Глава 18
- Нил, Нил, разве так можно? - говорил Роман.
Заброшка. На таких заброшках обычно убивали людей, если люди эти имели наглости рассказывать о ком-то слишком много. На таких заброшках обычно происходят самые жуткие и мрачные убийства, которые только можно найти в фильмах, не говоря уже о переговорах с избиениями и отрыванием разных конечностей в разных последовательностях. Нил стоял, нервно потирая палец о палец. И только сейчас в его маленький мозг доходило все, чем он жил.
- Но я ведь...
- Как думаешь, кого обычно убивают первыми? - Роман взял в руку нож со стола неподалеку, принялся издавать такой неприятный металлический скрежет.
- Наверное, самых болтливых. - Нил старался держаться изо всех сил, которые только есть.
- Не угадал. - Роман подошел ближе. Только этот рвотный запах жасмина ударялся в нос. - Первыми убивают свидетелей. - он наклонился к Нилу. - Например таких, как твой брат.
Сердце бешено стучало. На глазах так и норовились возникнуть слезы, ну а любая разумная мысль не была в состоянии быть в голове.
В тот день, когда за окном шел сильный дождь, Нил не сел в машину к Роману, он уехал домой с мамой и старшим братиком. А Роману не понравился такой расклад. Ему не понравилось, что Нил променял его, своего верного друга Романа, на семейство Одвет. Разве можно не исполнять свои обещания о встречи и внезапно менять планы из-за маленьких неприятностей в виде дождя? Роман избаловал Нила. И не оставалось ничего, кроме как идти на более радикальные меры воспитать сорванца.
- Не понимаю, о чем ты. - Нил старался только не расплакаться. Но удавалось такое с трудом.
Роман рассмеялся.
- Конечно не понимаешь. Не понимаешь... А поэтому понесешь наказание, Нил.
- Что ты хочешь сказать? Я думал, думал...
- Думал, мы с тобою друзья? - Роман перебивал. Маленькое сердечко Нила же разбивалось вдребезги. - Не бойся. Не переживай. Мы с тобой друзья. Друзья... Если будешь слушаться и хорошо себя вести, мы будем друзьями, да, Нил...
Но вдруг на заброшку, как гром в ясное небо, ворвались люди. Они окружили Романа, повалили на землю и маленького Нила. Они были одеты в военную форму, в руках их было оружие, ну а позади них плелся главарь. Нил же больше не мог сдержать слез, не понимая, за что вселенная поступала с ним подобным жестоким образом. Он ведь верил Роману. Искренне верил, что Роман ценит его, а не как это делает отец.
- Нил... - таким перепуганным голосом сказал Орест, плешийся позади. - Нил...
Романа арестовали за нападение на Валекию. Ян был свидетелем. А не поверить ангельским глазкам второго сына Одвет не смел уже совершенно никто. И только Нил знал, что Роман вернется. И будет мстить. Жестоко и без капельки сожалений.
Ян благополучно уехал, Нил же вызвался довезти Викторию до дома на своей машине. Они сели в авто, не в силах друг другу что-то сказать.
Нил никак не хотел заводить мотор. Он только продолжал так взволнованно смотреть на Викторию, которую уже не интересовало, где она находится, зачем и когда. Она хотела только спать и принять горячую ванну после сегодняшней жары. И бесконечных скандалов Яна и Нила. Она вдоволь наговорили за нее.
Виктория больше не могла игнорировать его этот щенячий взгляд.
- Ну что такое? - так недовольно она на него смотрела. Было уже приготовилась выслушивать его очередное нытье на тему, что ей не стоило влезать в их с Яном отношения.
Нил набрал в грудь побольше воздуха, будто решаясь на какой-то отчаянный шаг. После чего тут же, так резко выдохнув, потянулся к Виктории, обнимая ее за талию. Она только выпучила глаза до размера планет. Что, черт возьми, Нил опять вытворяет? Какие обнимашки, куда он лезет!
- Э, ты че делаешь? - спрашивала она его, пока он так крепко-крепко ее сжимал, что уже позвонки в спине начинали хрустеть.
Нил быстро расцепил объятия, вытер лицо рукой, поспешно заводя мотор. А Виктория до сих пор и пару слов связать не могла. Что это только что было? И с какой стати и с какой стороны?
- Один-один. - Нил начал съезжать с парковки.
- Че?
Нил мельком взглянул на Викторию, такой смущенный. Как-будто это она его заставила только что сделать подобное.
- Мы договаривались, что не будем прикасаться друг к другу без разрешения. - аж застучал пальцами по рулю. - Ты вчера нарушила наш договор. Так что один-один. Теперь мы в расчете.
Виктория только шире открыла глаза. Так вот, в чем дело. Один-один, значит.
- А-а-а... Понятно... - она отвернулась от Нила. Было страшно думать, что было в голове этого безумца, что он еще планирует учудить?
- Слушай, - он очень нервничал. Было видно, насколько сильно он хочет что-то сказать. Впрочем, от парка аттракционов было не так уж и далеко до дома Виктории, буквально 10 минут езды, так что понятна причина его спешки, - через 2 недели будет бал.
- Ты про бал Элитного общества, о котором говорил Орест?
- Ну да... - и снова чесал затылок. Что же так сильно волновался-то? - На это мероприятие... на него, в общем, не пригласить кого попало...
- Да, Орест мне говорил. Якобы пригласить кого-то значит официально объявить, что теперь он в семье. Например, как было с Софьей. Кстати, по этой причине ты, Ян и Русик, никогда никого не приглашали? Ну, у вас вроде девушек нет...
- Ну да... - и снова так сильно нервничал, аж ногой стучать начал. - Я в общем... я так подумал... ну, если ты не против и не занята... ну... я не хочу докучать или заставлять, да и ты имеешь право...
- Ближе к делу.
