Жестокий сосед

Мы поспали всего часа четыре.

Как и обещал, Марат отвозит меня к Дамиру этим же утром. В одиннадцать утра мы уже стоим на пороге его дома. В конечном итоге мы с ним не виделись всего сутки, но он очень радуется, видя меня. Говорит, что я у него могу остаться хоть до конца своих дней, что его дом — мой, что он уже не представляет, каково это — не слышать моего голоса. Конечно же от стольких ласковых слов я чуть ли не плачу, но не хочется быть проблемной, чтобы всем пришлось меня успокаивать. Я и так задыхаюсь от того, что доставляю всем так много хлопот.

Вынуждена признать, что я очень рада оказаться здесь — у Дамира большой двухэтажный дом с огромной лужакой снаружи. И, несмотря на огромное пространство, дом очень уютный. Тут есть зимный сад, в котором много комнатных растений. Гостиная с мягким уголком серого цвета, на который так и хочется прыгнуть, чтобы проспать несколько суток.

Когда мы с Дамиром усаживаемся обедать, Марат касается губами моей макушки:

— Завтра я приеду.

— А сегодня нет?

— У меня очень много работы. Я хочу всё закончить перед тем, как мы с тобой уедем.

Вчерашней ночью Марат пообещал, что скоро лично отвезёт меня в Киев, решит вопрос с университетом, даже если меня отчислили, останется со мной на какое-то время. Он не хочет оставлять меня одну.

На самом деле, в моей голове мелькает мысль о том, что я могу предложить Нике жить со мной. Она живёт со своей тётей и возможно, согласится на моё предложение. По крайней мере, в конце первого курса она с радостью оставалась у меня на ночёвки.

— Ладно, — я пытаюсь выдавить из себя безразличие, потому что не привыкла показывать чувства в присутствии кого-то — даже если этом кем-то является Дамир, человек, чуть ли не заменивший мне отца. — Я забыла взять гитару. Ты не мог бы привезти её завтра?

— Конечно, милая. Я заеду завтра за ней и привезу сюда.

Когда он уезжает, я вспоминаю, что сегодня у меня встреча с психологом (вчерашний сеанс я перенесла на сегодня, потому что хотела побыть одна в своём доме). Конечно же ночью об этом я не думала, все мои мысли... Их просто не было. Я была с Маратом. И я была счастлива.

Не знаю, как поступить — поехать к ней или попросить приехать сюда?

— Чего не ешь, Ксюш? О чём задумалась?

— Вспомнила просто, что должна встретиться в четыре часа с Кристиной, но не знаю, что делать. Наверное, мне стоит поехать к ней.

Дамир сразу же меняется в лице, я замечаю радость, уголки его губ заметно приподнимаются, но сразу же опускаются.

— Если хочешь, я могу привезти её и отвезти обратно. Если она будет не против.

Конечно, это было бы прекрасным решением, но я не собираюсь утруждать его.

— Дамир, мне не очень удобно напрягать тебя. Я могу и сама поехать к ней.

— Ксюшенька, это лично моя инициатива.

— Тогда я напишу ей и спрошу, подойдёт ли такой вариант. Спасибо!

Не знаю, нужен ли мне всё ещё психолог? Я чувствую себя нормально. Я приняла ситуацию. Хотя мне в любом случае нравится разговаривать с Кристиной. Она — тот человек, которому я могу рассказать всё.

Я пишу сообщение в телеграмме:

Кристин, привет! Извини, если отвлекаю тебя. Я уже не в больнице, а дома. Тебе будет удобно, если Дамир приедет за тобой и отвезёт обратно?

К удивлению, ответ очень быстро пришёл.

Ксюшенька, я могу вполне и сама приехать!

Но по переписке я всё-таки уговариваю её не отказываться. Я люблю ездить с Дамиром — у него спокойная и не агрессивная езда, в отличие от Марата.

Целый день я хожу из стороны в сторону, знакомясь с новым убежищем. На втором этаже три спальни и ванная комната, на первом ещё одна спальня и ванная, гостиная, зимний сад, кухня и столовая. Помимо лужайки, снаружи ещё есть беседка — я захожу в неё, здесь есть мангал, стол, стуля и куча заполненных до краев пепельниц. Офигеть, сколько же они курят! Даже когда Дамир выезжал за Кристиной, он перекурил несколько раз.

