Зависимость

Артур

Пробуждаюсь от настойчивой дрели телефона. Голова сразу не просыпается, глаза плотно закрыты, а одна рука на ощупь ищет валявшийся телефон. Не смотря на экран принимаю звонок.

— Слушаю.

— Артур, ты приготовил договор на сегодняшний вечер? – по ту сторону трубки слышу строгий вопрос от Сильвестра.

Который час? Нахрен так рано звонить дряхлому старику?

Прочищаю горло, придавая голосу твердости.

— Готов, но странно было составлять без данных нашего будущего партнёра. Что за слепая игра в прятки? Ты уверен в нём?

— Я в себе не уверен, не то, что в нём, но меня мало интересует этот факт. Главное – выгода, а кто он, малозначительный элемент. С поставкой сегодня всё в силе?

— Да, отправляется в два часа.

— Проконтролируй лично, я за этот год потерял половину своего состояния, ошибки исключаются, особенно когда мы на пути к великому будущему.

Сжал зубы чуть ли не сломав. Больной ублюдок. Под его «великим будущем» понимается смерть, хаос, беспорядок.

— Насобирал врагов за всю жизнь ты, а расхлебать мне?! Смешно.

— Мы с тобой в одной лодке, ты мне зять. Это теперь наши проблемы. У тебя был шанс уйти, не женись ты на моей дочери, поэтому поздно нести чушь. Я всю жизнь враждую, но ещё ни одно насекомое не смогло противостоять мне. Когда договор привезёшь? 

— К этому насекомому относился мой отец, — издаю свирепое рычание, — поэтому лучше нам закрыть тему. Привезу к полудню, — мгновенно отключаюсь и блокирую телефон.

Спал в комнате, окруженной одними фотографиями Маргариты. Сегодняшняя ночь обошлась без наркотика, возможно это положит началу процесса на восстановление? Не буду гадать, как пойдёт, потому что контролировать тело ещё вполне себе задача средней тяжести, а вот неподдающийся разум куда сложнее.

Привожу себя в порядок и спускаюсь на первый этаж. Завариваю кофе и сажусь на барный стул, упираясь локтями в столешницу. Сегодня четвертый день, крайний для Юсупова. Если он не позвонит или не вышлет имена, я лично приеду и сотру его в порошок. Завязать с убийствами хочется, как никогда и отправить на тот свет всех причастных. Предположу, что, перебив всю банду Блексли, я на свою голову добавил проблем в виде мести от ближайших их родственников, которые тоже завязли в болоте преступной среды. Пока это малоебучий фактор, который планирую решать со временем.

В кухню со второго этажа спускается Алиса и садится напротив меня. Выглядит она мягко говоря слишком вульгарно и открыто, наверное, надеется задобрить меня полуголыми сиськами и задницей.

Ощущать тошно, не то, чтобы поднимать на неё глаза и уделять время такому ничтожному существу, не уважающий в первую очередь самого себя.

— Теперь мы можем поговорить? – осторожно задаёт вопрос, начиная вовлекать в беседу.

— Слушаю, — сухо отвечаю и отпиваю кофе. Не интересно вникать в её лживые оправдания. 

— То, что ты видел, как я спала с...

— Трахалась, — перебиваю специально, чтобы она обозначала всё своими именами.

— Что?

— Не спала, а трахалась, Алиса, говори, как есть, зачем спектакль устраиваешь?

— Ты вообще не заинтересован после брака моей жизнью, — приступила извергать накопившуюся желчь, — да что уж говорить, до брака собственно тоже. Первый месяц побегал, а потом забросил, ведь появилась эта деревенщина. Знаешь, я радовалась её смерти, радовалась, как тебе было больно. Я думала, что после её ухода, наши отношения станут лучше, но даже смерть не помешала ей встать между нами. Тебе плевать на меня, на мою жизнь. Спишь даже в жалкой комнате, закрывшись на ключ, или на диване. А мне нужна любовь и внимание от тебя.

