Особенная❤️‍🩹

Александра Миронова.

Я смотрела вокруг, как через розовые очки. Клуб был Парижский, но россиян тут было пруд пруди. Мне подливал и подливал какой-то светловолосый француз по имени Альберт.

Я перестала соображать после первых трех стаканов. Остальные я уже и не считала. Альберт явно рассчитывал на что-то, но я все еще в этом направлении могла соображать здраво, так что не поддавалась на его провокации.

Я постаралась найти глазами Крис, но это было довольно проблематично. Все расплывалось перед глазами.

После звонка Дениса у меня увеличилось желание повеселиться, чтобы его позлить. Я схватила Альберта за руку и потащила на танцпол, где и нашла отплясывающую Кристину.

- Ты такая красивая, ma chère (фран. - моя дорогая), - произнес Альберт на ломанном русском.

Я улыбнулась, продолжая свой зажигательный танец. Мне было плевать на всех. Я понимаю, что это эгоистично, но мне было так хорошо, что не было никакого желания себя корить.

А Романов! Он серьезно думает, что я не знаю, чем они с Марго занимались в туалете самолета? Пускай идет к черту! Я не позволю больше ему к себе прикоснуться.

Заиграла медленная музыка, и красивым голосом запела девушка на французском языке. Альберт притянул меня к себе за талию, и мы стали медленно качаться в такт музыке. Говорят, что французы невероятно хорошо целуются. Кристина, видимо, решила это проверить, когда притянула одного парня к себе за футболку и поцеловала в губы. И не скажешь, что эта девушка робкая, когда трезвая.

Я почувствовала, как руки Альберта сползают с моей талии ниже. Мне вспомнилось всё, что связано с Дэном и Марго, как она его целует, как отсасывает ему у него дома, как закидывает свои ноги на его ногу, как они занимаются сексом, после того, как он так нежно меня целовал.

И я позволила Альберту себя поцеловать. И знаете что? Французы не такие уж и хорошие любовники, Дэн целует гораздо приятней. Почему я, даже когда целуюсь с другим, думаю об этом чертовом Романове! Невольно сравниваю их. Наваждение какое-то!

Я животом почувствовала, как что-то твердое упирается в него. Черт!

- Ma chère, - пробормотал он, целуя мою обнаженную шею.

Тошнота подступала к горлу. Кажется, меня сейчас вывернет.

- Альберт, хватит, - прошептала я, слегка отстраняясь.

- Tu es belle! (фран. - вы прекрасны!) - воскликнул он.

Господи, мне нужно на улицу! Свежий воздух... Мне нужно подышать.

- Кажется, девушка попросила оставить ее в покое, - прорычали сзади нас.

Я оглянулась и столкнулась с очень-очень злым взглядом Романова, буквально прожигающим руку Альберта на моей заднице. Что он здесь забыл?

Кажется, я последний вопрос озвучила вслух.

- Тебя, - ухмыльнулся брюнет, оттаскивая француза от меня.

Он сильно ударил его кулаком по лицу и, схватив меня за руку, повел на улицу. Я заметила, как Ларин бьет по лицу ухажера Кристины, а она громко кричит. Во что превратился этот вечер?

Похоже, сейчас весь алкоголь, который я выпила, выйдет наружу. Ноги были ватными и идти на шпильках было проблематично.

- Постой! - попросила я Дэна, который сильно сжимал мою руку и тянул в сторону парковки. - Пожалуйста.

Черт! Я, конечно, понимаю, что завтра умру со стыда, но сейчас мне было плевать. Меня просто вывернуло посреди дороги.

Денис придержал мне волосы, пока алкоголь выходил из меня. Пускай он уйдет, он не должен видеть этого. Слишком стыдно и унизительно.

- Уйди, - прохрипела я.

- Не будь дурой, мелкая, - раздраженно отмахнулся он.

Когда мне стало немного лучше, Денис подхватил меня на руки и понес в сторону машины. Я не возражала, просто уткнулась носом в его шею и прикрыла глаза. Мне было так спокойно у него на руках, что я позволила своему слабому телу расслабиться. Мы шли до машины, казалось, целую вечность. Желтое такси ждало нас на парковке.

Денис вместе со мной уселся на переднее сидение, играя с моими волосами.

- Ты чего так напилась? И почему позволила себя поцеловать этому вшивому французу? - поинтересовался он, крепко сжимая меня в объятиях.

- Ты же позволяешь Марго себя целовать, - пробормотала я, вдыхая его аромат. - И не только целовать.

