Сказ о том, как солдат брата искал

Пули и лазеры преследовали их на каждом шагу. Раздался выстрел, и дверной проем обрушился. Лазер задел Морского Змея, обжигая кожу спины.

Морской Змей, неся в одной руке мальчика-птицу, другой ухватился за ограждение аварийного прохода и спрыгнул, но и тут их настиг отряд преследователей. Лидер отряда высоко поднял пистолет, направив ему в грудь. Внезапно Морской Змей швырнул металлический набалдашник, который он прихватил с собой, в то же время с парнем-птицей уходя от опасности.

Запах резины, запах металла, запах пороха, запах крови... заполнили его нос. Не успевшее восстановиться тело, похоже, ослабло.

В этот момент юноша-птица вылетел из его рук и бросился на стену.

Но той стене висела картина маслом, на которой была изображена классически красивая молодая женщина. Приоткрытые алые губы женщины улыбались, но после того, как мальчик-птица налетел на стену, нижняя губа нарисованной женщины оторвалась до середины груди, открывая тёмный тайный проход в стене!

У красивой женщины отвалилась нижняя губа, отчего выглядела сильно потрясённой, словно она готова в любую секунду сойти с картины и разразиться руганью.

Юноша-птица высунул голову и пронзительно по-птичьи закричал Морскому Змею.

Морской Змей опешил, но сразу же последовал за ним, не раздумывая.

Юань Ижэнь, наблюдавший за ними, резко переменился в лице.

Преследовавшие двух людей пираты ничего не знали об этом секретном проходе, переглянувшись, они уже было собирались последовать за ними, но внезапно услышали голос Юань Ижэня.

«Довольно, - холодно произнёс их капитан. – Не забыли? Если вы их убьёте, кто покажет нам дорогу? Проваливайте!»

Юноша-птица, тянув Линь Цзинхэна за собой, бежал, чуть не падая, пока не достиг конца туннеля. Тёмный длинный коридор был знаком. Линь Цзинхэн оторвал кусок от низа рубашки и перевязал рану, чтобы не натирать её одеждой. И тут осознал, что это и есть та секретная лаборатория с видео.

Под тусклым светом лампы в расставленные в несколько рядов капсулах с питательным раствором находились существа – не люди, но и не чудовища. Некоторые безразлично смотрели сквозь прозрачное стекло на двух незваных гостей. Взгляд Линь Цзинхэна метался по лаборатории, мальчик-птица, вытянув руки, встал на цыпочки, попытался закрыть ему обзор своими деформированными руками, при этом отчаянно дёргая его за рубашку.

Линь Цзинхэн бросил на него задумчивый взгляд.

Юань Ижэнь страсть как хотел показать свою извращённую сторону. Каждый извращенец гордился своими преступлениями, и если некому их показать, то теряется половина удовольствия.

Но из страха перед принцем Кэли Юань Ижэнь не осмеливался показывать своего питомца и держал его в тайне, иначе, когда Линь Цзинхэн упомянул о покупке женщины-змеи на чёрном рынке, он бы не испугался. Но этот мальчик-птица был другим. Помимо неспособности говорить и странной формы скелета, в нем было много от человека, он мог жить, не полагаясь на медицинское оборудование, и не вызывал никаких ассоциаций с "пикированием людей", даже увидев его необычность, то, скорее всего, решили бы, что у ребёнка врождённые отклонения в следствии какого-то облучения.

Поэтому мальчика-птицу выпустили на "волю".

Линь Цзинхэн не был специалистом в области биохимии, и Чжаньлу рядом не было, чтобы выяснить информацию, поэтому он не знал, какую технику использовали на этом мальчике, что на его теле не было видно швов от трансплантации.

Он знал, что Юань Ижэнь совершенно точно не собирался показывать секретный проход своим людям.

Так кому же он подчиняется? Что ему нужно?

