Сказ о том, как солдат брата искал

Лу Бисин подумал об этом и неожиданно сказал: «Старина Лу, ты поэтому так злишься?»

Одноглазый Ястреб, поперхнувшись, грубо ответил: «Топай давай, нечего льстить себе. Мне просто жалко своё имущество!»

Лу Бисин хлопнул его по плечу: «Имущество - все равно, что запруда из грунта в реке. Ничто не вечно*. Лет через сто песчаная насыпь разрушится, и водный поток с песком устремиться в океан. С точки зрения вселенной, времени не существует. Твои вещи не твои, просто даны на хранение. В любом случае; в будущем все получу я. Забудь, я этого не говорил».

* досл. родившись не принесёшь, умерев не заберёшь; в знач. голым родился, голым умрёшь; материальное – преходяще.

Одноглазый Ястреб усмехнулся, не желая сдаваться: «Кто сказал, что моё имущество достанется тебе? Ты мне не родной сын, я подобрал тебя в мусорном контейнере!»

Эта фраза, из той же категории, что и выражение для запугивания четырёхлетних малышей - «детей, которые не спят, забирают волки».

Лу Бисин на мгновение погрузился в молчание. Испытывая смущение, он огляделся вокруг и тихо сказал: «Старший Лу, мне уже больше тридцати лет, можешь не называть меня на людях «малышом»?»

Одноглазый Ястреб: «...»

Лу Бисин, подшучивая над своим отцом-персидским котом, не забыл о деле: «Вы не убили Спенсера? Сохранились ли самые ранние чертежи базы? Они мне нужны».

«Не нужны, - лицо Одноглазого Ястреба помрачнело. – Адмирал Альянса планирует использовать эту базу как приманку и отдать её космическим пиратам. Хорошо отдохни за эти несколько дней, не суетись. И передай своим ученикам, чтобы не слонялись повсюду и были готовы покинуть эту базу в любой момент. Иначе никто не сможет позаботиться о них, если что-то случится».

Лу Бисин посмотрел на плотные постройки и переполненную улицу: «Так скоро? Тогда главное решить энергетическую проблему, иначе многие не смогут покинуть базу в одно время. Если крупномасштабный мех или космический корабль взлетит, база может быть перегружена, и...»

Одноглазый Ястреб прервал его.: «Нет, ты не понял».

Лу Бисин растеряно замолчал.

«Это всего лишь крошечная космическая станция, населённая ничтожными отбросами и подонками. Даже столица Первой Галактики, Вото, при необходимости может без колебаний выбросить её. Ты знаешь, что для этих людей значит война? Шахматная партия, в которой количество жертв - лишь число, - сказал Одноглазый Ястреб. – Думаешь, он хорошо относился к тебе на планете Пекин? Конечно, ведь тогда у вас не разнились интересы. Ты не знаешь его».

Лу Бисин приподнял бровь: «Старик, сколько я себя помню, ты не покидал Восьмую Галактику. И, учитывая возраст адмирала Линя, какая между вами двумя может быть вражда? Он в детстве разбил твой стакан рогаткой?»

Одноглазый Ястреб озлобленно стиснул сигарету во рту.

Лу Бисин серьёзно сказал: «Помимо вражды, даже то, что вы знакомы, довольно странно. Расскажешь? Если не можешь рассказать – неважно, я все равно встану на его сторону».

Одноглазый Ястреб: «Это ещё почему?»

Лу Бисин развёл руками: «Он мой спонсор, а ты всего-навсего чрезвычайно скупой* отец. Что это за отец, который не даёт денег?.. К тому же он моложе и красивее тебя».

* досл. не вырвет и волосок; обр. скупой, прижимистый.

Против этих двух объективных фактов: «молодой» и «даёт деньги» - нечего было ответить. По красоте, Одноглазого Ястреба даже сравнивать неудобно с командиром Линем. От гнева его разноцветные глаза потемнели. Ему потребовалось некоторое время, чтобы справиться со злостью.

Лу Бисин: «Или ты ненавидишь кого-то из его старшего поколения?»

«Приёмный отец Линь Цзинхэна, или считать его учителем, не знаю... Мой старый друг, - сказал Одноглазый Ястреб, взвешивая каждое слово, словно слова давались ему с трудом, и уточнил, - Друг вышел за рамки приказа. Впоследствии, по какой-то причине его оклеветали в преступлении и убили».

