Охотница

Предупреждение!

Глава содержит жестокие сцены. Если вы впечатлительный человек, то советую не читать. Если же вы решились, то я поставила отметку в виде трёх точек, можете пропустить этот кусок. 18+ начинается от точек и заканчивается на трёх звездочках.

—————

Большой зал ресторана, выполненный мрамором, украшен белыми тюлями между колонн. Столики с белыми скатертями отодвинуты к высоким окнам, чтобы освободить центральную часть зала для танцев. На сцене стояла трибуна для ведущего и специальный стол, на который будут ставить предметы аукциона.

Если бы я не знала, что здесь проходит благотворительный вечер, то подумала бы, что ресторан забронирован для свадьбы. Уж больно всё светлое, лёгкое и праздничное.

Меня встретил хостес у входа, спросил имя и проводил до столика. На моей стороне стола лежала карточка с именем, рядом карточка Винса, который задерживался.

Я обвела взглядом зал. За большинством столов уже сидели люди в вечерних нарядах. Женщины в длинных платьях, мужчины в смокингах. Аристократическая атмосфера витала в воздухе, что становилось неуютно. Я не привыкла к столь форменным вечеринкам, пусть и бывала не раз. Если не крутишься в подобном обществе на постоянной основе, то каждый раз испытываешь своего рода неловкость. Мне всегда казалось, что на таких вечеринках нет ничего кроме лести. Улыбки людей неискренние, разговоры чопорные и все ведут себя максимально сдержано, точно стесняются и бояться показаться в неудачном свете.

— Здравствуй! — Винс сел на своё место. Он остановил официанта с подносом и взял два бокала шампанского.

— Привет. — Я улыбнулась. — Как дела?

— Нормально. — Винс даже не посмотрел в мою сторону, лишь передал шампанское и уставился в меню.

Мы не разговаривали с вечера в казино. Мне показалось странным, что Винс за три дня ни разу не позвонил, но я не придала этому значения. Всё-таки он человек занятой и много работает, а я не его девушка, чтобы тянуть его внимание на себя. К тому же, эти три дня мне было чем заняться: я ходила на массаж, в спа, гуляла и просто отдыхала. Мне было тупо некогда думать о Винсе.

— Что-то не так?

— Нет. — Он подозвал официанта. — Ты выбрала?

Я взяла меню. В нём значилось всего пять блюд, три из которых разные стейки, а два другие вегетарианские. На благотворительных приёмах, обычно, скромное меню, так как не принято много есть. Плюс ко всему по залу ходили не только официанты с напитками, но и с закусками.

Винс сделал заказ и снова замолчал. Он бродил по ресторану безучастным взглядом, словно не хотел здесь находиться. От него чувствовалось напряжение, которое неведомым образом передалось мне.

— Расскажешь о братьях Лоуренс?

— С ними я сам справлюсь. — Он мельком глянул на меня.

Да что с ним сегодня?

— Тогда зачем ты позвал меня? — Его отрешённость начинала раздражать. — Я три часа собиралась, а сейчас ты говоришь мне, что я тебе не нужна?

На мне малиновое платье в пол с перекрёстными лямками на спине. Волосы уложены в локоны, тонкие пряди от лица заколоты на затылке. Образ простой, но вполне эффектный.

— Ты всегда мне нужна. — Винс сглотнул и спросил: — Почему ты не захотела, чтобы я поехал с тобой в отель после казино?

Боже! То есть, он так ведёт себя из-за отказа?!

— Ты сам должен понимать. — Мой ответ прозвучал двусмысленно. И пусть я имела в виду, что мы с ним не пара, но пояснила иначе: — Ты только начал общаться с Романо. Если бы ты уехал, то весь вечер был бы потрачен впустую. Разве вечер в казино был задуман не для того, чтобы ты смог пообщаться с ним?

— Ты отвергла меня только из-за Романо?

— Да. — Я пожала плечами. — Не мог же ты из-за меня потерять возможного партнёра.

Кажется, мой ответ его успокоил. Винс, вдруг, выдохнул и положил свою руку на мою. Я думала одернуться, но притормозила. Пусть работать с Винсом я больше не буду, но я ещё не закончила и не получила оплату. Испортив всё сейчас, я рисковала остаться ни с чем. 

— Так и? Что насчёт братьев Лоуренс?

— Я уже сказал, что с ними сам разберусь. — Винс на секунду задумался и добавил: — Но, если хочешь, то можешь отвлечь Алекса. Он любит вмешиваться и постоянно следит за Аланом, братом, хотя за связи отвечает не он. У Алекса способность отговаривать брата от партнёрства, если он чует, что его хоть немного притеснят в бизнесе, и неважно насколько предложение выгодно для них.

— Мне просто заговорить его на полчаса?

— Да. Думаю, этого мне хватит. — Он отложил вилку и продолжил: — Аукцион начнётся через час, надо успеть до его начала. Они сидят за третьим столом. Алекс тот, что с бородой.

Я посмотрела в сторону, куда указал Винс. За столом рядом со сценой сидело четыре человека: три мужчины и одна девушка. Братьев Лоуренс я сразу узнала, потому что они близнецы. Оба широкоплечие, молодые и красивые. Алекс выглядел более брутально с бородой, плюс ко всему он был крупнее брата, что тоже прибавляло ему мужественности.

Мне нужно было придумать, как вынудить Алекса покинуть компанию. Судя по увиденному, трое, кроме Алекса, о чём-то бурно общались между собой и не обращали внимание на присутствующих. Когда мимо проходил официант, один из них останавливал его и брал напитки на всех, не вставая из-за стола. Это усложняло задачу. Если Алекс в ближайшее время не выйдет из-за стола, то как мне привлечь его внимание? Подойти и в наглую завязать разговор не получится. Вернее, получится, но тогда есть вероятность, что меня пригласят к ним за стол и миссия будет провалена. Пролить напиток тоже не вариант. Вряд ли он оценит залитую рубашку в начале вечера. Оставалось ждать, когда он пойдёт в туалет или к бару, что явно скоро случится: судя по виду, ему было скучно среди друзей. В отличии от них он вертел головой и практически не участвовал в разговоре.

Я подошла на безопасное расстояние от столика братьев. Стояла с шампанским в руке за вазой с цветами, порой выглядывала из-за неё, и уж не знаю, как это смотрелось со стороны, но я уткнулась в телефон, чтобы не выглядеть как детектив-недоучка.