Мальчик-птица, ведя за собой Линь Цзинхэна, привычно шёл по бесчеловечной лаборатории, черт знает сколько поворотов спустя он открыл узкую неприметную дверь, за которой располагалось множество труб, вероятно, вытяжных каналов лаборатории. Юноша подпрыгнул и, в очередной раз демонстрируя своё умение "парить", легко взлетел на высоту более трёх метров, ловко поднимаясь по трубе, как будто был подвешен на невидимом тросе.

Взлетев, он вспомнил, что человек позади него не имеет крыльев, но, оглянувшись, он увидел, что мужчина на руках взбирался по трубе.

Чем выше они поднимались, тем темнее становилось. У них не было никакого источника света, и в какой-то момент они начали продвигаться на ощупь. Юноша хорошо ориентировался и, беспокоясь, что человек позади него не поспевает, "чирикнул".

Морской Змей сказал: «Поднимайся, я иду на звуки, которые ты издаёшь».

То ли темнота вызвала страх, то ли из-за ответа адмирала Линя, но в условиях полной темноты мальчик-птица, услышав его голос, необъяснимо почувствовал, как по позвоночнику поползли мурашки, и внезапно испытал неописуемый страх перед мужчиной.

Он постарался успокоиться, и, издавая шорохи, продолжил подниматься. Человек позади него молчал. Несколько раз, когда юноше-птице казалось, что мужчина отстал, он подавал голос, но Морской Змей каждый раз отвечал ему, находясь на расстоянии трёх-четырёх метров от него.

Как змея, крадущаяся в темноте.

От этой мысли юношу-птицу пробила дрожь, его ладони вспотели, и он чуть не соскользнул по трубе. Он оглянулся, только когда сверху показался слабый свет, и, увидев, что бледное утончённое лицо Морского Змея не превратилось в нечто иное, вздохнул с облегчением.

Мальчик-птица указал на верх: свет исходил из щелевого зазора, прикрытого контейнерами. Зазор был очень узкий, и взрослый мужчина с трудом мог протиснуться. Линь Цзинхэн прикинул на глаз, что даже в его нынешнем отощавшем состоянии, даже если он сдерёт с себя кожу, он все равно может застрять.

Юноша-птица "чирикнул".

«Слишком узко, - покачал головой Линь Цзинхэн. – Этот зазор ты сделал? Как давно ты хочешь отсюда выбраться?»

Юноша-птица что-то громко "прочирикал", отвечая на птичьем языке. Линь Цзинхэн не понял ни слова: «Неважно. Поднимись, попробуй отодвинуть контейнеры».

Мальчик замолчал, в больших круглых глазах сквозило невыразимое страдание. Из-за отсутствия возможности разговаривать, он чувствовал своё уродство.

Он молча поджал плечи и, спокойно протиснувшись в щель, начал передвигать контейнеры.

В этот момент Линь Цзинхэн неожиданно почувствовал вибрацию над головой и, выхватив лазерную пушку, стволом оттолкнул ногу мальчика: «Посторонись».

От удара по ноге оружием юноша-птица отшатнулся, и сразу же лазер прошёл мимо него, одним выстрелом убив пирата, незаметно подкравшегося к ним. Но на этом не закончилось, Линь Цзинхэн сделал ещё шесть выстрелов вслепую, каждый из которых достиг своей цели.

Мальчик прижался к полу, головой отодвигая мешающиеся контейнеры, и протянул руку, чтобы втащить Линь Цзинхэна, но прежде чем он коснулся запястья мужчины, из трещины снова выстрелили лазером. Юноша в ужасе отпрянул. Горячий и вонючий кровавый дождь хлынул сверху на его голову, стекая на лицо, вслед за тем рядом с ним с грохотом упал труп пирата.

Юношу-птицу сковал страх. Порвав рубашку на плечах, Линь Цзинхэн, насилу протиснулся, чуть не сломав себе ключицы, там, где только что стоял контейнер.

Проникнув, он подхватил напуганного парня, и в то же время по периметру пронеслись залпы. Похоже, те несколько выстрелов разозлили пиратов - поток лазеров чуть не изрезал их.

