Финал
Спустя 4 года...
Ресницы Тэхена дрогнули, веки медленно поднялись, и в глазах отразилось мутное, рассеянное мерцание больничного света. Слабость сковала каждую клетку, но он всё равно заставил себя сделать глубокий вдох, впуская в лёгкие прохладный воздух. Первая мысль, неясная, но настойчивая, вспыхнула где-то на грани сознания. Он не знал, сколько прошло времени, но это было неважно. Единственное, что действительно имело значение...
— Лалиса...
У его койки стояли трое. Его мама — с облегчённым взглядом, что внутри что-то дрогнуло. Рядом с ней — Дженни, её губы были плотно сжаты, а руки скрещены на груди, но взгляд выдавал слишком многое. И ещё один человек... Беловолосый парень, которого он не узнал сразу. Тишина, будто натянутая струна, продержалась несколько секунд, прежде чем Дженни заговорила.
— Намджуну дали пожизненное, — её голос прозвучал ровно, без эмоций, но Тэхён видел, как она сжала пальцы в кулак. — Теперь ты можешь жить дальше.
— Где Ли... Ла... Ли... Са... Лиса ... — еле выдавил он.
Дженни сделала паузу, глядя ему прямо в глаза, а потом добавила, тише:
— А Лалисы здесь нет.
Он хотел задать вопросы, хотел узнать, что случилось, почему, как... но губы не двигались, а язык был словно онемевшим. Ким смотрел на Дженни, но видел не её. Перед глазами вспыхнуло лицо Лалисы — её улыбка, её тёплый взгляд, то, как она смотрела на него в последний раз... Последний?
Нет.
Он не мог принять это. Не мог поверить. Но даже если бы захотел...
Пару дней спустя...
Тэхён медленно вышел из машины, окинув взглядом серое здание, окружённое высоким забором с колючей проволокой. Охранник у входа проверил документы и, кивнув, провёл его через длинный, пропахший антисептиком коридор. Тэхён чувствовал, как с каждым шагом сердце начинает биться быстрее.
Когда он вышел во двор, первое, что он увидел — её. Лалиса сидела на деревянной лавке, покачивая ногой и говорила. Её голос был мягким, мечтательным, почти детским, но смысл слов... Он заставил его остановиться на месте.
— Чимин приходил вчера... — она улыбалась, глядя куда-то в пустоту. — Он сказал, что нам нужно скорее собирать вещи. Мы поедем в Европу. В Париж, представляешь? Будем гулять по мостам, кормить голубей, а потом поедем в Италию и будем есть пиццу на берегу моря...
Рядом с ней сидел Чонгук. Его длинные пальцы были сжаты в кулак. Он кивал, соглашаясь со всем, что она говорила.
— Конечно, поедете, — ему было больно видеть ее такой, его взгляд был немного растерянным. — Там вам понравится.
Девушка повернула голову к нему, её глаза светились детским восторгом.
— Правда?
— Правда.
Она рассмеялась, и этот смех был таким искренним, таким счастливым, что у Тэхёна сжалось сердце. Он сделал шаг вперёд, чувствуя, как ноги стали ватными. Потом ещё один. Лалиса его не заметила, зато Чонгук тут же поднял взгляд, а потом медленно встал.
— Тэхён... — он не знал, что сказать.
Лиса посмотрела на него, и на секунду ему показалось, что она узнала его. Но затем её лицо вновь озарилось радостной улыбкой, и она воскликнула:
— Ты тоже с нами? Как здорово!
Тэхён не смог ответить.
#Флешбек
Дженни поднималась по лестнице некогда ее дома. Она приехала сюда, чтобы выразить соболезнования, чтобы поддержать рыжеволосую. Зайдя в дом, она замерла. Перед её глазами развернулась кошмарная сцена — Лалиса висела в петле, её тело дёргалось в конвульсиях, пальцы судорожно хватали воздух. Глаза Лисы были полузакрыты, рот приоткрыт в немом крике. Судорожные движения становились слабее, её лицо краснело, затем начинало синеть. Простыня, превращённая в верёвку, натянулась, сжимая горло Лалисы всё сильнее.
