Чон Чонгук
. . .
Конец весны и начало лета: время, когда солнце ярко светит, а тени следуют за тремя людьми, поднимающимися к вершине горы.
— Мама, я устал, — произнёс маленький мальчик, глядя на своего отца, который шагал впереди с огромным рюкзаком за плечами.
— Чонгук, потерпи ещё немного. Уже почти добрались. Вон там уже видна вершина, — ответила Жиён, нежно держа сына за руку.
— Но почему мы должны забираться на эти горы? Мы могли бы просто устроить пикник в парке, — не унимался мальчик, продолжая идти рядом с матерью вдоль высокой горы, которая словно огибала огромное озеро.
Наконец, добравшись до вершины, Давон разложил вещи и начал устанавливать палатку. Чонгук, осматривая вид с высоты, о чём-то спрашивал, а его мать с улыбкой отвечала на вопросы сына. Закончив с палаткой, Давон накрыл скатерть и достал контейнеры с едой, которую приготовила его жена.
— Мама, я хочу стать художником и нарисовать эту красоту! — воскликнул Чонгук, восхищённо глядя на зелёные деревья и порхающих бабочек возле красных тюльпанов.
— Тогда тебе придётся очень стараться и оттачивать свою технику рисования, — сказала мать, с улыбкой добавив, что она и сама неплохо рисует.
— Я думал, ты захочешь стать, как твой отец, крутым адвокатом, — сказал Давон, подойдя к сыну и нежно чмокнув его в макушку.
— Но ты не крутой! Ты только сидишь и читаешь документы! А в кино адвокаты ловят преступников! — возмущённо произнёс маленький Чонгук.
Родители рассмеялись от слов мальчика.
— Точно! Чонгук прав! Ты просто просиживаешь штаны! — подшутила над мужем Жиён. Давон обнял её и сказал:
— Ах, так? Тогда сами ловите на ужин рыбу. А я буду дальше сидеть и читать документы.
— Пап! Научи меня ловить рыбу! — воскликнул Чонгук.
— Конечно, научу. Но сначала нужно подкрепиться. Нам предстоит долго сидеть и наблюдать за удочкой. В этом деле нужно терпение, — ответил Давон.
После этого семья удобно устроилась перед едой, болтая и наслаждаясь прекрасным пейзажем, который открывался перед ними.
. . .
Чонгук, выходя из своих детских воспоминаний, глубоко вздохнул и затянулся сигаретой. Достал смартфон и взглянул на экран, замечая время.
— Уже пора, — произнёс Чон, затушив сигарету. Доставая электрошокер, он уверенно направился к парадной неприметного дома и, встав у двери, приготовился.
Преступник, который должен был выйти из квартиры через несколько минут, почему-то задерживался.
«Может быть, он передумал?» — подумал Чонгук, как вдруг услышал приближающиеся шаги.
— Я уже выхожу! Буду через двадцать минут! — раздался мужской голос из глубины дома. Через мгновение мужчина быстро вышел из двери и уже собирался направиться к своему автомобилю, как вдруг Чонгук приказал ему остановиться и направил оружие со словами:
— Вы арестованы. Медленно поднимите руки над головой и не двигайтесь.
— Пошёл нах! — крикнул мужчина, пытаясь напасть. Но полицейский, выстрелив электрошокером, заставил его упасть на землю, судорожно извиваясь от боли.
* * *
Оказавшись в участке, в комнате допроса, Чонгук приступил к разговору с преступником.
— Я буду говорить только через своего адвоката! — орал мужчина, сидя в наручниках и пиная железные ножки металлического стола.
— Посмотрим, насколько тебя хватит, пока прибудет твой адвокат, — усмехнулся Чон, доставая из папки фотографии и кидая их в сторону задержанного.
— На этих фотографиях видно, как ты встретился с главой банды. А тут ты уже выходишь весь в крови из автомобиля. Думаешь, сможешь выкрутиться?
— Это можно объяснить! Я его не убивал! Он уже был мёртв! — кричал мужчина.
— Марк, не рассказывай сказки. Я уже проверил твои отпечатки. Они совпадают с отпечатками на ноже, которым ты нанёс удар, — ответил Чонгук, после чего включил классическую музыку на своём смартфоне.
