Тайны Грин Холлоу

Генри не имел никакого представления, в какой момент Виктория стала для него всем. Он просто знал, что здесь и сейчас ему нужна только она. Никогда и ни с кем ему не было так хорошо. Казалось, только она способна довести его до состояния ни с чем не сравнимого наслаждения одним своим присутствием. И почему он не додумался сделать ее своей раньше? Почему так легко отпустил?
— Знаешь, я хочу, чтобы так было всегда, — тихо сказала Виктория, касаясь его груди.
— Тут наши желания совпадают, — ответил Генри с улыбкой и нежно погладил ее плечо.
— И по поводу совета... — она подняла на него свои глаза, — если я откажусь, то... я останусь без средств к существованию. И я не хочу зависеть от тебя...
Вздернув брови, Генри с полминуты смотрел ей в глаза. Ох уж эта склонность современных девушек к старанию быть сильными и независимыми в любой ситуации. Иногда они доводят это до абсурда. Неужели она думает, что Генри оставит ее в тяжелой ситуации, какого бы рода она ни была. Зачем он в таком случае нужен?
— Еще мне нужно решить вопрос с наследством. Я уже нашла подходящего юриста, надеюсь, я смогу продать этот дом. Не смогу здесь жить, — сказала она с горечью в голосе. С этим домом связано слишком много ужасных воспоминаний.
Виктория оторвалась от его груди, усаживаясь на кровати.
— Но сначала надо разобраться с тем, что происходит со мной.
Генри лежал и задумчиво хмурил брови, потянув руку к девушке и нежно поглаживая указательным пальцем ее гладкую ножку.
— Что за юрист? Я с ним знаком? — спросил он больше из праздного любопытства. Их город маленький, все у всех на слуху.
— Его зовут Ховард, — ответила девушка и, взяв с прикроватной тумбы визитку, протянула ему.
— Юридическая помощь, — задумчиво прочитал Генри надпись на визитке, крутя ее в руке. Никого по имени Ховард он не знал.

— Ховард... А фамилия? — спросил он, заметив, что имени на визитке не присутствует, лишь номер телефона.
Виктория почему-то растерялась, осознав, что не знает его фамилии.
— Я... Не помню. — Смутилась девушка. А может, она и не знала вовсе.
— Хм, — Генри решил отметить про себя эту странность, но дальше тему не развивать и, перетянувшись через постель, вернул визитку на место. Приняв сидячее положение, убрал волосы Вик ей за ухо, открывая ее красивое лицо. Его взгляд коснулся ее аппетитных пленительных губ.
— Давай договоримся, что сегодня ни слова обо всем этом, — он переместил взгляд выше, заглядывая в глаза, — о наследстве, о том, что происходит с тобой. Не нужно.
Подавшись чуть вперед, Грей поцеловал ее в губы, сначала совсем легко и даже немного по-детски, но затем все более напористо и жадно. Новая волна безудержного желания накрыла его с головой. Подхватив ее за бедра, рывком усадил на себя, ладони скользнули по ее обнаженной спине. Его дыхание дрожало, но он не в силах был оторваться от ее губ.
Лишь на секунду оторвавшись от нее, Генри резко уложил на спину, прижимая всем своим телом к кровати, и продолжил покрывать поцелуями ее лицо. Губы, щеки, подбородок, нежные мочки ушей. Не хотел упустить ни одного миллиметра ее тела.
— Я люблю тебя, Коротышка, — выдохнул он в ее губы, едва ощутимо касаясь их своими. Не в силах больше сдерживаться, вновь заставил их тела слиться воедино в безумном танце страсти.

***

— А теперь к главным новостям этого часа. Весь город ликует от новости о том, что полиции наконец удалось поймать серийного убийцу...

— Ого, Макс, ты слышал? — оторвавшись от поедания отбивных в исполнении Макса, удивлённо воскликнул Нис.
Макс подошёл к дивану и, усевшись рядом с Нисом, прибавил громкость с помощью пульта.

