[Редактируется] Игра с Тенью: Начало

Шин следовал за Владыкой Смерти в форме тени по извилистой тропке уже очень долго. На самом деле, он не сомневался в том, что его заметили ещё в самом начале, но не спешил возвращать себе человеческий вид – всё равно мужчина пока игнорировал его.

Кругом столбами стояли голые стволы высоких деревьев. Их острые ветви покрывал порядочный слой блестящего снега. Чуть поодаль к почти чёрному небу тянулись пушистые ёлки. Они росли недостаточно близко друг к другу и от этого выглядели одинокими. Однако от всех деревьев вместе словно веяло спокойствием и какой-то лёгкостью. Хотелось умиротворённо закрыть глаза и, забывшись, вдыхать прохладный свежий воздух.

Но это тихое чувство не могло продолжаться вечно.

- Что ты здесь делаешь? – Грубо и резко спросил Владыка Смерти, оборачиваясь. Он твёрдо как скала стоял на ногах, сжав руки в кулаки. Казалось, невозможно будет сдвинуть его и на пару сантиметров.

- А ты? – Шин не ответил и задал свой вопрос. Он сбросил облик тени и теперь стоял напротив мужчины. – Зачем ты это творишь?

- Ты всегда задаёшь так много вопросов, - Владыка Смерти сплюнул на землю и добавил: - Прямо как твоя глупая мамаша.

- Оставь её.

- Как скажешь, - он замолчал, но ненадолго. Его лицо приняло подлое выражение, будто он увидел у знакомого человека старую царапину и собирался поддеть её ножом, чтобы причинить больше боли. – Ты ведь в любом случае помнишь, как я убил её?

- Помню, очень хорошо помню, - Шин не знал, что ещё можно сказать, потому и притих на некоторое время.

- Ты всё ещё не хочешь присоединиться к нам?

- К вам? А разве кто-то остался? – Теперь настала очередь парня ковырять чужую царапину. – По-моему, нет смысла говорить об обратной организации. Я даже по именам могу всех назвать. Стивен, Лукас, Холт, Антуанетта и Альда не могут больше сражаться, а эта девчонка Эстер, ушла из города. Порушилась твоя задумка, не правда ли?

- Да неужели ты думаешь, что эти слабаки мне нужны? Мне нет до них никакого дела. Я смог бы сам убить каждого из них в любой момент, - Владыка Смерти нахмурился, вспоминая названные имена. – Постой. Ты не назвал Шелдона.

- Он жив, - бросил Шин холодно. – У тебя не получилось убить его, но умерла его сестра...

- Вместо Шелдона? – Скороговоркой выдохнул мужчина. – Но почему?

- Она любит своего брата, - в глазах Шина появилось сострадание, а затем и гордость за хрупкую девушку, способную на такие глубокие постоянные чувства. – Хотя, тебе этого не понять, отец.

- Она просто дура, жалкая и ничего не умеющая без своей сестры. Как твоя мать.

- Ты не стоишь и кончика её ногтя, - презрительно ответил парень. Он решил вернуться к тому, для чего и пошёл за своим отцом, и вновь спросил: - Так зачем тебе нужна была эта война?

- Всему своё время, мальчик. Хотя, знаешь, я могу и сказать тебе, всё равно не собираюсь оставлять тебя в живых.

Владыка Смерти испытующе смотрел на Шина, пока тот не ответил, и молча ждал.

- Говори.

- А ты готов ради моих слов попрощаться с жизнью? – Мужчина пронзил его тяжёлым взглядом.

- Да.

***

...Сиера с лёгкой улыбкой смотрела на затылок и спину Хэмиша и шла за ним вперёд. Она старалась не думать о плохом и верить, что они со всем справятся. А идти им пришлось долго по дороге, где из-за выпавшего снега не было видно других следов.

- Почему, хотела бы я знать, горят только эти фонарики? Чтобы мы точно знали, куда шагать?

- Скорее всего, - Хэмиш замедлил шаг и, когда девушка поравнялась с ним, продолжил: - Я думаю, что горят все фонари, просто мы можем увидеть только те, которые и должны видеть. Понимаешь?

- Да, - Сиера подняла голову и посмотрела на лампу фонаря. После этого она разыскала неподалёку потухший фонарь и рассмотрела его. – Если всё так, как ты говоришь, то это чистая работа. Они выглядят по-разному. Я хотела сказать... - она, покусывая кончик языка, пыталась подобрать разумные слова, но вскоре махнула на это рукой и договорила: - Этот выглядит как работающий фонарь, а вон тот дальний нет.