— Знаешь, я любил рисовать под эту мелодию картины, когда учился в художественном училище, — произнёс Чонгук, медленно поднимаясь со стула.
— И что? Мне на кой нах, рассказываешь? — хмыкнул Марк, сплюнув на пол и протерев нос.
— Да так. Просто сейчас я люблю под эту музыку рисовать шрамы на телах таких подонков, как ты, — ответил Чонгук и достал маленький нож, приблизившись к лицу мужчины, лезвием касаясь его шеи.
— Я тебя не боюсь! Ты легавый! Ты не будешь ничего делать со мной! Думаешь, я не знаю вас! — произнёс задержанный, смотря в глаза детектива, но на его собственном лице читался испуг.
— Ты уверен, что я не смогу навредить тебе? — произнёс Чонгук. Внезапно он схватил руку мужчины и с силой прижал её к столу. Тот не успел даже дёрнуться, как почувствовал острую боль от удара ножа в ладонь. Он закричал, а детектив с усилием вдавил лезвие по самую рукоятку.
— Вот видишь, ты ошибался, — с улыбкой произнёс Чон, наклонившись к самому уху мужчины.
— Сука! Я тебя убью! Тебе не жить, придурок! — кричал мужчина от боли.
— Посмотрим. Может быть, мне стоит покромсать твоё уродливое лицо? Выбирай: либо ты признаёшься, либо умрёшь здесь от потери крови, — Чонгук резко вытащил нож.
— Я тебя засужу! Придурок! Тебя посадят! — орал подозреваемый, пытаясь остановить кровь, зажимая ладонью здоровой руки.
— Похоже, ты не понимаешь. Придётся объяснить тебе, что тут отключены камеры, и никто не знает, что ты здесь. Сейчас полтретьего ночи, дежурный Хан спит, и никто не видел, как я привёл тебя. Кроме меня здесь никого нет. Я могу убить тебя сейчас, а потом обставить всё как самооборону. Или ты можешь признаться и остаться в плюсе. Я могу помочь тебе. Ведь те деньги тебе были нужны для операции на сердце сестры? Если ты признаешься и расскажешь всё, что знаешь, я смогу записать в отчёт только часть найденной суммы, а остальные деньги перевести на счёт твоей сестры. Понимаешь ход моих мыслей?
Чонгук говорил спокойно, вытирая лезвие ножа салфеткой. Затем он посмотрел на мужчину.
— Зачем тебе мне помогать? — спросил Марк, с недоумением глядя на детектива.
— У меня свои причины, — ответил Чонгук, слегка нахмурив брови.
— Не знаю, зачем тебе это, но ты ошибаешься, если думаешь, что сможешь украсть хоть бакс из этих чемоданов. Эти деньги принадлежат очень влиятельным людям. Они сразу найдут и убьют любого человека. У них связи в прокуратуре и политике, — произнёс мужчина, а затем добавил: — Я готов к смерти от их рук. Поэтому украл деньги. А ты готов к последствиям?
— Думаешь, я пустил тебе кровь просто так? Я готов ко всему. И даже смерти я не боюсь. Хоть сам дьявол явится за этими деньгами, я их всех прикончу, не моргнув глазом. Всех, кто замешан в этих грязных делах и наркоторговле на моём районе.
— Ты точно в полиции работаешь? Я понял, что ты хуже всех легавых, которых я видел. Они хотя бы не калечат перед тем, как предложить сделку! — возмутился мужчина.
— Правильно понял. Я хуже всех, кого ты знаешь. А теперь выкладывай, где чемоданы, которые ты похитил из машины? — спросил Чонгук. Усевшись на стуле и достав пачку сигарет, он ждал ответа.
— Они на чердаке, в заброшке, — ответил мужчина, а затем, посмотрев на свою ладонь, добавил: — Может, поможешь с этим?
— Кажется, в кабинете была аптечка. Но это потом. Сначала лучше расскажи, как ты узнал о сделке и месте встречи, где покупали товар? — Чонгук достал диктофон и включил запись.
Мужчина вздохнул и начал рассказывать всё, что хотел знать детектив Чон.
— Японец вышел из здания с тремя чемоданами. И я…
— Стоп. Не три, а два. Так давай не забывай о своей доле, — напомнил Чонгук.