Линь Цзинхэн пробежался взглядом, и обнаружил, что именно здесь хранились резервные мехи. Шесть мехов среднего типа принца Кэли, стоявшие на рельсотроне, светились зелёным. Каждый мех охранялся пиратами. И количество людей, собравшихся здесь, только увеличивалось, перекрывая пути отступления.

Холодный палец коснулся тыльной стороны руки Линь Цзинхэна. Опустив взгляд, он увидел, что юноша-птица указывает на ближайший к ним мех. Линь Цзинхэн посмотрел в указанном направлении и, не заметив в этом мехе ничего особенного, недоуменно нахмурился. Неожиданно юноша оттолкнулся от пола, собираясь взлететь, - он намеревался пожертвовать собой, отвлекая пиратов, и дать Линь Цзинхэну шанс захватить мех.

Реакция Линь Цзинхэна была крайне быстрой, и прежде, чем ноги юноши оторвались от пола, его схватили за загривок. Линь Цзинхэн, удерживая не весившего и пятидесяти цзиней* парня, подумал: «Слабоумный?»

* 25 килограммов

Вполне очевидно, что Юань Ижэнь не оставил бы их в тупике умирать, он давно подготовил мех, которым можно было управлять дистанционно. Схватив юношу, Линь Цзинхэн уже почувствовал знакомое магнитное поле.

В следующее мгновение один из мехов внезапно двинулся. Испуганные пираты, охранявшие мех, даже головы поднять не успели, а их уже разметало выстрелом лучевой пушки. Поднялся сильный дым. Мех устремился к ним, одновременно с этим находившиеся в удалении пираты начали вести интенсивный огонь в их направлении. Глаза юноши-птицы расширились. В следующее мгновение его подкинули, и как раз в тот момент, когда он должен был ударится об плотно закрытые двери люка меха, створки люка неожиданно распахнулись. Ужасная волна ментальной сети прошла мимо него и устремилась к человеку позади него.

Мальчик был крайне изумлён – в тот момент, когда ментальная сеть подключилась, нечто неукротимое и агрессивное вырвалось из молодого человека и тут же исчезло. Степень соответствия установилась на отметке 65%. Подключение прошло успешно – мех тут же активировал щиты, с рёвом взлетел без разгона на рельсотроне, используя тягу собственных реактивных двигателей!

Резкий вихрь от ускорения меха смел пиратов; в следующее мгновение мех вылетел из базы, направляясь в середину флота пиратов, и прежде чем они успели отреагировать, запустил экстренный скачок!

И исчез.

Казалось огромное давление, вызванное перемещением, раздавило голову мальчика, из ушей и носа потекла кровь, и он потерял сознание.

Линь Цзинхэн бросил на него неоднозначный взгляд, подхватил его за грудки, рассчитывая поместить в медотсек.

Однако он быстро обнаружил, что в этом мехе не было не только медотсека, медицинского оборудования и лекарств, а также были выгружены все припасы и даже питьевая вода.

Юань Ижэнь установил порт дистанционного управления, вынуждая его выбрать именно этот мех, чтобы прорваться из устроивших облаву пиратов. Примерно через двадцать часов проявится радужный вирус, и он окажется в отчаянном положении - в космосе без возможности спастись самому.

В тяжёлом мехе открылись двери, и Юань Ижэнь не спеша вошёл в ангар мехов, высокомерно смотря на своих никудышных подчинённых.

Один пират бросился к нему: «Капитан, мы потеряли их».

«Ошибаешься, - Юань Ижэнь похлопал парня по голове, - наш проводник прихватил с собой жучок».

С этими словами он включил персональный терминал, и на экране появилась космическая навигационная карта, на которой виднелось одно крошечное светящееся пятнышко. Сигнал, исходящий из маленького сердца юноши-птицы, постоянно отмечал их местонахождение, заодно передавая все звуки, которые они издавали, и разговоры, которые они вели.

«Мм, оказывается там находится неизвестная незаконная точка перехода. - Юань Ижэнь торжествующе улыбнулся, - Отметьте её».

