Сказ о том, как солдат брата искал

Режим дня и ночи меха работал плавно и был весьма реалистичен. Если не открывать люк и не выглядывать наружу, создается обманчивое ощущение нахождения на земле.

В пять часов утра имитируемый естественный солнечный свет постепенно нарастал, мягко разгоняя сонливость пассажиров.

Большинство подростков испытывало трудности с ранним подъемом. На планете Пекин-β на почтовый ящик директора приходило много предложений сдвинуть начало первого урока на два часа.

Однако в жизни человека всегда есть период, когда он с нетерпением ждет рассветы.

Несомненно, человеческие возможности велики. Уже спустя ночь выжившие молодые люди самостоятельно научились не обращать внимания на скорбь. Придав себе бодрый вид, сели за обеденный стол. Хуан Цзиншу первая открыла на своем персональном терминале учебный материал, остальные повторили за ней. Несмотря на то, что они не понимали прочитанное, во всяком случае, у них был вид образцовых учеников.

Закончив с завтраком и утренней самоподготовкой, ученики занялись теорией, пока переваривалась пища. На теоретическом занятии они узнали об установленном оборудовании в мехе... и познакомились с живым адмиралом Альянса.

Бойцовый Петух прошептал: «Так значит, Четвертый старший брат прежде был командиром. Адмирал – это какой чин? В Восьмой Галактике нет такого чина, он выше главы исполнительной власти Галактики?»

Уайт разумно ответил: «Вероятно, это зависит с главой исполнительной власти какой галактики сравнивать. Если с Восьмой Галактикой, то слова нашего главы не обладает столь действующим эффектом, как слова Четвертого старшего брата».

Хуан Цзиншу тоном старшей сестры презрительно сказала: «Как можно их сравнивать».

Мяту, как девушку, не интересовали звания. Она горестно вздохнула: «Это не имеет значения. Будучи адмиралом, сколько он получал в год, раз бросил это дело?»

Дети не осмеливались заговорить с Линь Цзинхэном. Они без остановки шушукались в пяти метрах от него, думая, что он их не слышит.

У Линь Цзинхэна закралось подозрение, что это его расплата за то, что он прикидываться глухим и немым. Он склонился над картой нелегальных маршрутов, украденной Лу Бисином, делая вид, что ничего не слышит.

Мята убежденно сказала: «Обычно заработная плата рассчитывается в соответствии со званием. Наверняка, она была очень высокой. Мне кажется, что у них еще имелся «серый доход».

Линь Цзинхэн: «...»

Ребенок, похоже, намекал, что его подозревают в коррупции.

«Точно, - ответил Уайт. – Армия постоянно закупает вооружение и мехи, откат - это же тоже «серый доход»? С продажи одного меха директор Лу построил академию. Даже если они взимали 1%, это тоже очень много!»

Линь Цзинхэн почувствовал, что в этих словах есть резон. Похоже, он потерял несколько сотен миллионов.

Вернувшись, Лу Бисин на свою беду услышал это и обнаружил, что за время, потраченное на чертеж внутренней структуры меха, дети уже опозорили его. Он тут же подошел разогнать их: «Идите, идите. Нечего тут валять дурака».

Взглянув на Линь Цзинхэна и встретившись с ним взглядом, он поспешно отвернулся, прикрываясь разговором с учениками, не смея снова посмотреть в его сторону.

Вчера Лу Бисин некоторое время был в ступоре, забывая, что на мехе повсюду ментальная сеть в отличии от земли. И хотя Линь Цзинхэн не проявил никаких странностей, он все утро был подозрителен, чувствуя, что его коварная лапа была замечена... Но нельзя было сказать точно.

Он неловко пошевелил рукой, размышляя: «Зачем ты мне? От тебя одни неприятности».

Уголок губ Линь Цзинхэна слегка дрогнул, показывая намек на улыбку. На самом же деле он ничего не видел, поскольку из-за отсутствия антибиотиков ему оставалось только положиться на иммунную систему. У него до сих пор держалась температура. В первую ночь он находился почти в бессознательном состоянии. Он постоянно был натянут как струна, все его внимание было сосредоточено в космос за пределы меха, готовый к ответным действиям, если что-то пойдет не так.