— ...Джеймс Миллиган признался в совершении шести жестоких убийств, которые потрясли весь город, — сообщила ведущая программы новостей. Рядом с ней на экране появилась фотография какого-то парня, которому с одинаковым успехом могло быть как тридцать лет, так и пятьдесят. Лицо его заросло бородой, в глазах не было никакой осмысленности. Он напоминал бездомного, коим, скорее всего, и являлся.
Вот уроды. Решили подставить невиновного.
— Ты его знаешь? — заметив хмурое лицо Макса, поинтересовался Нис.
— Первый раз его вижу, — ответил Макс, и это была абсолютная правда.
Тут со стороны спальни послышался топот ног, и перед ними возникла сестра Макса в новых серых джинсах и чёрном пальто до середины бедра с большими пуговицами и широким поясом, из-под которого выглядывал воротник свитера болотного цвета.
— Ну как вам? — покрутившись вокруг себя, девушка спрятала руки в карманах пальто. Макс с улыбкой посмотрел на неё, снова и снова радуясь тому, что она у него есть.
— Красотка, — восхищённо произнёс Нис, — Я, кажется, знаю, на ком я женюсь.
— Эй! — бросил возмущённый взгляд на рыжего засранца Макс.
— Разбежался, — фыркнула Лили и, гордо задрав нос, ушла обратно в спальню.
Макс тихонько рассмеялся себе под нос, пока Нис вдруг не задал ему вопрос.
— Как там дела у твоего друга-упыря и его девушки?
На секунду Макс потерялся и не мог собрать мысли воедино.
— Да вроде бы всё в порядке, — ответил он.
За эти три дня он один раз виделся с Генри, когда тот приходил забрать свою тачку. Выглядел Генри вполне сносно, будто бы и не было с ним того дерьма, из которого Макс его вовремя выдернул.
Нис сидел на диване, опираясь одной рукой о колено, и задумчиво смотрел на Макса. Его длинные рыжие волосы сегодня рассыпались по плечам, отчего он напоминал льва из мультфильма. Только почему-то в смешном свитере в горизонтальную зелено-красно-белую полоску. Нис создавал атмосферу Рождества, хоть до него и было далеко.
— Может, позовём их? Выпьем пива, обсудим последние новости? — предложил он.
Его общительность всегда удивляла Макса. В юности они с ним были как две стороны одной медали. Активный, общительный и вечно жизнерадостный Нис и стеснительный, молчаливый, склонный загоняться по пустякам Макс — та ещё парочка.
— Можно, а когда? Сегодня, я думаю, уже поздно.
— Значит, завтра, — широко улыбнулся Нис.
— Да, ты прав, — хлопнув себя руками по коленям, поднялся на ноги Макс, — позвоню Генри.

Три дня спустя...

Всему хорошему, как известно, приходит конец. Вот и время любви между Генри и Викторией подошло к концу, вновь безжалостно швырнув их в объятия жестокой реальности. Грею предстояло вернуться домой, но только лишь для того, чтобы собрать вещи. Он планировал перебраться в коттедж своего деда. Генри не был уверен, что сможет сделать это сразу, по понятным причинам, но так он хотя бы знал, что попытался.
Невыносимого труда ему стоило оставить Викторию одну в её доме, но его успокаивала мысль о том, что их разлука не продлится долго. Первым делом он вызвал себе такси и отправился к Максу, чтобы забрать свою машину, а уже после этого направился к своему фамильному особняку.

Лесси, как обычно, встречала Генри первой. Казалось, это единственное существо в этом доме, которому он был искренне рад. Ретривер подбегал к нему энергично размахивая хвостом и подскакивал на задние лапы, требуя объятий.

— Я тоже соскучился, малышка,— почесывая её загривок, Генри поеловал её влажный нос, в ответ на что она облизала его щёку тёплым мягким языком.

— Ну всё, пойдём в дом,— рассмеялся Генри, вытирая щёку тыльной стороной ладони. Лесси, издав весёлую смесь скулежа и лая, побежала рядом с ним, и вместе они входили в холл особняка.