Как я и думала ждать пришлось не долго. Скука дала о себе знать, Алекс поднялся из-за стола и направился к бару, а я поставила бокал на ближайший столик и мигом побрела за ним, по пути снимая одну серёжку с уха. 

Он сделал заказ и остался у бара в ожидании напитка (видимо приторно-сладкое шампанское ему надоело). Пока он ворочал головой, рассматривая гостей приёма, я подошла максимально близко и когда он развернулся назад резко врезалась в него, одновременно зажав серёжку в руке. 

— Прошу извините, я отвлеклась! — Я села и начала делать вид, что ощупываю пол.

— Вы что-то потеряли?

— Да. Треклятая серёжка расстегнулась. — Не поднимая головы, ответила я. — Я пыталась её надеть и выронила, когда задела вас.

— Я помогу. — Алекс присел рядом со мной и стал внимательно всматриваться в мраморный пол. — Как она выглядит?

— Вот так. — Я повернулась левым ухом. — Миниатюрная бусинка.

— Не лёгкая задачка. — Он посмеялся, не прекращая поиски.

— Вот она!

Секунду назад я положила серёжку рядом с ногой и вот торжественно подняла её, показывая находку помощнику. Мы поднялись с пола, что, кстати, привлекло внимание некоторых людей (они косились на нас), и оказались лицом к лицу. Алекс поправил пиджак, а я разгладила платье.

— Не поможете? — Вытянув ладонь с серёжкой, я указала на неё взглядом. — Иначе с моими длинными ногтями я снова её потеряю...

— Я никогда этого не делал, но попробую.

Алекс взял серёжку, я наклонила голову и отбросила волосы назад. Наверное, он нервничал, потому что я чувствовала, как его руки слегка дрожали. Он осторожно вставил серёжку и щёлкнул замочком, после чего медленно отстранился, а я засеменила взглядом к Винсу, чтобы подать знак или хоть как-то намекнуть, что идти к Алану нужно прямо сейчас. Винс сидел на прежнем месте и пристально смотрел на нас, сжимая салфетку в кулаках. Я вдруг ощутила холод от его взгляда... такого дикого, точно он вне себя от ярости. Хотелось отвернуться, но я ждала пока он прекратит игру в гляделки и отправится на более важное занятие. В конце концов, он поднялся из-за стола и пошёл в сторону Алана, при том периодически поглядывая на меня.

— Спасибо, — обратилась я к Алексу. — Вы меня очень выручили.

— У меня вопрос. — Он улыбчиво сжал губы. — Как же вы надели их?

— Ну, делала я это не на ходу и была одна в номере. К тому же, потерять серёжки в номере не так страшно, как в огромном зале. — Я пожала плечами. — Меня зову Кейт, а вы...? 

— Думаю, после того, что между нами было... — Он улыбнулся. — Можно перейти на «ты». Меня зовут Алекс.

— Что ж, Алекс, как я могу отблагодарить за помощь?

Задавая вопрос, я была уверена, что он отмахнётся, но последовало совсем иное.

— Потанцуй со мной.

Он протянул мне руку, я недолго думая подала свою и мы вышли в центр зала, где уже танцевали другие люди. До этого момента я не замечала, что вечеринка ожила и чопорные разговоры перешли в танцы.

Алекс был предельно тактичен. Он держал меня за талию, не предпринимая попыток опустить ладони ниже; мы не прижимались друг к другу вплотную, но при том двигались плавно, в одном ритме. Танцевать с ним было приятно, никакой неловкости не было, хотя я часто опускала глаза в пол, не желая встречаться с ним взглядами. Не хотела через чур сближаться, чтобы наше общение не перешло во флирт (к слову, со стороны Алекса намёка на флирт не было). Я не планировала проводить с ним много времени. Как только Винс закончит с Аланом, я быстро распрощаюсь с Алексом и на этом знакомство закончится.

Время, на удивление, проскочило незаметно. После танца мы направились к бару и за парой стаканов выпивки обсудили предстоящий аукцион, поговорили о Монако, об отелях. В целом, пустая, но интересная болтовня. Алекс не спешил возвращаться к друзьям, лишь упомянул их, подметив, что устал от скучных разговоров. Он предпочитает знакомиться с людьми, а не сидеть в компании тех, с кем проводит большую часть времени. Потому-то он быстро ушёл от друзей и переключился на других, хотел как можно дольше не возвращаться к ним.

Вникнув в суть сказанного, ко мне пришло некое осознание. Алекс не был проблемой для Винса. То есть, да, возможно, он вмешивается в дела в брата, но не липнет к нему до такой степени, что к тому и подступиться нельзя. Если бы было так, то Алекс не спускал бы глаз с Алана и при случае тормозил бы. За всё время общения мне не пришлось удерживать его или переводить внимание на что-то, чтобы он позабыл о брате. Алексу не было дела с кем был Алан, он хорошо проводил время и уж точно не следил за ним. Не знаю почему, но... Винс соврал о его прилипчивости.

— Аукцион вот-вот начнётся. — Я кивнула на сцену. Там уже во всю шла окончательная подготовка. — Пора возвращаться на места.

— Время тратить деньги. — Алекс посмотрел в сторону выставки картин. — Фонд по борьбе с Альцгеймером сегодня обогатится.

— Будешь что-нибудь покупать?

— Конечно, для этого я здесь. Со основателем фонда была моя бабушка, которая, как иронично, умерла от этой болезни, точнее от последствий.

— Соболезную. — Я мало слышала об Альцгеймере. — У болезни есть последствия?

— Альцгеймер — не просто потеря памяти. В мозге происходят необратимые изменения и в какой-то момент обрыв нервной связи, что организм может забыть как дышать или глотать.

— Ничего себе...

— Когда-нибудь человечество победит и эту болезнь. — Алекс вздохнул. — Был рад познакомиться, Кейт. Спасибо, что избавила от скучных разговоров брата.

— Тебе спасибо за помощь, ну и полезную информацию.

На такой дружелюбной ноте мы распрощались и разошлись в разные стороны. Кажется, мы оба решили больше не общаться. Было интересно, но большего не нужно ни одному из нас. Я спокойно выдохнула, радуясь, что Алекс не выказывал знаков внимания, а я держала дистанцию. Флиртуй он со мной, то было бы неловко прощаться и объяснять, что общение вовсе не означает симпатию. Хорошо, что обошлось без этого. 

