°•23•°
Она обернулась и улыбнулась рядом стоящей женщине. Она не выглядела знакомой, но выглядела великолепно. Длинные прямые светлые волосы и густая челка разлетались от ночного ветра. Ее фигура была идеально подчеркнута облегающим белым платьем, а ее сандалии на платформе позволили ей возвышаться над Лисой. Женщина была похожа на красивую, холодную снежную королеву.
Она осмотрела Лису с ног до головы. — Я весь вечер гадала, будет ли у меня шанс пообщаться с тобой наедине. Они весь вечер хорошо тебя охраняли.
Лиса вежливо улыбнулась. — Простите, но что значит, хорошо охраняли?
— Чонгук не давал тебе возможность общаться с такими, как я. Поэтому он попросил своих дружков не отходить от тебя ни на шаг.
Лиса сразу все поняла, но продолжала вежливо улыбаться. — Вы должно быть Даника. Меня предупредили о вашем возможном появлении.
Женщина на секунду оказалась в замешательстве. — Но не Чонгук, да? — ее взгляд опустился на колье. — Красивое колье. Подарок?
Лиса не ответила.
Данила чуть склонила голову. — Он говорил, что мы были помолвлены? Полагаю, нет. Чонгука сложно назвать открытым человеком, и в этом стоит винить его отца. Старший мистер Чон был настоящим засранцем, но стоит отдать ему должное, если бы не он, Чонгук бы не добился такого успеха. Однако не все в жизни похоже на сделку. Но Чонгуку это пока не известно. Он думает, у всего в жизни есть цена. Этому он научился у своего отца.
Ее слова почти в точности описывали отношения Лисы с Чонгуком. Разве он не купил закусочную, чтобы получить возможность поговорить с ней? Он использовал деньги для достижения своих целей, тем самым получая то, чего хотел. Она молча изучала Данику. Она была великолепной, элегантной, воплощая все то, чего не было в Лисе. — Смею предположить, ваше расставание не было идеальным?
Даника выглядела расстроенной. — Мне бы хотелось остаться его другом, но наше расставание было не моей инициативой.
— Почему? — Лиса пожалела о своем вопросе, но ущерб был нанесен, так что оставалось только дождаться ответа.
Улыбка Даники сменилась гримасой. — Чонгук любит держать свои игрушки в золотой клетке. Если ты попытаешься вырваться из нее, он силой вернет тебя обратно. А если не получается, то он бросает тебя. Он очень жестокий. — Она посмотрела на звездное небо, потом снова на Лису. — Он хотел превратить меня в идеальную домохозяйку. Ему было плевать на мои дела, я всегда должна была быть в его распоряжении. А когда я попыталась стать более самостоятельной, он в тот же момент вышвырнул меня из квартиры, в которой мы жили вместе, а мои вещи собрал и отправил на склад. Сделал это молча, без предупреждения, не дав мне возможности объяснить.
Внутренности Лисы стянуло узлом. Этого не может быть. Чонгук не мог так поступить. Даника просто хотела заморочить ей голову. — Зачем ты все это мне рассказываешь?
Та прикоснулась к Лисе рукой, глядя на нее с жалостью, — Ты кажешься мне милой девушкой. Чонгук любит таких.
— Разве?
— Конечно. Ты нежная и скромная. Тебя легко запугать. Таких он любит больше всего. Он привозит их в город из захолустья, превращая в женщин, которых бы он хотел видеть рядом с собой. Он лишает тебя твой жизни, тем самым превращая в его куклу. Он отличный парень, но… только в начале. Он сделает тебя самой счастливой женщиной на свете, только если ты будешь ему подчиняться. А если ты захочешь независимости, будь готова, что он, не задумываясь, вышвырнет тебя из своей жизни. Я не хочу, чтобы это случилось и с тобой тоже. Я думала, я любила его, также как и он меня. Как оказалось, Чонгук не умеет любить. Он лишь знает, как добиваться своего и преуспеть в бизнесе.
Лиса уставилась на женщину, но ничего не сказала. Неужели это правда? Чонгук не мог быть таким холодным, жестоким, но все же… Он был напористым.
Однако не все в жизни похоже на сделку. Но Чонгуку это пока не известно.
— Чонгук не такой, — возразила Лиса.
— Ты в этом уверена? Он уже говорил, что любит тебя?
Лиса снова ничего не ответила.
— Скажи ему и посмотришь, что он ответит. Его реакция будет ответом на все твои вопросы. — Она кивнула, соглашаясь со своими собственными словами. — Я призналась ему в любви, а Чонгук проигнорировал мое признание. Он не умеет любить. Он лишь знает, как зарабатывать деньги.
— Спасибо за предупреждение, — тихо ответила Лиса.