— НЕТ!!!
Она рванулась вперёд, её ноги скользили по ступеням, но она не остановилась. Подбежав к перилам, она схватилась за нее, приподнимая её тело, чтобы уменьшить давление на шею. Её руки дрожали, но она изо всех сил удерживала Лису, не давая петле окончательно лишить её жизни. Но Лалиса уже не реагировала.
Паника нарастала, но Дженни знала, что если она растеряется, то Лиса умрёт. Её взгляд метнулся к узлу, который крепко держался за перила. Не думая больше ни секунды, она выпустила тело Лалисы и бросилась к петле, изо всех сил тянула за узел, но он был крепким. В какой-то момент она замешкалась, а зачем она ей помогает?
— Господи, держись! ДЕРЖИСЬ! — она отмахнула злые мысли в сторону.
Слёзы жгли глаза, но она продолжала тянуть, рвать ткань ногтями, царапая пальцы в кровь. Наконец, ткань поддалась, узел начал ослабевать, и Лалиса рухнула вниз, как сломанная кукла.
— Лалиса! Лалиса, открой глаза, пожалуйста! — она прибежала к ней и села на корточки.
Она проверила дыхание. Слабое, но было. Лиса резко вдохнула, и её тело пронзила резкая, обжигающая боль. Горло горело, лёгкие судорожно хватали воздух, но каждый вдох был как раскалённое лезвие. Она начала кашлять, хватаясь за горло пальцами, пытаясь избавиться от ощущения тугой петли, которая всё ещё, казалось, сжимала её шею. Её тело сотрясалось, перед глазами всё плыло, но она смогла разглядеть размытый силуэт Дженни.
— Зачем... — хрипло выдавила Лиса, она сглотнула, пытаясь хоть немного унять боль, но в груди лишь разлилось жжение. — Зачем ты это сделала?..
Дженни стояла рядом, тяжело дыша, её волосы были растрёпаны, на лбу выступили капли пота. Она молчала, её руки всё ещё дрожали после того, как она изо всех сил рвала узел. Её тёмные глаза смотрели на рыжую так, словно она пыталась решить, стоит ли вообще отвечать.
— Я хотела умереть, — снова прошептала Лалиса, не в силах смотреть ей в глаза. Веки дрожали, слёзы подступили к горлу, но она стиснула зубы, подавляя их. — Почему ты меня спасла? Почему ты просто не дала мне уйти?
Дженни криво усмехнулась. Это был горький, вымученный звук, в котором не было ни капли веселья.
— Знаешь, я спрашивала себя об этом каждую чёртову секунду, пока тянула тебя вниз, — она сжала кулаки, её ногти больно вонзились в ладони. — Оставить тебя висеть там было бы самым лучшим способом покончить с этим адом...
Лалиса вздрогнула.
— Я должна была просто дать тебе умереть, — продолжила Дженни, её губы дрогнули. — Но знаешь, что смешно? Я не смогла, проклятое доброе сердце. Хотя нет, — Дженни горько усмехнулась. — Я правда думала, оставлять тебя умереть или нет. Ты даже представлять себе не можешь, насколько я тебя ненавижу. Я еще никогда в жизни никого не ненавидела, как тебя. Ты разрушила мою жизнь и даже не подумала о том, что я тоже живой человек, у меня тоже есть мечты, чувства и сердце, — она положила руку себе на сердце. — Ты думала, что смерть это твой выход? Чёрта с два, Лалиса. Ты не заслужила лёгкого пути...
Лалиса всхлипнула. Она зажмурилась, сжимая руками виски, чувствуя, как внутри неё что-то рвётся на части.
— Нас сбили, — её голос срывался на хриплый шёпот. — Меня и Чимина.
Дженни застыла.
— Что?.. — она медленно повернулась, её глаза широко распахнулись, но Лиса не смотрела на неё.
Слёзы текли по её лицу, капая на холодный пол.
— Он умер у меня на руках, — её голос дрожал, наполненный такой болью, что даже словами не передать. — Я ничего не смогла сделать
Она не договорила. Губы задрожали, слова застряли в горле. Девушка снова всхлипнула. Брюнетка смотрела на неё, но не двигалась. Её дыхание стало тяжёлым, мысли путались, но главное из них било в виски с болезненной ясностью: Чимина больше нет.