Аукцион шёл не меньше часа. Мне было не интересно наблюдать, так как я не участвовала. Даже если бы хотела — у меня нет денег. Суммы за картины выставляли огромные, а после торгов цена возрастала в два, а то и четыре раза. Алекс был прав, сегодня фонд поднимет немалые деньги.

С момента прихода и во время аукциона Винс сидел молча. Он купил одну картину, и иногда выставлял свою цену на другие, но дальше одного спора не заходил. На мои тихие вопросы (шуметь во время аукциона нельзя) отвечал односложно или вообще игнорировал. Вёл себя, как обиженный супруг, будто я ему мяса не доложила. После нескольких попыток нормально поговорить, я перестала лезть к нему. Не хочет говорить — не надо. Я не стану терпеть его неясные заскоки: сначала тупые вопросы про отказ проводить из казино, теперь это... Что на него нашло?

После аукциона вечеринка вернулась к прежней атмосфере. Вместо тишины зал наполнился разговорами и музыкой. Помимо сбора денег в конце вечера пройдёт огненное шоу, в качестве бонуса для вкладчиков в фонд.

У меня не было желания смотреть на танцы с огнём, да и вообще хотелось уйти. Если бы этот вечер скрасил кто-нибудь, с кем можно поболтать, то я бы осталась. Увы, таких людей не было, но сей факт меня не расстроил. Завтра предстоял перелёт домой, и нужно выспаться перед долгой поездкой. Отпуск в Монако подошёл к концу, равно как и моя работа с Винсом. Я ещё не придумала, как сообщить ему эту новость. Думала сделать это завтра перед вылетом: так уберегу себя от пустых уговоров. Вряд ли Винс захочет просто отпустить меня, без попытки остановить.  

Стоя возле бара, я выискивала Винса, чтобы сообщить о моём уходе. Пусть он не говорил со мной, но сбежать, не предупредив, будет некультурно. Я увидела его за столом с двумя женщинами: он смеялся и распивал с ними шампанское. Наверное, я должна почувствовать горечь от его поведения, что с ними он — душа компании, а со мной молчаливый камень, однако ничего такого я не испытывала. Мне не плевать на Винса и наравне с этим нет до него дела.

Моё внимание отвлёк громкий смех, такой заразительный и знакомый. Я развернулась на звук, заранее зная кого увижу, но всё равно удивилась. 

Мистер Романо поздоровался с компанией людей, и пошёл дальше, держа под руку женщину в красивом платье. Без пояснений стало понятно — это его жена, та самая, изменившая его жизнь. При виде неё, я чуть не уронила челюсть на пол, насколько она меня потрясла. Мелисса Романо оказалась обычной внешности: без идеальной фигуры, со своими изъянами. Поразило меня не то, что у богатого Романо столь простая жена, а совсем другое. Она шла походкой полной уверенности в своей неотразимости. Высоко держала голову, искренне улыбалась и будто сияла изнутри. Бурная харизма била из неё ключом, что чувствовалось даже на расстоянии. Таких эффектных женщин я никогда не встречала, и похоже не я одна. Многие в зале смотрели на неё с восхищением, а сам Романо, шедший рядом, светился гордостью.

— Здравствуйте, Кейт! — Проходя мимо, они остановились, и Романо поздоровался.

— Мистер Романо. — Я кивнула в знак приветствия.

— Дорогая, познакомься с Кейт. — Он коснулся плеча жены. — Кейт, это моя жена, Мелисса. 

— Рада познакомиться.

Я протянула ладонь, но тут же одёрнула назад, посчитав жест неуместным, на что Мелисса сама взяла мою руку и пожала с насмешливой улыбкой.

— Так это вы ночное приключение моего мужа. — При виде недоумения на моём лице Мелисса лучезарно рассмеялась. — Не принимайте мои слова в упрёк, я рада новым друзьям Эди. 

— Не смущай её, дорогая. — Романо нежно подтолкнул Мелиссу вбок, на что она хихикнула.

— Я и не думала, мистер картошка!

Секундная тишина и внезапно они засмеялись, не сводя друг с друга глаз. Они смеялись чуть ли не до слёз, и сначала я не поняла в чём дело, как до меня дошло.

То была их шутка. Такая, какую не понять другим. Весь мир может смотреть на них и крутить пальцем у виска, но им не будет до этого дела, ведь они друг друга поняли. 

Глядя на них, я улыбнулась. Вместе они смотрелись милыми и немного сумасшедшими, — идеальная пара. Вот что значит — нашли друг друга.

Они более-менее отдышались, хотя улыбка проскальзывала у обоих и вот-вот могла разразиться в очередной поток смеха. Чтобы не покатиться от нового приступа, Романо перевёл внимание на меня.

— А где ваш не парень?

— Где-то здесь, — многозначительно ответила я.

— Не нравятся мне мужчины, которые оставляют своих женщин скучать. — Мелисса осуждающе покачала головой. — Пришёл с одной, так и будь с ней, а не прыгай от стола к столу.

Взгляды на отношения, похоже, у четы Романо сходятся. Только что она перефразировала слова мужа, сказанные несколько дней назад в казино. Они вместе много лет, ничего удивительного, что их мнения совпадают. Романо посмотрел на жену, далее произошло что-то непонятное: он подал какой-то знак, она кивнула, и после этого обратился ко мне.  

— Кейт, не хотите к нам присоединиться?

Мелисса закивала, соглашаясь с мужем, а я на секунду зависла.

Они что...

Мать твою! Они умеют читать мысли друг друга? Минуту назад Романо без слов спросил у жены согласие пригласить меня выпить с ними, и она его поняла. Вот так просто! Такого я никогда не видела. Слышала о таком, но, чтобы видеть... Нет.

Эдмунд и Мелисса замечательные, однако я уже решила вернуться в отель. Отказывала им скрипя сердце, ведь отлично понимала, что они хорошая компания для интересного вечера.

— Спасибо за приглашение, но я уже собиралась уходить. Завтра долгий перелёт.

— Тогда хорошей дороги, Кейт. Был счастлив встретиться с вами.

— До свидания, Кейт, — сказала Мелисса, вздохнув.

