Летящие облака

В палате остались лишь они двое, вокруг них повисла тишина.

Хотя это он получил травму, и это Вэй Цидун весь день был недоступен, Цзян Сяоси казалось, что он что-то сделал не так. Чувство тревоги и дискомфорта поначалу было едва уловимым, словно дымок благовоний, но постепенно оно становилось все ощутимей и сильнее.

- Больно? – заговорил, наконец, Вэй Цидун и, придвинувшись поближе, осторожно провел рукой по плотной повязке на плече.

Тепло его ладони, проникнув сквозь повязку, мгновенно согрело сердце Цзян Сяоси. Он кивнул в ответ с безжизненным видом и, надув губы, ответил:

- Больно.

- Я говорил с врачом, тебе придется быть очень осторожным в течение двух месяцев, - во взгляде Вэй Цидуна тревога смешалась с огорчением. – Я уже предупредил в студии, что ты вернешься через пару месяцев.

- Со мной все в порядке, Даюй. Доктор сказал, что мне нельзя мочить рану в течение двух месяцев, но это не помешает моей работе, - тихо сказал Цзян Сяоси. – Мы совсем недавно начали работать вместе с Цзинь-ге, мне предстоит еще многое сделать для проекта «Чжуянь», не хотелось бы все бросить на полпути...

Постепенно его голос стал едва слышен.

- «Чжуянь»? – с усмешкой переспросил Вэй Цидун.

Он уже давно хотел заняться этим проектом семьи Янь, но глава семьи отдал его недавно вернувшемуся из-за границы Янь Чэну, а тот очень быстро договорился о сотрудничестве с Ли Цзибаем, не оставив Вэй Цидуну возможности принять участие в проекте. Однако, чуть позже А Цзиню удалось заполучить этот проект благодаря его личным отношениям с Янь Чэном. Впрочем, Вэй Цидуну было лень обращать внимание на такое пустяковое дело.

В конце концов, студией владела компания семьи Вэй, а А Цзинь был высокооплачиваемым специалистом. Хотя в масштабах всей их компании это была лишь капля в море, все равно было отличным решением устроить туда Цзян Сяоси... если не считать того, что он сегодня был ранен, и то, каким взглядом смотрел сегодня Янь Чэн на Цзян Сяоси.

- Почему ты так рвешься вернуться на работу? – недовольным тоном спросил Вэй Цидун.

- ... Дома мне нечем заняться, я не хочу быть бесполезным.

Но было и еще кое-что, о чем он не мог сказать вслух. Оставаясь в положении тайного любовника, он стал слишком чувствительным. Если он не будет ходить на работу, ему станет еще сложнее контролировать свои эмоции. Если он снова начнет закатывать истерики, это может окончательно утомить Вэй Цидуна.

Вэй Цидун знал, о чем он думает и немного поколебался, не желая давить на него слишком сильно.

- Ну, тогда отдохни дома хотя бы месяц, но не меньше. Ладно? – спросил он под конец, хотя бы формально спрашивая его мнение.

Разве мог Цзян Сяоси не согласиться?

Так они и договорились. После этого Цзян Сяоси рассказал ему о том, как все произошло, объяснив, что сам во всем виноват. Вэй Цидун не знал, смеяться ему или плакать. А Цзинь сказал ему лишь о том, что Цзян Сяоси пошел на склад вместе с Янь Чэном и там получил травму, но подробности были ему не известны. Но теперь стало совершенно ясно, что проблема заключалась в Цзян Сяоси, который «упал на ровном месте».

- Я обедал со своей семьей в нашем старом доме, и мне было неудобно отвечать на звонки в такой момент, - сказал Вэй Цидун, не упомянув о том, что произошло во время этого обеда. – У меня было три пропущенных звонка из студии, но каждый раз, когда я собирался ответить, меня что-то отвлекало. К тому же, сегодня после обеда у меня было два совещания в компании. Я узнал о том, что с тобой что-то случилось, только когда вечером поговорил с твоим водителем.

- Сяоси, прости, - добавил он.

С влюбленными часто так бывает, когда все пренебрежение и дурное обращение со стороны их любимых, копившееся в течение долгого времени и разъедающее душу, вмиг развеиваются от мимолетной ласки, ломая защиту. Пройдя 99 шагов по тернистому пути, они без колебаний бросаются в объятья любимых, стоит им только протянуть руку во время последнего шага.