— Блин! — Марк вздохнул и нервно дёрнул головой, а затем начал сначала.
— Так на чём я остановился? Да! Я увидел, как глава клана «Ночные волки» вышел из здания с двумя чемоданами и сел на заднее сиденье чёрного БМВ. А дальше я проследил за ним на своей машине.
* * *
Днём Чонгук вместе с коллегами отправился в заброшенный дом и, поднявшись на чердак, обнаружил там два чемодана, полные денег.
— Марк сам рассказал тебе, где спрятал деньги? — с удивлением спросил Квон Джихун, доставая чемоданы.
— Можно сказать и так, — ответил Чон.
— Опять угрожал? Бил? Пытал? — поинтересовался детектив Шивон, обняв Чонгука за плечи.
— Я же не бандит. Просто надавил на жалость, — усмехнулся Чон.
— Не обманывай! Последний задержанный тобой человек скулил от боли и сказал, что сам ударился об стол! А этот Марк сидел в камере с забинтованной рукой. Почему они не пишут на тебя заявление? — Шивон похлопал Чонгука по плечу и добавил: — Ты их чем-то так пугаешь?
— Хватит болтать. Гук, в отличие от тебя, уже успел закрыть десятки дел и поймать уйму преступников за несколько лет, — сказал Джихун, напомнив, что скоро Чонгука повысят до старшего.
— Мне просто интересно, как он это делает! — возмутился Шивон, затем вздохнул и предложил: — Ладно, давайте начнём.
Сотрудники полиции стали при свидетелях открывать чемоданы, делая фотографии и видеоотчёт.
Чонгук спокойно стоял в стороне и думал, что теперь пути назад нет. Ведь он скрыл один чемодан денег рано утром, когда приехал сюда после рассказа Марка. И на это у него были действительно свои личные причины.
* * *
Спустя несколько дней после того дела об ограблении и убийстве главы японской мафии «Ночных волков», Чонгук приступил к другому расследованию, порученному ему старшим детективом Квоном. Однако, быстро обнаружив преступника и заключив его в камеру, он вернулся на своё рабочее место, погружаясь в размышления.
Суетливая рутина второго участка полиции, где работал Чонгук, мешала ему сосредоточиться. Наблюдая, как коллеги активно печатают на клавиатуре и громко стучат мышками, параллельно отвечая на звонки, он вздохнул и решил выйти на улицу, чтобы побыть наедине с собой.
Утром он разговаривал с Квон Джихуном и просил разрешения на повторное расследование по поводу взрыва в его родительской квартире. Однако старший детектив ответил отказом, сославшись на указания начальства, которые рекомендовали не возвращаться к этой теме и не беспокоить по этому поводу.
Стоя на улице, Чонгук затянулся сигаретой и медленно выдохнул густой дым. «И зачем я только стал полицейским? Если я не могу арестовать всех, кто причастен к убийству моих родителей? Я точно знаю, что это не несчастный случай. Не могли они так нелепо умереть от каких-то грызунов».
Он стряхнул пепел и снова затянулся, погружаясь в мысли о прошлом. О том, что он хотел забыть, вычеркнуть из памяти. Всё, что было связано с тем, кто разрушил его жизнь.
«Если бы я не встретил тебя. Если бы ты… Если бы тебя просто не было в моей жизни. Быть может… Нет, он не виноват. Это его отец, дядя и вся его семья. Тэхён не виноват!». Здравый смысл пытался убедить Чонгука, но тут же раздавался голос внутреннего демона, который от сжигающей изнутри ярости и боли твердил, что во всех бедах виноват именно Ким Тэхён. Который появился в его жизни и забавлялся им, как с игрушкой.
Чонгук вспомнил его ухмылки, низкий голос, длинные пальцы, которые ласкали его тело. Вспомнил ту ночь, когда отдал всего себя: не только тело, но и душу.
— Ты здесь? Я слышал, ты снова хочешь, чтобы было организовано повторное расследование, — обратился Шивон, который тоже вышел покурить.
— А? — Чонгук, погружённый в свои мысли, вздрогнул от неожиданности.