Он глубоко вздохнул и сжал губы в тонкую полоску.

-Ты такая глупая, мелкая! - наконец произнес он, не переставая перебирать мои тёмные волосы. - Не стоит отдаваться кому-то только из-за мести мне.

На ответ не было совершенно никаких сил. Так что я просто поудобнее устроилась в его объятиях, и смотрела в окно. Господи, как же я могла так напиться? И почему мне сейчас ни капельки не стыдно, хотя, по сути, должно быть. Через несколько минут так появился Стас с подбитой губой и Архиповой на плече, причем у последней красавицы была видна из-под юбки нижняя часть нижнего белья. Прохожие оборачивались, но после злого взгляда Ларина, продолжали идти своей дорогой, стараясь не смотреть в их сторону вообще.

Какими только изощренными ругательствами не покрывала Кристина Ларина! Прямо уши в трубочку заворачивались. Стас терпел, терпел, поджав губы. Они сели на заднее сидение в такси, причем сам таксист открыто разглядывал Кристину, даже отвесил ей парочку комплиментов на французском, из которых я поняла лишь «красивая». Поток комплиментов продолжался, пока Стас не рявкнул:

- Ferme-la, bâtard (фран. - заткнись, ублюдок).

Похоже, я одна не знаю французский. Но как я поняла по интонации - это было ругательство. Не знаю, что сказал ему Стас, но таксист замолчал, продолжая вести машину к нашему отелю.

При этом Кристина успела укусить Стаса за руку, попыталась ударить его, но он просто игнорировал ее махинации, позволяя тем самым ей делать с ним все, что она захочет.

Денис тихо укачивал меня на своих руках так, что я уже засыпала.

- Ты побил моего поклонника! - произнесла Кристина так громко, что я вздрогнула, заставив Дениса неосознанно сомкнуть руки вокруг моей талии крепче. - Может, у нас бы получилось что-то.

- Не получилось бы! - спокойно ответил Стас, но Крис не успела ответить, так как такси остановилось, и Денис вынес меня из машины, сказав, чтобы Стас расплатился с таксистом.

Волосы Дениса были настолько взъерошены, что моя рука непроизвольно потянулась их поправить. И, не встретив сопротивления, прикоснулась к ним. Черт, они такие мягкие. Я задрожала от удовольствия. Мои глаза встретились с его карими глазами, в которых я не смогла прочесть абсолютно ничего. Моя рука скользила по его челке, затем остановилась на его щеке, а губы непроизвольно потянулись за таким нужным поцелуем. Я совершенно не думала над своими действиями, я делала то, чего мне хотелось. А сейчас мне хотелось именно этого.

Его теплые, мягкие губы накрыли мои в нежном поцелуе, мои руки обвили его шею, чувствуя, как на ней взбухает венка. Он спиной открыл дверь в наш номер, не прерывая поцелуй, который из чертовски-нежного превратился в яростно-страстный. Его язык лихорадочно исследовал мой рот, будто пытаясь вывести из меня вкус другого, а мои руки расстегивали его рубашку. Он удивленно на меня посмотрел, когда я расстегнула последнюю. Мне хотелось большего.

Денис был нежным, а вот я такого совершенно не хотела. Укусив его за шею, прямо возле той самой венки, я оставила на ней болезненный кроваво-красный засос. За это я получила легкий шлепок по заднице. Он опрокинул меня на одну из двух кроватей, и полез руками под платье, заставляя дрожать всем телом. Я буквально наслаждалась всем происходящим, чувствуя, как низ живота приятно потягивает. Он кусал мои губы, оттягивая нижнюю, а я потянулась к ремню, и это мое действие буквально ударило его по голове чем-то тяжелым.

- Нет, мы не сделаем это так, - произнес он, отталкивая меня.

Я с удивлением на него посмотрела. Он меня не хочет. Теперь понятно.

Он, блять, не хочет меня.

А у меня руки дрожат, так хочется к нему прикоснуться.

Я яростно кивнула и повернулась к стенке на кровати, закрыв глаза, чтобы такие ненужные в данный момент слезы не вырвались наружу вместе с истерикой.

- Мелкая, - позвал он, дотрагиваясь до моего плеча.

- Не прикасайся ко мне, - прошипела я, зацепившись взглядом за его покрасневшую шею.

Ничего себе! Это что, я сделала?

- Ты меня неправильно поняла, - произнес он, но тут в комнату вошли Стас и Кристина, причем у последней был весьма недружелюбный взгляд.

Она вытолкала всех из комнаты.

Через некоторое время я уснула.