Нил поджал губки. Светофор. Слава Богу, подумала Виктория, а то Нил своими психами убьет ее так за рулем.
- Если я... Короче, если я приглашу тебя, ты пойдешь со мной?
Поворот событий был очевиден, однако Виктория до последнего надеялась, что это не так. Потому что до последнего надеялась, что ей не придется искать ответ на такой тяжелый для нее вопрос.
- Нил, я...
- Я знаю, знаю. - он так забавно дергал головой. - Не пойми неправильно, я не намекаю на что-то и уж тем более не хотел спугнуть. Просто, чем ближе к тому дню, тем мне... короче, Габриэлла ко мне опять пристанет, а потом и будет, как в прошлом году, где мне все знакомые матери марафон устроили знакомится с их дочерьми!
- Так вот оно что...
- Я это во второй раз не переживу! Мне весь вечер пришлось сначала с одной говорить, потом с другой! И причем ответить грубо им нельзя, потому что они дочери важных для отца людей, но и отвечать я и не хочу, да и Габриэлла такой концерт закатила, что мне большую часть банкета пришлось сидеть в подсобке, потому что она везде ходила и искала меня! - Нила аж передернуло. - Как вспомню, как она лезла ко мне целоваться... Бр-р-р! Даже когда я Яна с девушкой голыми случайно застал, это было не так мерзко, как прошлогодний бал!
- И поэтому ты решил позвать меня?
- Да я знаю, как это звучит! - он так стыдно оглядывался, будто разбил дорогую мамину вазу. - Может показаться, что я зову тебя чисто чтоб ко мне не приставали, но я не так к тебе отношусь... В том смысле, что я не думаю, что ты просто как там защитная подушка, что тобой можно легко прикрыться... Да, блин, я... я хочу сказать... Блин!
- Я поняла. Я поняла! - Виктория пыталась уменьшить накал страстей. Нил сейчас и вправду въедет в дерево, если не успокоится. - Ты просто не хочешь переживать подобной второй раз, поэтому и решил меня пригласить, да? Якобы я твоя... девушка?
- Ну... - снова чесал затылок. - Вроде того. Не пойми неправильно, я не намекаю ни на что...
- А почему ты решил пригласить именно меня?
- Ну... Во-первых, ты единственная девушка, которая меня поймет. Ну, в смысле, которой я могу довериться в этом вопросе...
- Я поняла.
- Ну и во-вторых, ты... ты нам, как член семьи. Поэтому вопросов насчет твоего причастия к Одвет не возникнет, отец против не будет. Да и... я не знаю никого, кто лучше тебя подойдет...
- Понятно...
- Прости! - он так виновато откинул голову на кресло. - Наверное, мне не стоило приглашать, ты же сама понимаешь, что значит это мероприятие...
- Ты о том, что, если я соглашусь, то обратного пути не будет, и я официально стану частью Одвет? Ты это имеешь в виду?
- Ты как всегда жестоко прямолинейна...
- Да уж... - Виктория не знала, что и сказать. Все-таки предложение было не из самых приятных.
- Ты не обязана соглашаться. Просто я... не знаю... я долго думал об этом. Мне показалось, что лучше попытаться тебя пригласить, чем опять все это переживать... Фу! Как вспомню эту Габриэллу, мне плакать хочется...
- Я заметила. - Виктория скрестила руки на груди. - Тебе настолько в прошлом году было плохо?
- Еще хуже! Это был кошмар! Прикинь, около десяти девчонок весь вечер менялись между собой, пытаясь со мной познакомиться! Еще и Ян их подстрекал, чтобы они ко мне подходили. Якобы у него есть девушка, а у меня этой девушки нет... И им ведь плевать, если я скажу, что я тоже с кем-то, они мне не верят. Я не такой обаятельный, как Ян! Потом и Габриэлла в туалете... А-а-а-а-а! - Нил начал биться головой о руль.
- Ладно-ладно, успокойся! - Виктория попыталась остановить его руками. Нил крутил руль так, что они точно улетят в кювет. - Я поняла тебя. Я... подумаю над твоим предложением.
- Правда? Точно подумаешь?
- Ты же понимаешь, что я не могу так сразу согласиться? Тем более после истории с Романом...
- Я понимаю, понимаю... Поэтому и не... тороплю, так сказать.
- А если... если я откажусь, ты обидишься на меня?
Нил вцепился в руль сильнее. Выдохнул.
- Нет, конечно не обижусь. Я же говорю, что ты не обязана соглашаться. Но, честно... Я бы очень хотел, чтобы ты согласилась...
- Ну... хорошо. Я потом отвечу тогда...
Приехали. Машина наконец-то остановилась, Нил снова помог Виктории выйти. Он так взволнованно зачесал голову. Опять.
- И еще... Спасибо. За сегодня. Было весело. - выдавил он настолько реалистичную улыбку, насколько только мог.
Виктория улыбнулась в ответ, погладив песика-Нила по головке.
- А вам не спасибо, идиоты! - насмешливо сказала она. И пошла домой.
Виктория долго думала над предложением Нила. Очень и очень долго. С одной стороны, ей ничего не стоило прийти на это мероприятие - бесплатно бы поела вкусной еды, посмотрела на богатых снеговиков, послушала очередные сплетни, да просто изучила жизнь влиятельных людей изнутри. А с другой стороны, было множество причин, которые останавливали ее от такого простого действия.
Во-первых, подобное мероприятие предназначалось для семьи Одвет. А значит, если Виктория переступит порог зала, она автоматически станет одной из Одвет. И это может стать красным флагом для Романа, который сейчас мечется, по словам Ореста. И от размышлений Роман такими темпами точно перейдет к действиям.