— Здравствуйте, мистер Грей!— Внезапно громко поприветствовала его новенькая горничная, рыженькая, высокая и очень худая девушка, чьего имени Генри не вспомнил бы даже если бы и хотел.

От неожиданности он даже застыл на месте. Прислуга, бросив на него недолгий взгляд, скрылась за дверью столовой. Пока Генри смотрел ей вслед, слева, со стороны входа в гостиную, донёсся чёткий, но размеренный стук каблуков. Повернув голову, он увидел стоящую в нескольких шагах от него в арке мать. Она стояла неподвижно, словно застывшая статуя из мрамора и молча прожигала его взглядом чёрных, как сама смерть, глаз. Время вдруг застыло как желе, ему показалось, что они простояли так, молча глядя друг на друга целую вечность, прежде чем женщина уверенно двинулась в его сторону. От хлесткой пощёчины у него на секунду потемнело в глазах, щёка вспыхнула огнём. Медленно вернув голову в исходное положение, Генри стиснул зубы и исподлобья посмотрел в глаза женщины, называющейся его матерью.

— Как ты смеешь меня позорить?— Озлобленным ядовитым полушёпотом спросила она, а затем резко повысила голос.— Как ты смеешь?!
Её голос коротким глухим эхом отразился от стен особняка. Грей молча смотрел на неё, словно баран на новые ворота, и не мог позволить себе открыть рот и что-либо сказать. Возможно это некая психологическая травма, идущая из детства. Когда мать злилась или кричала, он замирал и не мог даже пошевелиться. Даже будучи взрослым мужчиной, он начинал чувствовать себя маленьким провинившимся мальчиком, которого ждёт справедливая кара за проступок.

— Думал, что спрячешься в доме старого Грея, будешь вести себя как последний отброс и я ничего не узнаю??—Агата отошла на пару шагов от него и окинула взглядом с головы до ног.— Интересно, что бы сказал твой отец?
— Мне плевать,— неожиданно почувствовав, как спало с него оцепенение, ответил Генри,— он мёртв.
Он направился к лестнице, но остановился плечом к плечу с матерью.

— И я здесь не задержусь. Пришёл собрать вещи. — Он уверенно посмотрел ей в глаза, стараясь дать понять, что переубеждать его — пустое дело.

— Неужели?— Женщина вздёрнула брови в искусственном удивлении и уголки её тонких губ поползли вверх. Несколько секунд ничего не происходило, а затем в холле появились четверо человек в чёрных костюмах — служба охраны. Краем глаза Генри заметил, как мать убирает свой телефон в карман приталенного пиджака.

Повернувшись к нему лицом, она положила руки ему на плечи.

— Ты правда думаешь, что тебе удастся всё бросить и так просто убежать? Как думаешь, что будет, когда малышка Виктория узнает о том, что ты был в сговоре против её горячо любимой тётушки, а?
Глядя в её смеющиеся глаза, Генри чувствовал, как его переполняет ненависть и отчаяние.

— Это был твой план. Я не знал, что ты намерена её убрать,— прошипел он и стиснул зубы.

