36
На следующее утро я лежала в кровати, смотря в потолок, и мысленно разбирала поведение своего жениха. Если раньше я бы оценивала его по общепринятым критериям без сравнения с кем-либо, то сейчас для меня идеалом во всем был мой Халиб. И любое несовпадение с ним вызывало во мне бурю негатива. Он органически раздражал меня и любые его слова воспринимались мною в штыки.
В коридоре послышались шаги вперемешку с голосами и я сразу поняла кто это. Приоткрыв дверь, мама, — убедившись, что здесь нет Умара, — влетела в комнату. Её настроению можно было позавидовать. Она словно вновь ожила, привела себя в прежний вид и выглядела очень счастливой.
— Мам, как я рада тебя видеть такой!
Она обняла меня.
— Солнышко мое. Все начинает налаживаться, вот я и радуюсь, — она присела на краешек кровати, — Рассказывай как вчера все прошло...
— Ну мам, не напоминай.
— Что не так?
— Все не так, — отрезала я.
— Он так старался, — забеспокоилась мама, — Расспрашивал меня о твоих вкусах в одежде, в какие места любишь ходить и что любишь есть.
— И в итоге сделал все наоборот? — я презрительно фыркнула.
— Он же купил тебе одежду в бутиках? — изумленно спрашивает она.
— Да.
— И про косметику не забыл?
Я закатила глаза:
— Ага.
— И повёл тебя в ресторан? — мама захлебывалась в восторгах.
— Самый пафосный, — я подозрительно взглянула на маму, — А откуда ты все это знаешь?..
— Ну... — она замялась, — Он советовался со мной и я подсказала ему, что лучше подойдёт для тебя.
— Мама! — я нахмурилась, — Зачем ты выдала ему свои вкусы за мои?!
— Ну Денизочка, пойми, ты не можешь больше быть девчонкой, которая любит массмаркет и Макдональдс. Ты должна пробудить в себе леди с элегантным вкусом.
Я уже открыла рот, чтобы возразить, однако мама смотрела на меня с такой надеждой.
— Со временем тебе начнёт нравиться, я ведь знаю. Я тоже как и ты была бунтаркой. А потом ты войдёшь во вкус и всего через годик мы вместе будем шоппиться в ЦУМе, вот увидишь.
— Это не так важно. Умар все равно не может понравится мне.
Мама расстроенно вздыхает. Её озаряющая палату улыбка вмиг раздулась как шарик.
— Я шла без пальто, а он даже не предложил мне своё! — оправдываю я себя.
— Он переволновался, дурочка, — оживилась она, — Ты бы видела как он переживал! Вряд ли он сделал бы это специально. Я думаю, если бы ты едва намекнула ему, что тебе холодно, он заехал бы и выкупил тебе пол бутика.
Я с трудом подавила недовольную гримасу.
— Хорошо, мамочка. Я постараюсь дать ему второй шанс.
— Я не хотела бы тебе этого говорить, — мама грустно смотрит на меня и берет за руки, — Но выбора у тебя нет. Твой отец не поменяет своего решения, поэтому попристальнее приглядись к нему и старайся видеть только хорошее...
— Знаю.
— Ты бы видела как тут на него смотрят медсестры. Он же очень... — она задумчиво смотрит в потолок, — как вы там молодёжь говорите... сексуальный. Такой плечистый, высокий, шикарный. А его манера говорить... Я всегда слушаю его речь как мелодию. Он очень импозантный мужчина.
Я стараюсь сдержать смешок, но предательски заливаюсь хохотом и мама толкает меня в бедро.
— Вот выбрал бы тебе отец сына Исмаила и знала бы потом! — смеётся она, — Он маленький и тучный. Ходит вечно хмурый, здороваться толком не умеет.
— А может он мне лучше подошёл бы? — поддеваю я.
Мама цокает.
— Не говори ерунды. Моя девочка никогда не вышла бы за недостойного.
Тяжело вздохнув, я отвожу глаза. Последние слова ранят меня в самое сердце. Халиб тоже входил в их список недостойных. Может даже возглавляв его, ибо его родители не имели высокого статуса, а он не имел миллиардов на своему счету.
В эту секунду в палату входит медсестра и просит маму пройти в кабинет к главврачу.
— Я вернусь к тебе позже, солнышко, — мама целует меня в лоб и выходит.
Я в очередной раз задумываюсь о своём будущем без Любви Всей Жизни и тихо всхлипываю. Может когда-нибудь я окончательно смирюсь, но сегодня явно не этот день.
Неожиданно в палату входит отец. От удивления я вскакиваю на ноги.
— Папа? — воскликнула я.
— Да, присаживайся, — говорит он, указывая на кресло.
Я делаю, что он велит и он следом садится напротив меня. Вид у него был получше, чем в прошлые дни, но все же чувствуется как что-то терзает его.
— Слышал, вы вчера ходили в ресторан, — он одобрительно улыбается, — Я рад, что ты одумалась.
— Да...
— Хороший ведь парень? — с чувством спрашивает он. Хотя... вряд ли это вопрос.
— Да, очень порядочный, — я стараюсь быть учтивой.
— Я долгое время наблюдал за ним, — начинает он, — Не думай, что я помешан на деньгах и заключаю ваш брак как сделку. Я всегда хотел для тебя всего самого лучшего. Чтобы в старости я мог быть спокоен за свою дочь и внуков... Он никогда не даст вас в обиду.
Он говорит о наших потенциальных детях и внутри меня все переворачивается. Я молчу, незаметно вцепившись ногтями в своё бедро.
— Как твоё здоровье?
— Все хорошо, папочка.
— Говорят, завтра тебя уже выпишут. Мы с мамой останемся рядом с Азаматом, а ты с Умаром вернешься в Москву. Его на работе заждались и у тебя сессия скоро.
Я хлопаю глазами.
— А где я буду жить?
— У себя дома. Охрана работает круглосуточно и Умар часто будет заезжать к тебе, чтобы проведать.
— Хорошо.
— Дениза, — голос становится строже.
— Да?
— Если узнаю, что ты ещё видишься с этим придурком, вам обоим не поздоровится. За тобой теперь со всех сторон следят.
На удивление я реагирую спокойно, почти бесстрастно.
— Хорошо.