Глава 2. Он человек.
Между гением и безумным то сходство, что оба живут совершенно в другом мире, чем все остальные люди.
Артур Шопенгауэр
Дождь стучал в окна, подзывая в свои объятия девушку.
Она вновь лежала на кровати, закинув руки за голову, прикрыв красные глаза. Веки подрагивали, губы то плотнее сжимались, но растягивались в насмешливой улыбке.
- Здесь не так уж и плохо, - пожал плечами мужчина, сидя рядом с девушкой на кровати.
- Лучше, чем дома, - угрюмо ответила Ленор, тяжело вздохнув.
- Они не перестанут считать, будто ты что-то им должна.
- Они не перестанут считать меня сумасшедшей, - хмыкнула она.
- Ну, может, если ты сама перестанешь... - начал было Ярвуд, но тут же получил мысленный толчок под рёбра.
- Я никогда не считала себя сумасшедшей! - гневно ответила брюнетка, вспыхнув.
- Были моменты, - пожал плечами мужчина, откидывая русые волосы.
- Не всерьёз, понятно? Вовсе не всерьёз.
- В моменты всепоглощающей грусти, скорби... - нараспев протянул Ярвуд, ухмыляясь.
- Ты засранец, - хмыкнула Ленор, будучи не в силах подавить улыбку.
- Какой есть.
- Мисс Коулсон! - раздался стук.
- Твою ж... - зло прошипела девушка.
- Не горячись, они же не привыкли, - снисходительно кинул мужчина, глядя на вскакивающую с кровати Ленор, гневно шагающую к двери.
Она повернула ручку, но встала перед медсестрой, загораживая ей путь.
- Вам стоит пройти в гостиную, - улыбнулась знакомая Белинд, сощурив глаза. - По уставу вы обязаны проводить предобеденное время там.
- Я поняла, - согласно кивнула девушка, не вступая в распри. - Через пять минут буду.
- Отлично! - воскликнула женщина, хлопнув в ладоши. Большие, густоподведенные глаза не внушали доверия, хлопая лысыми ресницами. Пусть пухлые губы и растягивались в улыбке, та больше походила на саркастичную гримасу презрения. - Вы найдете дорогу сами?
- Конечно, - кивнула Ленор, улыбаясь уголками рта - с этой женщиной стоило быть паинькой. - Большое спасибо.
Белинд ушла, махнув перед лицом девушки собранным на затылке хвостом секущихся волос.
- Змея, - прошептал Ярвуд, склонившись к самому уху подруги. - Та ещё змея.
- Вижу, - задумчиво пробормотала та, захлопнув дверь и прислонившись к ней спиной, оглядывая комнату.
Светлые обои, слегка блестящие, крепкий письменный стол из тёмного дерева прямо под окном, хранящий в себе пару выдвижных ящиков, удобная кровать, пусть и не отличающаяся простором, фанерная доска в рамке над нею, для крепления рисунков, плакатов и прочих бумажных предметов декора, тумбочка в углу, рядом с небольшим шкафом.
Собственная ванная расположилась в маленькой соседней комнатке, которая была сейчас закрыта светлой дверью. Небольшая душевая кабинка, маленькая раковинка с прямоугольным зеркалом и тумбочка с унитазом - минимум нужных вещей, которые сияли чистотой, но, почему-то, наводили тоску.
Ленор вновь взглянула на фанерную доску.
- Они не побоялись дать нам кнопки, представь? - усмехнулась она.
- Тебя считают не такой уж безумной, - удовлетворительно кивнул Ярвуд. - Скажи, что не будешь втыкать их в себя?
- Посмотрим, - заговорщицки улыбнулась девушка, на что мужчина лишь закатил глаза. - Не смотря на это, окно всё же не открыть.
Ленор смерила презрительным взглядом раму, имевшую всего одну ручку для открытия махонькой форточки.
- Они боятся, что я сбегу, - констатировала брюнетка.
- Как будто они не понимают, что здесь лучше, чем дома.
Девушка медленно кивнула, окинув комнату печальным взглядом. Здесь и вправду было куда лучше, чем дома. Своё пространство, пусть и маленькое, покой, который никто не посмеет нарушить, окно, выходящее видом на небольшую пекарню и раскинувшиеся дубы, сейчас склоняющие ветви под напором тяжелых дождевых капель. Апрель в Лафейетте никогда не радовал солнечной погодой - город светлой дымки по утрам, пахнущей сыростью.
- Нам повезло очутиться именно в этом реабилитационном центре, - протянула Ленор, прикрывая глаза и слушая мерное постукивание стихии.