— И как ты будешь это доказывать? Если ты забыл, существует документ, подписанный твоей рукой о том, что ты обязуешься выполнять все мои требования, как главы организации. И в случае отказа от их выполнения, ты лишишься наследства
Она улыбнулась, упиваясь своим превосходством над ним, и коснулась пальцами его волос.
— Всё, что у тебя есть — это фамильный особняк и семейный бизнес. Что ты представляешь из себя без всего этого? Ничего. Ты ведь ничего не умеешь, — фыркнула женщина и усмехнулась, — кроме как трахать продажных девок и сорить деньгами, которые заработал не ты.
Генри сжал руку в кулак. Один из охранников обратил на него свое пристальное внимание. Бросив взгляд на охранника, парень медленно разжал руку. Посмотрел на мать и понял, что как бы ему ни хотелось, он не мог отрицать того, что она права. Она, черт ее дери, права. Лишись он всего этого и что у него останется? Громкое имя? Оно ему вряд ли поможет, если он останется на улице. Что он сможет дать Вик, если сам останется без средств к существованию. К тому же, вероятнее всего, его и в живых не оставят. Мать лишь деликатно молчала об этом.
— Хочешь встречаться с Викторией — пожалуйста. Я не против, это даже нам на руку. Но не забывай о том, кто ты есть. — Внезапно перед его лицом возникла какая-то листовка оранжевого цвета. — Вот, сходи, отвлекись, ты слишком напряжен, — сказала она, пару раз сжав его плечо, вручила ему листок и отошла в сторону. — Вечеринка организована за счет совета, в честь поимки нашего маньяка. Мы решили совместить это с Хеллоуином. Здорово, правда?
Он зажал листовки между указательным и средним пальцами, перевернул ее и прочел текст. Возможно всё...ну да, конечно же.
— И кстати, — сказала мать, остановившись в дверях гостиной, — Виктории лучше отказаться от членства в совете. Сам понимаешь почему, верно? — Бросив на него многозначительный взгляд, эта женщина скрылась в гостиной.
Он шумно выдохнул и схватился за раскалывающуюся голову. Единственное чего он хотел - навсегда отделаться от этой бессердечной твари. Но понятия не имел как.

***

На следующий день Макс, Лили и Нис ждали приезда Генри и Виктории к трём часам дня. Нис жил у Макса уже третий день, занимая чердак. У него возникли проблемы с жильём, и ночевать на улице с бомжами ему не хотелось. Утром, пока Лили оживлённо спорила с Нисом на кухне, Макс вышел из дома, чтобы совершить обязательный утренний обход территории. Едва он открыл дверь, как ему под ноги упал какой-то листок оранжевого цвета. Нагнувшись, он поднял его и прочитал текст, написанный причудливым готическим шрифтом:

"На вечеринке в честь Хеллоуина возможно всё!"

Чуть ниже, более мелким шрифтом, было написано:

"Приглашаем тебя, Макс, на самую масштабную вечеринку за всю историю Грин Холлоу. Приходи сам и приводи друзей!"

Перевернув флаер, он увидел изображение улыбающейся зубастой тыквы. Вероятно, это была та самая вечеринка, на которую он должен был привести Викторию. Поёжившись, Макс вспомнил невыносимую боль, которую причинил ему тот тип. Парень поморщился от отвращения то ли к своему мучителю, то и к самому себе.

Убрав листовку с приглашением за пазуху, Макс пошёл проверять двор дома.

— Да отстань! — донёсся из кухни голос Лили, когда Макс вернулся в дом. Повесив куртку на вешалку, он бросил приглашение на столик перед диваном. Вытянув шею, он заглянул на кухню.
— Я просто покажу тебе классный способ, — говорил Нис, возвышаясь за спиной Лили, и протягивал руки рядом с её плечами, пытаясь дотянуться до сладкого красного перца, который она держала в руках.
— Я сама в состоянии порезать овощи! — возмущённо пыхтела Лили, отталкивая его локтями, и её щеки смешно надувались.
— Кхм-кхм, — остановившись в дверном проёме, Макс внимательно посмотрел на Хиггинса. Встретившись с ним взглядом, Нис мгновенно убрал руки от Лили и поправил свой рождественский свитер, широко и добродушно улыбнувшись.
— Всё, я пошёл в задницу, — сказал Нис, обходя Лили и, покосившись на Макса, едва ли не бегом направился к дивану.
— Если он докопается до меня ещё раз, — сказала Лили, жестикулируя кухонным ножом в руке, — я отрежу ему бубенчики.