— А достойна ли ты моего внимания?

— А по—твоему нет?

— Ты меня за идиота прекрати держать! — звонко поставил недопитый стакан на столешницу, что брызги кофе вылетели на поверхность, — ты до брака и после трахалась каждый день с разными блядями, а потом о какой—то любви мне тут говоришь?

— А ты сам лучше?! — перебивает, повысив голос, — с ней сколько раз ты спал? Я что должна была закрывать на это глаза и слепо ждать тебя?

— Зачем выходила замуж за такой скот?

— Потому что любила и люблю, но ты не видишь и не хочешь видеть!

— Любовь – это преданность, которой ты не обладаешь, но зато ты очень любишь мои бабки и статус в обществе. Решу дела с твоим отцом и разводимся.

— Что? – сбившись с толку, удивляется, — нет, нет, нет! Ты не можешь меня бросить Артур!

— Это ещё почему? – задаю вопрос, который ставит её в тупик, — я же изменщик, тебя не люблю, вниманием не осыпаю, смысл мне возиться с тобой и слушать истерики избалованной девчонки?

— Я не дам тебе развода!

Усмехнулся и вышел из дома, прекращая бессмысленную перепалку. Бедная овечка не знает, что брак фиктивный, поэтому будет сейчас вопить. Оставлю проблему с Алисой на потом, сейчас куда более важные дела есть.

Подхожу к машине, открываю дверь для Байта и сам сажусь за руль. Еду в клуб, чтобы забрать нелепый договор и отвезти его Сильвестру. Возле коттеджа Князева меня пропускает охрана только тогда, когда проверяет машину на наличие безопасности.

Старый кретин. Кто захочет его убить, смешная охрана с такой безопасностью не поможет.

Паркуюсь и оставляю двери машины открытыми для Байта. Пусть посидит или побегает, пока буду занят делами. Беру договор и подхожу к двери, но слышу очередные громкие крики и маты. Чтобы не встревать в шумную ссору, с торца дома подхожу к окну и прислушиваюсь к разговору через открытое окно.

— Дрянь! – громкий удар пощечины.

— Я ненавижу тебя, ненавижу! – немного наклонился и увидел, как Сильвестр берет за блондинистые волосы женщину и готовится нанести очередную пощечину.

— Я научу тебя уважать меня, сучка!

— Ни за что! Ты тряпка и ничтожество!

Сильвестр швырнул женщину на пол и со всего размаху ударил по туловищу. Конченный упырь. Руки чесались подойти и переломать все кости мерзкого старика. Поднимать руку на женщину самое скотское, что может сделать мужчина. Хотя, о чем я, Сильвестр не мужик, а убитое ничтожество. Скорей бы засадить его далеко и надолго. Жду в своем укрытие, когда Князев покинет дом и уедет. Даже моя машина не привлекла его внимание, раз он не остался.

Я захожу через главные двери в дом и подхожу к женщине, которая свернулась на полу клубочком. Внешний вид просто отвратителен: множество ссадин и синяков покрыты на теле, так же есть шрамы на ногах. Она лежит в домашнем халате и рыдает, я пытаюсь её поднять, но она отталкивается и продолжает лить слезы.

— Оставь меня, оставь!

— На меня посмотри, — как можно спокойнее прошу, чтобы не спугнуть.

После пары всхлипов, женщина приходит в себя и смотрит на меня заплаканными глазами с полопавшими капиллярами. Жуть мать его.

— Он ничего не сломал? – бегло ощупываю живот и ребра.

— Кто ты?

— Помогу тебе, в машине поговорим, —  подаю руку и помогаю ей встать на ноги. Женщине с трудом удается встать из—за покрытого синяками тела с огромными гематомами. 

— Я не могу, — с отчаянием произносит она, отходя назад, — мне не сбежать от него.

— Я же сказал, что помогу.

