Глава 31
— Я извиняюсь перед всеми присутствующими, — продолжаю я, повысив голос, — за то, что позволила этой ситуации зайти так далеко. За то, что слишком долго терпела недостойное поведение.
Улыбка Джису начинает блекнуть.
— Госпожа Ким, — теперь я смотрю прямо ей в глаза, — вы были желанной гостьей в доме моего мужа. Но ваше поведение сейчас переходит все границы приличий. Вы оскорбляете не только меня, но и репутацию этого заведения, и память о прежней хозяйке, которая никогда не потерпела бы подобных сцен.
— Как ты смеешь... – шипит она, но я не даю ей договорить.
— Смею. Потому что провела большую часть этого дня исполняя обязанности хозяйки и пытаясь сделать так, чтобы вы в том числе, не чувствовали холода и голода. И если вы не можете уважать это, боюсь, мне придётся попросить вас найти другое место для проживания.
Джису только и остаётся, что хлопать глазами. Я явно реагирую не так, как она привыкла ждать от настоящей Дженни, но какого чёрта? Спускать такое с рук? Ещё и на колени перед ней вставать? Не много ли чести?
Возомнила себя как минимум королевой, а на деле...
Да, я ещё долго не забуду, как заливался плачем мой сын, пока Тэхен был занят, а присматривала за ним Джису. Я не скоро смогу простить ей издевательство над моим ребёнком.
Похоже, я застала свекровь врасплох. на совсем не знает, как ей реагировать.
— Ты... ты не посмеешь выгнать меня! Что о себе возомнила, девчонка?! Да мой сын подобрал тебя практически на помойке и вывел в люди, и вот где теперь твоя благодарность? Что скажет Тэхен?!
— Мой муж доверил мне управление этим двором, — голос звенит от сдерживаемых эмоций. — И, я уверена, он не позволит даже собственной матери унижать его жену перед гостями и работниками. Это наши с вами разногласия и устраивать из этой ссоры цирк я не собираюсь. А теперь извините, вынуждена уйти, потому как мне нужно решить ещё очень много вопросов связанных с комфортом постояльцев и вашего в том числе.
Краем глаза замечаю одобрительные взгляды постояльцев. Соми, стоящая у лестницы, украдкой кивает в знак поддержки.
— Да что ты... совсем уже обнаглела, — ворчит Джису, когда я отворачиваюсь от неё.
— Выбор за вами, — бросаю на последок я. — Можете остаться, соблюдая правила приличия, или уйти. Но публичных унижений больше не будет. Ни для кого.
Джису открывает и закрывает рот, как выброшенная на берег рыба. Её лицо идёт пятнами, а веер в руке дрожит от ярости.
— Это... это возмутительно! Я немедленно напишу Тэхену! Ты совершенно не уважаешь мать своего мужа!
— Пишите. Моё уважение никак не связано с желанием сохранить границы адекватности. То что вы старше меня и являетесь матерью отца моего ребёнка не даёт вам права вести себя подобным образом.
Разворачиваюсь и направляюсь к кабинету Хвасы, чувствуя, как дрожат колени. Но спина прямая, а шаг твёрдый. Только закрыв дверь и поставив на стол корзину Ёнджуна, позволяю себе выдохнуть и уперевшись в столешницу руками уронить голову.
Малыш агукает, протягивая ко мне ручки. Будто хочет поддержать меня и утешить. Беру его на руки, прижимаю к груди, вдыхая родной запах.
— Знаешь, — шепчу ему, глядя в окно, где начинает садиться солнце, — кажется, твоя мама наконец-то приблизилась к той, кем всегда должна была быть.
— Мадам Ким, — голос заставляет меня обернуться.
Сынкван, помощник Тэхена стоит в дверях. Его рубашка всё ещё влажная от работы в подвале, красиво подчёркивает хорошо развитую мускулатуру. Интересно, ему не холодно?
— Простите за беспокойство, но там внизу... Я пытался решить это с Лалисой, но она отправила меня к вам.
Что-то в его тоне заставляет меня насторожиться. С чего бы это? И что там такое?
— Что именно?
— Это сложно объяснить, — он переминается с ноги на ногу, бросая взгляд на малыша в моих руках. — Может, оставите его госпоже...
— Нет, — перебиваю я мягко, но твёрдо. После недавней стычки с Джису моя решимость только окрепла. — Он останется со мной. Только помогите, пожалуйста с перевязью? Хочу освободить руки.
Сынкван улыбается, и от этой улыбки что-то теплеет внутри. Тут же одёргиваю себя – нельзя. Я замужняя женщина, мать, хозяйка постоялого двора. У меня нет права на такие мысли.
— Знаете, — говорит он, помогая мне закрепить перевязь для малыша, — я был неправ насчёт вас.
— Вот как? — стараюсь, чтобы голос звучал ровно, хотя случайные прикосновения его пальцев к моим плечам, когда он помогает с узлами, вызывают странное волнение.
— Когда господин Тэхен женился на вас... простите мою откровенность... я думал, это ошибка. Вы казались такой юной, неопытной. Я боялся, что вы не справитесь с воспитанием наследника. А потом этот побег...
Его слова должны были бы задеть меня, но почему-то не задевают. Может быть, потому что я сама думаю так же?
— А теперь? — спрашиваю тихо, поправляя одеяльце вокруг малыша.
— Теперь... — Сынкван отступает на шаг, окидывая меня внимательным взглядом. — я вижу настоящую хозяйку, которая справляется даже с немаленьким постоялым двором. То, как вы справились с потопом, с недовольными постояльцами... Отстояли свою честь в разговоре с Джису.
Чувствую, как краска заливает щёки. Тёплые слова распахивают за моей спиной невидимые крылья. Если другие люди это отмечают, может и мой муж заметит?
— Спасибо, Сынкван. Правда, спасибо. Что ж... давайте посмотрим, что там в подвале?
Он кивает и берёт со стола масляную лампу.