Он смотрел на напряженного Лу Бисина и обнаружил, что этот дурень тоже временами смущался.

Потому что его видели плачущим?

Мило, но немного жалко.

В это время Линь Цзинхэн учуял запах табачного дыма. Не оглядываясь, он холодно сказал: «По здравому смыслу на мехе запрещено курить, запрещено разводить огонь, запрещены опрыскиватели. Если хочешь курить, убирайся отсюда».

Одноглазый Ястреб видел и совсем свежие швы, наложенные на его раны, и скованные движения. Поэтому, осмелев, выпустил в него кольцо дыма: «Ах, адмирал Линь, мы не виделись с вами всю ночь. Рад видеть вас живым».

Линь Цзинхэн не говоря ни слова, отошел на несколько шагов. Одноглазый Ястреб, полагая, что он отступает, был весьма доволен и сильнее затянулся сигаретой. Но, не успел дым попасть в легкие, он внезапно почувствовал, что что-то не так. Торговец оружием, полагаясь на свою интуицию, развитую в течение многолетнего боевого опыта, мгновенно отступил на полшага, уклоняясь от струи из дозатора воды, но сигарету залило.

Некоторые люди без драки сразу же забывают кто тут главный.

Одноглазый Ястреб: «Ублюдок!»

Линь Цзинхэн: «Аналогично».

Закончив переругиваться с Одноглазым Ястребом, он как ни в чем не бывало развернул карту маршрутных путей и поманил Старого персидского кота рукой: «В записях станции снабжения зарегистрированы три нелегальных маршрута, берущих свое начало на стыке Седьмой и Восьмой галактик. В каждом направлении, простирающихся до экстерриториальных регионов, существует более тысячи незаконных прыжковых точек. Контрабандная экосистема восьми галактик высокоразвита, прямо-таки, опорная индустрия. Я отметил три ближайшие к нам точки перехода. Посмотри, не вызывают сомнения?»

Естественно, в космосе нельзя слепо прыгать, будет совсем невесело, если прыгнуть в черную дыру. В области человеческой деятельности существует огромная сеть переходов, каждая точка сети соответствует некой межзвездной координате. В основном «прыжок» рассчитывается из запаса энергии и характеристик меха. Иногда возможны некоторые отклонения в точке прыжка из-за помех, состояния пилота и тому подобное. Область отклонения в пределах одной тысячной астрономических единиц* допустим.

* единица измерения расстояний в астрономии, примерно равная среднему расстоянию от Земли до Солнца.

Каждый мех, независимо от того, легален он или нет, оснащен «космической навигационной картой», на которой будет четко обозначена сеть переходов.

Кроме общеизвестных на картах имелись «незаконные точки прыжков» с непроверенными координатами, как секретные потайные ходы.

Одноглазый Ястреб, протянув руку, получил карту на свой персональный терминал. Через минуту он кивнул: «Все три координаты подлинные, от только направления разные. Одна ведет к планете Кэли, можно забыть. Вторая ведет в ничейное место на стыке Седьмой и Восьмой галактик. Последняя ведет за пределы границы. Адмирал Линь, я слышал, что главнокомандующий Альянса старый хрыч, от которого одна видимость, и реальная власть командующего была у тебя. Позволь спросить, какая текущая военная обстановка и куда же мы направимся?»

«Связь между галактиками полностью разрушена, а Эдем зависел от аппаратного обеспечения сети и, вероятно, его не удастся сохранить. Теперь, когда все восемь основных галактик пали, Альянс не имеет сил нанести ответный удар. - Голос Линь Цзинхэна все еще был немного сиплым, и он, слегка прочистив горло, продолжил, - На протяжении многих лет Альянс отказывался предоставить армии автономию, чтобы контролировать центральную власть. Если космические пираты в самом деле переманили кого-то высокопоставленного из Альянса и захватили Серебряную Крепость, значит армия в самое короткое время будет парализована».

Одноглазый Ястреб удивился: «Вы не изменили это, почему?»