***

Моя голова. Черт подери, кто ж меня заставлял так нажираться вчера? В голове как будто сидел маленький гномик с ухмылкой и с огромным железным молотком. И этим самым молотком он бьет по стенкам моей головы и громко-громко смеется. Я, протяжно застонав, открыла тяжелые веки.

- Доброе утро, мелкая алкашка, - произнес с нахальной ухмылкой на лице Романов, который сидел на моей кровати.

Картинки вчерашнего вечера начали мелькать в моей опухшей голове. Чё-ё-ёрт, это я, что ли сама к нему полезла? И мы вчера чуть ли не... Господи! Дура! Дура! Дура!

Казалось, я покраснела от ушей до кончиков пальцев ног.

- Сгинь, - прохрипела я, накрываясь одеялом, чтобы он не видел моего опухшего, покрасневшего лица.

- У-у-у, какие мы злые, - прокричал Романов, как назло так громко, что маленький противный гномик в моей голове просто забил чечетку.

- Не знаю, как Саня, но я точно подойду и тресну, если ты не заткнёшься, Романов, - пробурчала Кристина с соседней кровати.

- Ты, миссис голая задница, вообще молчи, - произнес Стас, который стоял у двери.

- О, тут даже мистер «я порчу все веселье» стоит, - прохрипела Архипова. - Пошли вон из комнаты. Оба!

Похоже, эта мадам еще не совсем протрезвела, если не удивилась насчет «голой задницы».

- Поддерживаю, - я подняла руку вверх в знак согласия.

- Мы бы с радостью, но Жанна Антоновна попросила напомнить Вам, что вас через час ждёт увлекательное путешествие по прекрасной столице Франции. Вам предстоит посетить множество музеев и памятников великих французов, - пафосно начал пояснять Ларин, пока Крис не запустила в него подушкой.

- Считайте, что вы нас предупредили, - произнесла я, не вылезая из-под одеяла, под которым становилось жарко.

Кристина поднялась на ноги и пошла в ванную, по пути показывая средний палец ухмыляющемуся блондину.

Стас тоже вышел из комнаты, оставляя нас с Денисом наедине, чего мне чертовски не хотелось после вчерашнего. Он. Мне. Не дал. Даже звучит как-то смешно. С другой стороны, я должна быть ему благодарна за это. Не хотелось бы лишиться девственности в нетрезвом состоянии, да еще и с человеком, которому на тебя плевать.

Я кожей чувствовала его тепло через одеяло. Я могла слышать этот его крышесносный запах.

- Мелкая, - позвал он, стягивая с меня одеяло. Мне не хотелось с ним разговаривать, мне не хотелось, чтобы он видел мое покрасневшее от стыда лицо. - Я хочу с тобой поговорить.

- О чем? - поинтересовалась я, поднявшись на кровати.

- О твоих вчерашних попытках меня соблазнить, - произнес он, еще больше вгоняя меня в краску.

Хотелось закричать, что такого не было, и он все лжет, но все-таки я понимала, что Романов в любом случае меня раскусит. Меня больше всего интересовало, почему моя пьяная туша полезла к нему, если прекрасно знала, что он, блять, трахал в чертовом туалете самолета Розанову.

- Мне кажется, тут нечего обсуждать, - произнесла я.

Мне хотелось, чтобы это прозвучало уверенно, но получилось... жалко.

- Я так не думаю, - ухмыльнулся Романов.

- Романов, не нужно издеваться, - попросила я. - Я все прекрасно поняла. И извиняюсь, что полезла к парню, у которого есть девушка и которого совершенно не привлекаю. Всё? Доволен?

- Вот скажи мне честно: ты реально дура или прикидываешься? - рявкнул он, приближаясь ко мне ближе. - Ты даже не представляешь, каких усилий мне стоило остановить тебя и... себя. Ты сводишь меня с ума, маленькая.

Тысводишьменясума. Тысводишьменясума. Ты. Сводишь. Меня. С ума.

Маленькая. Мне нравилось, когда он обращался ко мне именно так, а не резким «мелкая».

Черт, неужели он это произнес? Почему он не сказал мне этого раньше. Почему он не позволяет нам быть вместе?

- Тогда почему ты меня остановил? - произнесла я.

Денис посмотрел прямо мне в глаза, наконец, обнажая свои настоящие чувства. В его карих глазах плескалось неведомое нам обоим чувство.

- Потому что я не хочу, чтобы это произошло так, - повторил он свои вчерашние слова, практически дыша мне в шею.

