Прописи
(ПРОПИСИ)
Все это давит на тебя, давит так, чтобы из тебя вышел алмаз.
Это самая твердая в мире стекляшка. Холодная, колющая и очень дорогая.
Все они пытаются сделать из тебя алмаз. А потом, если ты станешь алмазом, еще сделают огранку, выделят тебе углы, вылепят из тебя форму, которой пользуются постоянно. Одно и тоже, из грани в грань, от алмаза к алмазу.
И только ты будешь готов, будешь отражать свет, слепить глаза, тебя поставят на подушку, чтобы видели все.
Чтобы все угольки продолжали терпеть то давление, которое на них оказывают.
Стать алмазом можно только благодаря совместному насилию. Насилию тебя и всего внешнего.
Везде одни сплошные алмазы.
Все пишут только об алмазах.
Об искалеченных бывшиъ углях, о холодных камнях, что красиво блестят и пропускают сквозь себя свет.
Плохо и оставаться углем. Черным крошечным и красящим.
Углей намного больше, чем алмазов. На каждый алмаз приходиться по тысячу углей.
И все эти углы под давлением.
Они давят сами на себя, пытаются выковать из себя черноту, пытаются стать ледяными.
Но мы тот уголь, что предпочитаем гореть.
Разогреваться, из грязного черного становиться красными, обжигать, бросаться огнем, дарить тепло и оставлять проженные следы, выпускать белую дымку в воздух. Меняться, крошиться, белиться, уменьшаться и гореть, гореть ,гореть.
Быть алмазом на мягкой подушке, мучить самих себя, чтобы блистать выглаженными боками - нет. Мы неровные, неловкие, но горящие. Мы не вечные, мы гибнем, мы иссхыхаем, каждое дуновение заставляет нас светиться огнем еще больше.
Мы горящий уголь.
Мы живой камень.
Умертвляй пламенную душу, стань алмазом.
Блистай дорогими гранями, которые есть у каждого алмаза.
Храни в себе стеклянный холод
И помни
пламя угля никогда не принимает одинаковую форму