Пираты, у которых было все под контролем, не заметили, что в захваченном ими маленьком мехе был пустой винный шкаф, над которым колыхалось несколько прозрачных бутылок с выращиваемой в них люминесцентной травой. Под бутылками стояла подставка в виде механической руки.

Мальчик-птица с окровавленным лицом оклемался, и обнаружил себя в незнакомом мехе. У него болело все тело, словно были переломаны кости. Он робко позвал Морского Змея.

Морской Змей стоял к нему спиной, сверяясь с космической навигационной картой: «К сожалению, на этом мехе отсутствует медицинское оборудование, так что вытри себе лицо сам».

Мальчик послушно вытерся и, взяв чистое полотенце, подошёл к нему, указывая на кровавые царапины разных размеров на теле Морского Змея. На его взгляд, Морскому Змею стало ещё хуже, чем когда они находились на тяжёлом мехе, с него тёк пот, промокшая насквозь рубашка облепила выступающие лопатки.

Парень неуверенно дотронулся до его руки и, испугавшись ужасного жара, неразборчиво "зачирикал".

У мужчины температура редко поднималась выше сорока градусов. Из-за проклятого радужного вируса дыхание Линь Цзинхэна было обжигающим, но у него была верблюжья выносливость: если он ещё не умер – значит не такая это и проблема.

«Я в порядке, - он сдержанно ответил. – Мы временно оторвались от них, но у нас нет припасов, нужно найти способ... Не ищи, на этом мехе нет питьевой воды».

Юноша встревоженно посмотрел на его промокшую насквозь рубашку.

Линь Цзинхэн неспешно сел, максимально замедляя дыхание, чтобы сберечь силы: «Я думаю... сделать круг, чтобы убедиться, что полностью избавились от них, и вернуться на базу».

Болезненное выражение лица у него было весьма правдоподобное. Помолчав немного, он добавил: «Мой бой – только мой бой. Я ни в коем случае не могу допустить, чтобы Клоп умер от чужих рук. Я должен предупредить их, чтобы они как можно скорее переместились».

Юноша-птица тихо "чирикнул".

Морской Змей посмотрел на него, влажные из-за высокой температуры обычно холодные серые глаза казались мягкими. Он спросил: «Какие у тебя способности, ты ведь можешь летать?»

Юноша на мгновение растерялся, а затем, закатав рукав, обнажил руку. Рука была длиннее, чем у обычного человека, с уплощёнными костями, что-то среднее между человеческой рукой и птичьим крылом, а на плече даже был клочок слабого оперения. Когда он расслабился и перестал пытаться упорно притворяться человеком, стали отчётливо видны выступающая грудная клетка и искривлённый позвоночник. Он стоял, как диковинная птица, по ошибке созданная с человеческой головой.

Линь Цзинхэн поинтересовался: «Врождённое?»

Юноша-птица молча покачал головой.

«Значит, модификация, - тихо проговорил Линь Цзинхэн. – Это не... это же не трансплантация?»

Мальчик сжался, стыдясь своего вида, и избегал его взгляда.

«Все-таки трансплантация? - Линь Цзинхэн недоверчиво спросил, - Как это возможно? Что за технология такая, при которой тебе не нужно находиться в питательном растворе?»

Юноша-птица молчал, нервно теребя полы своей рубашки.

Линь Цзинхэн спросил: «Это те пираты сделали тебя таким?»

Качание головой - и впрямь, Юань Ижэнь не смог бы провести такую высококачественную трансплантацию в лаборатории похожей на скотобойню.

Линь Цзинхэн снова спросил: «Значит они купили тебя на чёрном рынке. Кто это сделал?»

Парень все так же покачал головой. Вытянув руку, он показал на очень маленькое расстояние, давая понять, что был таким с самого детства и не помнит.

Линь Цзинхэн прищурился, смаргивая холодный пот с ресниц, и неожиданно спросил: «Ты же знаешь Клопа, так ведь?»