Макс рассмеялся, отведя в сторону глаза, а затем вновь посмотрел на Лили, которая, выдохнув, принялась нарезать перец.
—Прочту ему лекцию, — усмехнувшись, Макс направился в гостиную, где заметил Ниса, сидящего на диване и разглядывающего приглашение, которое он оставил на столе.
— Ты пойдешь? — с восторгом и надеждой спросил Нис, взмахнув в воздухе флаером. Настрой прочитать ему воспитательную лекцию о том, что не стоит взрослому парню приставать к несовершеннолетним девочкам, даже если они младше всего на пять лет, мгновенно испарился
— Возможно, но...
Ответ Макса прервал глухой звук захлопнувшейся двери машины, доносящийся из-за дома.

Генри и Виктория доехали без приключений. Погода была прекрасной, особенно для середины осени. Вчера Макс позвонил Грею как раз после его неприятного разговора с матерью. Трясущийся от гнева Генри был готов бежать куда угодно, лишь бы отвлечься от сложившейся ситуации.

Подъехав к дому волка, они с Вик вышли из машины и вместе поднялись на террасу. Он поднял руку, чтобы позвонить в звонок, но тут дверь открылась, и на пороге их встретил улыбающийся Макс. Улыбнувшись ему в ответ, Генри крепко обнял друга, ловя себя на мысли, что скучал по нему все эти дни. Хлопнув приятеля по плечу, он прошел в дом и тут же попал в объятия Лили.
— Привет! — засмеялась девчонка и отскочила от него, словно мячик. — Рада, что ты живой.
— Я тоже, — усмехнулся Генри, снимая с себя пальто. — А ты как? — Он кивнул в ее сторону, намекая на ее сломанные рёбра.
— В порядке, — ответила она. — Иногда немного болит, когда долго лежу на левом боку, но в общем, все хорошо.
— Я рад, — улыбнулся Генри и, оставшись в серой рубашке с расстегнутой верхней пуговицей, уселся на диван. Пожал руку Нису, который сидел там и выглядел немного комично в своем пестром свитере рождественской расцветки. Сюда бы еще оленей.

Вик присела в кресло рядом, и они обменялись взглядами. У нее сегодня было хорошее настроение, что было редкостью в последнее время.
— А кто будет пиво? — радостно предложила Лили, вернувшись из кухни с несколькими бутылками. Потянув руку, Генри забрал у нее две и отдал одну Виктории. Он потянул за колечко на крышке и услышал приятное шипение. Бросив крышку на столик, Грей сделал глоток прохладного пива прямо из горлышка. Прикрыв глаза, сквозь ресницы увидел что-то оранжевое и, оторвавшись от бутылки, с удивлением увидел, как Макс протягивает ему... пригласительное на вечеринку.
— Что думаешь? — спросил Хейл.
— Хм, — поставив бутылку на столик, Генри достал из внутреннего кармана своего пиджака врученное ему матерью приглашение.
Он поймал удивленный взгляд Макса и пояснил:
— Вечеринка организована городским советом. Моя мать вложилась в сие мероприятие, — последнее слово Генри произнес с хорошей долей брезгливости. Лили забрала из его рук пригласительное.
— Ух ты! Здорово! А можно и мне пойти? — воскликнула девчонка, которую явно заинтересовала возможность раскрасить лицо и нарядиться в костюм подкроватного монстра.

Грей перевел свой взгляд с нее на Макса. Тем временем второе приглашение забрала Виктория. Девушка изучила задумчивым взглядом листовку и покрутила ее в руках. Планов у нее особо не было, потому в целом идея ей понравилась. Это лучше, чем сидеть дома и ждать, когда произойдет очередная жуть.
— Написано, что можно приводить друзей. Конечно, можно, — ответил Хейл сестре.
— Вы что, серьезно собираетесь пойти? — глядя по очереди на всех присутствующих, вздернул брови Генри. Вдруг он заметил, как Макс прикипел взглядом к Виктории, разглядывавшей приглашение. Грей чуть нахмурился, пытаясь понять природу его интереса. Генри все сильнее казалось, что друг неравнодушен к ней. И он совершенно не понимал, как ему к этому относиться.

Виктория отдала листовку обратно Максу и взяла свое пиво, сделав еще пару глотков. Из кухни повеяло вкусным запахом мяса с овощами. Девушка поняла, что ужасно голодна.

