Восстание Белого Пламени

Сура

После долгих уговоров Алир отпустил меня одну на встречу к Ламэлю, мы решили это будет разумно. Присмотр за обстановкой во дворце, не маловажная составляющая, поэтому Алир подойдет на эту роль как никогда кстати. Мой путь начался с черного хода, о котором знали, лишь здешние. Во дворце не было помех с передвижением, но были всегда пристальные взгляды и слежка, слуги появлялись в неожиданных для нас местах, что является явным сигналом непрошенного присмотра.

- Ну вот и лестница. - Радуясь говорила я. - Пора идти.

Алир любезно помог мне завязать шнурки на плаще, разравнивая складки на капюшоне, которые открывали вид на мои белые волосы. Он сильно переживал, хоть и понимал, что я могу справиться со всем сама, но учитывая, что сейчас происходит в Аркелии никто не мог знать что может случиться. Алир провел по моим волосам, заплетенные в тугую косу, а потом дотронулся до щеки.

- Прошу тебя, не делай глупостей. - Его родительский тон выдавал страх, который вылезал наружу через дерганье уголка глаза.

- Алир, все будет хорошо. - Я старалась приободрить его, улыбалась, но он будто не обращал внимания. - Я вернусь через пару часов. Главное, не говори об этом Наилю. Не хочу, чтобы он знал.

- Хорошо.

Алир оставил прощальный поцелуй в лоб и неохотно отпустил меня, провожая взглядом. Я в предвкушении ждала встречу с Ламэлем, словно от него я услышу что-то интересное, что меня обрадует, но это явно навязчивые фантазии. Выход из дворца был тяжелым, петли по ржавели и позволяли открывать дверь рывками. Когда мне удалось выйти, то в нос ударил запах свободы и радости, свежий воздух в перемешку с кисловатыми парами аркелы давал чувство очищения и легкости, но я быстро вернулась в строй, сохраняя самообладание. Пустой город погряз в летящей пыли, что поднял ветер, и в густом аркеловом тумане, который образовался из паров - это идеальное сочетание для того, чтобы меня не заметили. Я обошла площадь Освободителей через лечебный дворик, дабы не быть одной в открытом пространстве, в котором легко меня заметить несмотря на густой туман. Тишина улиц и шуршание соломенных крыш акль заставили задумать о конце света, в котором все бы погибли. Война. Меня не покидало это чувство, что грядет война. В какой-то мере я жаждала ее, но это лишь тяга к справедливости и свободе, а сейчас я понимаю, что многие погибнут и все станет иным. Кто-то проиграет, а кто-то останется у власти. Кто мог подумать, что Площадь Освободителей, которая была олицетворением союза Ахкилов, Сильверов и Армариусов станет иронией? Теперь мы воюем против друг друга, хотя должны идти руку об руку, как кровные братья и сестры. Как же все это глупо... но нам покажет время, что из этого выйдет.

Впереди была та самая акля, в которой я и Ламэлем смогли заключить договор о союзе. Ждал он меня? Все ли с ним хорошо? Я о нем не слышала с последней встречи, надеюсь, что наш разговор состоится. Хруст песочных крупиц под ногами доводил до чувства томления, казалось, я иду вечность, но вот я открываю заветную маленькую дверь. Внутри акля была сырой и холодной, запах плесени ударил в нос, а пустота заставляла меня расстроиться. Ламэля не было. Как ни странно я это предчувствовала, но до конца не хотела верить. Я не стала действовать бездумно и решила подождать,  весь этот путь был необходимым и не хотелось возвращаться без результата. Прошло пол часа, затем час. Нервы стали сдавать и я вскочила со скамьи, уходя из этой тоскливой акли. Отпихиваю дверь. А за ней Ламэль. Запыхавшийся, его брови дернулись вверх, словно от счастья, что я все таки дождалась.

- Сура, извини. Просто я... - Он обернулся, чтобы убедиться, что никого рядом нет, а затем вошел внутрь. Я за ним. - ... был на базе. Нужно было сообщить новости о следопытах.

- База? Новости? - Прошло много времени и что творилось за пределами дворца мне неизвестно, поэтому Ламэль с охотой рассказа все, что на данный момент имеется. Союз с Нобелисом. Вот как? Этот Старейшин всегда вызывал у меня вопросы и новое  амплуа в виде ахкила с двойной жизнью поразили меня. Я не перебивала Ламэля, хоть и хотела возразить на счет их объединения. Где же гарантии, что он не с Георгом? Но я надеялась, что Ламэль не глуп и сможет определить, где ложь и правда.

- Так, значит, мы все ближе к неизбежному. Сможешь в вспомнить численность войска? - Поинтересовалась я, чтобы определить масштаб приближающихся событий.

- Не могу сказать, но отряд был не мал, как бы не вся команда Башни собралась во дворце.

- Вот же черт, а, что до поселения?

- Там тоже все готово, зависит только от времени.  Не могу понять: зачем барийцы? Война против ахкилов не настолько крупная, ведь численность поселения куда меньше, чем в башне.

- Я думаю, что стычка с ахкилами - это только часть его замысла. Он хочет убрать препятствие на пути, Георг давно мешается под ногами Короля.

- Хочешь сказать, он хочет убить его? - Ламэль пронзительно посмотрел на меня, будто не предполагал такого исхода.

- Не могу знать. Георг не идиот, чтобы идти в жерло вулкана самолично, он будет воевать на расстоянии. Его здоровье не позволит выдержать такие нагрузки. Поэтому его смерть находится тоже под сомнением.