Вэй Цидун сказал «прости», и все его существо отразилось в глазах Цзян Сяоси, заставив позабыть про все обиды.

Он устроился поудобнее в объятьях Вэй Цидуна и, прижавшись к его крепкой груди, начал играть с пуговицами его рубашки, слушая, как он рассказывает о делах своей компании и о том, что происходит в его семье. Он также рассказал о семьях Вэй и Ян, и об их отношениях с семьей Ли. Оказалось, что они уже встречались с Янь Чэном на различных мероприятиях, но были знакомы поверхностно, поэтому на обменивались телефонами. Вот почему он не ответил на те два звонка с незнакомого номера. Он также сказал, что не хочет, чтобы Цзян Сяоси общался с Янь Чэном, потому что ему не нравился этот человек.

- Взрослый человек должен более трезво смотреть на вещи, - Цзян Сяоси, не сдержавшись, ответил Вэй Цидуну его же собственными словами. – Не стоит прерывать с человеком отношения только потому, что он тебе не нравится.

При этом он скорчил гримасу, и со своими взъерошенными волосами смотрелся так забавно, что Вэй Цидун невольно рассмеялся.

Вэй Цидун был хищником, и он инстинктивно чувствовал соперника в Янь Чэне. И только такой глупый кролик, как Цзян Сяоси не понимал этого.

Разумеется, он не сказал Цзян Сяоси настоящую причину.

Для Цзян Сяоси наступил очень сложный период. Все в компании сплетничали о Вэй Цидуне и Дуань Ици. Хотя их студия находилась далеко от главного офиса, все любили посудачить на досуге о делах своего босса. Цзян Сяоси не мог отгородиться от этих слухов, и часто расстраивался, услышав очередную сплетню.

Вэй Цидун проводил с ним все меньше времени.

- Я чувствую себя маленькой лодкой в море, - сказал Цзян Сяоси. – Лодкой, которую волны то поднимают наверх, то снова швыряют вниз, которая совсем одинока и не может добраться до берега.

Он снова задал вопрос – сколько еще так будет продолжаться? Он чувствовал себя обиженной королевой драмы, которая среди постоянного ожидания мечется от разочарования к надежде, не имея сил выбраться из этого порочного круга.

- Подожди еще немного. Уже недолго осталось, - сказал Вэй Цидун и обнял его еще крепче.

***

Среди своего напряженного графика Вэй Цидун выкроил пару дней, чтобы отвезти Цзян Сяоси в восточный пригород, где недавно открылся курорт с горячими источниками.

Пока они ехали в машине, и Вэй Цидун отдавал распоряжения своему секретарю, Цзян Сяоси смотрел на его профиль, такой жесткий, суровый и неумолимый.

В этот момент ему показалось, что Вэй Цидун и Цзян Даюй, которого он знал на острове Дуоюй, это два совершенно разных человека, и это выбивало почву у него из-под ног. Он прожил уже более полугода в этом чужом ему городе, и уже сам не понимал, для чего приехал сюда – найти своего Даюя или же заново познакомиться с Вэй Цидуном.

Эти два человека были слишком разными, и Цзян Сяоси иногда даже казалось, что, полюбив Вэй Цидуна, он тем самым предал Цзян Даюя. Но в том-то и дело, что Вэй Цидун и Цзян Даюй – это один и тот же человек. Он страдал от того, что Вэй Цидун не мог подарить ему всю свою любовь без остатка, но в то же время его опьяняли любовь и забота Вэй Цидуна «в образе Цзян Даюя».

Всякий раз, когда он чувствовал, что Вэй Цидун ему совершенно чужой человек, перед ним появлялся Цзян Даюй. Эти два образа были разными, но они были неотделимы друг от друга, в конце концов превращаясь в хорошо знакомого незнакомца, которого любил Цзян Сяоси.

Они отправились на курорт в пятницу. Рана Цзян Сяоси почти зажила, с него сняли повязку и, хотя он еще был несколько скован в движениях, ему уже было можно свободно выходить на улицу.

Они остановились в просторном номере, где прямо за дверью располагался бассейн с водой из горячих источников. Цзян Сяоси, словно ребенок, оставил вещи и, бросившись в бассейн, начал плавать там, как маленький радостный утенок.