— Ничего, я просто уточнил, — произнёс Шивон и закурил. — Я понимаю, как сложно смириться со смертью близких людей. Но думаю…
— Заткнись! — резко оборвал его Чонгук, не глядя на коллегу.
— Прости. Но я не закончил. Думаю, ты прав. — ответил Шивон и сделал затяжку. Чонгук, не понимая его слов, уставился на него.
— Кажется, ты ищешь себе только проблемы. Нельзя разворошить осиное гнездо перед носом тех, кто знает правду и скрывает её. Если хочешь, я могу помочь тебе с этим делом. Это не был несчастный случай, — Шивон закончил говорить и затушил сигарету, после чего скрылся за дверью.
Чонгук, обдумывая его слова, стоял на месте. Внезапно он почувствовал резкий ожог от тлевшей сигареты и поспешил выбросить окурок в урну. Затем он зашёл в офис и сразу направился в кабинет Шивона. Мысль о том, что детектив сможет ему помочь, вселяла в него надежду. И тем более, если верить ему, то наконец-то он сможет узнать правду и отомстить.
Открыв дверь, Чонгук влетел в кабинет, подошёл к коллеге. Упираясь руками в подлокотники кресла и нависая над лицом Шивона, спросил:
— Итак, рассказывайте. Что вы знаете?
Шивон растерялся от неожиданности и, стараясь сохранить спокойствие, попросил его успокоиться и присесть рядом. Чонгук вздохнул и уселся перед детективом.
— Посмотри эти видеозаписи, изучи отчёты. У меня больше ничего нет. Но если ты что-то узнаешь и поймёшь, то я готов помочь тебе, — сказал Шивон, достав папку с бумагами и флешки с записями.
Чонгук взял протянутое ему и спросил:
— Мне интересно: зачем ты хочешь мне помочь?
— У меня свои причины. Не беспокойся, я с добрыми намерениями. И тем более я обещал кое-кому помогать тебе, — ответил детектив.
— И кому же? — спросил Чонгук.
— Ты его знаешь. И скоро его встретишь. Только никому ни слова о нашем разговоре, понял?
— Понял. Спасибо.
Чонгук кивнул и быстро вышел из кабинета.
* * *
— Кто убил Каору и унёс мои деньги? — спросил Ким Хвон, в гневе глядя на секретаря. Ушик поправил очки дрожащими пальцами и нервно ответил:
— Полиция его уже арестовала. Деньги теперь в камере вещдоков, и мы не сможем их просто вернуть.
— Придурок! Почему вы не обеспечили его охрану? И почему он был один? — вскричал депутат Ким.
— Похоже, он никому не сообщил о нашей встрече. Его люди подозревают нас и требуют объяснений от вас лично. Иначе они грозят отомстить, — секретарь с трудом сглотнул нервный комок в горле.
— Кто сейчас у них главный? — спросил Хвон, громко постукивая пальцем по столу.
— Его правая рука Сай. Говорят, он настоящий псих и безумец, — ответил Ушик.
— Знакомое имя. Ладно, назначь нам встречу. Попробуем договориться с ним о поставках. Деньги же я уже заплатил, а дальше это уже не моё дело, — Сказал Ким и отвернулся к окну. Затем он добавил:
— И найди крысу, которая шпионит за нами. Это уже второй раз, когда срываются мои планы с северным портом.
— Я вас понял. Разрешите идти? — секретарь поклонился.
— Иди, — обернулся депутат и уселся на кресло. Как только Ушик вышел из кабинета, Хвон взял смартфон и позвонил кому-то.
— Я знаю, что твои люди поймали грабителя.
— Уже всё знаешь? Хочешь, чтобы я вернул твои деньги? Но ты же знаешь, это очень трудно сделать, — со вздохом произнёс мужской голос на том конце разговора.
— Неважно, что будет с этими деньгами. Лучше пусть никто не узнает о моей сделке. Надо убрать этого придурка до суда. У тебя же есть там ребята, которые смогут это сделать? Или мне отправить своих? — спросил Хвон.
— Есть. Не волнуйся. Но оплата будет двойной, — ответил мужчина и завершил звонок.
* * *
Когда наступила ночь, луна медленно выплыла из-за облаков, освещая путь чёрному «Ауди».
Всё вокруг словно застыло: было тихо и безлюдно, лишь лёгкий ветерок доносил шелест сухих листьев.