Смотрю на неё, и она вызывает жалость. Видно, что пережила полнейший кошмар рядом с таким тираном. Каждый удар, оставленный на ее теле, был не только физической болью, но и глубоким шрамом на ее душе, который отчетливо можно было прочесть в испуганных и усталых глазах.

— Но, зачем тебе это? – переспрашивает, не доверяя до конца, — я не смогу расплатиться с тобой, он забрал у меня всё.

Я прохожу мимо и оставляю документ на дорогом серванте из красного дерева. Достаю из шкафа плащ и накидываю сверху на женщину, чтобы прикрыть ее до пяток. Пока веду к выходу, задаю вопрос:

— Кто ещё знает, что ты здесь?

— Его дочь, возможно охрана. Я только один раз пыталась убежать, но это было много лет назад, думаю тогда были другие люди, которые следили за периметром.

К этой женщине у меня много вопросов, но я стараюсь обуздать себя и промолчать. Разговор по душам обязательно состоится, но сначала, должен вывезти её отсюда. Пожалуй, доверие у свекра окончательно накроется медным тазом ко мне, но я не могу позволить ему дальше издеваться над женщиной. При одном взгляде на изнеможённое тело, пробивает злость. Если бы с моей матерью подобное сотворили, обезглавил моментально.

— Слушай внимательно. Сейчас подгоню машину, ты сядешь на задние сиденье, откинешь его и перелезешь в багажник, ясно? Охрана проверяет перед входом и после выезда с территории автомобиль, поэтому веди себя тихо.

Женщина молча кивнула, выглядя очень нервной. Сам не верю, что делаю это, но не жалею.

Подгоняю машину, открываю дверь, и женщина делает так, как я сказал. При выезде с территории охрана даже не стала в этот раз проверять меня. Тупоголовые кретины.

Проезжаю километра три и останавливаю машину на обочине. Открываю багажник и помогаю женщине занять переднее место, застегивая аккуратно ремнем безопасности. Сажусь за руль и вижу, как она опасливо посматривает на Байта.

— Не переживай, не укусит.

Женщина облегченно выдохнула и заметно расслабилась, но при этом постоянно теребила ткань плаща.

— Как тебя зовут? – начинаю задавать вопросы из далека.

— Злата, — робко отвечает, — а ты?

— Артур.

— Ты работаешь на него? Кем приходишься?

— Я так понимаю, тебе можно доверять. Работаю на старого упыря, с целью засадить за решетку надолго. Временный зять.

— Так ты получается ему родственник? – в глазах опять вернулся прежний испуг, направленный на меня.

— Можно итак сказать, но не бойся, я не выдам тебя.

— Почему ты решил помочь мне?

Долго не мог ответить на вопрос, но собрался с мыслями и сказал:

— Ни одна женщина не заслуживает такого отношения к себе. Знал бы раньше, что всё настолько плохо, давно бы помог. А еще, ты мне очень сильно напоминаешь одну девушку.

Смотрю на Злату и сопоставляю с Маргаритой. Обе блондинистые, такие же зеленые глаза, цвет кожи, рост, телосложение – всё, как у неё. Только передо мной сидит как будто взрослая версия Маргариты.

— Спасибо, но я боюсь, что даже ты не сможешь уберечь меня от него. Он обязательно найдёт.

— Не найдёт, мы едем в надёжное место.

Единственное место, в котором я не сомневаюсь и смогу уберечь Злату, это дом моих родителей. Отец безоговорочно поможет мне спрятать на время женщину, пока не разберемся с Сильвестром. Паркуюсь возле дома, выпуская Байта на свежий воздух. Открываю дверь со стороны Златы, беру её под руку и помогаю дойти до входа в дом.

Переступая порог дома, помогаю снять плащ и разуться, Злата с благодарностью смотрит на меня. Беру под руку и помогаю пройти в гостиную, но выходит мама и резко замирает, словно увидела призрака. Они обе безмолвно смотрят друг на друга, прижимая руки к груди и первые горькие капли слез стекают из глаз по щекам.