«Конфликт интересов. - Линь Цзинхэн издали бросил взгляд на Лу Бисина, стоящего рядом с Чжаньлу и рассказывающего о высокоуровневых мехах, и сказал, - В течение многих лет космические пираты были небольшими партизанскими отрядами, и Альянс всегда был весьма оптимистичен в отношении своей безопасности, полагая, что космические пираты в неблагоприятных условиях за пределами галактики не смогут выжить. Даже если они пока что могут вызвать беспорядки, стоит только Альянсу оправиться, он довольно скоро сможет уничтожить их с десятикратной силой. Эпоха космических пиратов должна была закончиться, но кто бы мог подумать, что сила, которую демонстрировали пираты, лишь верхушка айсберга. Они скрывали это более двухсот лет».

Одноглазый Ястреб тихо спросил: «Ты считаешь, что кто-то столько лет разводил пиратов за пределами галактики?»

«Ты должен помнить, когда в том году выбили с позором стражу принца Кэли из Восьмой Галактики, Арес Фэн чуть ли не голым выполз. Однако сейчас, по-видимому, у него на руках механистический отряд, в состав которго, по меньшей мере, из одного гиперпространственного тяжелого меха». - Линь Цзинхэн отвел взгляд и понизил голос до шепота, хотя поблизости никого не было. Голоса, которыми они общались, были торопливыми и тихими, напоминали бандитов.

Пристальный взгляд Линь Цзинхэна пронзил Одноглазого Ястреба: «Откуда взялись люди и мех? Не могут же быть это его дети?»

Взгляд Одноглазого Ястреба пылал гневом: «Если бы Лу Синь был жив...»

«Разумеется, его не могли оставить, - ответил Линь Цзинхэн чуть слышно. - Прошло столько лет, неужели ты все еще не понял? Естественно, сначала они должны были устранить его».

Зрачки разноцветных глаз Одноглазого Ястреба сузились: «Что ты сказал?»

Линь Цзинхэн не захотел повторить сказанное, бросив на него многозначительный взгляд, не говоря ни слова, повернулся и пошел к 001, чувствуя небольшое онемение. Когда он проходил мимо учеников, те вместе с учителем отчего-то напряглись, поставили ноги вместе и вытянулись по стойке смирно.

Адмирал Линь рефлекторно скомандовал: «Вольно!»

Отдав приказ и посмотрев на этот ряд учеников, стоящих столбом и по команде смотрящих вниз на свои ноги, осознал, что эти обезьяны с детских лет видели военную подготовку только в телесериалах и не знали, как правильно поставить ноги.

Бойцовый Петух спросил: «Четвертый... Командир, вольно какой ногой, левой или правой?»

Вздохнув, Линь Цзинхэн взмахом руки указал на маленькую лестницу напротив комнаты отдыха на втором ярусе: «Это тренировочный зал, там установлено оборудование для физической подготовки, невесомости и симулятор меха. Я открыл для вас допуск в тренировочный зал, можете пользоваться им в любое время».

Лу Бисин опустил взгляд и ответил «угу».

Этот парень очень активный экстраверт, никогда не знавший слов «стесняться» и «смущаться». Тогда, при первой их встречи за пределами атмосферы планеты Пекин, он заливал кровью из носа питательный раствор адмирала Линя, но не был так смущен, как сейчас.

Линь Цзинхэн протянул руку и помахал ею перед лицом Лу Бисина: «Хватит, считай я ничего не видел, хорошо?»

Услышав эти слова, Лу Бисин пришел в ужас – его смутное подозрение подтвердилось!

Несмотря на то, что адмирал Линь был человеком холодным и язвительным, Лу Бисин на планете Пекин надоедал ему на протяжении пяти с лишним лет, считая их друзьями. Но даже если они знакомы, зачем щупать лицо спящего человека?

Прямо-таки, классический заговор, один из десяти часто используемых сцен в порнографии!

Однако страх быстро прошел, и мелькнула одна едва уловимая странная идея.

Лу Бисин подумал: «Он совершенно не сердится на меня?»

Все тело Линь Цзинхэна было забинтовано, поэтому он просто накинул на плечи рубашку. Лу Бисин окинул его взглядом и почему-то вспомнил тот момент, когда он его «подобрал» за пределами атмосферы планеты Пекин. Естественно, люди, помещенные в питательный раствор, не надевали одежду. Лу Бисин до сих пор помнил свое удивление, когда он преисполненный любопытства, открыл створку. За годы жестоких тренировок в теле не осталось ни грамма лишнего жира. Все показатели находились в идеальной форме - эталон изысканного рисунка человеческого тела. Тот рисунок обычно спокойно хранился в глубине его памяти, но в этот момент при виде с головы до ног забинтованного Линя, всплыл. Лу Бисин прикрыл нос.