- Я могу и ошибаться, - Хэмиш пожал плечами и взглянул на девушку. – Не замёрзла?

- Нет, - Сиера покачала головой, от чего пряди её рыжих, как у младшего брата, волос ленточками поползли по светлой куртке, - но спасибо, - ей вдруг очень захотелось поделиться своими переживаниями, и она тихо добавила: - Я боюсь за Койта с Уиллом. Они, конечно, любят опасные задания и прекрасно с ними справляются, но это же другое дело.

- Уверен, они уже справились и вернулись к остальным, - он постарался звучать как можно убедительнее и увереннее в собственных словах. – Не волнуйся, всё будет отлично. Так, как и должно быть, - Хэмиш положил руку на её плечо и тепло улыбнулся.

- Хух, очень надеюсь, что так оно и есть, как ты говоришь, - Сиера неловко сложила губы в улыбке и, взяв Хэмиша за руку, потянула его вперёд. – Давай побыстрее разберёмся с ними!

И они решительно направились дальше по освещённой дороге, не представляя, что или кто может встретиться им на пути.

***

- Ну, слушай, раз так хочешь, - Владыка Смерти прищурил глаза и, сделав пару шагов, встал поудобнее. – Ты спрашиваешь, зачем я решил начать эту войну. Так?

- Да, - Шин сделал ровно столько же шагов, чтобы быть как можно ближе к отцу и видеть каждое его движение.

- Хорошо. Сомневаюсь, что ты совсем ничего не слышал, наверняка кто-то из ваших хоть немного да знает. В любом случае, я начну с самого начала. Ты ведь помнишь своё детство?

- Разумеется, помню, - парень фыркнул. – Только это не очень-то походило на детство.

- Может и так, - кивнул Владыка Смерти. – В любом случае, какое-то время ты был ребёнком, у которого магические способности появились очень рано.

- Я догадываюсь, к чему ты ведёшь, поэтому скажу сразу: да, я помню, как одарённых детей недолюбливают остальные, как их презирают и преследуют.

- Какой ты умница! – С притворным восхищением просюсюкал мужчина и продолжил серьёзным тоном: - Тогда я не понимаю, почему ты не хочешь присоединиться ко мне.

- Ты не рассказал всего.

- Сейчас-сейчас. Я рассудил, что, если простые люди ни во что не ставят волшебников и порой не верят в их существование, то мы, маги, просто обязаны заставить их уважать нас. А уважение тесно связано со страхом. Страх, в свою очередь, с могуществом и властью.

- Я так не думаю, - Шин скрестил руки на груди и опустил голову.

- Как по-твоему волшебникам добиться нормального отношения и признания?

- Помощью. Полезными поступками и добрыми делами.

- Какие же все вокруг человечные, гуманные и милосердные! – Презрительно высказался Владыка Смерти, сплёвывая на снег. – Может быть, эта чепуха, которую ты только что назвал, и поможет волшебникам стать уважаемыми членами современного мира, но придётся тратить слишком много времени на фокусы и поимку мошенников, помогая неблагодарным людишкам и получая от них деньги, чтобы жить.

Шин обдумывал слова отца, приподнимая слой снега носком своего ботинка. Что-то в его словах казалось ему нелогичным, будто не подходящим для этого человека. Наконец, ответ сам появился в мыслях парня.

- Постой, - начал он, всматриваясь в широкое лицо мужчины. – Разве общественное признание имеет для тебя такое значение?

- А ты не так глуп, мальчишка. Естественно, мне нет дела до чужого мнения на мой счёт, но мне нужна власть. Возможность повелевать другими.

- Как ты хочешь получить такую власть? – Шин думал, что он смог бы и сам ответить на этот вопрос. – Использовав древнюю магию?

- Да.

- Каким образом?

- Ты всё-таки решил пойти со мной? Нет? – Владыка Смерти скорчил недовольную гримасу. – В обратной организации мы собрали четыре расколовшихся кристалла древних волшебников из семи существовавших раньше. Остальные три не сохранились до нашего времени, но для открытия источника древнейшего могущества они всё равно нужны, поэтому придётся получить их другим способом.

- Например?

- Инспектор, тоже мне. Что ни секунда, то новый вопрос, - он приподнял бровь и с гордостью посмотрел на сына. – Зато вопрос правильный и по делу. Видишь ли, целый кристалл можно извлечь из живого колдуна, - но после этого он, скорее всего, уже не будет живым - или сразу после его смерти.