Мне хотелось дотронуться до него, особенно когда он был так близко. Непозволительно близко. Сейчас мне было плевать, как я выгляжу, а я подозреваю, что это та еще картина.

Денис, как бы невзначай, дотронулся до моего запястья, заставляя мою спину покрыться множеством мурашек.

Его горячие губы не дали мне совершенно никакой возможности ответить: горячий язык парня проник в мой приоткрытый ротик, заставляя меня впиться коготками в его плечи от острого влажного удовольствия. Кончик его языка прошёлся по ровному ряду моих зубов, встречаясь с языком.

Он поймал губами мой легкий стон удовольствия и слегка улыбнулся мне в губы.

Дверь ванной отворилась и вышла посвежевшая Кристина, которая заставила меня отпрыгнуть от Дениса, что вызвало у последнего разочарованный выдох.

Романов поднялся с кровати и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Кристина удивленно на меня посмотрела, но промолчала, к моему счастью. Не хочется с кем-то это обсуждать, потому что я сама еще не до конца разобралась в своих чувствах, а уж тем более в его.

Зайдя в ванную комнату, я первым делом посмотрела на себя в зеркало.

Господи! И в таком виде я полезла к Денису и еще удивилась, что он меня отшил?

Тушь посыпалась, делая синяки под глазами еще страшнее. Волосы ужасно сильно запутались, образуя на голове чертово воронье гнездо. Лицо опухло, а в глазах такая усталость, что кажется, будто я не спала неделю. И всю неделю бухала, как проклятая.

Решив, что сильно прихорашиваться нет совершенно никакого смысла, я не делала укладку и не красилась. Натянула на себя вязаный топ и брючный костюм, на ноги кеды.

А Кристина, видимо, решила немного прихорошиться, она слегка подвела глаза и накрасила губы персиковой помадой. На ней были светлые джинсы, красивый топ и шёлковая рубашка. На ногах ботиночки.

Волосы она просто выровняла утюжком.

Я не могла не заметить, что Романов полностью игнорирует Маргариту, что явно бесит последнюю. Когда мы сели в двухэтажный автобус с собственным гидом, Марго, облаченная в короткое черное платье без бретелек, долго строила глазки Романову. Денис уселся на заднее сидение, а когда Марго, сдавшись, села рядом и пыталась его как-то завлечь к себе, он полностью не обращал внимания на неё, глядя в окно. А, в конце концов, просто что-то ей сказал, отчего она злобно поджав губы села рядом с Витей Шиловым, что заставило меня довольно улыбнуться.

Мы с Кристиной слушали музыку с её телефона и громко подпевали певцам, заставляя некоторых людей из класса подпевать с нами слова известных песен.

Париж был мокрым, серым, неуютным, с пронизывающим до костей сырым ветром. Однако старинные здания архитектуры заставляли меня с восхищением прижиматься к холодному стеклу светло-зеленого автобуса.

Мы много раз останавливались, чтобы зайти внутрь какого-нибудь здания или сфотографироваться на его фоне. Я уже была в Париже три года назад, но многих вещей пятнадцатилетняя я просто не хотела замечать. Тогда мне было важно, как прожить здесь месяц без Темки, а не Великолепный Парижский Лувр с его давней историей или собор Нотр-Дам-де-Пари.

Гид, коим была молоденькая девушка с короткой стрижкой, интересно рассказывала об истории популярных достопримечательностей Парижа.

В конце нашей сегодняшней поездки нас высадили в невероятно красивом парке и дали волю, так сказать. Все разбежались по разным сторонам. Мы с Кристиной нашли небольшой магазинчик и купили бутылку минералки, которую сразу же осушили.

Потом прогуливались по парку, обсуждая парижскую одежду и вчерашние похождения. Кристина много бранила Стаса, но я видела, что ей льстила его ревность к тому симпатичному французу.

В конце концов, мы забрели неизвестно куда.

- Крис, ты помнишь, откуда мы пришли? - поинтересовалась я, глядя на подругу.

- Нет, я думала, что ты знаешь, - испуганно произнесла брюнетка.

Мы переглянулись, глядя друг на друга с невероятным испугом. Черт, неужели мы заблудились.

- А, все нормально, - произнесла я, доставая из кармана телефон. - Сейчас нас найдут.

Как только я набрала номер Романова, потому что других у меня не было, какой-то парень в черной толстовке с капюшоном на лице подбежал к нам выхватил из рук сумки и телефон и убежал. Я без раздумья побежала за ним.

- Крис, лови его! - крикнула я подруге. - Эй, стой!