Мы обменялись короткими рукопожатиями. Супруги пошли в сторону сцены, попутно о чём-то болтая и не прекращая обниматься. Наблюдая, как они уходят, ко мне впервые пришла мысль: «Если отношения, то только такие».

Накинув пальто на плечи, я вышла на улицу ждать Дьюка. Я могла остаться внутри, пока он приедет, но решила проветриться. Вечер был долгий и странный. Не сказать, что мне было шибко скучно, но бывало и лучше.

В принципе, путешествие выдалось неоднозначным. Вроде всё шло хорошо, однако периодами, в дни встреч с Винсом, проскальзывало неудобство. С ним стало сложно общаться, отсюда проблемы. С последней встречи Винс изменился, а возможно, раньше он вёл себя точно также, я же не замечала или спускала на самотёк. В любом случае завтра всё закончится, и я этому рада. Избавлюсь от тяжести наших отношений и наконец вдохну спокойно.

Размышляя о будущем, я смотрела в одну точку, пока мой взгляд не сосредоточился на девушке, сидящей на скамье в одиночестве. Я бы не обратила на неё внимание, но было в ней что-то знакомое. Она сидела полубоком, что я не узнала её, но стоило ей немного развернуться и я мгновенно ощутила волнение.

На скамье сидела Моника, соседка по этажу и подруга Пенелопы. Она одета в вечернее платье чёрного цвета, волосы заплетены в косу. Должно быть она тоже была на благотворительном приёме, о чём говорил рядом стоящий прямоугольный свёрток, наверное, недавно купленная картина.

Я стояла на месте, не зная подойти к ней или незаметно скрыться. Мы не ладили с первого знакомства, и проявлять дружелюбие сейчас было бы ненормально. Мы никогда не ругались, не спорили, но почему-то общение не завязывалось. Если с Пенелопой я всегда здоровалась и вежливо интересовалась её делами, то с Моникой встреча в коридоре проходила в тишине.

Несколько минут я смотрела на неё, размышляя, пока мы не встретились взглядами. Моника меня узнала и не успела я ей улыбнуться или дружелюбно помахать рукой, как она отвернулась, закатив глаза. Такой реакции на нашу встречу я не ожидала. И теперь мне стало интересно, за что она меня не выносит.

Дойдя до скамьи, я села рядом с ней, на что она не отреагировала. Держаться приветливо давалось с трудом, с учётом её грубого поведения, но я была сама тактичность.

— Привет, Моника, не ожидала тебя встретить.

— Зато я не удивлена нашей встречи, — ответила она, не глядя на меня.

— То есть?

— Я знаю кто ты, — резко сказала она, развернулась и её оценивающий взгляд прошёлся по мне.

— Мы с тобой живём в одной общаге, так что... — Я пожала плечами, как ни в чём не бывало.

Я сохраняла спокойствие. Моника не могла знать о моём роде деятельности, откуда бы... Сопровождение было моей работой, но я не часто ходила на вечеринки высшего общества типа этой. На протяжении почти четырёхлетней «карьеры» я меняла одного постоянно клиента на другого, коих было два: Сэммуэл в течении года и Винс уже больше полугода. В первые два года работы я ходила от одного к другому мелкому бизнесмену, но они не водили меня на вечеринки, лишь пару раз. Так что светиться с разными мужчинами не приходилось, тем более, клиенты выбирались из разных сфер, чтобы не было конфузов. Встретить на приёме бывшего клиента с друзьями паршиво, так возникнут вопросы к нам обоим. Многие любители эск-девушек скрывают, что пользуются услугами эскорта.

— Ты знаешь о чём я!

— Послушай, Моника...

— Нет, это ты послушай! Я давно знаю, кто ты! Сэм просил меня не лезть, а я и не собиралась!

— Да о чём ты?

— Не прикидывайся! Можешь быть дружелюбной и милой со всеми, но ты так и останешься грязной эскортницей!

От услышанного мысли сбились в кучу, дар речи помахал ручкой, что я молча пялилась на Монику. Я ожидала многого, но не это. Кроме Луны о эскорте никто не знал, и я даже не догадывалась, что за стеной есть человек, знающий мой главный секрет. 

Я не представляла, что сказать. Начать оправдываться? Молить о молчании? Но мне не пришлось отвечать, потому что Моника продолжила:

— Гадаешь, откуда я знаю? Семья Сэммуэля Гиббса наши друзья. Не припоминаешь такого? — Она издевательски оскалилась. Конечно, я знала его. Сэммуэл был моим постоянным клиентом. — Около года назад я встретила его на Гавайях, хотя он должен был быть в командировке, а не на островах с другой. Я видела вас зажимающимися на яхте и сразу тебя узнала. Я думала, он решил бросить Нэнси накануне свадьбы, но всё оказалось куда интереснее. Сэм в наглую изменял будущей жене, и не с кем-то, а с проституткой. Он сам объяснил кто ты и просил не вмешиваться. Мне не было до него дела, но вот ты... Каков был шок, когда я узнала, что девушка из моего колледжа эскортница! Можешь не пытаться отрицать, Сэм показал твою анкету.

Я не отвечала. Не видела смысла что-то говорить.

— Не в моих правилах лезть в чью-то жизнь. Мне плевать кто ты и что делаешь, но я не позволю утянуть Пенелопу в эскортное дерьмо!

— Пенелопу? — удивлённо спросила я. — При чём тут она?

— Думаешь я не понимаю зачем ты сдружилась с ней? Хочешь предложить ей работу. — Последнее предложение прозвучало в утвердительной форме. — Я этого не позволю!

Большего бреда я не слышала, как она вообще могла о таком подумать. Я никогда не склоняла девушек работать в эскорте, тут не придраться. Заниматься эскортом и искать работниц совершенно разное. В первом случае я сама сделала выбор, а от второго совесть не даст покоя.

Моника взяла свёрток в руки и встала на ноги, я поднялась после неё. Теперь мы стояли лицом к лицу, а не в пол оборота.

— Я не хочу, чтобы ты с общалась с Пенелопой.

— Какая чушь.

Я не собиралась прогибаться под неё. Пойду на поводу и при удобном случае она будет пользоваться мной. Я соглашусь на её условия в любом случае, но сделать это нужно так, чтобы мы были на равных, а не она надо мной.

— Ты не поняла. — Моника хмыкнула. — Продолжишь общаться с Пенелопой и весь кампус о тебе узнает.