Сестра Макса, словно уловив ее позыв, отправилась на кухню вместе с Нисом и Хейлом старшим. Оставшись в гостиной наедине с Генри, Виктория сняла пиджак и, оставшись в одном топе, повесила его на спинку кресла.

— Пойдем на вечеринку? Мне кажется, мне пойдет костюм чертенка, — улыбнулась она и впилась в губы Грея жарким и страстным поцелуем.

Пока ребята возились на кухне, Виктория с Генри потягивали пиво, наслаждаясь объятиями друг друга. Неожиданно у Грея зазвонил телефон, и Виктория, не вдаваясь в подробности беседы, обвила руками его шею и прошептала:

— Пойду покурю, — набросив на плечи пиджак, Виктория вышла на террасу и закурила сигарету.

Войдя в гостиную, Макс увидел там одного Генри, который беседовал по телефону. Решив не тревожить его, он накинул куртку и вышел на террасу.

Услышав сзади чьи-то шаги, Виктория обернулась.

— Ты уже здесь? — приветливо улыбнулся ей Макс и прикурил, прикрывая огонёк зажигалки от порывистого ветра.

Девушка тоже улыбнулась, а затем вдруг ткнула его пальцем.

— Вообще-то ты обещал позвонить, — сказала она, и Хейл слегка удивился, не сразу вспомнив, что совершенно забыл позвонить ей, когда нашел Генри. Впрочем, в той ситуации можно было и собственное имя забыть.

— Прости, я забыл, — плотно сжав губы, виновато улыбнулся Макс, решив не рассказывать ей о том, что вытворял ее любимый Генри. Парень затянулся и устремил взгляд вдаль.

— Как ты? — спросила Виктория, и Макс вновь посмотрел на нее. Встретившись с его голубыми глазами, девушка отчего-то немного смутилась и сделала еще одну затяжку.

— В норме, — ответил Макс, глядя на нее. Сегодня она словно пришла сюда его подразнить. Его взгляд блуждал по ее очаровательному лицу, на мгновение задержавшись на манящих губах, покрытых сегодня яркой помадой.

— Что нового? — поинтересовалась Виктория, но тут внезапный порыв ветра сдул с нее пиджак, обнажая ее нежные плечи. Нервно сглотнув, Макс опустился на корточки, чтобы помочь ей поднять пиджак с пола, но она проделала то же самое. На секунду он коснулся ее тёплых пальцев своими и снова почувствовал себя крайне неловко. Внутри него возникло дерзкое желание сжать ее руку и с жаром припасть к аппетитным губам, коснуться ее упругой груди, которая сегодня так соблазнительно обтянута черным топом. Макс на мгновение зажмурил глаза, чтобы хоть как-то остановить неожиданный поток неприличных фантазий.

Взяв из рук Виктории пиджак, он поднялся на ноги и заботливо накинул его на ее плечи, невзначай проведя пальцами по бархатистой коже. Вновь поймав ее взгляд, Макс виновато улыбнулся, а затем достал вторую сигарету и нервно закурил.

Пару минут они молчали. Виктория почему-то смущенная ситуацией с пиджаком, пыталась вернуть мысли в привычное русло.

— Что слышно от Бекки?— Наконец спросила она.

— Она вернётся после Хеллоуина, — выдохнув дым, ответил Макс. — Она говорила, что та ведьма очень древняя. — Парень усмехнулся.— Даже древнее Бекки. Она должна знать, что всё это значит.

Тут за их спинами раздался звук открывшейся двери и Макс увидел Генри. Тот, не моргая, смотрел на них с Викторией, а затем достал сигареты и зажигалку.

— Там Лили накрывает на стол, просила позвать.