- Что предлагаешь? Выбирать сторону не имеет смысла, ибо сам Король и Георг - это путь к анархии. Мы с Нобелисом попробуем предотвратить пролитие крови, но жертвы в любом случае нас ожидают. - Его мысли не были оптимистичными, мы оба понимали, что кто-то умрет, но надеялись на лучшее.

- Да, жертвы будут. - Безжизненно ответила я, унимая колкую боль на сердце. - Мы попытаемся помочь, важно, понимать для чего все это.

- Ради мира и покоя.

- Верно.

Я ободряюще натянула улыбку с большим усилием, чтобы Ламэль не был так мрачен, и он вдруг заговорил совершенно о другом.

- Никогда не думал, что моя жизнь может так измениться. - Ламэль посмотрел на собственные руки, на которых виднелись красные ссадины на костяшках. - Не думал, что каждый раз придется оглядываться, не думал, что разговор всегда должен быть бдительным. Жизнь стала такой опасной, что ее конец ощущается ближе чем есть на самом деле. Мы сидим и разговариваем, но кто знает, что сейчас может произойти.

- Почему об этом заговорил, Ламэль?

- Я не знаю. Правда не знаю. Ты служишь королю, а я в союзе с Нобелисом. Мы на разных позициях, и будто бы должны сомневаться друг в друге, разве нет?

- Ты меня знаешь не первый день. Думаешь, я могу служить кому-то и действовать против своей воли?

- Возможно, поэтому я сюда пришел, потому что никогда в тебе не сомневался, даже будучи верным Семерке. - Он дернул бровью, будто сам не понимал: почему считал когда-то заветы ахкилов праведными? - Столько лет ушло на это. О, Азур, столько лет. Кажется, что я очнулся от неприятного сна, который не заканчивался, а сейчас новая реальность и, самое главное, я наконец-то вижу в ней смысл.

Я положила руку на широкую спину ахкила, ему сейчас нелегко, ему нужна поддержка. Новая жизнь ощущается наступлением перемен, о которых  мы очень долго мечтаем, но каждый раз они пугают нас, заставляют спрашивать себя: тот ли это путь? Ламэль освободился от оков Семерки, он теперь лидер братства и ученик одного из Старейшин. Он обрел свою личность. Великая награда - это обрести самого себя.

- Ты прав. И ты действительно делаешь все правильно. Это твой выбор и он не должен соответствовать ожиданиям других.

- Да. - Он благодарно улыбнулся, готовый уходить на из базу к другим ахкилам.

Я последовала за ним, но в один момент, в груди стало жечься. Меня повело и я оперлась о стену, казалось, что прямо сейчас я сгорю дотла. Чувство, что где-то в дали произошла какая-то опасность, но для кого?

- Сура! - Ламэль подбежал ко мне, пытаясь придержать, но я отказалась от помощи, когда приступ спал. - Что такое?

- Ари! - Вдруг осенило меня. Моя новая способность, которую пробудил Алир, рвалась к ней, подобно стреле. Я маяк, что укажет свет. - С Ари произошла беда и мне нужно возвращаться к ней.

- Неужели сейчас? - Ламэль отпрял от меня и будто бы что-то понял, его лицо исказилось в ужасе и переживании. - Война. Она началась.

- Что... - вновь приступ, который окатил меня волной боли. Я зарычала, скручиваясь всем телом. Ламэлем взял меня за руку, чтобы я не упала. - Почему? С чего ты взял?

- Ари в отряде Нобелиса. - Я хотела бы удивится этой новости, но мне было так больно, что невозможно как-то реагировать. - По его словам, она должна совершить предназначение. Какое никто не знает, кроме Нобелиса. Боюсь предположить, что оно сейчас исполняется.

- Вот же...Черт... Нужно идти к ней! - Я не стала как-то прощаться с Ламэлем, думаю, что он все прекрасно понимает. Я рванула из акли в сердце Центральной Власти, ко дворцу, с каждым моим шагом боль была не так сильна, но ощущалось явственно. Я не знала, что происходит с ней, но что-то случилось, что-то страшное...

Я бежала по улицам, не думая о какой-то осторожности, и на пути я видела толпу ахкилов. Огромное стадо. Они словно овцы на убой, двигались бездумно в направлении к дворцу. Белые волосы развивались, подобно огню в ночи, черные одежды, как уголь, вещавший о сожжении былого порядка. Все изменилось. Я видела свой народ, который сама призывала восстать против Георга и тогда меня это не страшило. Но сейчас я трясусь от  страха. Все иначе. Все ужаснее. Их янтарные глаза хотели крови, но их ли это желания? Георг промыл им мозги, но ради чего? Чтобы удержаться свою значимость, чтобы Король не смог выполнить свои обещания. Георг не меньше нашего боялся разрушения стабильности, поэтому он отчаянно начинает эту войну, в которой могли погибнуть невиновные. Он назвал нас своими детьми, братьями и сестрами, но разве так поступают со своими близкими? Разве так поступают с теми кого любишь? Но он никогда не ведал об этом чувстве. Лишь собственное эго и жажда власти волновали его. И вот безвольные ахкилы рассекают пары аркелы своим натиском, они двигались к своей жертве к королю и его войску. Георг удачно все спланировал: напасть во время аркеловых паров, чтобы ни у одного следопыта или любого другого слуги дворца не было шанса убежать оттуда. Они устроили ловушку, где дворец утонет в море крови и запахе смерти...