угасающая надежда.
В машине играла спокойная музыка, переключаясь с песни на песню, с жанра на жанр, со стиля на стиль. Расцветающая природа играла за окном, быстро пропадая из вида. Дорога в солнечный и морской Пусан занимала почти пять часов, поэтому я выехала рано утром. Выспаться, я не выспалась. Мало того, что уснула за неудобным столом (из-за чего сейчас меня мучает боль в спине), так и поспала я мало. Сейчас уже девять утра, а выехала в пол седьмого. Осталось немного. Но за дорогой меня вечно поглощали мысли. Ночной разговор с Сок Хуном не давал мне покоя.
А вдруг мы не найдем его там? Что тогда делать? Как долго он вообще там? С ним все хорошо? А вдруг он там пострадал?
Со слов Пака, в Пограничье все законы превращались в слова. Ча мог легко там умереть и это беспокоило меня еще больше. Но пугало сильнее другое.
Вдруг он там опять страдает? Опять чувствует боль? Опять он потерял все надежды, мечты, желания? И из-за меня...
"Он выбрал самый наилучший вариант случившегося" — повторял в голове голос Сок Хуна. Только это мало похоже на правду. Я сейчас живу обычной жизнью, мне ничего не угрожает, я имею все что мне нужно и удовлетворяю свои потребности и нужды. А он таскается по какому-то Пограничье, один, в неизвестности. А вдруг у него еще какая-то рана? А вдруг ему еще и угрожает кто-то?
Знать, что близкий тебе человек сейчас страдает и ты не знаешь ничего, чего тебе так хотелось заставляет меня испытывать вину и смятение.
Я бы и дальше тонула в своих мыслях, если бы не звонок, который разнося по всему салону. Это была Хаын. Я была благодарна, что она вытащила меня из этих ужасных мыслей.
—Приветик. Ты как?—тут же начала Хаын своим приятным голосом.
"Отвратно" — пронеслось в голове.
—Все хорошо. А ты? Как там в Китае?
—Сегодня прохладно. Жалко, только вчера все ходили в шортах и майках, а сейчас все опять куртки нацепили.—я усмехнулась.
—У нас вот солнышко светит. А я еще и в Пусан еду.—Хаын вздохнула.
—Я бы оже не отказалась погулять по Пусану и поесть кашу из морских гребешков.—я посмеялась, вспоминая, как Хаын рассказывала нам, как в детстве приезжала к бабушке в деревню около Пусана и ела самую вкусную кашу из морских гребешков.
—Довольствуйся этим в Шанхае.—она цокнула, а я тихо посмеялась.
—Кстати, как там твои родители?
—Хорошо. Как раз к ним еду. Они недавно дом купили. Так рада за них. Они несколько лет сами копили и наконец купили.
—Поздравь их от меня. О я помню, как твоя мама говорила, что купит хороший дом где нибудь у моря, что бы ее внуки там проводили каникулы.—я цокнула, а Хаын посмеялась.
—Мама много говорит.—вдруг пронеслось молчание и это мне не очень понравилось. Я уже понимала, какой вопрос пойдёт дальше.
—Джи Мин, а господин Бан ещё не вернулся?—я прикусила губу и сжала руль.
—Нет.
—Год в командировке? Это уже довольно много. С ним ничего не случилось?
—Не знаю. Мы с ним не общаемся.—снова молчание.
—Но... вы же близки. Были.—я вздохнула.
—Хаын, я же сказала, у нас плохие отношения. Нас просто связывало общее прошлое. Вот и всё.
—С ним точно всё хорошо?
—Наверное... Мне откуда знать?
Я как пыталась изобразить равнодушие к Чану, но получалось это кое-как, и Хаын понимала, что это тема больная, и не стала больше говорить о нем. При любом упоминании Чана я сразу терялась, и вид показывал мое отчаяние само за себя.
Вскоре я уже подъезжала к городу. Оставалось ехать полчаса. На однополосном шоссе проезжали куча машин. По встречке ко мне уехал грузовик. Похоже, доставлял какие-то продукты. Моё внимание было полностью на дороге, пока не заметила, как через этот грузовик водитель легковушки хотел сделать обгон. Он летел прямо на меня, и всё пролетело через мгновение.
Шум. Столкновение. Сигналы машины. Разговоры людей. Авария.
Всё произошло слишком быстро. Моя машина врезалась в эту легковушку. Я почувствовала сильный удар, но благо подушки безопасности смягчили мне падение. Моя голова покоилась на подушке безопасности. Я чувствовала вкус крови во рту и прекрасно чувствовала ее запах. Всё плыло перед глазами. Как люди мотаются туда-сюда. Как вызывали скорую. Как пытались привести меня в чувство, спрашивая, в порядке ли я. Но я не могла ничего сказать. Все голоса смешались воедино и стали мигренью в висках.
Я прикрыла глаза и увидела Чана. Он улыбался. Улыбался и стоял рядом со мной. В его глазах сияли звезды. Это был настоящий он.
—Я не пожалею, что провел это время с тобой, ангел.