Макс выбросил сигарету и ушел в дом, а Генри занял его место рядом с Викторией. Прикурив, он спрятал зажигалку в карман. Глубоко затянувшись, Грей выдохнул дым и искоса посмотрел на девушку. Виктория выглядела смущенной и неловко поправила пиджак на плечах, ветер развивал ее локоны, придавая ей необычно волнующий вид. Взглянув на тлеющую в его пальцах сигарету, Генри выбросил ее в сторону. Резко повернувшись, он схватил девушку за талию и, прижав к себе, страстно впился в ее губы. Рука Генри скользнула по ее спине вниз и, достигнув края топа, скользнула под него, изучая гладкую кожу. Весь его разум заполнил вязкий туман. Казалось, Он готов был взять ее прямо здесь, на ступеньках террасы, не обращая внимания на присутствие в доме других людей.
Оторвавшись от ее губ, Грей ласково коснулся рукой ее шеи, убирая назад волосы.
— Если ты сейчас не уведешь меня ужинать, я сделаю это прямо здесь, — возбужденно прошептал он, и его рука переместилась со спины Виктории на ее живот, скользя выше к дразнящим округлостям груди.
Грей чувствовал, как она дрожит в его руках, в ее глазах появился лихорадочный блеск, а томное дыхание говорило ему о том, что она совсем не против. Подумав секунду, Генри схватил ее за руку и потащил в сторону машины.

Должно быть, они с Викторией должны были чувствовать себя неловко... Но нет.
Пожалуй, если бы они были в гостях не у Макса, а у кого-то другого, то и вовсе забыли бы об ужине и предпочли бы продолжить предаваться плотским удовольствиям в машине. Но сегодня они были здесь, и какое-то внутреннее чувство, которое оба пока не могли определить, не позволило им повести себя так по-свински.
— Где вы пропали? — спросила сестра Хейла, когда они с Вик наконец сели за стол.
— Простите, мы увлеклись разговором по поводу Хеллоуина, — ответила Виктория, а Генри старательно сдерживал внезапное желание всхохотнуть. Он решил все же приступить наконец к еде, как Лили выдала:
— У тебя помада размазалась.
Генри покосился на Викторию, которая сперва побледнела, а затем медленно начала заливаться краской то ли от стыда, то ли от раздражения. Наощупь Генри нашел её руку и чуть сжал, надеясь, что так сможет её успокоить. «Держись, Коротышка. Эта девочка не привыкла выбирать слова», — подумал он.
— А, это от сигареты, — оправдалась Виктория, поправляя макияж.
— Попробуйте мясо с овощами, — прервал повисшую было неловкую паузу Нис, и тем самым спас ситуацию.
— Да, давайте поедим, — отпустив руку Виктории, Генри потер ладони и бросил взгляд на сидящего напротив Макса. Тот, встретившись с ним глазами, тут же отвел их, глядя в тарелку, и принялся за еду.

Немного погодя, когда они все уже оценили стряпню Лили и распили еще по бутылочке пива, Генри почувствовал, что хочет курить. Воспользовавшись моментом, пока Виктория куда-то испарилась на пару с Лили, Грей подошел к Максу и хлопнул того по плечу:
— Покурим?
Макс посмотрел на него несколько секунд, словно обдумывая свое решение, но согласился.

Прохладный ветер, умерив свой пыл, уже не дул в полную силу, отчего находиться на улице стало намного легче. Небо давно потемнело, и окружающее пространство освещали лишь фонарь у дороги и небольшая настенная лампа на стене дома Хейла. Прикрыв огонёк зажигалки от ветра, Генри прикурил сигарету, искоса наблюдая за Максом, который проделывал то же самое. Все его движения казались напряжёнными и нервными.

В душе Генри разгорался настоящий пожар. Он срочно должен был узнать, что происходит между Максом и Вик. Происходит ли на самом деле что-то, или это всего лишь его обострившаяся паранойя.