— Я всё правильно поняла. — Я старалась оставаться спокойной. — Не могу ничего обещать. Пенелопа сама хочет со мной общаться, не могу же я её заставить. Мне нечем её шантажировать.

Мой сарказм взбесил Монику. Она сжала губы, а её глаза недобро блеснули.

— Что-нибудь придумаешь! — Монику понесло. — Моя Пенелопа достойна большего! Она не видит какая ты, а я вижу и сделаю всё ради неё! Такие девки, как ты, не будут крутиться вокруг моей де... моей... то есть подруги! 

Она сказала лишнее, а когда поняла это, резко замолчала. Моника растерянно захлопала ресницами и отвела взгляд.

Ух ты!

Спрятанная правда вышла из тени.

Вот почему Моника так опекала Пенелопу. Она оберегала её на вечеринках и не подпускала парней к пьяной подруге. Всё это выглядело нормально, но если углубиться... Как только Пенелопа знакомилась с кем-то, на горизонте появлялась Моника и переводила внимание подруги на себя. Она будто ограждала её от других людей. Вспомнить наше знакомство и всё встаёт на свои места: тогда Моника не знала кто я, и уже вела себя агрессивно. Видимо ревновала, боялась, что Пенелопа посмотрит на другую девушку. 

— Пенелопа знает?

— Что знает? — Моника потупила взгляд.

— Что ты влюблена в неё?

— Я не... Что ты... такое говоришь.

Мне стало жаль Монику. Быть рядом с любимой каждый день и бояться признаться в чувствах, это хуже, чем получить отказ. Незнание ответит ли она взаимностью сводит с ума, гложет сомнениями, отчего страх возрастает.

— Ты не удержишь её, избавляясь от конкуренток. Так ты только оттолкнёшь её.

— Много ты понимаешь! — фыркнула она. — Если хочешь, чтобы я сохранила твою тайну, то перестанешь общаться с Пенелопой! Я всё сказала!

— Ладно. — Я пожала плечами, тем самым показывая, что условие плёвое. Мы были на равных. Моника знала мой секрет, я — её. — Ничего не изменится, пока ты не признаешься. Не упусти момент, иначе будет поздно.

— Без тебя разберусь! Ты только держись от неё подальше! Я прослежу, не сомневайся! — бросила она напоследок. Моника развернулась и пошла в сторону дороги, не удостоив меня банальным «До свидания».

Я выдержала атаку, смогла сохранить лицо и выйти из ситуации лучшим образом. Безумно жаль прекращать общение с Пенелопой, но сохранить секрет важнее. Чёртов эскорт лишал меня чудесной подруги, и я не могла этому противиться. Меня бесит, что он многое отнимает: переезд под запретом, с друзьями проблемы, даже отношения не вписываются в узкий круг возможностей. Да, отношения меня не интересовали, но если было бы иначе? Пришлось бы постоянно обманывать парня, изменять ему и в итоге его лишиться. Эскорт для тех, кто любит личную свободу или для тех, кто хочет захомутать богатенького. Обычным девушкам, готовым любить, нет места в этом мире. 

Я села обратно на скамью, скованная произошедшим. От мысли, что с недавно обретённой дружбой покончено, стало погано. Последнее время эскорт приносил одни проблемы, и радость от путешествия и деньги не покроют ущерба. Хотелось всё бросить, но поставленная цель не позволяла. Я давно решила, что как только заработаю всю сумму за колледж, то уйду. Как бы ни было трудно эмоционально, сейчас это невозможно. Дерьмово, что я так зависела от эскорта, однако иного пути заработка я не видела.

Я тихо сидела на скамье, смотрела в пустоту ночного города и не чувствовала той радости от отдыха, какую пару дней назад. Отпуск был не плохим, но принёс он лишь разочарование. 

— Я тебя потерял!

От голоса за спиной я аж подпрыгнула.

— Винс! — Я положила руку на грудь, выравнивая дыхание: он меня напугал своим неожиданным появлением. После встречи с Моникой я отвлеклась и забыла про него. — Извини, я собиралась предупредить, что уезжаю в отель... 

— Я провожу.

— Не надо. Иди веселись, скоро будет шоу. — Без намёка на обиду ответила я и встала. 

— Какая причина отказа на этот раз?

Винс встал передо мной, скрестил руки на груди и нахмурился. Я смотрела на него, не понимая возникшей враждебности. На ссоры не было сил, я вымотана разговором с Моникой, и потому постаралась сгладить ситуацию.

— Нет никакой причины. Я думала ты хочешь остаться.

— А я думал, что эту ночь мы проведём вместе.

Вот оно что. Я нужна ему в постели — ничего нового.

— Если ты хочешь, то ладно. — Сказала я, не подумав, как наплевательски это выглядело с моей стороны.

— То есть ты не хочешь? Вот, значит, как! — Винс усмехнулся. — То-то ты меня избегаешь в который раз. Сначала сдружилась с Романо, хихикала на его шутки, как идиотка. Сегодня флиртовала с Лоуренсом на моих глазах, танцевала с ним. Я привёз тебя не для того, чтобы ты с другими мужиками развлекалась! Понять не могу, чего ты добиваешься?

Раньше Винс не опускался до оскорблений. Он не повышал голос, не вёл себя, как мудак, всегда был вежлив и обходителен. Эта поездка показала его с иной стороны. Винс ревнивый собственник, и он только что это доказал словами.

— Тот же вопрос. — Я ответила ему той же грубостью. — Зачем пригласил на приём, если мог обойтись без моей помощи с братьями Лоуренс?

— Я хотел провести с тобой время! А ты так увлеклась, что вообще не обращала на меня внимание!

— Я выполняла свою работу, и ты это знаешь!

Внезапно Винс сделал шаг ко мне и обхватил моё лицо ладонями, вынудив смотреть на него. Я растерялась, что даже не отреагировала.

— Брось эту работу! Я готов положить к твоим ногам весь мир! Ты не будешь ни в чём нуждаться, если согласишься, я тебе обещаю! Я тебя люблю!

Глядя ему в глаза, я видела отчаяние и решительность. Он был готов дать всё, чего я хотела, но... Мне не нужен человек, от которого я буду зависеть. Я не хочу чувствовать себя должной, не хочу бояться, что он наиграется со мной и выбросит на улицу, как использованную тряпку. В любой момент он может разлюбить меня и отправить куда подальше, при том, он останется также в достатке, а я окажусь на дне.