Юноша-птица напрягся и испуганно посмотрел на него, не зная, что ответить.

Но Линь Цзинхэну и этого было достаточно...

Ещё до того, когда Юань Ижэнь купил парня на чёрном рынке, по всей вероятности, он каким-то образом познакомился с Клопом и все это время поддерживал с ним связь.

Неудивительно, что Клоп заранее знал о готовящихся к вторжению пиратов.

И неудивительно, что юноша самоотверженно бросился спасать его, едва услышав, что он с базы Клопа.

«Хорошо, - Линь Цзинхэн поднялся и, покачнувшись, ухватился за подлокотник дивана, чтобы удержаться на ногах. – Я задолжал той сволочи, навестим его».

Юань Ижэнь получил этот разговор слово в слово. Один из пиратов подошёл и, проследив направление на карте, в котором двигалась светящееся точка, сказал: «Капитан, это направление и направление, полученное с карт подобранного меха, практически совпадают».

Юань Ижэнь: «Следовать за ними!»

Внушающих страх мехи погнались за уводящего их в противоположном направлении Линь Цзинхэном, так и не войдя во внутреннюю сеть базы.

Поток высокоэнергетических частиц, нахлынув как прилив, ушёл, направляясь дальше.

База, не ведая о надвигающейся опасности, спокойно пережила эту небольшую беду.

Спустившихся пилотов привечали как героев. С большого мультимедийного экрана звучали песни, на прежде безлюдной платформе мехов толпился народ, празднующий всю ночь. Пышка принесла несколько ящиков бесплатные пива. Субботу подбрасывали его младшие подчинённые, осмотревшись в воздухе, он заметил, что учитель Лу пропал.

«Хватит, стойте, - Суббота вырвался из восторженной толпы, схватил веселящегося Бойцового Петуха и крикнул на ухо: «Где учитель Лу?»

Бойцовый Петух: «На станции связи».

Суббота: «Блядь, так и знал!»

Пробираясь сквозь толпу, он направился к станции связи.

На лице Лу Бисина не было и следа радости. Он быстро вбивал команды на персональном терминале, подключённому к станции связи. Карта на экране перелистывалась, прослеживая местоположения меха Пекин. В скором времени появилась приблизительная карта маршрута – выполняющий разведывательные задачи Пекин профессионально прошёл по периметру туннеля в пределах внутрисетевого диапазона, а затем исчез, отойдя дальше. В тот день он вошёл в зону действия сигнала и, отправив ответ, медленно улетел обратно вдоль туннеля, а потом...

Внезапно исчез из зоны обнаружения.

«Экстренный скачок, - едва слышно сказал Лу Бисин, разговаривая с самим собой. – Его не было много дней, энергоносители, наверняка, были частично израсходованы, иначе получив моё сообщение, на обратный маршрут не ушло бы столько времени. Экстренный скачок весьма энергоёмкий. Зачем?»

Суббота перебил: «Откуда мне знать?»

Задумавшись ненадолго, Лу Бисин внезапно встал и развернулся, собираясь уходить: «Мне нужно найти его. Скажи моему отцу, после того как я улечу».

«Он ведь этот ... командир? Почему ты беспокоишься о человеке, в одиночку выбившем все дерьмо из отряда самообороны? – всматриваясь, спросил Суббота. – Спешишь признаться ему?»

Лу Бисин: «Что за бред?! В мире не существует абсолютно всемогущих людей, как и абсолютно никчёмных... И ещё - не говори ерунду, он мой друг».

Суббота развёл руками: «Мм, друг, хорошо – а если твой "друг" испытывает к тебе чувства и признается, что будешь делать?»

Лу Бисин остановился: «Я тщательно все обдумаю».

Суббота всю свою жизнь не слышал о таком взгляде на серьёзные отношения, он был ошеломлён: «Ты... какого хрена?»

«Я скажу ему, что мне надо все обдумать, - Лу Бисин, не оглядываясь, проследовал на станцию мехов. - Он тот человек, к которому необходимо относиться серьёзно».