Чонгук приехал на окраину города на встречу с одним человеком. После разговора с Шивоном он долго размышлял, кто же этот незнакомец, готовый помочь ему раскрыть тайну гибели его родителей.
Выйдя из машины, Чонгук окинул взглядом дорогу, а затем достал сигарету и закурил.
«Неужели Юнги? Или этот человек — Намджун? Хотя он же сейчас в Гонконге. Нет, вряд ли... Это может быть кто-то, кто связан с делами моего отца. Возможно, старый друг папы? Хотя из знакомых в полиции у моего отца только Джихун».
Чонгук докурил сигарету и взглянул на часы. Ожидание казалось ему долгим. Он снова закурил и начал злиться, что неизвестный человек опаздывает на встречу.
«Шивон сказал, что он будет ровно в одиннадцать часов. Но где же он?» — подумал Чонгук.
Через некоторое время к месту встречи подъехал тонированный «Гелендваген». Судя по одиночному звуку хлопнувшей двери, прибывший был без сопровождения. В свете горящих фар Чону был виден только приближающийся силуэт.
«И кто же этот человек, ради которого я проторчал лишние полчаса?», — мысленно возмущался Чон, как вдруг услышал знакомый голос.
— Долго ждали, господин Чон Чонгук?
Чонгук медленно оттолкнулся от капота своей машины, прикрывая глаза от слепящего света фар, пригляделся. И, не веря своим глазам, замер на месте.
— Ты что здесь делаешь?
— А сам как думаешь? — с ухмылкой ответил мужчина, а затем добавил:
— Ладно, скажу. Мы с тобой преследуем одну и ту же цель. Так что давай забудем наше прошлое и начнём сотрудничество. Согласен?
— Ты, кажется, не понимаешь, какую цель преследую я, — с усмешкой сказал Чонгук, откидывая сигарету и глядя на мужчину.
— Чонгук, я всё знаю. И хочу тебе помочь, — ответил мужчина, снимая очки. Он посмотрел на Чона.
— Тэхён, я хочу посадить твоего отца. Ты точно хочешь мне помогать в этом? — спросил Чонгук, подходя и резко хватая за плечи Кима.
— Я хочу этого его не меньше твоего, — произнёс Тэхён, серьёзно глядя в глаза Чонгука.
Мужчины смотрели друг на друга, и на их глазах застыли слёзы. Они не решались сказать что-то ещё. Тэхён убрал со своего плеча руку Чона и, раскрыв его ладонь, положил туда бумажку с номером. Затем он отвернулся и, вздохнув, произнёс:
— Ладно. Просто подумай. А ответ можешь сказать, когда примешь решение. Этот номер никто не знает. Никому его не передавай.
После этих слов Ким Тэхён развернулся к своей машине и сел за руль. Бросив короткий взгляд на детектива, он завёл мотор «Гелендвагена» и уехал.
Чонгук провожал взглядом чёрный автомобиль, пока тот не скрылся в ночной темноте, оставив за собой лишь жгучие чувства и болезненные воспоминания о прошлом. Казалось, что кто-то душит его невидимой рукой, словно перекрывая доступ кислорода в лёгкие. Он стал задыхаться и пытался часто дышать.
Наконец успокоившись, Чонгук сел за руль и выдохнул. Слёзы медленно текли по его щекам, а он, глядя на луну, задумался, не зная, что делать дальше.
Его первая любовь стала для него настоящим ядом. Всё, что она приносила, были лишь страдания и сожаления. Он был как мотылёк, который в поисках света в темноте ошибочно принимал свет лампочки за солнечный, обжигая свои крылья. Но даже понимая это, он всё равно продолжал стремиться к этому обманчивому свету.
Мужчина вспомнил, как когда-то давно он сам двигался к нему. Когда он впервые увидел Тэхёна в ресторане своей мамы, тот показался ему недосягаемым. Словно солнце, до которого никогда не дотянуться. Но как же он ошибался! Его солнце оказалось лишь лампочкой, светом которой управлял его отец.
Чонгук, погружённый в свои мысли, грустно усмехнулся и вытер слёзы. Затем он завёл мотор «Ауди» и уехал, оставив позади лишь облако пыли.
__________