— Нет... — едва слышно выдохнула она, но Лиса только закрыла лицо руками, позволяя слезам захлестнуть её.
— Я потеряла всех. Всех, кроме отца. — голос Лисы звучал хрипло, будто из горла вырвали все силы вместе с последними словами, но кое-как она смогла встать. — Ты понимаешь? — она чуть пошатнулась, ощущая, как земля под ногами больше не кажется твёрдой. — Я думала, что стою на краю пропасти, но, оказывается, я уже упала... — на выдавила короткий смешок. Её губы задрожали, но она прикусила их, пытаясь сдержать накатившую волну слез.— Всё время я злилась на тебя из-за того, что тебе повезло быть богатой, а я была нищенкой, которая ела крошки недельного хлеба из под стола, лишь бы накопить хоть немного денег на что-то. Я не оправдываю себя, хах, — она развела руками и посмеялась истерично. — Я объясняю тебе, почему я так поступила. Жалею ли я? — она подняла взгляд в потолок, затем ее взгляд стал холодным, она перевела его на Дженни. — Нет, не жалею
Дженни встала на ноги и растерянно смотрела на Лису. Соврала ли Лиса? Безусловно, но признавать этого она не собиралась даже сейчас
— Но мне немного не повезло, видимо, я свернула куда-то не туда, — продолжила она. — Я радовалась, когда ты страдала из-за меня каждый раз. Ведь это значило одно - я победила. Я добилась своего... Но теперь я здесь. На твоём месте. Только разница в том, что твои любимые живы, а мои...
Она сжала зубы, отворачиваясь, чтобы Дженни не видела слёз, которые она так отчаянно пыталась удержать и села обратно на пол. Но её плечи предательски дрогнули.
— Лалиса... — Дженни произнесла её имя тихо.
Лалиса крепче сжала руки в кулаки, ногти вонзились в ладони, оставляя болезненные отметины.
— Теперь я понимаю, почему ты не дала мне умереть. — рыжая вытерла глаза тыльной стороной ладони, но слёзы продолжали течь, оставляя горячие дорожки на её щеках. — Потому что настоящий ад - это не смерть. Настоящий ад — это остаться одной и жить с этим грузом до конца жизни. Я не надеюсь на твое прощение...
Дженни никогда не простит её. Никогда. Её сердце сжалось, едва ли не слиплось от всей той боли, что бурлила внутри, но она не могла заставить себя простить. Воспоминания хлестали по ней, как осколки разбитого стекла, заставляя снова и снова чувствовать ту самую ярость, ту самую ненависть, которая тянулась за ней длинным следом прожитых лет. Она должна была просто отвернуться. Просто встать и уйти, оставив рыжую наедине с её страданиями. Ведь разве не этого она хотела? Разве не этого требовала её обида?
Но четово доброе сердце, оно снова мешало ей поступить так, как следовало бы. Как она планировала. Как требовал голос в голове. И всё-таки... Она не смогла отвернуться. Тёплые слёзы Лалисы капали на её колени, пропитывали ткань штанов, но Дженни уже не думала об этом. Она осторожно, почти неуверенно, сжала губы, прежде чем двинуться вперёд, и, в какой-то момент, её руки сами собой сомкнулись вокруг дрожащих плеч. Рыжая вздрогнула, будто её ударили током, она обернулась. Дженни почувствовала, как что-то внутри переворачивается. Нет, она не простит её. Не сможет. Но понять ее по человечески и поддержать можно, поэтому Дженни ее крепко обняла.
#Флешбек энд
Тэхён опустился перед ней на колени, ощущая, как холодный ветер пробирается под лёгкую ткань его куртки. Лиса смотрела на него с улыбкой, но её глаза... они были другими. В них не было того огня, той жизни, которую он помнил. Она была здесь, перед ним, но в то же время где-то далеко, в своём собственном мире.
— Вау, вы как принц... — посмеялась она.