Через каких-то полчаса приезжает мой психолог, с которой мы располагаемся в гостиной. Дамир приносит на подносе чай с печеньем, ставит его на прозрачный журнальный столик возле мягкого уголка. Кристина благодарит его не только словами, но и обходительной улыбкой.

— Я очень рада, что тебя наконец выписали, — замечает Кристина, кладя свою руку на мою. Сначала я робею от чужого прикосновения, но быстро к нему привыкаю.

— Спасибо. Я тоже.

— Прежде чем мы начнем, я очень хочу тебя поблагодарить.

Карие глаза девушки блестят. С неприкрытым интересом я рассматриваю её бесподобные длинные волосы русого цвета, которые сегодня не завязаны в тугой хвост, как и всегда.

— За что?

— За то, что помогла нашей Инне, причём даже изначально ни о чём не сказав мне!

Инна. Та женщина, у которой забрали дочь. Насколько я знаю, они искали ей квартиру.

— Просто боялась, что может не получится. — Мне нужно было попросить помощи у Марата, тогда я не знала, как он отреагирует. — Как у неё дела? — я молю, чтобы ей вернули доченьку и её жизнь наладилась, потому что человек не может вытерпеть столько несправедливости. Жизнь должна улыбнуться ей.

— Мы подобрали ей квартиру. И каким-то чудом службы опеки настроены отдать ребёнка уже через несколько недель, они даже помогли с частью документов.

Почему-то я уверена, что здесь тоже похлопотал Марат! Возможно, потому что когда-то он помог моему папе — а там дело было с судебной медицинской экспертизой, с государственным бюро, в процессе работы с которым принимают участие очень много должностей и людей (медслужащие, полицейские, да вообще многие правоохранительные органы).

— Я не знаю, как тебя благодарить. Она тоже не знает.

— Я ведь ничего не сделала, — улыбаюсь я.

— Ты ведь попросила своего мужчину помочь.

Даже если и я, всё сделал всё равно он.

— Квартира просто прекрасная, сразу с детской. Недалеко парк, школа.

Неожиданно я нервничаю, вдруг у неё что-то случится — и тогда она не сможет оплачивать эту квартиру? Хорошо, если её сняли на очень большой срок.

— А на сколько сняли квартиру? — решаю я всё-таки спросить.

— Мы не снимали её!

— Не снимали? — не понимаю я.

— В следующий четверг будет сделка по покупке квартиры. Господи, я просто до сих пор не могу поверить, что это происходит, это какое-то волшебство.

Значит, Марат покупает квартиру. Тогда это хорошо! У неё с ребёнком всегда будет крыша над головой!

— Да, это чудесно. Мой папа всегда говорил, что главное — крыша над головой, а всё остальное придёт.

— Твой папа был прав. Уверена, у тебя был замечатный папа, если у него такая дочь.

— Вы меня смущаете.

— Но это правда!

— Может, поэтому мне нравятся мужчины постарше, — зачем-то говорю я. Наверное, это правда — изначально я выбрала мужчину, чьи чувства балансировали на гране с «отцовскими». Почему я говорю это Кристине — без понятия, но у нас завязывается интересный разговор.

Вспоминая о папе каждый раз в присутствии кого-то, лицом к лицу я встречаюсь с внутренней истерикой, которую собственноручно стараюсь подавить. Но сейчас я спокойна, в мыслях лишь образ моего радостного отца.

Мы говорим не как пациент с психологом, а как подружки.

— Это нормально, когда привлекают мужчины старше? — задаю я вопрос, отпивая немного уже остывшего чая.

— Конечно же нормально. Правда, в  большинстве случаев, это всё же идёт из детства. Недостаток любви со стороны родителей, внимания, а может наоборот — усиленное внимание, ты ищешь человека, похожего на своего отца.

— Папа меня очень любил, как и мама. Просто он работал сутками напролёт, поэтому не мог уделять мне всегда много внимания. Это правда.

— На самом деле, тебе не обязательно компенсировать отсутствие внимания в детстве. Что тебя привлекает в мужчинах постарше?

— Даже не знаю... — растерянно отвечаю я. — Меня привлекает только один мужчина.

— Вот что тебя привлекло в нём в самом начале отношений?

Господи, да что меня могло тогда привлечь, у меня напрочь отсутствовал мозг! Я в первую неделю знакомства вообразила, что являюсь его будущей женой. Прищуриваясь для пущего эффекта, пытаюсь в деталях вспомнить наше знакомство, первую встречу, вторую, всё общение, его ко мне отношение.