Во-вторых, каждый будет думать, что Виктория имеет романтические отношения с Нилом. Конечно, Виктории в каком-то смысле было все равно кто и что о ней подумает, поскольку она не была знакома с подобными людьми и уж тем более не собиралась быть с ними знакомыми. Однако любопытство к ее личности возрастет в геометрической прогрессии. Ее отношения с Нилом точно начнут обсуждать, а там будет недалеко и до сплетен, интрижек, скандалов, расследований. Да и Виктория не была дочерью каких-то богатых людей, знатных особ или еще кого-то величественно-великого. Она была самым обычным человеком, с самой обычной жизнью, который для некоторых представителей Элиты является просто очередным мусором, посмешищем. Обслуживающим персоналом. И всем очень и ОЧЕНЬ станет интересно, почему Нил выбрал себе такую девушку и почему Орест одобрил подобный выбор. В истории Софьи и Феликса же все было чуточку проще - отец Софьи тоже влиятельный человек, в отличие от Ланы Рецмуд.
Не стоит исключать и факты того, что на мероприятии будет та самая Габриэллочка, о которой не только Нил, но уже и Ян и Софья прожужжали Виктории все уши. Виктория видела эту Габриэллу, так что теперь была полностью уверена в том, что, стоит ей узнать, что у Нила появилась "девушка", Габриэлла не раздумывая решил этой "девушке" расцарапать лицо своими острыми коготками! Не говоря уже о явно токсичных шутках и попытках задеть Викторию за живое хотя бы с оскорблениями по поводу обычной небогатой семьи! Так что и встречаться с такой девицей не хочется не только Нилу. Но встреча точно будет неизбежна. Да и еще причина... Роман Гроп. Роман тоже будет на этом мероприятии, Нил как-то говорил об этом. А значит личность Виктории на этом мероприятии ему будет интересна больше всего, а там и до конфликта с Орестом недалеко будет. Явно что-то произойдет, если Виктория согласиться идти с Нилом. И явно не хорошее. Очередная нервотрепка из-за Одвет. И зачем Виктория с ними связалась? Да была и кое-какая еще причина...
В комнату вошла Лана. Она заметила такую уставшую Викторию, которая разлеглась на кровати, вытянув руки во все стороны.
- Ты как? - присела она рядом.
Виктория поднялась, так вопросительно глядя на мать. Обычно Лана никогда не заходила в комнату Виктории и уж тем более с подобным вопросом.
- Немного устала... - Виктория принимала правила этой игры. - Сыновья Ореста оказались вампирами и высосали из меня всю энергию! - снова упала на кровать.
Лана смеялась.
- Ну, как все прошло-то? Удалось их помирить? Много денег потратила?
- Вообще нисколько! Прикинь, Ян за меня везде платил! - Виктория расплылась в такой победной улыбке. А зарабатывать - это не бока отлеживать!
- Да? Это тот блондин с длинными волосами? Он тебе нравится? - так бесцеремонно спрашивала мать.
- Мама!
- Что, мама? У меня значит дочь гуляет тут до ночи с какими-то мальчиками, эти мальчики за нее платят, а мама виновата!
- Да не виновата ты... Просто... Что за вопросы неуместные. У нас с ними не такие отношения.
- Да? - лицо Ланы стало куда коварнее. - А что насчет Нила? Он показался мне довольно сообразительным и воспитанным молодым человеком. Да и ты рядом с ним...
- Нил? - Виктория перебила, только чтобы не дослушивать додумки матери. - Сообразительный и воспитанный? Анекдот! - Виктория рассмеялась. Тяжело вздохнула, нервно заковыряв ногти. - Слушай... Нужно твое материнское мнение... Скоро будет мероприятие у семьи Ореста. И Нил... Нил пригласил меня на него.
- Это же замечательно!
- Да мама, блин! - Виктории не нравилась излишняя радость Ланы. - Ты меня дослушай сначала со своими мальчиками! - Виктория снова так тяжко вздохнула. Тяжело. Нынче разговаривать с людьми тяжело. - Короче, я не знаю, идти или не идти. Дело в том, что это очень важное мероприятие, и если я пойду, то меня будут считать как бы... Официальным членом семьи Одвет. Понимаешь?
Лана легла рядом с Викторией.
- Понимаю.
- То есть тебя вообще не волнует, что твоя дочь станет членом какой-то другой семьи?
- А ты уже согласилась идти?
- Да нет...
- Тогда почему я должна волноваться?
Лана внимательно посмотрела на Викторию. Виктория же не знала, что и ответить. Она молча лежала на кровати, глядела в потолок, растеряв, кажется, все имеющиеся силы. Она не знала, как лучше всего поступить, да и знала, что идеального ответа на этот вопрос точно не существует. Потому что все стало слишком запутанно даже для нее.
- Знаешь, я тебе так скажу. - Лана начала аккуратно похлопывать дочь по животу. - Ты всегда будешь моей дочерью, и мне не важно, кто тебе кем считает. Хоть Одвет, хоть Рецмуд, ты все равно всегда будешь моей милой доченькой. И я постараюсь тебя во всем поддержать.
- Но я не знаю... - Виктория не могла больше скрывать напряжения. - Я ведь не в отношениях с Нилом, да и я не член их семьи... Я не уверена, что имею права идти с ними.
- А разве Нил пригласил тебя не по причине, что хочет, чтобы ты стала ближе к их семье?
Виктория крутила головой. Голос ее стал поникшим, печальным.
- Он пригласил, потому что не хочет, чтобы его снова сватали со всеми дочками богатых тетенек. А если я "буду его девушкой", то он сможет избежать суровой участи женских приставаний. Он же парень, а ты говоришь о каких-то высоких ценностях его действий. Ты че!
Лана смеялась.
- Ни разу не мужененавистнические доводы.
- Вообще нет! - Виктория начала дрыгать ко всему и ногами. Это Нил научил ее так? - Эх... В общем, я в замешательстве.
Лана тяжело вздохнула. Она знала свою дочь слишком хорошо, так что и не осмеливалась ей слепо верить.