Он протянул руку и осторожно взял её ладони в свои. Девушка не сопротивлялась, только моргнула несколько раз, будто бы удивлённая тем, что он делает.
— Лали... Я подожду тебя.
Она наклонила голову, рассматривая его, пытаясь понять смысл его слов.
— Подождёшь? — переспросила она, медленно и осторожно.
— Да, — кивнул он. — Столько, сколько потребуется. Сколько бы времени тебе ни понадобилось.
Лиса рассмеялась.
— Ты глупый, принц Тэхён, — она улыбнулась, но в глазах её блеснули слёзы. — Я ведь уже уехала... В Париж, — она снова расхохоталась.
Тэхён сжал её руки ещё сильнее, заставляя её почувствовать его тепло.
Спустя время...
Дверь в палату тихо скрипнула, и Дженни, лежавшая на больничной кровати, инстинктивно повернула голову. Она была измучена, но счастлива, её руки всё ещё крепко держали маленький свёрток с её сыном. Усталость после родов давила на веки, но её сердце, переполненное любовью, не давало сомкнуть глаз. Когда она увидела, кто вошёл, её дыхание перехватило.
— Джису... — прошептала она, не веря своим глазам.
Перед ней стояла её сестра. Та самая Джису, которую она не видела так долго. Всё это время между ними была стена непонимания, обид, пропущенных звонков и несказанных слов. Но сейчас, когда Джису стояла в дверях, в её глазах читалось только одно любовь.
Дженни не успела ничего сказать. Джису сделала шаг вперёд, а затем ещё один, а потом кинулась к сестре и крепко обняла её. Дженни замерла, но через секунду её плечи затряслись, и слёзы хлынули из глаз.
— Ты... ты пришла... — прорыдала она, утыкаясь в плечо Джису.
— Конечно, пришла, глупая, — мягко ответила Джису. — Как я могла не прийти?
Дженни всхлипнула, обнимая её крепче.
— Я так скучала...
— Я тоже, — призналась Джису и чуть отстранилась, чтобы взглянуть на сестру. Её глаза тут же опустились на младенца, мирно спящего в руках Дженни.
— Это он? — прошептала она, протягивая руку, но не решаясь дотронуться.
Дженни всхлипнула, улыбаясь сквозь слёзы.
— Да, это наш сын...
Джису осторожно провела пальцами по крошечной ладошке малыша, и тот слегка пошевелился во сне. Её губы дрогнули в улыбке.
— Он такой крошечный...
— Я не могу поверить, что ты здесь.
— Ты моя сестра, и я больше никогда не оставлю тебя...
На следующий день...
— Ты готова? — раздался знакомый голос, и в палату вошёл Юнги с широкой улыбкой на лице.
Дженни кивнула, но в её глазах мелькнула лёгкая растерянность.
— Ты выглядишь слишком довольным... Что ты задумал?
Беловолосый лишь загадочно усмехнулся и подошёл ближе, проводя рукой по её волосам.
— Просто доверься мне.
Он помог ей встать, а затем бережно забрал у неё сына, держа его с такой осторожностью, будто боялся даже дышать рядом. Дженни вздохнула и, доверившись мужу, пошла за ним.
Когда они вышли из больницы, Дженни ахнула. Весь двор был украшен разноцветными шарами, которые развевались на ветру. Аниматоры в костюмах животных радостно прыгали и махали им, создавая ощущение, будто они попали в детскую сказку. В центре всей этой картины стояла большая белая машина с яркой лентой.
— Юнги... — Дженни обернулась к нему, не в силах сдержать эмоции.
Он лишь пожал плечами.
— Хотел, чтобы этот день запомнился.
Дженни почувствовала, как её глаза наполняются слезами. Это было так мило, так трогательно. Она посмотрела на него с благодарностью, а затем вдруг услышала знакомый голос.
— Ну и ну, Мин Юнги, ты всё-таки романтик.
Дженни резко обернулась и увидела Джису, стоящую неподалёку. Её сестра улыбалась, а в руках держала небольшой подарок, перевязанный голубой ленточкой.
— Джису! — Дженни тут же бросилась к ней, не сдерживая радости. — Ты приехала!
