вообще осознаёшь, что ты делаешь?
Я закатила глаза, запрокинув голову на подголовник.
— Господи, Ник, ну не начинай. Я просто отдыхала. Это вообще не твоё дело.
Он зло усмехнулся, стиснув руль так, что побелели костяшки пальцев.
— Не моё дело? — Он повернул ко мне голову, его взгляд вспыхнул гневом. — Ты серьёзно, Крис? Я должен молча смотреть, как ты таскаешься с кем попало, вваливаешься в машину пьяная и несёшь чушь?
Я хмыкнула, уставившись в окно.
— «С кем попало»? Макс — мой друг, если ты вдруг забыл.
— Друг? — Ник усмехнулся, но в этом смехе не было ни грамма веселья.
— Ага, любимый друг. Я же не говорю тебе, с кем тебе проводить ночь.
Он резко затормозил, и я чуть не ударилась лбом о панель.
— По крайней мере, я не веду себя, как ребёнок, которому плевать на безопасность, — процедил он сквозь зубы.
Я повернулась к нему, пытаясь сосредоточиться.
— Безопасность? О, ну конечно. Потому что ты — мой личный спаситель, да? Тот самый великий Ник, который следит, чтобы Крис не натворила глупостей?
— Тебе нужна хоть какая-то голова на плечах, раз своей нет, — его голос был ледяным.
— Да пошёл ты, — я рассмеялась, но в этом смехе было больше злости, чем веселья.
Он молчал, но я видела, как напряжена его челюсть, как ходят желваки.
— Знаешь что, Ник? — продолжила я, откидываясь в кресле. — Ты можешь быть кем угодно, но я не твоя собственность. Не надо контролировать каждый мой шаг.
— Отлично, — он кивнул, снова трогаясь с места. — Тогда, может, в следующий раз я просто не приеду, а? Посмотрим, как ты будешь выкручиваться.
Я отвернулась, прикусив губу.
Почему эти разговоры всегда сводились к одному и тому же? Почему он всегда пытался поставить меня на место, заставить чувствовать себя беспомощной?
— Сделай, как хочешь, Ник, — устало бросила я. — Мне уже плевать.
Он больше ничего не сказал, но его молчание было громче любых слов.