- В любом случае, решение ты будешь принимать сама. - сообразила мать наконец. - Но если же говорить свое мнение, я бы предложила тебе прислушаться к своему сердцу, а не голове. - Виктория только так вопросительно посмотрела на маму. - Ты у меня такая, всегда сначала думаешь головой, а уже потом принимаешь решения. Из-за этого и от много отказываешься в жизни. От тех же отношений, любви. - Лана исподтишка смотрела на дочь. А Лана Викторию видела насквозь очень и очень хорошо. Виктория только повела носом от такой наглости ставить ей диагноз. - Но головой ты не сможешь выбрать правильное решение. Особенно, если твоя душа хочет другого.
- Что ты хочешь сказать?
- Я хочу сказать, что тебе может быть страшно. И это нормально. Ты не уверена, что выбранный тобой вариант будет самым безопасным из всех, потому что так и кажется, что лучшего варианта для решения проблемы не существует. Поэтому каждый раз в любой ситуации пытаешься взвесить все "за" и "против". И, скорее всего "против" куда больше, чем "за", не так ли? Вот только тебя это не устраивает. Потому что ты хочешь совершенно другого. - Лана начала поглаживать Викторию по волосам. - Тебе ведь нравится Нил, а, доченька? - Виктория ничего не отвечала. - Он хороший мальчик, воспитанный, у него прекрасные родители. Наверное, его излишняя эмоциональность отталкивает тебя. Ты не уверена, что с ним будет безопасно, потому что уже случалось, когда он заставлял тебя пожалеть о решении довериться ему.
- Откуда ты...
- Поверь мне, я вижу и знаю куда больше, чем ты мне рассказываешь. - Лана была настолько нежной, насколько только могла. - Я не знаю, что точно происходит с тобой и остальными Одвет, однако знаю, что они хорошие люди, хоть и могут оступаться. И я не меньше тебя хочу верить, что они не причинят тебе вред. Точнее, что ты не будешь бояться, что они могут причинить тебе вред.
- Мам...
- Тебе страшно, что ты начинаешь переживать за Нила. Боишься привязываться... В этом есть и моя вина. Как никак, привяжешься, а после будешь страдать, когда человек уйдет.
- Ма-ам...
- Я знаю, как ты скучаешь по папе, поэтому неудивительно, что Орест так сильно тебя зацепил. Он такой же отверженный и семейный. Как, думаю, будут и все члены семейства Одвет.
Виктория заключила руку мамы в объятия. На глазах только наворачивались слезы.
- Прости, что провожу с ними так много времени, а тебя оставила одну... - голос Виктории дрожал.
- Тебе не за что извиняться. Ты делаешь все правильно. Мне же остается только гордиться тобой и быть всегда рядом. Я уверена, ты найдешь правильное решение, как бы страшно не было в твоей голове.
- А если все станет хуже? Если мне будут угрожать? Тебе будут угрожать? Что, если мне станет грозить опасность из-за Одвет? Нила? Может они не стоят того...
- Я не в праве решать, что тебе стоит делать, а что нет. - Лана поджала губы, взгляд ее заметно стал печальнее. - Милая моя, я еще никогда не видела тебя счастливой настолько, насколько ты счастлива в их семье. И я рада, что ты смогла вновь открыться кому-нибудь сердцем.
- Ма-а-м...
- Я была не самой лучшей матерью. Часто срывалась на тебя, ругала на пустом месте. Я никак не могла поверить, что он вытащил тебя из огня. Что пожертвовал собой ради тебя...
- Мама... - на глазах Виктории были только жгучие слезы.
- Но теперь я вижу, как была не права. - Лана заплакала. - Ты мое солнышко, и ты не виновата, что отец умер из-за тебя в том пожаре. И я безмерно благодарна ему, что он вытащил тебя.
- Мама... - Виктория не могла больше сдерживать слез. - Прости меня, прости меня, прости... - она крепче прижалась к ее груди.
- Ты не виновата в произошедшем. Это несчастный случай. И мне понадобилось слишком много времени, чтобы это понять. - Лана так крепко обняла дочь. - Ты заслуживаешь счастья и уж тем более не должна винить себя, что папа решил тебя спасти. Я уверена, на его месте я, как и ты, поступили бы точно также.
- Из-за меня твоя жизнь прекратилась в ад...
- Нет, милая моя, нет. Моя жизнь превратилась в ад не из-за тебя. Только я виновата в том, что у меня происходило. Если бы тебя не было, это был бы настоящий ад.
Виктория такими заплаканными глазами посмотрела на маму.
- Я тебя очень люблю...
- И я тебя люблю, милая моя. И я хочу, чтобы ты и дальше была счастлива. Даже если это происходит в другой семье.
Долгое время Виктория с Ланой сидели в комнате, молча вспоминая прожитые дни, страхи и ужасы, которые происходили в их жизни. И только Лана знала, что именно Орест сказал ей вчера, пока Виктория такая радостная ступала к ней. Впервые за долгое время без жгучего одиночества в глазах.
- Ты подумала над моим предложением? - подперев подбородок руками, спрашивал Нил.
Снова сад. Виктория в который раз поливала растения, пока яркие лучи солнца продолжали нагревать лепесточки цветов. Вновь слышалось падение воды из искусственного водопада, подкрепленное разве что редкими словечками из радио, которое Орест слушал на летней веранде. Нил продолжал молча наблюдать за передвижениями Виктории, ожидая, когда же она наконец-то ответит.
- Позже.
- До сих пор думаешь? - Нил заметно приуныл. - Ну, Виктория...
- Ты же сказал, что не будешь меня убеждать. Что я могу отказаться, а ты не обидишься.
- Да я знаю! Я и не обижусь... Я расстроюсь! Мне будет грустно. Ты хочешь, чтобы я плакал?
- Манипуляции оставь для Яна.