- Точно, повезло, - согласно кивнул мужчина, стоя рядом с ней.
- Нас ведь не будут пытать здесь, верно?
- Я не позволю, - прошептал Ярвуд, взглянув на девушку. - Я не позволю им тебя сломать.
- Если я сама не сломаю себя быстрее.
Бежевый кавролин, мягкие кресла, выстроенные огромным полукругом, с десяток столиков в соседнем помещении, куда была распахнута дверь и люди. Много людей.
Гостиная реабилитационного центра приняла Ленор в свои чарующие объятия, окутав запахом лаванды.
- Всегда либо лаванда, либо ваниль, - пробурчал мужчина, поморщившись. - Ничего нового.
- Тшш, - ответила девушка, глядя на пару юношей, играющих в кубики на полу.
- Они не опасны, - раздался голос.
Ленор нервно повернулась. Рядом стояла женщина, глядя на пациентов мягким, даже влюблённым взглядом.
- Все, кто может быть вреден для остального общества находятся в другом крыле.
- Я должна радоваться, что нахожусь здесь?
- Это уже тебе решать, - добродушно усмехнулась женщина, взглянув на брюнетку лучистыми глазами, вокруг которых разбегались морщинки.
Ралфина Несс указала рукой на два свободные кресла, приглашая свою пациентку сесть.
- Как твои дела? - поинтересовалась она, поправив прямые волосы орехового цвета и чуть прищурив глаза.
- Что могло измениться за несколько часов? - вскинула бровь Ленор.
- Я думала, тебе удалось поспать, - пожала плечами женщина. - Тебя привезли ночью.
- Именно. Меня привезли. Насильно.
- Я понимаю, как тебе не нравится, когда кто-то распоряжается твоей жизнью, - снисходительно кивнула Ралфина. - Но к этому придётся привыкнуть - за тебя будут принимать еще многие решения. Всё же ты...
- Живу в социуме, - завершила фразу девушка. - Я знаю. Мне говорили это сотни раз.
- Как Ярвуд? - резко перевела тему доктор, в упор глянув на брюнетку. Та нервно вздрогнула, её взгляд тут же посуровел.
- Разве вы должны потакать безумию своих пациентов? - зло усмехнулась она.
- Ты не хочешь о нём говорить, - подвела итог женщина.
- Я не хочу его ни с кем делить, - поправила девушка.
- Никто не забирает его у тебя, - доктор покачала головой.
- Мои друзья, родственники наперебой твердили, что я безумна, что мне нужна помощь, лечение. Я доверилась им, а они отправили меня в психушку. Они не понимают, что со мной происходит, а я понимаю. И меня всё устраивает, понятно? Мне не нужна помощь.
- Ты начинаешь так раздражаться, когда речь заходит о нём, словно мы говорим о фантазиях, но при этом всеми силами утверждаешь, что он настоящий. Так почему бы тебе не сказать, как он поживает?
- Потому что это наша жизнь. Я не хочу, чтобы кто-то вмешивался в неё. Только туда еще никто не смог влезть, в мою голову. Только там никто не смог нарушить покой и я буду беречь это место. Не нужно лезть в мои мысли, - процедила Ленор, грозно ссутулившись.
- Я не совсем понимаю, - нахмурилась доктор Несс. - Ты говоришь, что всё лишь у тебя в голове, что Ярвуд у тебя в голове, но при этом твердишь, что он настоящий и придёт за тобой. Как это?
- Это не поддается объяснению на словах! Это нужно чувствовать.
- Попробуй объяснить мне, - попросила женщина, удобнее усаживаясь и покорно складывая руки на коленях.
- Чтобы вы использовали мои слова против меня же? Чтобы вы смогли меня вылечить?
- Я, как доктор, в первую очередь, хочу понять историю и причины произошедшего: почему он появился, когда, что следовало из этого...
- Появился, когда пришло время, чтобы меня защитить, - отрезала девушка, отвернувшись и уставившись на мужчину, который сидел за столом в соседней комнате, что-то рисуя на бумаге.
- Ленор...
Внутри девушки начинала закипать такое знакомое чувство ярости, поднимающееся каждый раз, когда кто-то пытался посягнуть на их я Ярвудом личное пространство.
- Расскажи ей вкратце, может отстанет, - пожал плечами мужчина, словно давая своё согласие.
- Если нет, я убьюсь головой об стену, - проворчала брюнетка. - Я попытаюсь объяснить. Но на этом наш диалог на сегодня будет закончен, идёт? - вслух произнесла она.