Медленно, очень осторожно я убрала его руки с моего лица и отступила назад. Винс сразу смекнул что за этим последует, а я не скрывала.

— Ничего не получится, — тихо сказала я. — Я не ищу отношений и никогда не искала. Извини, если ввела тебя в заблуждение, я не думала, что ты влюбишься. Никто из клиентов раньше не влюблялся в меня и...

Винс не дал договорить, громко возмутившись:

— Клиент? Вот, кто я для тебя? Всего лишь очередной богач, такой же как все! Халтурка ради заработка без усилий!

— Винс...

— Не надо! Я тебя понял!

Он не дал ничего добавить к уже сказанному, обошёл меня и направился обратно в ресторан. Я стояла спиной и не видела, как он вошёл, но услышала громко хлопнувшую дверь. С момента признания в любви, мне впервые стало совестно за обращение с Винсом. Я пользовалась его чувствами ко мне, совершенно не думала какого будет ему после отказа. Теперь уже ничего не исправить, и мне придётся жить с тем, как несправедливо я с ним обошлась.

***

Я вошла в номер уставшая и измученная ужасно долгим вечером. Всю неделю в Монако я расслаблялась, веселилась, а в последний день на меня вылилось столько всего, что нет сил думать.

Но от мыслей никуда не денешься.

Встреча с Моникой стала неожиданностью, принёсшей опасность быть раскрытой. Она имела власть надо мной, и по сути могла из вредности растрепать про эскорт. Оставалось надеяться, что Моника в здравом уме и не станет рушить жизнь человеку, который не сделал ей ничего плохого. Однако, если учесть её ревностное отношение к Пенелопе, ожидать можно чего угодно. Не думаю, что я первая, от кого она избавилась не самым честным образом. Единственное, на что можно рассчитывать — она признается в чувствах Пенелопе, и нужда рассказать обо мне отпадёт сама собой.

Что до Винса, то тут и думать не о чём. Точка поставлена, хоть после неё и остался неприятный осадок. Рано или поздно это должно было случиться. Его чувства достигли пика, а мне это не нужно. Я впервые столкнулась с влюблённым клиентом, и это оказалось сложнее, чем я представляла. Отныне я буду предельно осторожной, чтобы вновь не попасть в неудобное положение.

Размышления отошли на дальний план, на смену им пришла усталость. Завтра долгий перелёт, и я как никогда порадовалась, что так вымоталась. Приняв душ, я переоделась в пижаму, залезла в постель и мгновенно уснула.

...

БАМ! БАМ! БАМ!

Я подскочила на кровати от оглушительного стука в дверь. Такое чувство, что некто не стучал, а пытался выбить дверь. Она трещала и скрипела, будто вот-вот развалится на части. Я не из пугливых, но в моменты громких стуков внутренности сжимались в страхе.

Открывать дверь неизвестно кому я не собиралась. Чувство самосохранения твердило оставаться на месте и вызвать помощь, а не вести себя по-глупому храбро. За дверью мог стоять кто угодно, и если этот некто большой мужик, то хрупкая я ни за что не справлюсь с ним.

Я дотянулась до телефона, перетянула его к себе на кровать и нажала на кнопку вызова администратора. Через несколько коротких гудков в трубке послышался мужской голос, и ровно в этот момент в дверь снова стукнули, а следом я услышала Винса. 

— Кейт, это я! Открой мне, Кейт!

Я замерла с трубкой в руке, в которой администратор что-то говорил, не представляя как поступить. По голосу Винса не сказать зол он или нет, он громко говорил, но не кричал. Может он давно за дверью и просто не мог достучаться, поэтому так долбился? Скорее всего так и было, видимо я крепко уснула, что не слышала.

Я отменила звонок, оставила телефон на кровати и потопала открывать дверь ночному гостю. Разговор будет неприятным, но я не сомневалась, что Винс попробует переубедить меня передумать. Не зря откладывала разговор о прекращении совместной работы на самый последний день, дабы не дать ему возможность — вот так допекать меня. Моё решение не изменилось, и придётся объяснить это Винсу.

Если бы я знала, чем закончится встреча, то ни за что бы не открыла...

Как только замок скрипнул, Винс ворвался в номер, оттолкнул меня вглубь комнаты и захлопнул дверь. Я устояла на ногах, подняла на него взгляд и ахнула от увиденного. Винс без пиджака, рубашка расстёгнута, а галстук спущен. От него разило спиртным за два метра, его шатало из стороны в сторону, он еле стоял на ногах, лицо перекошено не то от алкоголя, не то от злости.

— Ты с-ука! — запинаясь, прошипел он. — Я стелюсь перед тобой, а ты... ты... попользовалась мной и довольна!

— Пожалуйста, Винс, давай поговорим завтра.

— Ты не стоишь того, что я готов дать тебе! Ты, ик, просто шлюха!

— Винс, пожалуйста... — взмолилась я.

Я выставила руку вперёд, на что он гадко усмехнулся и пошёл на меня напором. Видя его хищный, грубый взгляд, попятилась назад, чувствуя, как по коже пошёл мороз.

— Я пришёл не разговаривать, а получить то, за что заплатил! Можешь сопротивляться, но, ик, я получу тебя по-хорошему или по-плохому!

Винс что-то прорычал, пересёк комнату и за секунду зажал меня, что я не смогла двигаться. Он сомкнул мои руки по швам, надавил всем телом, отчего мои ноги подкосились, и я оказалась поднятой им в воздух. Я начала упираться, пинаться, выворачиваться из его крепких рук, но он сильнее сдавил рёбра и из меня вышел жалобный всхлип.

Винса не остановили ни мои попытки высвободиться ни слёзные стоны. Он нёс меня на руках, пока не остановился. Не успела я сообразить, как он бросил меня на кровать и навис сверху, заблокировав руки над головой. Он снял с себя галстук, перетянул его через мои запястья и сильно затянул. Кожу жгло, пальцы онемели в скрюченном виде, что боль отдавала в плечо.