Лу Бисин: «Твой друг? Я его знаю?»

«Нет, в то время тебя еще не было. - Одноглазый Ястреб помолчал, - Он был очень хорошим человеком. Люди, которые оклеветали его, были очень влиятельными, в Альянсе полно всяких выродков. После его смерти многим перепуганным людям не хватало храбрости взять на себя контроль и управление над армией, поэтому им нужно было найти человека. Этим человеком стал Линь Цзинхэн».

Лу Бисин выглядел растерянным: «Неужели злодеи в этой истории ...... так уважительно относятся к праву наследования?»

«Нет, - Одноглазый Ястреб просто смотрел на него какое-то мгновение. Его взгляд как будто устремился сквозь молодого человека, на сто лет назад в разрушенную, но полную надежды Восьмую Галактику. – Они сначала не верили, что Линь Цзинхэн будет верен Альянсу. Как раз в то время несколько прежних подчинённых подняли бунт. Его отправили для проверки. Ты же знаешь его военные достижения? Великий командир Линь, вчерашний выпускник, стал знаменитым за один бой, уничтожив сотню «вражеских» мехов, в одной из дивизий никто не выжил. Из трёх мятежников старой гвардии, двое погибли, а третий получил тяжёлое повреждение, когда его ментальную сеть взломали».

«Стал овощем?»

«Слабоумным, - Одноглазый Ястреб как-то странно усмехнулся. – После этого человека посадили в специальную тюрьму, и он больше никогда не видел солнца. Не знаю, как у него дела, может, живёт собачьей жизнью? Теперь понимаешь, почему я не переношу Линь Цзинхэна? Да, он был молод, когда того человека убили, и, чтобы не превратиться в пушечное мясо и сберечь свою шкуру, он должен был сохранять самообладание. Одобряю. После он поступил в армию и служил Альянсу... Все же он родился в известной семье и окончил первое военное училище – логично. Однако, если бы он был хоть капельку человечнее, он мог аккуратно нанести удар по своему дяде, который наблюдал за его ростом с малых лет, и прикончить Барта, чтобы он умер, как мужчина, сохранив достоинство».

«Барт? – повторил Лу Бисин имя, которое случайно выдал Одноглазый Ястреб. – Лютер? Барт? Твой друг - Лу Синь, генерал Альянса? Я читал про него в каком-то рассказе, но в официальной информации Альянсе про него ... ничего найти не удалось».

В действительности же он нашёл, хоть Альянс тщательно скрыл информацию по Лу Синю. В его деле чётко указывались два серьёзных преступления: измена и бесчеловечность. Чтение Лу Бисина всегда было очень разнообразным. Он прочитал про него все, но заботясь о чувствах Одноглазого Ястреба, вёл себя так, как будто ничего не знает.

Одноглазый Ястреб, почувствовав, что и так слишком много сказал, отмахнулся, отказываясь продолжать.

«Ладно, - Лу Бисин перестал задавать вопросы, - пойду спрошу Линя».

Одноглазый Ястреб нахмурился: «Я только что столько тебе рассказал, а ты все пропустил мимо ушей?»

Лу Бисин улыбнулся: «Пусть я не знаю его, но я довольно близко общался с ним на планете Пекин и все же немного его понимаю. Старший Лу, ты не был очевидцем того события, о котором рассказал, это информация из вторых рук. А логика говорит, что информация из вторых рук не обязательно точнее моих наблюдений».

«Брешет твоя наблюдательность, - возмутился Одноглазый Ястреб. – Ты просто пялишься на его лицо!»

Лу Бисин спокойно сносил раздражение мужчины в климаксе. Обернувшись, свистнул своим ученикам: «Вояки, закончили сражение? Если да, идите за мной!»

Одноглазый Ястреб посмотрел на него, и в сердце вдруг зародилось сомнение. Несмотря на то, что Лу Бисин с малых лет увлекался всевозможными странными технологиями, не выглядел чудиком. Он хорошо одевался и нравился людям. На планете Кэли за юношей бегало немало девушек, но он всем деликатно отказывал. Одноглазый Ястреб полагал, что хоть он и был активным, но в душе был хикки* и планировал жениться на мехе.