- Идёт, - просто согласилась доктор, утвердительно кивнув.
- Порой, когда мы ссоримся, я кричу, что он не может понять меня, ибо я его придумала. Это всегда сильно оскорбляло его, но он не уходил, лишь опускал глаза. Я понимала, что эти слова - край. Дальше никогда не заходило, ибо это больно для обоих, - начала Ленор, заламывая пальцы на руках и прокручивая черное граненое кольцо. - Мы сами до конца не понимаем, как всё устроено. Он появился в какой-то момент в моём сознании. Мне было двенадцать. Может, то был период, когда я наиболее нуждалась в помощи и была на грани, не знаю. Жизнь разделилась на два периода - до его появления и после. Я слабо помню себя до двенадцати лет, не могу и представить, о чём думала, о чём мечтала. Иногда Ярвуд кажется мне всего лишь голосом в голове, сознанием - все ведь люди разговаривают сами с собой, в какой-то степени.
- И всё же это нечто другое, - пробормотала Ралфина, заинтересованно потирая подбородок.
- Вам повезло, что я могу говорить о нём вечно, - усмехнулась Ленор, видя улыбку мужчины. Доктор Несс тоже довольно растянула розоватые губы. - Это ментальная связь. Я говорю с ним, в моменты опустошения кричу, что он всего-то выдумка, но знаю, что он где-то есть. Пусть в параллельной вселенной, за завесой реальности, но он есть. Он обещал прийти за мной.
- Ты говоришь с ним прямо в голове?
- Да. Я могу обнять его, взять за руку, почувствовать это, но не как в реальности. Словно я... смотрю фильм, которых хорошо передаёт ощущения.
- Ты хочешь увидеть его, чтобы убедиться, что ты не безумная, разговаривающая сама с собой на протяжении долгих лет, или для того, чтобы просто лучше его почувствовать?
- Вы переходите границы, - резко ответила Ленор, чьё лицо в миг посуровело.
- Извини, - спохватилась женщина, почесав переносицу. - Я увлеклась.
Брюнетка кивнула.
- Спасибо, что рассказала мне, Ленор. Теперь я куда лучше понимаю вашу натуру. Сначала я думала, что Ярвуд всего-лишь вторая личность, которая вышла на свет не до конца. Но теперь я понимаю...
- Что же вы понимаете?
- Что ошибалась. Он человек.
Брюнетка осторожно отодвинула стул, приставленный к небольшому столику. Мужчина, рисующий черным карандашом, даже не поднял головы, продолжая выводить четкие линии на коричневатой бумаге.
Ленор тяжело сглотнула, но всё же села напротив, сжав губы.
Ралфина Несс ясно дала понять, что если девушка не найдет друзей в центре, не станет общаться с настоящими людьми, её пребывание здесь сильно затянется.
- Тебе нужна поддержка, пусть со стороны. Ты, в первую очередь, должна посмотреть на свою проблему глазами других людей. Как бы ты не отрицала, я знаю - ты чувствуешь вину за свои эмоции и мысли.
Брюнетка не нашла тогда, что ответить, но поддавшись уговорам Ярвуда, который встал на сторону доктора, решила подойти к незнакомому мужчине.
Она почувствовала смущение, ощутила, как трясутся коленки, но тут же заставила себя представить, что совершенно невменяема, безумна, потому имеет право совершать необдуманные и дикие поступки.
- Что вы рисуете? - тихо спросила Ленор, глядя на мужчину лет тридцати восьми, который на мгновение задержал карандаш в одной точке. Девушка замялась, вновь заметив, как еёголос стал на несколько тонов выше при разговоре с неизвестным человеком - так происходило всегда, интонация прыгала сама по себе, решая, какой предстать сегодня.
- Глаза, - ответил мужчина, подняв голову. Низкий тембр, в котором слышались нотки грусти, но неизменной мудрости и четкого осознания происходящего.
Ленор вскинула брови.
Незнакомец выглядел статным, темные волосы были слегка зачесаны назад, но на глаза всё равно падала одна непослушная прядь. Черные глаза прищуривались, превращаясь в узкие щелочки, сохраняя при этом ясность взора. Они были темны, словно ночное небо, но искорки где-то глубоко напоминали скорее звездное полотно, чуть мерцающее, чем непроглядный мрак. Это была какая-то искренняя тьма, обволакивающая, завораживающая, в которой проглядывалась мудрость.
Недельная щетина, придающая большего шарма и некой загадочности, широкие брови, слегка лохматые, чётко выраженная челюсть, которая почему-то нервно двигалась и губы, хранившие в себе отголосок усмешки, но желающие сохранять серьёзность.