— Не может быть, — тихо прошептала мама, делая шаг навстречу. С лестницы спускается отец и тоже замирает, когда видит перед собой нас.

Злата опускает мою руку, и они с мамой рвутся навстречу друг другу, крепко обнимаясь. Отец стоит пораженный, боясь пошевелиться, видимо опасаясь испортить момент. Я только что и делаю, так это бегаю глазами от одного к другому. Вероятно, они знакомы, вопросов появилось куда больше, нежели чем ответов.

— Ты жива, жива, — шепчет мама, не расставаясь со Златой.

Пока они меняются любезностями я вызываю на дом нашего лечащего врача, чтобы он полностью осмотрел Злату. Мало ли, какие повреждения могут быть. Отец подходит ко мне и вполголоса задает вопрос:

— Где ты её нашел?

— Забрал из дома Сильвестра.

Отец в один миг меняется в лице. Тело напрягается до предела, а глубь его взгляда обещает мучительную смерть старому другому.

— Может объяснишь, кто она? Я тут один не догоняю.

— Сейчас пройдем в гостиную и поговорим.

Мама садит Злату на диван, накрывает теплым пледом и уходит заваривать чай. Мы с отцом садимся напротив и пытаемся не рассматривать её немощное хрупкое тело, но глаза сами бегают по ней.

— Я вызову врача, чтобы тебя осмотрел, — обратился отец к Злате, доставая телефон из кармана брюк.

— Не стоит, я уже всё сделал.

Мама приносит на подносе травяной чай и каждому раздаёт в руки. Все хотят расспросить Злату о том, как она попала в лапы Сильвестра, но каждый из нас боится нарушить спокойную обстановку и устоявшуюся тишину. Злата решает заговорить первой.

— После выпускного, когда я выбрала Руслана, а не его, он исчез из нашей жизни и больше не появлялся. На тот момент мы прожили с супругом счастливых семь лет, пока на пороге снова не показался Сильвестр. Он угрожал, что если я добровольно к нему не уйду, то разрушит мою семью.

Злата тихо всхлипывала, рассказывая жуткую историю жизни. Каждое слово было пропитано горечью и тяжестью прошедшего времени. Мама как могла, старалась выражать поддержку, крепко держа за руку.

— Я отказала ему, — продолжила Злата, — он начал мстить. Мой муж постоянно приходил то резанный, то с побоями, то с пулями в теле. Жизнь моментально превращалась в ад. Один раз сына нашего чуть до смерти не забил, полиция ничего не смогла сделать, потому что он откупился огромными деньгами. Мучения продолжались лет пять. Мы отдали сына бабушке, а дома остались с дочерью и мужем. Вечер как сейчас помню был одним из самых счастливых в моей жизни, но его с удовольствием испортил Сильвестр. Шантажом он получил меня, и я до сегодняшних дней была в его клетке, как собака, пока Артур не спас.

— Как долго ты пробыла у него? —  вопрос задал отец.

— Четырнадцать лет.

Я окаменел. Четырнадцать лет терпеть унижения, побои, издевательства. Как она еще не покончила с собой?

— Он забрал у меня всё: мужа, сына, дочь. Я осталась совсем одна.

Дальше Злата не могла говорить, только рыдала на взрыв, выливая всю скорбь и обиду в слезах. С приходом врача пришлось ей дать успокоительное, чтобы она хоть немного пришла в себя. После осмотра, врач выписал рекомендации и ушел. Мама с отцом заверили Злату, что предоставят ей полную защиту и обеспечат всем необходимым.

Сильвестр Князев бесчувственный монстр.

Насколько надо быть зависимым от женщины, чтобы до такого бесчеловечного состояния довести её жизнь. Мне не просто хочется, чтобы он гнил в клетке, но, чтобы еще ежедневно страдал от боли, которую будут причинят ему сокамерники. С этим я точно постараюсь. Мама осталась со Златой, пока та не уснула, а я воспользовался моментом и зашел в кабинет отца. Он задумчиво сидел, держа в одной руке нетронутый алкоголь.