Владыка Смерти запустил руку в глубокий карман плаща и, пошарив там, достал нежно-розовый кристалл в форме треугольной призмы.

- Гляди. Это кристалл любви от той умершей девочки.

- От Шерии? Когда ты успел...

- Кристаллы, словно люди, излучают энергию жизни, а моя способность тонко чувствует её и может в любой миг забрать.

- Значит, осталось найти ещё два... - пробормотал Шин.

- Это затягивает, да? Уже готовы кристаллы щедрости, доброты, отваги и честности, - с этими словами он достал из того же кармана четыре кристалла той же формы: травянисто-зелёный, тёплый оранжевый, красный и бледно-жёлтый. Шину показалось, что они начинают светиться, когда их грани соприкасались друг с другом. Розоватая призма сама притянулась к своим полупрозрачным собратьям.

- И что с ними делать?

- Собрать в нужном месте и, принеся жертву, освободить древнюю магию.

- Жертва?

- Именно, но это уже не твоего ума дело, - Владыка Смерти бережно убрал все пять кристаллов в карман. – Чтож, ты получил всю информацию, которую я могу тебе предоставить. Пора расплатиться по счетам. Ты ведь пообещал мне свою жизнь.

- Как-нибудь в другой раз.

Шин был готов действовать. У него был только один шанс избежать смертоносного заклятия сейчас. Лишь бы форма тени спасла его и в этот раз! У его способности была самая последняя, но и самая сложная фаза. Полное превращение в тёмный силуэт, не имеющий телесной оболочки. Парень смог быстро обернуться тенью, но теперь этого было недостаточно. Он должен раствориться в постороннем шуме, в самом воздухе. Заставить своё сердце прекратить биться, стереть границы своего облика. В таком случае ни одна чара не сможет настигнуть его. Но как же сложно выполнить всё правильно! Необходимо перестать думать, освободить мысли и успокоить дыхание. Не дышать вообще. Шин ощутил, как холодные остренькие снежинки проходят сквозь него и оказываются на земле, а дуновение ветра мирно покоится рядом с ним. Его живое сердце продолжало бешено стучать. Оно могло всё испортить, выдав жертву убийце, и нужно хотя бы на время успокоить его. Шин постарался представить, как всё то, что осталось человеческого в нём, распадается на сотни крошечных атомов и разлетается прочь. В таком состоянии он не мог слышать слов отца, но понимал: ему удалось сохранить себе жизнь. Пока.

Владыка Смерти в ярости отвернулся и, стиснув зубы, стремительно ушёл прочь. У него ещё остались дела, и смерть сына вполне могла подождать. Как только он отошёл достаточно далеко, Шин с трудом возвратился в собранное им же своё тело и без сил опустился на искристый снег, чувствуя, что его холод понемногу сбавляет жар его будто горящей кожи.

***

Хэмиш и Сиера молча шли по тротуару вдоль автомобильной дороги, изредка оглядываясь по сторонам. Они провели в пути слишком много времени, и уже не надеялись куда-нибудь прийти. Но правила есть правила, и оба несмотря на усталость продолжали идти по нечищеной дорожке. Тут из-за угла вышел высокий мужчина, в котором они, остановившись, сразу узнали волшебника по исходящему от него грязно-зелёному свету. Мужчина тоже увидел их и с ожесточением свёл густые брови. Он небрежно взмахнул рукой, и в следующее мгновение Хэмиш, закрывший собой Сиеру, скорчился от боли.

- Что вы делаете? – Девушка гневно сверкнула глазами, на её щёчках выступил яркий румянец.

Сиера могла постоять за себя и попытаться защитить Хэмиша. Из её пальцев и запястий на Владыку Смерти направились потоки кроваво-красного огня, но они не задели его. Он вымещал свою злобу на двух подвернувшихся под руку волшебниках и потому использовал то же средство на Сиере. Пока она хваталась за горло и пыталась сделать хотя бы один вдох, мужчина освободил Хэмиша, позволил ему подышать пару секунд и продолжил пытку. Цели убивать у него не было, просто хотелось потешить собственное самолюбие, видя, как чья-то жизнь находится в его власти. По этой только причине Владыка Смерти давал каждому сделать вдох или два, а затем заставлял их хвататься за грудь, искажённое страданиями лицо и неспособное пропускать воздух горло. Первой сознание потеряла Сиера, а Хэмиш продержался на пару минут дольше. Владыка Смерти с удовлетворением ухмыльнулся и, оставив их на том же месте, отправился в сторону моста.