Я закричала, и Винс тут же закрыл мой рот ладонью. Он наклонился близко-близко, что его дыхание коснулось носа, вызвав бурю мерзких мурашек. Зажимая рот одной рукой, он залез другой под футболку. От холодных рук, лапающих во всех местах, некуда было деться. Я мычала, дёргалась и что есть сил отбивалась. Винс же продолжал... Он провёл рукой по животу и опустился ниже, к резинке штанов, резким движением дёрнул, и они опустились до половины задницы.

И в это мгновение во мне что-то рухнуло. Паника захватила разум, дыхание сбилось, руки затряслись, меня буквально заколошматило. Я извивалась под ним по кровати, что простыни под нами скомкались. Он сильнее придавил меня всем телом, заблокировал, не дав выбраться. Я плакала, глухо стонала и буквально задыхалась под ним. Но ему было плевать... Винс не прекращал трогать меня, и когда добрался до интимного места, я не выдержала натиска и сделала единственное, что могла. Я ухватила его пальцы зубами и со всей силы укусила.

— Сука! — заорал он и подскочил.

Уловив момент, я присела на кровати, заёрзала по простыни, но не успела... Обжигающий удар остался отпечатком на щеке. В глазах потемнело, я не удержала равновесие и рухнула обратно на подушку. Когда удалось немного прийти в себя, я попробовала поднять голову, как оказалась прижатой.

Винс сомкнул руки на моей шее и сдавил.

Я хватала ртом воздух, но с каждым глотком его поступало всё меньше, отчего в глазах снова темнело. Я практически отключилась, но смогла остаться в сознании. Винс сжимал одной рукой горло, а другой принялся стягивать штаны. Я вновь зашевелилась, но он надавил на шею, заставив прекратить вырываться.

Сил практически не осталось.

Я мысленно молилась, уже сдалась... Слёзы текли по щекам на подушку, пол лица ныло от пощёчины; я почти не чувствовала рук, а от нехватки кислорода кружилась голова.

Реальность мутнела с каждым полу-вдохом, я плохо соображала, но почувствовала... Почувствовала, как он упёрся в меня. Между нами оставались трусики. Тонкая ткань — единственная преграда... Такая хлипкая и столь простая для уничтожения.

Винс подался назад, выпустив мою шею, и потянул трусики вниз, царапая бёдра.

Я глубоко задышала, подавляя желание разреветься. Новая боль и поток воздуха привели в чувства. Отвращение к Винсу достигло небывалого предела. Злость обуяла всё тело наравне со страхом. Я должна была сделать хоть что-нибудь. Сейчас или никогда! 

Не думая о последствиях и возможном провале, я круто подпрыгнула на заднице вниз, чтобы достать до нужного места, и со всей дури заехала коленом Винсу в пах, чётко между ног. 

Он закричал, повалился на бок и схватился за причинное место. В это же время я перекатилась к краю кровати, окаменевшими руками взяла настольную лампу, встала на колени и ударила Винса по голове.

Секундная тишина.

Винс повалился с кровати, упал рядом с тумбой и умолк. Он не кричал, не стонал, я даже не слышала его дыхания.

Господи, я убила его! Убила!

Я отбросила лампу и застыла на месте, не рискуя приближаться к лежащему Винсу. Сидела со связанными руками и боялась сделать лишнее движение. Не знаю сколько я пробыла в неподвижном состоянии... Может сидела бы долго, но мысль, что Винс может в любой момент очнуться, отрезвила. Я взялась за галстук зубами, развязала узел и избавилась от ненавистной верёвки. Руки в месте связывания защипало, в пальцах появился шум и чувствительность более-менее вернулась.

Совсем тихо, очень медленно, я поднялась с кровати, натянула штаны и одёрнула футболку. Вытянувшись как можно выше, я заглянула за кровать, где лежал Винс и...

Раздался храп. Громкий, глубокий, точно лошадь фыркнула.

От испуга я закрыла рот руками, чуть ли не закричала, но сдержалась. Всё тело снова била дрожь и сердце застучало с большой скоростью. Я сделала несколько глубоких вдохов, успокаиваясь. Винс, тем временем, продолжал храпеть, но уже не так громко и более равномерно. Удар лампой вырубил его в сон. И пусть мне было обидно, но то, что я его не покалечила большая удача.

Оставаться с Винсом в номере я не собиралась. Спуститься к администратору и всё рассказать тоже плохая идея. За моей жалобой последует вызов полиции, допросы, а там начнут копать глубже и выйдут на эскортное агентство. Не в моих интересах подставляться, не говоря уже о последствиях в виде ареста за незаконную деятельность. Винс выйдет сухим из воды, сто процентов, а я потону.

Придётся...

Мне пришла дурацкая идея, однако, лучше рискнуть, чем всю ночь сидеть в углу и бояться. Я не выдержу до утра наедине с Винсом, даже со спящим.

Собравшись силами, я первым делом отнесла к двери багаж, который собрала днём. Взяла с тумбочки телефон и одежду с обувью на выезд из шкафа. Из личных вещей в номере осталась только зубная щётка, которую можно забыть, остальное я заранее упаковала. Оставалось самое сложное...

Винс распластался на спине, раскинув руки. Его штаны спущены до колена, а рубашка слезла с плеч. Серьёзных повреждений, типа кровь или рану, я не заметила. Выглядел он как типичный пьяница, перебравший в баре: от него несло перегаром, что я чувствовала его стоя поблизости.

Немного помявшись, я задержала дыхание и всё-таки смогла пересилить себя. Села на корточки рядом с ногами, осторожно потянула брюки вверх и залезла в карман. Я медленно направила пальцы дальше, ощупывая содержимое, и наткнулась на нужную вещь. Также тихо достала карточку от номера, нервно выдохнула и быстро встала.

Не теряя времени, как можно скорее пошла к выходу. Взяла вещи, открыла дверь и мигом выскочила в коридор. До номера Винса идти не далеко, и я практически бежала, стараясь не шуметь.

Номер 315... 319... 325...

Наконец-то!

Замок пиликнул. Я зашла в номер, оттолкнула от себя вещи, захлопнула дверь и мгновенно обмякла. Прижалась к стене и сползла на пол, закрыв рот руками, чтобы заглушить плач.

Наверное, я никогда так не плакала. Горячие слёзы беспрерывно текли по щекам, я вытирала их, но они лились потоком, без остановки. Горькие всхлипы выходили из меня инстинктивно. Меня трясло от пережитого до такой степени, что ноги дёргались.