— Конечно, — Джису улыбнулась и обняла сестру. — Ты же не думала, что я пропущу этот день?
— Спасибо, — прошептала она.
— Не мне, а ему, — Джису кивнула на Юнги, который стоял чуть в стороне, наблюдая за ними с довольной улыбкой.
Дженни повернулась к нему, её глаза сияли от счастья.
— Спасибо тебе за всё.
Юнги шагнул ближе, приобнял её за плечи и легко чмокнул в висок.
— Я бы сделал для тебя и нашего сына что угодно.
Дженни прижалась к нему, держа их малыша на руках, а вокруг продолжался праздник. Воздушные шары поднимались в небо, аниматоры раздавали смех и радость, и в этот момент у Дженни было всё, о чём она когда-либо мечтала.
***
Дождь моросил, стекая по гладкой мраморной плите, на которой золотыми буквами было высечено имя: Пак Чеен. Влажная земля под ногами прилипала к ботинкам, а серый, хмурый небосвод давил на плечи. Дэсу сидел на коленях перед могилой своей дочери, его пальцы дрожали, когда он провёл рукой по холодному камню. Всё ещё свежие цветы, которые кто-то недавно оставил, слегка покачивались от лёгкого ветра. Он долго молчал, будто боялся произнести хоть слово.
— Я... жалею, — его голос прозвучал хрипло. — Жалею, что не смог быть тебе и Лисе хорошим отцом...
Капли дождя скатывались по его лицу, смешиваясь с солёными дорожками слёз. Он закрыл глаза, вспоминая её. Чеен... маленькая, улыбчивая девочка, которая когда-то крепко сжимала его пальцы своими крохотными ладошками. Девочка, которая росла, менялась, но всегда ждала чего-то от него. Ждала любви и понимания... Но он опоздал.
— Ты так меня и не простила, да? — он выдавил из себя горькую усмешку. — И я этого заслуживаю. Знаешь, иногда мне кажется, что ты всё ещё здесь. Будто стоишь рядом, смотришь на меня с укором. Или, может, с тоской. Я не знаю... Ты всегда была для меня загадкой. Даже когда смотрела прямо в глаза, я не мог понять, о чём ты думаешь, — он провёл рукой по мокрой траве у могильного камня, сжимая её пальцами. — Я был плохим отцом. Занимался не тем, чем должен был. Ставил не те приоритеты. Я думал, что смогу потом всё исправить. Потом... А потом тебя не стало, — он замер, глядя в одну точку. Грудь сжало от боли, но он знал, что никакие слова не вернут прошлое. Никакие сожаления не сотрут тех ошибок, что он совершил. — Я бы всё отдал, чтобы хотя бы раз услышать, что ты меня прощаешь, доченька...
Ветер сильнее ударил в лицо, и он прикрыл глаза. Может, это был ответ? Или просто игра природы? Он не знал. Но ему хотелось верить, что где-то там на небесах, его дочь всё-таки слышит его.
Спустя время...
Тэхен сидел на берегу моря, наблюдая, как волны лениво накатываются на песок, оставляя за собой тонкую серебристую пену. Солнце уже клонилось к горизонту. Это был последний день отпуска, и он ловил каждое мгновение. Он думал о своём, о прошлом, о том, что оставил позади. После всего, что произошло, он больше не смог вернуться в политику. Всё казалось бессмысленным и пустым. Он подал в отставку без сожалений и сомнений. Может, это и был его единственный правильный выбор за всю жизнь.
Он глубоко вздохнул, чувствуя, как лёгкий бриз проходит по коже, и уже собирался подняться, когда вдруг почувствовал, что кто-то наклонился сзади и обнял его. Тепло этих рук было ему до боли знакомо. Он замер на мгновение, а затем мягко улыбнулся, чувствуя её запах, смесь кокосового масла и морской воды.
Он смотрел на неё, как она кружится на берегу, раскинув руки, позволяя ветру играть с её волосами. Его сердце сжималось от странного, но тёплого чувства. Он знал, что она многое забыла. Он знал, что она не помнит большей части их прошлого, но, может, так даже лучше? После всего, что с ней произошло, она потеряла память, но не всю, лишь те воспоминания связанные с травматичным прошлым. Может, судьба дала ей второй шанс, чтобы она могла начать всё сначала?