Он еще никогда не ездил отдыхать с Вэй Цидуном, а первый раз всегда имеет особенное значение. Пусть даже это простой курорт в пригороде, он все равно очень дорожил этой поездкой и совсем позабыл, как ему было обидно, когда Вэй Цидун ездил в отпуск за границу со своим «официальным возлюбленным».

- Даюй, иди поплаваем! – крикнул Цзян Сяоси.

Сквозь огромное окно, отделяющее их комнату от бассейна, и поднимающийся от воды пар он видел, что Вэй Цидун с сосредоточенным видом что-то печатает на своем ноутбуке. Похоже, он снова занимался делами.

Так и не получив от него ответа, Цзян Сяоси какое-то время понежился в воде, и вскоре ему стало скучно. Не смея отвлекать Вэй Цидуна от работы, он набросил на плечи халат и уселся на террасе, потягивая сок и наслаждаясь окружающим его пейзажем.

Курорт с источниками располагался в живописной долине, которая утопала в пышной растительности. Глядя на белые облака и летающих в небе птиц, Цзян Сяоси вдруг вспомнил те дни, которые они провели с Даюем на острове. Они часто поднимались на гору, чтобы полюбоваться закатом. Взявшись за руки, стараясь не наступить на ядовитых пауков и уворачиваясь от лиан, они понимались на вершину горы и, усевшись на большой камень, долго спорили, на что похоже солнце – на желток из утиного или куриного яйца.

Как прекрасно было то время!

Тогда Даюй еще не был всемогущим Вэй Цидуном, это был простой житель острова Дуоюй, его возлюбленным, который принадлежал только ему.

Владельцу курорта было нужно увидеться с Вэй Цидуном. Они были старыми приятелями, а выбраться сюда было не так уж просто, поэтому они решили заодно встретиться и поговорить. Вэй Цидун кратко объяснил все Цзян Сяоси и ушел.

Оставшись снова в одиночестве, Цзян Сяоси обиженно надул губы. Он уже привык к тому, что Вэй Цидун всегда занят, и любовь для него всегда на последнем месте.

По телевизору шла скучная передача, в которой рассказывали светские сплетни. В этот момент в ней как раз смаковали подробности запутанных отношений одной пары. Стеклянная дверь, отделяющая спальню от бассейна, была приоткрыта. Цзян Сяоси, кусая соломинку, вышел на террасу, чтобы забрать свой телефон, но неожиданно застыл на месте.

- После полугода страстных отношений будущий глава «Вэй Групп» объявил о своей скорой помолвке... По словам инсайдеров, Вэй Цидун в присутствии глав обеих семей сделал предложение своему партнеру, господину Дуаню. Они уже давно вместе, хотя несколько раз разрывали отношения... Объединение семей Вэй и Дуань также косвенно подтверждает новость о том, что Вэй Цидун встанет во главе семьи Вэй...

Ведущие все еще продолжали болтать, обсуждая различные подробности, начиная от их внешности и семейного прошлого и заканчивая всевозможными слухами и домыслами – всё это было вынесено на публику, включая фотографии Вэй Цидуна на различных мероприятиях. Это была полноценная масштабная драма из жизни богатых семей.

Цзян Сяоси в оцепенении уставился на изображение Вэй Цидуна на экране. Он чувствовал себя так, словно на него обрушилась скала, в одно мгновенье размазав его по полу.

У него перед глазами мелькали кадры, на которых Вэй Цидун и Дуань Ици всячески демонстрировали свою любовь, а в ушах все еще звучали такие слова, как «помолвка», «брак», «в присутствии глав обеих семей». Стакан с соком выпал у него из рук, залив противной липкой жидкостью его ноги и белый шерстяной ковер на полу.

Он не заметил, как Вэй Цидун открыл дверь и, войдя в номер, окликнул его по имени.

Он смотрел в оцепенении на встревоженное лицо этого человека, но видел лишь, как шевелятся его губы. Чувствуя, как на него накатила тошнота, он оттолкнул руку Вэй Цидуна и бросился в ванную.

Заперев за собой дверь, он долго сидел, скрючившись над унитазом, пока его рвало. Постепенно стук в дверь стал тише и вскоре окончательно смолк.

Спустив воду, он поднялся на дрожащих ногах и подошел к раковине, чтобы умыться. Но, как он ни старался, у него не получалось отмыться дочиста. Слезы текли по его щекам быстрее, чем вода из крана. Он поднял руку и дал себе оглушительную пощечину.