— Он был очень зрелым на фоне меня и вообще всех парней, которых я знаю. — Кристина кивает, словно подтверждая мои слова.

Да что там, все мои ровесники после нашего знакомства стали безликими и неинтересными мальчиками, неспособными больше никогда задеть моё сердце и засесть в нём.

— Но я думаю, что эта зрелость в нём присутствует не только из-за возраста.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, в том плане, что многие мужчины и в тридцать лет ещё не реализовали себя в жизни.

— Конечно, согласна с тобой. Это зависит не от возраста, а от амбиций, мотивации, желаний. Кто-то начинает прокладывать свой путь с более юного возраста, а кто-то ждёт с моря погоды и ничего не делает со своей жизнью много лет.

— Вы не считаете, что это как-то неправильно? Противоречит каким-либо принципам?

— Что именно? Разница в возрасте?

Я киваю.

— Я считаю, что если двум взрослым людям комфортно друг с другом, то это просто не может противоречить чему-либо. Знаешь, как говорится, любовь двоих не понять миллионам, — она хихикает, тоже берёт кружку с чаем в руку и продолжает: — Знаешь, если честно, меня тоже привлекают мужчины постарше.

— Да?! — ошарашенно спрашиваю я.

— Да, в студенческие годы я вообще не переваривала своих одноклассников! Они меня настолько сильно раздражали своей инфантильностью, что я на них смотреть не могла. И не потому, что они не умели ухаживать или не могли связать двух слов. Хотя да, отчасти из-за этого!

Складывается ощущение, что вместе с больничными стенами я разорвала связь и с зажатостью, плохим настроением и вечной скорбью. Сегодня мы много смеёмся, общаемся на личные темы, можно даже сказать «девчачьи» темы.

Мы сидим с Кристиной до семи вечера, три часа вместо привычных двух. А потом Дамир услужливо предлагает Кристине остаться на ужин, а она с радостью принимает предложение. Я помогаю накрывать на стол, но вежливо отказываюсь от еды. Я действительно очень устала и хотела спать, поэтому пошла наверх. А через минут пятнадцать ко мне кто-то стучиться.

— Ильдар!

— Привет, пропажа! Ну как, удачно пожила одна полдня?

— Твой брат просто деспот, — смеюсь я, когда он заходит и садится рядом со мной на кровать.

— Я говорил тебе, но ты не верила. Теперь сама убедилась. Я рад тебя видеть.

— И я тебя.

— Всегда мечтал жить с сестрой.

За всё время нашего знакомства я представить не могла, что Ильдар станет для меня почти как старшим братом. Но сейчас я на самом деле не могу представить своей жизни без его шуток и поддержки.

Ещё несколько минут назад я планировала лечь спать, потому что очень не выспалась после ночи с Маратом, но Ильдар предлагает поиграть в карты.

— Умеешь?

— Конечно.

Ещё в детстве папа научил играть в дурака — и я часто выигрывала его!

— На желания?

— Только на нормальные желания, — предупреждаю я.

Он раздаёт по шесть карт, у меня ни одного козыря. Уже думаю, что проиграю, но в течение игры вытягиваю хорошие карты. Когда в колоде ничего не остаётся, я держу самого большого козыря с парной картой.

— Мда, ясно. Ладно, какое желание?

— Хм, дай-ка подумать, — я театрально бью указательным пальцем по подбородку, дуя губы. — Позвони Марату и попроси купить мне кабана.

— Чего?! Мы договорились на нормальные желания!

— А это нормальное. И включи громкую связь, — не прекращая смеюсь я, даже не замечая, как Ильдар быстро набирает брату. — Господи, я же пошутила! Сбрось сейчас же! Он же занят!

Я пытаюсь выхватить телефон, но слышу на той сторон линии голос мужчины, от которого сразу перехватывает дух.

Демонстративно Ильдар включает громкую связь.

— Да, что ты хотел?

— Слушай, тут любовь всей твоей жизни просит, чтобы ты купил ей кабана.

— Что? — непонимающим тоном спрашивает Марат.

Всё, он меня убьёт.

— Ксюш, чего молчишь, ты ведь просила меня позвонить?

— Ничего я не просила, — лгу я, краснея от злости. Знаю, сама виновата, но это была просто шутка.