— Ты же понимаешь, что после этого ты уже не отвертишься? — Лиса с улыбкой схватила его за руку и потащила к воде.
Тэхен не сопротивлялся, только усмехнулся, наблюдая, как волны нетерпеливо накатывают на берег. Она не замедлила шаг, и вскоре они уже стояли по колено в воде, ощущая, как мелкие волны окутывают их ноги.
— Ты что-то хотела сказать? — Тэхен наклонил голову, внимательно наблюдая за ней.
Она глубоко вдохнула морской воздух, набираясь решимости, а затем посмотрела ему прямо в глаза.
— Когда мы вернёмся в Сеул, я хочу поступить в университет, учиться и развиваться... Хочу, чтобы у меня было будущее.
Тэхен внимательно слушал, улыбаясь уголками губ.
— Я полностью поддерживаю тебя. Это отличная идея.
— Правда? — её глаза загорелись.
— Конечно. Ты всегда была умной и целеустремлённой. Если ты хочешь этого, значит, это правильный выбор.
Лалиса вдруг резко притянула его к себе и обняла.
— Спасибо, ты так сильно в меня веришь.
Тэхен погладил её по спине:
— Потому что я знаю, на что ты способна, — в его глазах промелькнуло что-то странное, может он понял, что это двусмысленная фраза.
Она чуть отстранилась, посмотрела ему в глаза и, не раздумывая, поцеловала. Когда они наконец разорвали поцелуй, Лалиса вдруг улыбнулась и, понизив голос, прошептала:
— Я хотела бы... ребёнка от тебя.
Тэхен на мгновение замер, а затем в его глазах появилось что-то новое смесь удивления и радости.
— Лалиса... — он взял её лицо в ладони, внимательно вглядываясь в её черты. — Ты уверена?
— Да
Он улыбнулся, мягко касаясь её лба своим.
— Тогда давай создадим что-то по-настоящему прекрасное вместе.
Девушка счастливо рассмеялась, её руки нежно скользили вверх по его плечам, оставляя на коже капли солёной воды. Ветер ерошил её мокрые волосы, пряди прилипали к её лицу, но она не обращала внимания. Она потянулась, приподнявшись на носочках, и их губы встретились. Она крепче прижалась к нему, и Тэхен ответил ей, заключая в свои сильные руки.
Её пальцы медленно скользнули по его затылку, а его ладони бережно обвили её талию, удерживая ближе. Девушка почувствовала, как его пальцы медленно проходят по её спине, вызывая приятные мурашки. Тэхен углубил поцелуй, его губы двигались с нежностью, но в то же время с лёгким голодом, как будто он не мог насытиться этим ощущением. Она чувствовала, как его дыхание стало глубже, как его руки крепче прижимают её к себе. Она улыбнулась сквозь поцелуй, провела пальцами по его влажным волосам.
— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю, — прошептал он, отрываясь от её губ на секунду, его голос был наполнен искренностью.
Лиса улыбнулась, её глаза сияли в свете уходящего солнца.
— Если ты так сильно меня любишь, то поцелуй меня ещё раз.
Тэхен не заставил её долго ждать...
Простил ли ее Тэхен за то, что она сделала? Спорный вопрос. Но его любовь оказалась сильнее обид из прошлого. Он смог увидеть в ней ту родную душу, что всячески его дополняла, а не мешала. Она учила его быть человеком, и он им стал. Порой, ему тяжело находиться рядом с ней по понятным причинам, но новая Лиса уже не помнит того, что было тогда, поэтому Тэхен ходит к психологу и прорабатывает это чувство, и весьма успешно...
❤️ От автора ❤️
Дорогие друзья!
Вот и подошёл к концу ещё один мой фанфик по blackbangtan. Честно признаюсь: последние главы долго лежали «под замком». Они были готовы ещё полгода назад, но просмотры резко упали, и вместе с этим у меня исчезла мотивация. Порой казалось, что завершить её так и не получится. Но время расставило всё по местам и я решила поставить точку, закрыть этот гештальт и подарить этой истории завершение, которого она заслуживает.