Пока я не осталась наедине с собой, чувства были под контролем. Я не давала себе расклеиться, надо было трезво мыслить. И вот не выдержала.

Винс сделал самое ужасное, непростительное. А я ещё жалела его за то, как поступила с ним.

Пусть он не добился своего, но его попытка отпечаталась в памяти. Я помнила всё до мелочей: от начала и до конца. Помнила его отвратительный запах, его прикосновения, удары... Раз за разом перед глазами вставала картина, где он меня душит. Она была настолько реалистичной, что я боялась закрыть глаза... Боялась вновь оказаться там, в злосчастном номере на кровати.

Я сидела очень долго, пока ноги не онемели от неудобной позы. Чтобы хоть немного успокоиться, я встала и принялась ходить по номеру.

От одной стены к другой. Туда и обратно. Непрерывно.

До тех пор, пока не совладала с собой.

Время спустя слёз не осталось, они высохли на щеках и больше не появились. После бурного стресса пришла всепоглощающая апатия. Я ничего не хотела, кроме одного — оказаться как можно дальше от Монако. Хотела поскорее уехать, и если бы могла, то рванула домой без единого сомнения. Увы, пока это было невозможно.

Впереди меня ждала длинная ночь...

Уснуть вряд ли удастся, но я сняла с кровати покрывало, укуталась в него, точно в кокон, и легла на диванчик. Ни за что не буду спать в постели Винса. От мысли, что он там спал, меня передёрнуло. После сегодняшнего, вспоминая о нём, я каждый раз буду чувствовать отвращение.

Я так и не заставила себя закрыть глаза. Смотрела в пространство, пока усталость не победила, лишь тогда не на долго уснула, но просыпалась от каждого шороха и опять тонула в беспокойном сне.

***

— Желаете что-нибудь ещё? — спросил официант.

— Нет. — Я вежливо улыбнулась. — Спасибо.

Он забрал пустую тарелку из-под омлета с тостами и ушёл.

Я сидела в ресторане отеля, ждала, когда приедет Дьюк, чтобы отвезти меня в аэропорт. После того, как я спустилась и отдала конверт с карточкой от номера Винса администратору, он предложил завтрак. Я согласилась, надеясь скоротать время до отъезда. Ночь выдалась тяжёлой, практически бессонной, мне нужно было хоть немного расслабиться после всего.

Утро прошло не менее трудно. От удушения на шее остались синяки (пришлось искать свитер с высоким горлом), губа от удара припухла и на руках тоже были ссадины из-за крепкого связывания. Тело болело во всех местах, в голове что-то трещало. Плюс ко всему выглядела я бледной, помятой, что пришлось нанести тонну косметики.

За завтраком желание быстрее уехать не давало покоя. Каждые несколько минут я смотрела на часы и расстраивалась их медленному ходу.  Пила кофе и оглядывалась, надеясь не встретить Винса. Я не уходила из ресторана, потому что опасалась столкнуться с ним в холле. Не хотела его больше видеть. Благо, дожидаться его, чтобы выехать из отеля не нужно. Номера записаны на Винса, я шла в качестве его гостя и фактически не отвечаю за своевременный выезд и оплату. Вся канитель на нём, без моего участия.

Официант снова подошёл и забрал пустую кружку.

— Моя машина ещё не приехала? — Я попросила портье передать официантку когда приедет Дьюк.

— Как раз хотел сообщить.

— Ох, спасибо!

Я быстро встала, поблагодарила официанта несколько раз, чему он удивился, и быстрым шагом направилась выходу. В холле меня ждал портье вместе с багажом, готовый доставить его до машины. Я накинула пальто, мы вместе вышли на улицу и случилось то, чего я хотел меньше всего.

Возле машины Дьюка стоял Винс. На лицо он выглядел потрёпанным, но прилично одет в брюки и куртку. При виде меня он опустил глаза, сжал губы и пошёл навстречу. Мы пересеклись на половине пути от отеля до машины. Я намеревалась пройти мимо, но он затормозил меня, ухватив за руку.

Я тут же дёрнулась и отошла на безопасное расстояние. Стоило взглянуть ему в лицо, и я скривилась от воспоминаний. Они снова ожили, запестрили перед глазами, задёргали незажившие раны.

— Не прикасайся ко мне! — рявкнула я, скрывая дрожь в голосе. — Не смей!

— Кейт, прости! Прости! Я был пьян, я не понимал, что делаю... Пожалуйста, Кейт!

— Это не оправдание! — Комок подступил к горлу. Я вот-вот расплачусь.

— Знаю, и умоляю прости... — Он схватился за голову.

— Не звони мне больше.

Винс смотрел жалостливым взглядом, но меня не пробрало. Я не чувствовала к нему ничего, кроме отвращения. Раньше я его уважала, теперь он опустился в моих глазах и никогда не поднимется.

Я пошла к машине, но Винс в наглую перехватил меня. От знакомых прикосновений бросило в холод, я оттолкнула его и отскочила как можно дальше.

— Кейт, пожалуйста! Я тебя прошу, умоляю! Я люблю тебя, слышишь? Люблю!

Слёзы увлажнили глаза, я не выдержала натиска. Как он смеет говорить о любви после такого?

— Вот, что твоя любовь сделала! — Я отодвинула воротник и показала синяки на шее. — И вот это! — Всхлипывая, я задрала рукава. — Твоя любовь ничтожна, как и ты!

— Кейт... — Он смотрел на синяки, не скрывая ужаса. — Что я наделал...

— Не приближайся ко мне! — Я вытерла слёзы и закрыла ссадины одеждой. — Не приближайся. Никогда.

Винс не последовал за мной, остался на месте и смотрел, как я уходила. А я... просто шла вперёд и ни разу не обернулась.

—————
Знаю, жестоко.
Я писала эту сцену не с умыслом «Ой, надо нервишки всем пощекотать». Увы, так должно было случиться, дабы показать все «прекрасы» эскорта. Есть ещё одна причина столь подробной сцены. Если честно, я никогда такого не писала, а пробовать всегда нужно. То есть, замашки были, но я сглаживала подобное в своих историях, не вдавалась глубоко. Во-первых, это неприятно в принципе, а во-вторых, писать стрёмно. Думаю, теперь вы понимаете почему я так медлила с этой главой.

Спасибо за прочтение!
Делитесь своим мнением❤️