И сознание покинуло меня, а в голове смешивались разные образы со звуками и голосами людей...
<...>
Я чувствовала тепло. Кто-то держал меня за руку. Кто-то крепко сжимал мою руку и я чувствовала переживания. эЯ сжала ее в ответ. будто это было мое спасение. Моя ниточка к жизни.
—Джи Мин?—тихо, с надеждой, произнес мужской голос. Сердце пропустило удар.
Неужели?..
Я попыталась открыть глаза, но веки, будто свинцовые, своей тяжестью давили на меня. Я приоткрыла глаза и яркий свет прямо в них. Я зажмурилась и голос вновь прозвучал тихо и совсем рядом:
—Джи Мин, ты в порядке? Ты очнулась?—надо мною нависал мужской силуэт. Четких очертаний я не видела, но могла заметить кое-как какие-то детали.
Это правда не сон?..
Я открыла глаза и яркий свет начал рассеиваться, давая мне рассмотреть мужчину надо мной. Я взглянула с надеждой в глазах на папу. Папу. А не Чана.
—Папа?—папа подсел ко мне и приобнял за плечи. Опять показалось...
—Милая? Ты в порядке? Все хорошо? Голова не болит?—я осмотрелась. Это была палата больницы и я сама была в больничной одежде.
—Где я?
—Ты в больнице. Ты попала в аварию и потеряла сознание. Знаешь как мы испугались с мамой, когда во время нашей смены, мы увидели тебя на больничной койке в крови? К счастью, ничего серьезного, лишь сотрясение и мелкие порезы. Осколки попали в твою кожу.—я сжала одеяло, чувствуя теплые объятия Чана.
Вдруг дверь открылась и мама, увидев, что я очнулась, тут же подбежала ко мне, крепко обнимая. Я обняла ее в ответ, пытаясь успокоить ее, слыша над ухом тихий всхлип.
—Все хорошо, мам.—тихо прошептала я и папа провел по спине мамы, пытаясь успокоить ее.—Как давно я здесь?—обратилась я к отцу.
—Ты три дня пролежала в коме.—я замерла. Мама отстранилась и взглянула на меня.
Не может же этот год пройти за три дня?
Не может, ведь так?..
Я тут же оглянулась. Кома могла быть и три дня, но в ней я могла пережить и целую жизнь. Я не хочу, что бы эти воспоминания, это эмоция, чувства и сам он оказались сном и плодом моих воображений.
—Где мой телефон?!—я пыталась найти глазами этот чертов мобильник. Там была последняя надежда, что все это было настоящим.
—Мин-мин, прошу, успокойся!—я вертелась, в поисках мобильника, пока не почувствовала острую. пронзающую боль в висках. Я схватилась за голову и лицо исказилось в боли. Родитель подошли ко мне и попытались успокоить.
—Милая, тебе сейчас не стоит трогать мобильный.—пыталась утихомирить мое желание мама.
—Телефон сейчас явно пользы твоему состоянию не принесет. Успокойся. полежи и отдохни.—чуть строже сказал папа. Я прикусила губу, когда боль ушла.
Надежды одна за другой уходят. Оставляют меня и желание быть рядом с ним и надеяться на лучшее. Все идет к тому, что того, кого я ценю, кем дорожу и кого люблю не существует...
Тогда, если то, что я люблю не существует, нужно ли мне находиться в этом мире? Хочется просто провалиться в какую-то пустоту, оказаться в теплых объятиях и почувствовать этот глупый и любимый поцелуй в лоб. Хочется слышать этот приятный шепот над ухом. "Я не пожалею что провел это время с тобой, ангел..." — слышу я внутри себя.
Слезы сами собой покатились по щеке, оставляя последние надежды. Родители с недоумением взглянули на меня и обняли, пытаясь хоть как-то успокоить этот вихрь эмоций.
Вскоре они решили дать мне отдохнуть. Они посчитали, что случившееся со мной сильно подействовало на мое психическое здоровье и у меня такие перепады настроения. Телефон я в руки так и не взяла. Я боялась. А вдруг там не окажется номера Сок Хуна и все это действительно был лишь плод моих фантазий? Этого мне хотелось в последнюю очередь.
<...>
Уже давно темная ночь. Только сон меня никак не окружал. Я лежала на койке и просто смотрела в пустоту. Я поднялась и решила прогуляться. Накинув легкую плед, я вышла на крышу больницы. Скамьи стояли в ряд, открывая вид на прекрасный Пусан. Я чувствовала свежесть, когда ветерок обдувал лицо и волосы.
Луна была яркой. Круглой. И безумно красивой. Прямо как в Ту Ночь.
—Ты в порядке?—раздался голос Сок Хуна сзади. Даже поворачиваться не хотелось, но с плеч слег страх.
—Наверное.
Вздох.
—Прости.
—За что?
—За всё.
Я нахмурилась.
—Я попала в аварию не по твоей вине и ты можешь четко...
—За то что оставил тебя.
Я замерла.
Мурашки побежали по телу. Толи от ветра, толи от страха.
Страха...
Страха, что все на самом деле казалось сном.