Эта работа для меня — не просто фанфик. В ней столько эмоций, бессонных ночей, вдохновения и сомнений. Я безумно люблю её и надеюсь, что вы почувствовали это, читая строки. Пусть мораль этой истории каждый вынесет для себя сам — я верю, что она нашла отклик в ваших сердцах.
Но позвольте приоткрыть завесу и рассказать, каким должен был быть настоящий финал, если бы у меня хватило сил довести его до конца без сокращений.
1. Хосок.
Он должен был предстать в образе крупного мафиози со связями. Когда Тэхен стал проигрывать на выборах, Лиса обратилась бы к Хосоку за помощью. Но ничто не даётся даром: он начал бы требовать плату, втягивая её в собственные игры. Юнги же оказался бы частью его банды и занимался торговлей наркотиками. Долги перед Хосоком грозили бы жизнью каждого, кто к нему был привязан.
2. Чеен.
Её путь был куда более коварным: она должна была вступить в ряды вражеской партии, чтобы помочь другому кандидату победить на выборах. Чеен ходила бы на интервью, раскрывала грязные тайны Лисы и Тэхена, а в этом ей помогала бы Дженни.
3. Чимин.
Его судьба самая трагичная. В первоначальном варианте он должен был умереть совсем по-другому. После покушения на Тэхена Лиса сошла бы с ума от страха. Она похитила бы его прямо из больницы, скрывала, пока он не выздоровеет или... не умрёт. Если бы худшее случилось, Лиса скрывала бы это до последнего. Помогать ей согласились бы Чонгук, Чимин и преданные люди Тэхена. Но когда их нашли, Лиса вместе с Чимином пустилась в бегство. Их последним убежищем стала заброшенная церковь. Там Лиса, сломленная и параноидальная, решила бы, что Чимин её предал хотя это было неправдой. Когда их окружила полиция, она взяла его в заложники, чтобы выйти к ним... и именно тогда Чимина застрелили.
3. Лиса.
Судьба Лисы в изначальном варианте тоже была далека от счастливой. После всех событий её арестовали бы. А позже врачи поставили диагноз, и её упекли бы в психиатрическую клинику. С ней рядом остались бы только двое — её верный друг Чонгук и отец, который, несмотря ни на что, не отвернулся от дочери.
После долгого лечения и борьбы с собственными демонами её психика не выдержала: воспоминания о прошлом стёрлись. В какой-то степени это стало бы её спасением, ведь иначе она бы не вынесла тяжести всего, что совершила. Но вместе с этим исчезла и часть её самой.
4. Дженни.
Её история была более земной, но не менее тяжёлой. Отношения с Юнги не складывались гладко — его связи с мафией постоянно становились причиной недопониманий и скандалов. Но несмотря на все трудности, они оставались вместе, упрямо держась за то, что называли любовью.
Когда Тэхен наконец оправился от ран, он пришёл бы к Дженни, надеясь всё вернуть тк он осознал, что она его настоящая любовь. Он верил, что сможет снова завоевать её сердце. Но Дженни лишь холодно посмотрела бы на него и отвергла
5. Тэхен.
После всех испытаний Тэхен отказался от политики. В его сердце не осталось для Лисы ни жалости, ни сожаления — лишь ненависть. Он возненавидел её всей душой, считая причиной своих падений и утрат. Даже сама мысль о ней вызывала в нём отвращение.
И вот именно потому, что такой финал был чересчур мрачным и несправедливым, я решила подарить Лисе шанс, позволив остаться с Тэхеном. Тяжело быть эмпатом, когда даже в вымышленном герое находишь живое сердце и не можешь сделать ему еще больнее. Вы не представляете сколько я плакала, пока писала последние две главы, сейчас я их редактировала под музыку из Пентхауса, и я снова плакала. Не знаю, что со мной. Я еще никогда так не плакала при написании фанфиков, клянусь.
Остальное в сюжете осталось бы таким, каким вы его уже увидели.
Спасибо вам за то, что были со мной всё это время. За каждый комментарий, за каждую прочитанную главу и за вашу поддержку❤️