*Хикикомори, или, в просторечии, хикки — японский термин, обозначающий людей, отказывающихся от социальной жизни и, часто, стремящихся к крайней степени социальной изоляции и уединения вследствие разных личных и социальных факторов.

Теперь вот, кажется, что мальчишка просто не позволял желаниям затмить разум, или же ему совсем не нравились девушки, а в то время в округе не было ни одного красивого мужчины!

Волосы на спине Одноглазого Ястреба встали дыбом: «Постой, Лу Бисин, вернись, я ещё не закончил!»

Лу Бисин был уже далеко.

Когда Линь Цзинхэн увидел, что Одноглазый Ястреб вытащил Лу Бисина из толпы, сразу же вернулся в свою комнату. Он был уверен, что Лу Бисин скоро придёт к нему, поэтому заварил чай и, ожидая, стал хаотично просматривать файлы на терминале Клопа.

Однако он уже трижды сходил в туалет, а Лу Бисин так и не пришёл.

Энергетическая башня уже повернулась обратной стороной к космической станции, на базу опустилась ночь. Линь Цзинхэн взглянул на время и скопировал нелегальные маршруты с персонального терминала Клопа, и, делая вид, что тщательно вычисляет координаты, равнодушно спросил Чжаньлу: «Куда ходили Лу Бисин с учениками?»

Сутки заряжавшееся ядро меха Чжаньлу принял человеческий вид, выслушал вопрос, отойдя в сторону, через внутреннюю сеть базы быстро взломал повсеместно установленные устройства мониторинга: «Директор Лу с учениками под предводительством члена отряда самообороны оббежали всю базу и сейчас возвращаются обратно».

Линь Цзинхэн перестал писать: «Оббежал всю базу... Зачем?»

«Составлял карту, проводил испытания, выведывал... попутно обучал учеников, - рассказывал Чжаньлу. – Ученики уже засыпают стоя».

Учитель Лу превратил энергичных подростков в живых зомби. Вернувшись в свои комнаты, они сразу же заснули, он же наоборот чувствовал себя бодрым.

Вернувшись в комнату, он использовал свой персональный терминал для централизации всей информации, которую собрал за день, эффективно и быстро проанализировал перспективы решения проблем. А после того, как рассвело, приведя себя в порядок, постучал в дверь адмирала Лина.

Наверное, Линь Цзинхэн умывался, когда пошёл открывать дверь. Вода всё ещё стекала по лицу. Он не вернулся в ванную, а просто смахнул капельки воды рукой: «Садись».

Лу Бисин огляделся вокруг – командир Линь был весьма неприхотлив, в комнате царил идеальный порядок. Кровать была ровно заправлена, словно на ней никто не спал. Он как будто обходился без вещей. По крайней мере, чайные приборы, мебель... все сохраняли свою прежнюю расстановку. Он смущённо и неловко сел.

«Я знаю, что ты хочешь мне сказать, - прямо сказал Линь Цзинхэн, не поднимая головы от чашки кофе, и поставил её перед ним. – Но без внешнего сигнала связи я не смогу связаться с Серебряной Девяткой. Я не знаю где они, не знаю, какое вооружение имеют космические пираты, которого нет в Альянсе. Даже неизвестно сколько тяжёлых мехов списали за сто лет непрекращающихся ожесточённых боев. Вполне вероятно, военная подготовка этих людей превосходит подготовку изнеженной армии Альянса. Я должен собрать Серебряную Десятку».

Лу Бисин ощутил запах мяты, исходивший от его тела, вытер нос и вкрадчиво сказал: «В информации, обнародованной военным ведомством Альянса, говорилось, что ты полностью разгромил звёздных бандитов. Человек, способный в одиночку опрокинуть целый отряд самообороны, будет проявлять осторожность?»

Линь Цзинхэну хотелось спросить «ты интересовался моими успехами?», но посчитал, что это будет похоже, будто он хвастается. Он сдержал готовые сорваться слова и вместо этого серьёзно ответил: «Этот отряд сам опрокинулся бы и без моего вмешательства. Если я могу задуть несколько свечей, это не значит, что я также могу породить торнадо. Люди, переоценившие себя, долго не живут».