- Жестокая! - Нил так наигранно будто вставил себе нож в сердце. - А я надеялся, что ты меня любишь...
Виктория аж вздрогнула. Такими страшными глазами повернулась на Нила. Он только сглотнул ком в горле, понимая, что некоторые словечки лучше было оставить при себе. Виктория покачала головой.
Нил нехотя встал, заходил кругами, не находя подходящих слов для продолжения диалога. Ему, кажется, не меньше всех остальных стало неловко от своих же слов. В последние дни между ним и Викторией и вправду выросло какое-то странное напряжение. Точнее неловкость.
- Слушай, - Нил наконец перестал ходить кругами и так внимательно посмотрел на девушку, - какие цветы тебе нравятся?
- Ты хочешь подарить мне цветы? - с таким невозмутимым видом Виктория и дальше поливала растения.
- Хочу.
Виктория так вопросительно посмотрела на Нила. Неужели он пытается ее подкупить?
- Купюрные розы.
- Купюрные розы? Это типо сорт такой?
- Это типо розы из денег. Желательно нулей побольше. Хотя буду рада, если и просто сложишь мне их в конверт. - и вновь эта коварная улыбка.
- Эх, Виктория, Виктория! - Нил снова сел. - Разве человека счастливым делают деньги?
Виктория только пожала плечами.
- Не знаю. У меня их особо и нет.
Не успели товарищи обсудить свою гениальную мысль, как в сад зашел Орест. Он чуть ли не с ноги открыл дверь в теплицу со стороны улицы, пока Валекия продолжала так взволнованно бегать позади его спины и сжиматься сильнее. Он точно шел по голову одного дурака, и этому дураку точно наступала очередная смерть. Виктория только подпрыгнула от неожиданности. Нил же закатил глаза. Ну да, ну да. И вновь отец, ничего нового.
- Нил! - быстро передвигая тростью, так грозно говорил Орест. И только клацанье деревяшки по плитке сопровождало его. Нил же уже начал крутить в голове барабан, за что же его будут отчитывать на этот раз.
- На-ча-ло-сь... - так тихо произнес средний сын, засунув руки в карманы своих любимых черных брюк.
- Нил, - Орест подошел ближе, мельком взглянув на Викторию. Виктория от подобных взоров только сжалась сильнее, - это правда, что мне сказал Феликс?!
- Нет.
- А ты хоть понял, о чем я сейчас спрашиваю?!
- Нет.
Орест от такого только завелся сильнее, неразумность Нила когда-нибудь точно его доведет. Виктория отвернулась от Ореста, еле сдерживая смех. Это непоколебимое лицо Нила просто надо было видеть!
- Значит так, - он уперся руками о трость, - отдавай! - протянул руку.
- Что отдавать?
- Второй телефон!
Нил только повел головой. Так вот, что отцу надо на этот раз.
- Не понимаю, о чем ты.
- Ох, Нил! - Орест тут же сунул Валекии трость, принявшись облапывать сына.
- Эй, куда! - возмущался Нил, пытаясь не даться отцу. Но против Ореста никуда не уйдешь.
Из карманов Нила тут же попадали вещи: тот самый складной нож, которым еще недавно он помогал Виктории открывать упаковку с хлопушками, ключи от машины, ключ от двери в его комнату, какие-то фантики, конфетки, даже кольцо выпало, пластыри, носовой платок, еще странные бумажки сомнительного предназначения. Вот полетел и первый телефон. Вот наконец Орест нашел и второй.
- А это тогда что?! - махал он экраном перед рожицей сына. - Я кому говорил выбросить его?
- Так я выбросил! - Нил будто искренне не понимал. Привычная наивная рожица Нила. - Я выбросил его, как ты и сказал!
- А это тогда что? В руке моей? Фантазия моя, по-твоему?! Привиделось на старости лет?!
- Это... - Нил чесал затылок. - Второй телефон.
- Нил! - Орест уже кипел.
- Да что, Нил! - сын разводил руками. - Я выбросил тот телефон, как ты и сказал! Просто потом купил еще один, новый... Вот...
Виктория засмеялась. Орест так зыркнул на нее, что она тогда движениями рук закрыла рот на замок, да принялась дальше поливать цветочки, исподтишка наблюдая за этим концертом. Гениальности Нила оставалось только завидовать.
- И зачем ты купил его снова? Тебе одного раза объяснить мало было?!
- Да я по нему ни с кем не общаюсь! - Нил реально не понимал суть претензии. - Там только номер Виктории, и все!
Нил даже разблокировал экран телефона, чтобы отец и воочию мог лицезреть подобное. Орест так подозрительно тыкал по экрану. И вправду, телефон был совершенно пуст. Всего одно приложение, всего один номер телефона. Даже в галереи было пусто, не говоря уже об истории звонков, где был только один звонок от Виктории в день, когда была вечеринка Софьи и Феликса.
Орест осмотрел Нила с головы до ног. Потом также осмотрел и Викторию.
- И зачем ты для ее номера завел отдельный телефон?
- Чтобы отвечать ей всегда! - Нил так наигранно цокал. - А то всякие... Габриэллочки написывают и названивают мне... Чем ближе к балу, тем я стал ей интереснее, видать... Достала уже.
- Так в чем проблема была заблокировать ее номер или попросить ее не писать?! Тебе деньги девать некуда, покупает новые телефоны каждый месяц!
- Да чего ты не веришь-то мне! Я же не за твои деньги покупаю! - Нил отдал оба телефона отцу. - Хочешь, на! Смотри сколько влезет, любые переписки читай! Не общаюсь я с ним!
Нил так обиженно засунул руки в карманы, Валекия же только издала это тихое "маменька", пока Виктория спиной почувствовала напряжение, возникшее на душе Ореста. Да, Нил точно намекнул только что о Романе. Иначе быть не могло. Все-таки, по всей видимости, Нил и вправду о чем-то договорился с отцом.