— Мне жаль, что пришлось говорить тебе об этом. Но лучше быть готовой, чем потом страдать от разбитого сердца. — Даника посмотрела на дверь. — Если кто-нибудь спросит, этого разговора не было, хорошо? — она похлопала Лису по руке и вернулась в зал.
Лиса перебирала в голове все сказанное Даникой, не сводя глаз со звездного неба. Вдалеке мерцали миллионы огней, но, на удивление, здесь было тихо. Идеальное место, чтобы привести свои мысли в порядок.
Даника обманула ее. Было видно, она была расстроена их расставанием, поэтому ее словам нельзя доверять. Однако часть из услышанного была правдой. Когда Лиса ушла от Чонгука, он последовал за ней, купил закусочную, тем самым вынуждая ее к разговору. Это поступок мужчины, не привыкшего слышать отказ.
Но все же… Чонгук ей нравился. Она попыталась представить его тираном, описанным Даникой, мужчиной, способным закрыть ее в золотой клетке и не выпускать. Но вместо этого она вспомнила мужчину, принесшего ей цветы, извиняясь за опоздание. Вспомнила, каким он был нежным, как обнимал во сне или целыми днями проводил с ней время на пляже.
Она не хотела верить ядовитым словам Даники. Она уже влюбилась в него по уши и даже думать не хотела, что он не тот, кем она его считала. Ей стало плохо от одной только мысли, поэтому она крепче сжала перила и подняла голову к нему.
Ты нежная и скромная. Тебя легко запугать. Таких он любит больше всего. Он привозит их в город из захолустья, превращая в женщин, которых бы он хотел видеть рядом с собой.
Неужели это именно то, что он с ней делал? Поступал ли он также с Даникой? Превратил ее в женщину, которую хотел видеть рядом, а когда Даника отказалась играть по его правилам, он вышвырнул ее на улицу?
Чонгук не умеет любить.
Если это было правдой, то Лиса вновь ошиблась и влюбилась не в того мужчину.
Большие, теплые руки накрыли ее плечи, она уловила аромат одеколона Чонгука до того, как он прижался к ее спине. — Здесь довольно холодно.
— Я не заметила, — тихо ответила она.
Чонгук погрел ее руками, пробуждая в ее теле желание. — Все хорошо?
Она улыбнулась. — Да, просто я выпила немного больше положенного. Подумала, свежий воздух поможет мне прийти в себя.
Он поцеловал ее в плечо, от чего соски вмиг напряглись. — Не хочешь вернуться домой? Мне не терпится снять с тебя это платье.
Лиса прижалась к нему спиной, потираясь о его тело. — Отличная идея.
— Если бы здесь не было более сотни гостей, то я бы нагнул тебя прямо здесь и сделал своей.
Лиса задрожала от яркого образа, всплывшего у нее в голове. Волна тепла прошла по всему телу, концентрируясь в матке. Она прошептала. — Чонгук.
— Лиса, ты чудесно выглядишь в этом платье, но я не могу дождаться, когда ты окажешься без него. Каждый мужчина в зале завидует мне. Твоя улыбка и смех так очаровательны, что половина людей в комнате оборачивались, услышав его.
— Это тебе так кажется.
— Это правда. Почему ты думаешь, я попросил Чимина составить тебе компанию?
Улыбка Лисы спала. Поэтому он попросил своих дружков не отходить от тебя ни на шаг. — Не знаю, да и это не важно. Поехали домой, я устала.
Они молча удалились с приема и довольно быстро оказались в лимузине, несущим их домой по улицам ночного города. Лиса задремала, опустила голову Чонгуку на плечо и негромко застонала, когда Чонгук прижал ее ближе, обнимая за талию.
— Тебе понравился прием? — спросил он едва слышно ей на ухо.
Она немного задумалась над ответом, затем сказала. — Я встретила Данику.
Он напрягся. — О?
— Она хотела предупредить меня на счет тебя и твоего подхода, что ты ко всему относишься как к бизнесу.
Он выругался себе под нос. Лиса подняла глаза. — Когда ты собирался рассказать, что был помолвлен?
— Я не считал это нужным. Мы были помолвлены всего день или два. Даже дату не назначили. Это было более двух лет назад. — Он засмеялся, — очевидно, она еще переживает по этому поводу.
— Она пыталась предостеречь меня, сказала, ты бросишь меня, как надоевшую игрушку.
Чонгук притянул Лису к себе, закинул ее ноги на свои и повернул, пока она не оседлала его на заднем сидении лимузина. — Лиса, ты же знаешь — это не так.
— Я подозревала, что большинство ее слов были ложью, — призналась она. Даники не было смысла морочить Лисе голову. Однако часть ее слов оказалась правдой, и она добилась своего, зародив в Лисе страх и недоверие. — Почему вы разошлись?