«Для внешней связи необходимо оборудование базы. Поскольку другие две станции снабжения не жилые, там отсутствует необходимое аппаратное оборудование, верно? – сказал Лу Бисин, включил свой персональный терминал, проецируя на столик довольно сложные чертежи. – Я могу решить эту проблему».

Линь Цзинхэн дёрнул головой, чуть не ослепнув от этой мешанины чертежей: «Что это?»

«Я делал это всю ночь. Построив пространственное поле на периферии нелегального маршрута, используя плазменную энергию башни, эквивалентно созданию большого рефлектора. Если враг попытается по сигналу отследить базу, рефлектор направит их в другое случайное место, -объяснил Лу Бисин. – Я расскажу тебе основы контрнаблюдения...»

Линь Цзинхэн не хотел ничего слушать, у него голова шла кругом. Раньше он при необходимости отдавал приказ техническому составу, ни один технический специалист не осмеливался подойти к нему с бесконечной болтовнёй. Линь Цзинхэн дважды поднимал рук, чтобы прервать его, но, увидев сияющие глаза Лу Бисина, не смог. Тогда он сильно надавил себе на пульсирующий висок.

Лу Бисин оборвал фразу на полуслове и, внимательно посмотрев на его лицо, спросил: «Ты вчера не отдыхал?»

Линь Цзинхэн: «...Все в порядке».

Чжаньлу, помогающий проводить проверку чертежей, считал выражение лица Линь Цзинхэна. В его базе данных, куда записывался всякий мусор, всплыли две фразы: показная улыбка и вынести унижение. Любопытный ИИ почувствовал, что обнаружил что-то новое и радостно сохранил данные.

Лу Бисин: «Как думаешь, этот план годится?»

Линь Цзинхэн на мгновение задумался и терпеливо ответил: «Многие космические пираты имеют авангардное подразделение, которое называют «жертвенник», и используют человеческие жизни для получения информации. Когда невозможно определить положение противника, они посылают команду жертвенников, чтобы проверить огневую мощь и расстановка вооружения противника. Иногда в авангардном подразделении несколько групп. Подозреваю, что в последние десятилетия все их атаки носили этот характер. Они крайне осторожны, и ложными координатами их не обмануть».

Однако действующая несколько сотен лет космическая станция, с населением более десяти миллионов человек – вполне весомая приманка.

Особенность этой станции в том, что она находится на нелегальном маршруте. В тот год Лу Синь за несколько месяцев вернул Восьмую Галактику. Здешние банды и нелегалы встали на его сторону и использовали нелегальный канал, открыв путь для армии Альянса. Это кровный интерес принца Кэли, Арес Фэн сделает все, чтобы получить информацию.

«А если использовать отряд самообороны в качестве наживки? –Лу Бисин быстро объяснил, - Нет, они не будут наживкой в прямом смысле. Я проверил, у Спенсера достаточно оружия и мехов, чтобы вооружить средний боевой отряд. Отряд самообороны может воспользоваться сложным нелегальным маршрутом и отражением против разведки. У нас есть преимущество, поскольку база очень маленькая, легко скрыть её координаты и сделать невидимой, в отличие от планеты Кэли, которую они взорвали. Отряду самообороны нужна лишь подготовка. Линь, ты и Серебряная Девятка можете послужить секретным оружием».

На оптимистичные планы Лу Бисина Линь Цзинхэн чуть было не сказал «заткнись», но прикусил язык, и, поскольку не смог подобрать более тактичный синоним, улыбнулся, промолчав.

Лу Бисин привык к его насмешкам и даже сам подражал ухмылке адмирала Линя, но ещё никогда он не видел у него такой слегка беспомощной и вымученной улыбки. Уголки рта натянуты, брови опущены, глаза слегка прищурены. И смотрел он каким-то другим взглядом, снисходительным и ласковым.

«Он действительно относится ко мне иначе, - подумал Лу Бисин. Во рту пересохло, и он сделал глоток кофе, - Снова и снова... в который уже раз. Потому что я нравлюсь ему в этом смысле?»

Когда в его голове вылезли слова «нравлюсь в этом смысле», мозг Лу Бисина словно поразило компьютерным вирусом. Эти четыре слова все прокручивались в голове, забивая его оперативную память, превращая слугу науки в идиота. Чувство неловкости повисло в воздухе.