Линь Цзинхэн спросил: «Что случилось?»

Лу Бисин c трудом ответил: «В мехе слишком сухой воздух».

«Неженка,» - подумал Линь Цзинхэн с небольшой жалостью.

Однако, покачав головой, он все же сказал: «В больничном отсеке должен быть увлажнительный аппарат. Можешь отнести его в тренировочный зал и использовать. Только не забывайте плотно закрывать дверь. При большой влажности компоненты меха могут легко выйти из строя».

Подошедший к ним Одноглазый Ястреб, едва услышав его слова, разозлился от осознания, что этот расчетливый пес Линь сделает все, чтобы перетянуть его сына на свою сторону: «Как это, ты же только что говорил, что запрещено курить, разводить огонь и опрыскивать?»

Линь Цзинхэн махнул учителю и его ученикам. Лу Бисин, в первые не захотев вмешиваться в разборки между этими двумя, сбежал, прихватив с собой учеников.

Подойдя к тренировочному залу, он увидел, что Линь Цзинхэн приказал Чжаньлу и Одноглазому Ястребу перенести 001 в закрытый больничный отсек, и почему-то выгнал Чжаньлу сторожить вход. Чжаньлу, дружественный ИИ, заметив его взгляд, кивнул ему.

Лу Бисин махнул ему в ответ. Он чувствовал, что его настроение в последнее время сильно переменчиво.

В больничном отсеке выдвинулась стеклянная кабина, 001 кинули в нее на пол. Одноглазый Ястреб, сложив руки на груди, спросил: «Почему ты запрещаешь присутствовать Чжаньлу при допросе? Боишься, что твой мех научится плохому?»

Линь Цзинхэн ответил: «Хватит болтать, лучше помоги».

Одноглазый Ястреб, фыркнув, вытянул ноги 001 и наблюдал, как фиксаторы крепили его руки, ноги и шею, в то же время два тонких зонда вонзились в его мозг. Зонд был подключен к персональному терминалу Линь Цзинхэна.

Одноглазый Ястреб спросил: «И все же, думаешь, твой учитель смотрит на тебя глазами Чжаньлу: как его самый выдающийся ученик прячет пыточный набор, запрещений со дня основания Альянса?»

Фантазия человека в отношении пыток воистину безгранична. В древние времена существовало «десять самых жестоких пыток», Звездная эра больше знаменовалась научными открытиями. Независимо от грязных внутренних политических конфликтов, Альянс, в конце концов, основывался на «права человека - превыше всего». К годовщине начала Новой Звездной эры правительство Альянса опубликовал декларацию прав человека в новой редакции. Все эти «вредные пережитки» пыток древних времен считались непростительными.

Линь Цзинхэн, молча, привел в движение зонд на своем персональном терминале, после чего находившийся без сознания несколько дней из-за выброса из ментальной сети 001, дернувшись, очнулся.

Его зрачки расширились, дыхание участилось. Он изо всех сил попытался вырваться, а затем в ужасе огляделся вокруг.

«Представляться не будем, - заговорил Линь Цзинхэн. – У меня к тебе несколько уточняющих вопросов, чтобы определить наш следующий маршрут».

001 выкрикнул: «Отпусти...»

Не закончив говорить, его голос резко оборвался. Он походил на рыбу в теплой воде с открытым ртом, бившись в неконтролируемых судорогах и задыхаясь.

Одноглазый Ястреб заинтересованно спросил: «Что это?»

«Непосредственная стимуляция болевых нервов вызывает боль в теле и конечностях, которую невозможно испытать живому человеку, - ответил Линь Цзинхэн, не поднимая головы, и обратился к 001, - Ты не так понял, я не собираюсь тратить свое время на получение ответов. Я хочу вскрыть твой мозг, не умри раньше времени».

Примечание автора: астрономическая единица - единица измерения расстояний в астрономии, примерно равная среднему расстоянию от Земли до Солнца. Земля – место возникновения человека. Астрономические исследование солнечной системы - ценное достояние, оставленное первобытными людьми.