Орест закряхтел, потопал ногой, что-то обдумывая. Потом посмотрел по сторонам, явно желая увидеть реакцию Виктории. Виктория же от такого поворота событий только сильнее сжалась, не в силах крутить головой. Ей точно не хотелось вспоминать об этом Романе.
- Ладно. - Орест отдал Валекии телефоны и забрал трость. - Ладно! - и зашагал уже в дом.
Валекия только побегала глазками с Нила на Викторию, с Виктории на Нила, после чего так медленно-медленно протянула сыночку телефоны, поспешив успокаивать мужа, который точно был весь на изжоге. Да, в последние дни Орест был очень и очень напряжен. Его могла вывести из себя совершенно любая мелочь, утром же он закатывал концерт по поводу обещанных синих цветов, которые обязательно посадит в саду, когда у Софьи родится девочка. Жаловался, что в магазинах продают полную дрянь, которая точно не приживется в саду. И вправду происходило что-то, о чем и намекал Ян. Но Нил только недовольно фыркнул.
- Почему он так смотрит на меня, как-будто я предатель? - голос Нила был настолько обиженным. Он продолжал провожать папу взглядом.
Виктория усмехнулась.
- А ты разве не предатель? Я бы и не так на тебя смотрела, Нил.
Нил гневно шеркнул ногой, усевшись на порог подиума.
- Ты правда считаешь, что я настолько плохой? - так обиженно поджимал губки, сложив локти на колени.
Виктория тяжело вздохнула. Да, Нил опять начал ныть. Может поэтому он и был Нилом - в честь вечного проливания воды из глаз? Она отложила лейку, присев рядом с дружком.
- Ты не плохой. Но на месте Ореста я бы тоже тебе не доверяла. Потому что ты уже предавал его. А теперь заполучить его доверить будет очень и очень сложно. Если бы тебя... не знаю... Отравили с помощью булочки. Ты же явно бы в будущем стал значительно внимательнее относится к булочкам, да?
Нил посмотрел на Викторию, как на дурочку. В глазах его так и читалось: кто же из нас дурак? Виктория закатила глаза.
- Ты же не надеялся, что Орест внезапно тебя простит, и ты будешь жить счастливо?
Нил вздохнул. Сколько отчаяния было в его вздохе.
- Конечно не надеялся. Но все равно неприятно.
Ребята еще несколько минут посидели молча, словно устроили поминки, пока Виктория только вытянула ноги, начиная играться носиками ботинок. Нил так печально на все это глядел. Его мозг, по всей видимости, вновь атаковали мрачно-мрачные мысли.
- Я правда с ним не общаюсь. Уже около месяца. - ни с того ни с сего зачем-то он об этом сказал. - Ну, после того дня, как ты... поговорила с ним.
Виктория только усмехнулась.
- Значит, правду говорят, испугался.
- А тебе не страшно? - Нил такими хлопающими глазками посмотрел на Викторию. - Ты не боишься его?
Виктория не думала отвечать. Так бы она и созналась, что чуть ли не каждый день у нее случалась дикая истерика из-за страха умереть. Она только продолжила молча стучать носиками ботинок.
Нил вздохнул, опечаленный, что его игнорируют. Опустил руки, посмотрев наверх.
- Буду должен. - и тут же упал на ноги Виктории.
- Эй! - Виктория от неожиданности подняла руки. - Ты чего делаешь? Мы так не договаривались!
- Сказал же, - Нил ложился поудобнее, - буду должен. Потом где угодно можешь трогать меня.
Виктория опустила руки, пока Нил только закрыл глаза, поудобнее устраиваясь на ее коленях. Сердце Виктории ушло в пятки, что она даже ногами перестала стучать. Она только посмотрела на этого непонятного Нила, который будто собирался спать на ее коленях, не в силах понять, а что ей, собственно, говорить-то теперь. Вроде и прогнать надо, а то он совсем офигел и границ не видит... А вроде и прогонять не хочется... Он ведь ничего плохого не делает, просто лежит. На ее ногах. Такой миленький, как щеночек. Да еще и сопит так забавно.
"Так, стоп!" - подумала Виктория про себя. - "Это я о чем думаю вообще?!"
Виктория тут же ладошками постукала по своим щекам, пока Нил только продолжал так смачно зевать, да угоднее устраиваться на ножках. Ему будто по барабану было, что он только что лег на ноги малознакомой девушки. Максимально нелогичный и бесцеремонный человек, похуже Яна или Ланы! Он от доброты Виктории, видать, совсем уже оборзел.
Но Виктория только опустила руки, еще раз взглянув на Нила.
- Да уж, что ж с тебя взять, Нил Одвет.
Виктория сама не заметила, как заснула. Последние тяжелые дни, практика на учебе, праздники, да вечные мысли насчет Романа так сильно подкосили ее, что она уже которую ночь не могла нормально спать, так что и сон в столь чудном спокойном саду запросто расположил к себе. Она приоткрыла глаза.
Уже было темно. От того яркого солнца, которое светило ей сегодня в саду, осталось только воспоминание. В теплице был выключен свет, и только яркий экран телефона перед ней хоть как-то скрашивал эти сумерки. Она покрутила головой.
Нил сидел около нее, взирая на экран телефона. Да, Виктория, оказывается, заснула на его плече. И как такое вообще могло произойти? Это же он спал на ее коленях... Она поднялась, посмотрела на Нила.
Нил выглядел спокойным. Несмотря на то, что его плечо уже онемело, ноги явно болели, как и спина, он продолжал молча взирать на экран телефона, на котором были какие-то картинки. По всей видимости, от скуки Нилу просто стало интересно, что показывают в сети. Иначе объяснить его нелогичную логику было еще страшнее.
- Проснулась? - он посмотрел на Викторию, поправляя свою рубашку.