Прикурив, Макс бросил взгляд на небо, где поднялись облака от усилившегося ветра.
— Макс, — в наступившей тишине голос Генри прозвучал так неожиданно, что Макс вздрогнул. — Я хочу у тебя кое-что спросить.
— О чём? — Макс посмотрел на Генри, пытаясь понять его эмоции. Его явно что-то беспокоило, чего он никогда не мог скрыть.
— Тебе нравится Вик?
«О, Господи, только не это...». — подумал Макс.
— Странные ты вопросы задаёшь, — помолчав несколько секунд и нервно усмехнувшись, Макс вновь повернулся к нему плечом и затянулся. Искоса взглянув на Грея, он ясно видел, как тот нервничает: в его пальцах дрожала зажжённая сигарета, глаза вновь стали огромными, как у филина.
— Просто скажи мне да или нет? — снова спросил он, и на этот раз его голос дрогнул. Макс вспомнил его лицо, когда тот вышел на крыльцо и увидел их с Вик.
Он осознал, что очевидно, очень плохо скрывает свои чувства. Макс молча затянулся, глядя вдаль и не зная, что ответить. Если он скажет «нет», то Генри поймет, что он лжёт. Возможно, не сразу, но он поймет. Если скажет, как есть... В голову Макса пришла мысль, что он знает Генри не так хорошо, как ему всегда казалось. Генри вдруг оказался напротив него и посмотрел ему в глаза.
— Просто скажи это, — потребовал Генри. Макс растерялся. На секунду ему показалось, что окружающий мир расплылся. Он совсем забыл, что Грей умеет заставлять других делать то, что ему нужно.
— Конечно, она мне нравится, — ответил Макс, блуждающим взглядом изучая напряжённое лицо друга, — она хороша собой, но... это не значит, что я собираюсь её у тебя отбивать. Генри молча взглянул на него, сверля взглядом своих пугающе огромных глаз, и отошёл на шаг. Макс успел заметить, как его брови изогнулись домиком, а губы сжались ещё сильнее, словно он сейчас расплачется... прежде чем Грей неожиданно ударил его в лицо.
Удар получился слишком слабым даже для того, чтобы просто разбить нос, и до невозможности обреченным. Наверное, Генри должен был испытывать неподдельную злость, но почему-то он чувствовал лишь откровенную горькую обиду. Будто ребенок, у которого пытались отобрать игрушку и он ничего не мог поделать с этим. Грей слишком сильно любил Викторию, но и исключить из своей жизни Макса он не мог. Макс был слишком дорог ему, и как бы странно это ни звучало, Генри не мог представить себя без него. Он не был в ответе за его чувства и не мог заставить его прекратить чувствовать то, что было невыгодно ему.
Схватившись рукой за одну из колонн у входа, Макс потирал ушибленный нос, пока Генри уходил в дом. Своим поступком Грей ввел его в замешательство, ведь Макс совершенно не почувствовал злобы, даже в этом ударе. Пожалуй, это был первый раз, когда он не понял эмоций друга.
Выбросив сигарету, Хейл направился следом за Генри, намереваясь все ему объяснить.
— Генри, — войдя в дом, Макс повесил куртку на крючок, — послушай, я сейчас все тебе объясню.
Макс не знал, стоит ли ему нервничать, но на всякий случай начал.
Грей сел на диван и посмотрел на него неожиданно спокойным взглядом:
— Если ты подумал, что я злюсь, то ты не прав.
Он выглядел на удивление спокойным. Максу казалось, что он уже привык к переменам настроения Генри, но сейчас это вызывало у него недоумение. Все, что он хотел сказать, внезапно стало неактуально, и поэтому оборотень лишь косо посмотрел на Генри с каким-то недоверием, ожидая, что тот в любой момент сорвется и набьет ему морду по-настоящему.

— Не скучаете?
В комнату вошла Виктория и села на диван прямо между Максом и Генри. Макс отвел от них взгляд, изучая поверхность журнального столика.
— Немного. Вы куда-то пропали, и мы решили устроить перекур, — ответил ей Генри.
— Давайте поиграем, — вдруг донесся голос его сестры, и Макс наконец оторвал взгляд от стола.
—Твистер? Господи, где ты его взяла?
— О, нет, я пас, — отказался Генри.
— А я за! — невесть откуда возник Нис, довольно потирая руки. Вечер обещал быть весёлым.