— У меня было подозрение, что Даника со мной только из-за денег. Я попросил ее подписать брачный договор. Она отказалась, тем самым подтвердив мои подозрения.
Лиса на секунду задумалась, а после обвила шею Чонгука руками, наклонилась ниже, замерев всего в дюйме от его губ. — Мне она сказала, тебе не понравились ее попытки стать независимой.
Чонгук еще раз усмехнулся. — С точки зрения Даники, ее независимость должна была заключаться в путешествиях с ее друзьями без меня, но за мой счет. Когда я предложил ей поехать в отпуск вместе, она устроила скандал, обвинив в давлении и угнетении.
— Боже, похоже, она та еще сучка, — буркнула Лиса.
Чонгук подался вперед, целуя ее. — Если тебя это беспокоит, то я с уверенностью могу сказать, ты совершенно на нее не похожа. Да и наши отношения отличаются от тех, что у меня были с ней. Не позволяй ее лжи запутать тебя.
— Не позволю, — ответила она, чуть сдвинув бедра, прижимаясь к его эрекции. — Но ты должен был мне рассказать о ней.
Он застонал, потянулся к двери и нажал кнопку на панели. Позади нее поднялся защитный экран, отделяя салон от кабины водителя. — Поверь мне, она давно ушла из моей жизни. Теперь в ней только ты. — Его руки скользнули по ее спине, поднимаясь вверх, расслабляя ее пучок, позволяя волосам рассыпаться по всей спине. — Только ты.
Волна тепла прошла по всему телу Лисы, она прильнула к нему, проводя языком по его губам. — Я хочу тебя, Чонгук.
Он издал протяжный стон. — Лиса, я овладею тобой, как только мы окажемся дома.
Казалось, этого нужно ждать целую вечность. Лиса сжала бедра, чувствуя, что он тоже уже готов. Ее шелковое платье задралось, еще несколько сантиметров и он увидит ее обнаженную плоть. Она не солгала тогда в лифте, сказав, что не надела белье, и сейчас она чрезвычайно рада своей предусмотрительности.
Ее рука опустилась меж их телами, направляясь прямо к его члену. — Чонгук, я не хочу ждать до дома. Я хочу тебя прямо сейчас. — Может быть, дело было в вине или словах Даники, засевших в ее голове, но она нуждалась в Чонгуке не меньше, чем в воздухе. — Я не могу больше ждать.
Чон дернул бедрами, страстно ее целуя. — Милая, у меня нет с собой презерватива.
— Я на таблетках, — ответила она между отчаянными поцелуями, сжимая рукой его ствол. — Прошу тебя, Чонгук. Возьми меня прямо сейчас.
Его рука опустилась вниз, Лиса замерла, ожидая, что он начнет расстегивать пуговицы брюк. Вместо этого это ощутила его руку на своих складках, влажных и набухших от желания. — О, Лиса, — бормотал он. — Твоя кожа нежнее шелка. И ты влажная и готовая для меня, да?
Она прикусила губу и кивнула, прижимаясь к нему лбом, пока его пальцы ласкали изнывающую от нужды плоть.
Стоило его пальцам коснуться клитора, как она закричала, но Чонгук заглушил ее крик поцелуем. Он целовал ее, двигая языком в медленном ритме вместе со своим пальцем. Лиса качала бедрами, желая получить большего. Ощущения внутри нее напоминали сжавшуюся пружину, готовую в любой момент расслабиться. Чонгук неожиданно убрал от нее руки и начал расстегивать брюки. Она поспешила помочь, лихорадочно высвобождая его из одежды.
Затем он слегка приподнял ее бедра, и она ощутила касание его члена к ее влагалищу. Он сделал толчок, с легкостью входя в нее, заполняя полностью. Лиса была на грани ощущений и начала стонать, двигаясь резко, вторя его безудержным толчкам. На этот раз все было быстро, жестко, словно он также обезумел он нужды, как и она. Чонгук продолжал заглушать ее стоны поцелуями, но в салоне были слышны громкие хлюпающие звуки соприкасающихся тел.
Испытанный ею оргазм был мощным, неожиданным, заставляющим ее содрогаться всем телом. Чонгук толкнул в ее еще один раз, неистово целуя, и она ощутила, как он кончил, изливаясь в нее.
Лиса обняла Чонгука за шею, цепляясь за него, сидя на его коленях и тяжело дыша. Он принадлежал ей. Даника ошибалась. В ней говорила обида и гордость. — Я люблю тебя, — выпалила он, не в силах сдержать нахлынувших эмоций.
Чонгук обнял ее за талию, прижал к себе, но ничего не сказал в ответ. Лиса почувствовала, как маленькая частичка в ней умерла.