Виктория только протерла глаза, пытаясь оклематься. После дневного сна сильнее всего всегда болела только голова. Виктория потянулась.
- Как я вообще уснула? - до сих пор в попытках проморгаться, спрашивала она. - И много времени прошло?
- Нет, не много. 4 часа.
- 4 часа?! - Виктория аж подскочила, смятения сна было более и не видать. Начала рыться по карманам, в поисках своего телефона. - Почему ты меня не разбудил? Как я теперь ночью-то спать буду? И где мой телефон?
Нил выключил экран телефона, протягивая его Виктории. Виктория только так озадаченно пыталась обработать информацию. Вдруг до нее дошло.
- Эй! - поправила она прядь волос, выхватив из рук Нила устройство. - Ты что, в моем телефоне рылся? - села она обратно.
- Просто посмотрел галерею.
- Нил! - Виктория пихнула его в плечо.
- Да чего ты! - еще успевал хохотать, гад! - Просто твоя мама звонила. Я написал ей, чтобы тебя не будить.
- Еще и мама звонила?! - Виктория тут же полезла в социальные сети. - Прошу прощение, это Нил, ваша дочь заснула у меня на плече, мне показалось, что она очень уставшая, поэтому не бужу ее, надеюсь на понимание... Серьезно?! Как тебе наглости хватило написать моей матери! Нил, черт!
Он только смеялся.
- Да ладно тебе, ладно! - он вновь зачесал затылок. Он будто всегда его чесал, когда пытался быть честным. - Мне показалось, ты плохо спишь по ночам последние дни, поэтому и не стал будить.
- И как ты это понял? Из окна за мной подглядывал? Даже не удивлюсь.
- Да почему сразу из окна! - так виновато опустил глазки. - Просто видел, что ты который день в сети поздно сидишь, вот и все...
Виктория так озадаченно на него посмотрела.
- Я передумала насчет Яна. Ты забрал первое место в конкурсе. - начала она проверять и остальные социальные сети, чтобы быть уверенной в том, что Нил в них не лез.
- Конкурс? - Нил не понял отсылки. Да и он не мог ее знать. Решил упустить это мимо ушей. - Я просто хотел, как лучше...
- Горе ты луковое... - Виктория так устало вздохнула. На часах уже было 21. Тогда понятно, почему мама ее потеряла. - Нашел хоть, что искал?
- Да ничего я не искал! - он все разводил руками. - Честно, я не рылся в твоем телефоне, даже переписки не стал читать. Только матери твоей написал, и все!
- Ага, ага, охотно верю! - она опустила руки.
- Ну, прости... Я не хотел тебя злить... - и снова чесал затылок. Нет, он точно чесал затылок, когда был уверен в том, что ему в него скоро прилетит. - Я просто увидел фотку с твоим отцом, вот мне и стало интересно... - еще и голову отворачивал, строя из себя жертву.
Виктория подняла телефон, посмотрела на экран. На обоях и вправду была она маленькая с отцом.
- Ты дебил.
- Я знаю.
Виктория закусала губы. И почему в голову приходили только следующие слова? А как же отчитать Нила, что он лезет, куда не следует? Впрочем, Виктория и сама же была такой.
- Ладно уж, что тебе показать... - она открыла галерею на телефоне. - Все посмотрел? Нашел что-нибудь интересное?
- Не-а, не нашел. - подвинулся он ближе, заглядывая в телефон Виктории. Она только еще сильнее закатила глаза от резкой смены настроения Нила или же от его детской наивности и способности избегать любые проблемы в мгновение ока. - Неужели ты даже селфи не делаешь?
- А ты надеялся найти в моей галереи фотки меня голышом?
- Будто я там чего-то не видел...
Виктория замахнулась на Нилу рукой.
- Да шучу я, шучу! - принялся он уже защищаться. - Не слежу я за тобой, не сталкер я! Просто внимательный... Да и больно мне надо за тобой подглядывать, потом проблем не оберусь. - он пальцем ткнул в телефон. - Почему у тебя большинство фотографий каких-то людей и природы? Неужели ты себя и вправду не фотографируешь? Ты же красивая очень.
Виктория аж подавилась воздухом.
- Ну... - отдышалась она. А сердце-то чего заскулило от такого жалкого комплимента, и то кинутого вскользь? - Просто в университете берут мой телефон и фоткаются на него. Ну а природа красивая. Себя как-то... Не хочу просто фотографировать. Зачем мне это.
- Я еще видел так фотки с каким-то мужчиной. Это твой отец?
- А я смотрю, ты все успел долистать, да, Нил Одвет? - Виктория была готова испепелять его взглядом. Нил только сжался сильнее. - Да. Мой отец.
И снова чесал затылок.
- Ты говорила, что он...
- Он сгорел в пожаре, да. Когда мне было 12 лет. - Виктория начала показывать Нилу фотографии с отцом на телефоне.
Вот фотография, где Виктория еще совсем маленькая сидит у отца на руках. Вот фотография, где они держаться за руки. А вот и Виктория сфотографировала своих родителей исподтишка, когда они ели мороженое и гуляли по парку.
- Прости. Мне не стоило лезть сюда... - Нил сразу стал таким поникшим, будто осознал свою ошибку.
- Сначала делаешь, потом извиняешься? Гений! - Виктория вздохнула. - Да ладно уж. Мне не жалко показать. Только вот без разрешения больше не лезь в чужое. А если бы там было что-то секретное, ты не подумал?
- Твои голые фотки?
- Нил... - Виктория завелась.
- Да ладно, ладно! - разводил он руками. Ногой начал шеркать плитку. - Если бы там были голые фотки, я бы сделал вид, что не видел их...
Виктория стукнула его по голове.
- Да шучу же я, шучу! - он понял, что шутки того не стоят. Успокоился. - Слушай... расскажи о себе.
- Будто ты обо мне чего-то не знаешь.