— Тебе тоже хочется эту падаль уничтожить?

Отец поднимает на меня глаза, которые говорят всё сами за себя.

— Ещё как. Бедная Злата, столько натерпелась.

— Откуда вы её знаете? – я сел на диван, желаю послушать рассказ от лица отца.

— Она наша соседка была, оттуда и познакомилась с Сильвестром, когда мы еще общались. От неё он слетел с катушек в буквальном смысле слова, а отказ любимой женщины добил в нём всю человеческую сторону. Если я раньше узнал, что это он ей был так одержим, давно бы предпринял что—то. Ходило столько слухов о Злате, но никто не выдавал её имени. Меня мало волновал данный факт, когда у самих проблем по горло.

— Сегодня у него встреча с новым союзником. В глаза его не видел, но как узнаю, устраню, тогда и начнём план приводить в действие.

— Давно пора, мы растянули дела на два года, но зато тщательно подготовились. Сильвестру Князеву пришёл конец.

Телефон завибрировал, оповещая о сообщении.

Камай Юсупов 16:45

«Через четыре часа у меня. Выдам список. Готовься к худшему.»

* * *

В нетерпении подъезжаю к дому Юсупова, который находился на другой окраине города на вершине холма. Камай чокнутый, увлекается миром мертвых и всё, что с ним связано. Дом выглядит под стать его интересам. Стены дома чёрные, холодные и массивные, крыша покрыта тёмной черепицей, а острые шпили придавали сущий мрак, словно здесь живёт само зло.

Открываю громоздкую дверь из дуба, окованную железом и прохожу в глубь дома, где обычно можно застать Юсупова. Он сидит посреди пустого зала на черном возвышающемся стуле, больше похожий на трон. Я останавливаюсь в паре шагов от него. На его лице играет зловещая улыбка.

— Ты без опозданий.

— Говори, — сразу перехожу к делу.

— Под тяжелыми пытками, главарь Блексли Заносов рассекретил имя заказчика при условии, что я сохраню ему жизнь.

— И ты повёлся? – дурак, не?

— Я—то повёлся, но ты должен дать обещание, что не тронешь его, мне он нужен пока живым.

Сквозь злость, ярость, агрессию киваю головой. Убью не я, значит кто—то другой.

— Хорошо, очень хорошо, — скалится и качается вперёд—назад, словно под наркотой.

— Ближе к делу, Камай.

— Свёкр.

— Что?

— Сильвестр Князев заказчик.

— Ты сейчас шутишь или твой склеп на мозги тебе надавил? Ему зачем заказывать её убийство?

— Из—за женщины, из—за мести.

До меня словно по щелчку пальца доходит вся информация и пазлы собираются в одну картинку.

— Женщина Злата?

— Вроде бы, я не запоминал имён.

Ругаясь матом под нос и отворачиваюсь в сторону выхода, но голос Камая останавливает.

— Это не всё, — кричит мне вдогонку.

— Что ещё? – не понимаю, чем ещё может меня удивить или добить.

— Князев заказал Блексли, а твоя жена через отца наёмников.

— То есть взрыв – это Блексли, а джипы – Алиса?

Камай разражается диким хохотом.

— Да, так и есть.

Я, не говоря ни слова буквально бегу в машину и на ходу думаю, как прямо сейчас приеду и разорву, уничтожу, убью конченную семейку Князева. Мать его блять, я мог закончить это дело за месяц! Сдуру врезаю кулаком по сенсорной панели и ворота жуткого дома Юсупова открываются.

Залетаю в машину, громко хлопнув дверью и внезапно замираю, потому что сердце пропускает удар. На меня наставили дуло пистолета к виску.

— Соскучился, моя любовь?