- Вы не хотите знакомиться? - осторожно спросила девушка, глядя на мужчину.
- А зачем? - спокойно сказал он, вновь водя карандашом по бумаге, отрывисто прорисовывая ресницы глаза.
- Мне казалось, вы одиноки, - пожала плечами Ленор.
- Мы все одиноки здесь, не считая голосов в нашей голове, - нараспев произнёс мужчина, откладывая карандаш и глядя на собеседницу. - Вы очень красива.
- Спасибо, - чуть улыбнулась она, чувствуя, как внутренности наполняются желчью - поднятая тема была очень неприятна.
- Почему вы такая худая?
Ленор болезненно ухмыльнулась.
- Ну... я не хочу есть.
- Голоса в голове тебя отговаривают? - спросил он, вновь прищурившись.
Девушка почувствовала, как от пронзительного взгляда содрогнулось тело и побежали мурашки.
- Почему вы думаете, что я слышу голоса? - взволнованно спросила она, старательно не подавая виду.
- Потому что я раньше слышал. Демоны. Они говорили мне, сколь я ужасен. Они кричали мне прямо в уши. Я их рисовал.
- Давно вы здесь?
- Пол года, - просто ответил незнакомец.
- Меня ночью привезли, - удручённо произнесла девушка, поджав губы.
- Становление собой начинается в самых внезапных местах и при самых внезапных обстоятельствах... - пробормотал он, складывая пальцы домиков и прикрывая глаза. Эти запоминающиеся глаза.
- Вам нравится здесь?
- Мне нравится чувствовать себя в стенах свободным. Тут тихо, мирно, есть распорядок дня, библиотека и развлекательные центры. Прознай обычные люди об этом месте, они притворялись бы безумцами.
- Вы называете их обычными? - поморщилась Ленор, пусть и не чувствуя пренебрежения в голосе мужчины.
- Да. Они обычные. И черт знает, хорошо это или плохо, - он открыл глаза и наконец-то улыбнулся. - Как вас зовут?
- Ленор Коулсон, - ответила девушка. Уголки губ поползли вверх.
- Ленор... - прошептал пациент, усмехаясь. - Комета, стремящаяся к познанию, невыносимо плачущая от обыденности. Одиночество не тяготит, но заставляет думать. Много думать.
Девушка нахмурилась, глядя на нового знакомого и задавая немой вопрос.
- Я изучал тайны имён, - улыбнулся он. - Я предан идее о том, что родитель не просто так наделяет своего ребёнка тем или иным именем.
- Он словно предсказывает этим его суть?
- Нет, он подтверждает его суть.
- Что вы еще можете обо мне сказать? - заинтересованно прищурилась девушка, чуть осмелев.
- Любовь к перемене мест, неумение и нежелание ценить стабильность, - продолжил мужчина, призадумавшись. - Это ваш главный атрибут, мисс Коулсон, - свобода. Ваш фетиш, мотивация, единственный способ существования.
Брюнетка сидела напротив, в упор уставившись на собеседника, не понимая, какие эмоции берут над ней верх - злость, раздражение, интерес или сожаление. Она непроницаемо глядела на мужчину, раскрывшем все её карты посредством «тайн имени».
- Надеюсь, я не обидел вас.
- Вы единственный, кому я позволю называть меня по фамилии, - серьёзно произнесла она.
- А кто еще так делает? - заговорщицки ухмыльнулся он.
Девушка не сдержалась от улыбки.
- Мы знакомы минут десять! - воскликнула она, не в силах подавить легкого восторга.
- И это не дает мне право заглядывать в самые сокровенные уголки вашей души, - согласно поднял руки вверх мужчина.
- Но вы можете сделать это с легкостью, - пожала плечами Ленор.
- Я не стану. Без вашего разрешения не стану, - спокойно ответил он, но в глазах его блеснула серьёзность и легкая доля раскаяния. - Я не хотел лезть не в своё дело.
- Будь вы злым человеком, вы были бы потрясающим манипулятором.
- Может я злой, - пожал плечами пациент. - Может я здесь, потому что злой.
Ленор чуть напряглась, но не подала виду, сжав губы и натянув на лицо привычную маску лёгкого безразличия.
- Посмотрим, - спокойно произнесла она, ощущая, как внутри все нервно дрожит. - Как вас, всё таки, зовут?
- Элмер. Меня зовут Элмер. И знаете, мисс Коулсон, я хочу вас нарисовать.