- Не знаю. А если знаю, хочу узнать это от тебя.
И снова эта детская простодушность Нила. Было непонятно - за его откровения ему лучше врезать или все-таки принять правила игры. Если Ян очаровывал басистым голосом и идеальным телом, то Нил мог запросто пользоваться своей детской невинностью. Он и вправду выглядел, как маленький песик, если не смотреть в пасть которого, даже не заметишь клыки. Тяжело было отказать таким милым глазкам и этому до умиления в сердце нежному голоску.
- Что тебе рассказывать... Я уже и так рассказала все, что могла. Если ты даже про отца знаешь... - Виктория посмотрела наверх. - Хотя... - Виктория закусала губы, не уверенная, что стоит продолжать. - Я тебе соврала.
- Соврала? Ты? ТЫ?
- Да. Я! - и снова вздыхала. - После кинотеатра я сказала, что отец умер, потому что полез за кошкой в пожар. Но это была не кошка... Короче, это я была. Он из огня вытаскивал меня.
- Виктория, я... - Нил заметно напрягся.
- Я знаю. Тебе жаль, ты соболезнуешь. Не знаешь, что сказать. Я не обязана продолжать, если мне тяжело. Все так говорят. - она пододвинула колени ближе к себе. - Вот только я от этого не перестала думать, что, если бы я не полезла в тот дом, он бы остался жив. Вот такой вот мой горький секрет. Не только же вам, Одвет, секреты хранить, м-да...
- Ты не виновата. Он бы явно не хотел, чтобы ты винила себя в этом.
- Я знаю! Я знаю... Я понимаю, что он умер не по моей вине. Что он поступил благородно, спас свою дочь, все дела... Просто... Просто я как подумаю, что это я должна была сгореть в том огне... Если бы я была умнее, если бы не полезла в пожар, он же... он же мог остаться в живых, разве нет? И получается... получается, он умер из-за меня? - голос заметно задрожал. - Поэтому я и... я боюсь привязываться. Мне тяжело, когда другие хотят сделать что-то для меня...
Нил не мог подобрать подходящих слов. Да и разве были хоть какие-то слова в таком случае подходящими? Он поднял глаза.
- Если бы ты попала в огонь, я бы тоже тебя спас. Сам бы сгорел, но спас.
- Ты так говоришь, чтобы меня утешить. - из глаз полились и слезы.
- Может быть, не знаю! Давай не будем проверять. А если и будем, - Нил взял ее за руку, в попытках утешить, - тогда точно спасу.
Виктория усмехнулась, растирая слезы по лицу.
- Ты дурачок, которых еще поискать надо, Нил. Кто же о таком договаривается...
- Я! Я договариваюсь о таком, Виктория.
Виктория продолжала молча плакать, пока Нил сидел рядом, поглаживая ее ладонь. Было видно, насколько спонтанно и неожиданно она решила почему-то рассказать Нилу подобную правду. Может быть, на то повлиял и недавний разговор с Валекией?
- Нечестно. - спустя минуты сообразил Нил, прерывая очередные рассуждения. - Это нечестно.
Виктория выровняла осанку.
- Что нечестно?
- Я должен был первым увидеть, как ты плачешь. - он посмотрел на Викторию. - Нечестно, что ты тянула до самого последнего. Я же сдался еще в самом начале.
Виктория не совсем понимала, что говорит Нил. Да и была уверена, что некоторые вещи ей лучше и не понимать, а то только наберется головных болей и бесконечных проблем. Она только положила свою голову ему на плечо, пока слезы так и не планировали останавливаться. Просто плакать, истерить. Так же, как в семействе Одвет все эти месяцы делали другие. Теперь ведь и Виктория практически была частью Одвет, не так ли? А значит и она должна желать истерить.
- В детстве... - вновь, как гром в ясную погоду, начал средний сын Ореста. - Когда я подставлял отца, он ставил меня лицом к стене и заставлял снимать кофту. - Виктория подняла на Нила голову. - А потом брал нож из ящика и тупым лезвием проходил по спине.
- Что за ужас...
- Я тоже так думал. - так нервно кивал. А будто после подобного факта кивать можно было как-то по-другому. Ненависть Нила к Оресту становилась оправданной. - И вправду ужас. Иногда он резал меня сильнее, из-за чего была кровь. Раны быстро заживали, но боль помню до сих пор.
- И зачем он так делал?
Нил пожал плечами.
- Наглядно показывал, что я вставляю ему ножи в спину.
- О, Нил... это... это...
- Я знаю. - он вновь посмотрел на Викторию. - Я знаю. Поэтому мне и не нравится, когда другие стоят за моей спиной. Неосознанно страх возникает, что меня опять порежут.
Виктория только так тяжко вздохнула, схватившись за лицо. Семейство Одвет и вправду когда-нибудь лишит ее жизни.
- И как мне после такого смотреть Оресту в глаза...
- Не хочешь - не смотри. - поспевал Нил, пока Виктория в своей голове и еще чего-нибудь не придумала. - Тебя никто не заставляет. Да, у него жестокие методы. Но по себе скажу, крайне эффективные. Как-то так. - он так энергично толкнул Викторию в плечо. - Теперь еще больше сбежать хочется, а? Точно же хочешь.
- Как-будто от вас убежишь...
Виктория с Нилом синхронно обреченно вздохнули, понимая всю тщетность ситуации. Посмотрели наверх.
- Два-два. - как снег в мае, вновь выдал Нил. Виктория повела бровями. - Теперь два-два. Мы снова в расчете.
Виктория улыбнулась, понимая, к чему был рассказ Нила. Не самые у него, конечно, эффективные способы поддержать. Однако весьма милые.
- Три-два.
Нил на Викторию столь вопросительно взглянул.
- С чего это?
- Как с чего это? - Виктория пожала плечами. - Ты же сам сказал, что будешь мне должен. Значит три-два.