— Вы там совсем?.. — видимо, Марат собирается сказать нам пару ласковых слов, но Ильдар перебивает его:

— Ладно, продуктивных тебе рабочих будней, пока! — и сбрасывает трубку.

Заливаясь смехом, он кидает мобильник в глубь кровати. Закрывая глаза ладонями, я тихонечко трясусь, тоже от смеха.

— Классно ты меня подставил.

— Ты просила — я сделал.

— Ладно, думаю, на сегодня хватит.

— Правильно, а то если ты ещё хоть раз проиграешь, я заставлю тебя позвонить ему и сказать, что он гондон.

Ильдар уходит, закрывая за собой дверь. А я закрываю глаза, представляя, самые счастливые моменты из своей жизни. Кристина посоветовала мне записать всё, что мне дорого, чтобы это не пропадало из памяти. Вопреки сонливости, я открываю заметки телефона и начинаю детально расписывать то, что хочу запомнить навсегда.

Как родители водили меня в парк развлечений. Как мама подарила мне платье на день рождения. Как мы ели конфеты на Новый Год. Первую встречу с Маратом. Новый год с Маратом. День рождения папы. Кучу несвязных бессмысленных диалогов с папой, от расписывания которых мои глаза слезятся.

Каждый счастливый момент моей жизни. Я хочу запомнить всё.

***

Время на телефоне показывает, что я проспала добрых десять часов. Быстро одевшись, я выхожу из спальни, чтобы почистить зубы — но мужской разговор привлекает моё внимание.

Снизу я слышу голос Дамира, а затем Марата. Он приехал, отчего на душе становится так радостно — будто танцуют единороги под диско музыку.  Мне хочется спуститься и броситься ему на шею, я скучаю каждую минуту без него, но кажется, у них серьёзный разговор. Лучше не мешать, и я не придумываю ничего лучше, чем послушать. Хотя если называть вещи своими именами, то я собираюсь подслушать. Столовая находится недалеко от лестницы. Очень тихо я присаживаюсь на верхнюю ступеньку и стараюсь состредоиочить органы слуха, чтобы расслышать их слова отчётливо.

— Значит, дом ты сразу оформляешь на неё?

— Я оформляю его на себя, а потом делаю дарственную.

— Это правильное решение.

— Да, она не должна жить, постоянно переживая о том, что её ждёт.

От их разговора мне становится очень напряжно. Он собирается купить дом, а потом оформить на меня?

— Так а сам дом ты уже присмотрел?

— Нет, ты же знаешь, у меня не было времени. Я круглыми сутками на работе.

— Но в этом я тебе не помощник. Тебе самому надо подобрать то, где вам будет комфортно.

— Я не уверен, что ей вообще будет комфортно в этом городе. Вернуться в университет — лучшее решение вопроса. Она должна отдохнуть от всего. Тем более от того, что я сегодня видел.

Сердце сжимается.

— Что ты видел?

— Сегодня на лестничной клетке возле её квартиры стояла парочка, — Марат усмехается, на мгновение замолкая. Слышу, как стакан соприкасается со стеклянным столом.

— Что ещё за парочка?

— Сказали, что какие-то родственники Сени из Житомира.

— Из Житомира? Она тебе рассказывала о них? — с нотами напряжения в голосе спрашивает Дамир. Потому что мне нет.

Я слушаю настолько внимательно, что не дышу.

— Нет, она мне не говорила ни о каких родственниках. И если честно, я даже не понял, кем они ей приходятся.

— И чего они хотели?

— Говорят, её отец на телефонные звонки не отвечает. Сильно переживали, поэтому решили приехать.

— Ты им сказал?

— Да, я сказал. Как и то, что их принять некому. Но кажется, их больше волновало, как они будут делить квартиру с Сеней.

Колени дрожат, будто меня выкинули в тридцатиградусный мороз. Приходится порыться в воспоминаниях, чтобы вообще понять — о каких таких родственниках идёт речь.

Мужчины молчат.

А я даже не представляю, что это всё значит.

— Ты сейчас говоришь серьёзно?

— Разве похоже, что я шучу? Я не успел зайти к себе в квартиру, как они начали обсуждать — не успела ли она вступить в наследство. Слава богу, её не было.

— Ну да, никто не против квартирки возле моря.

— Мне насрать, против они или не против.

— Ты можешь так не злиться. Она на улице никогда не останется.

— Я знаю, но дело не в этом. Это дом её отца. В любом случае, где бы мы ни жили — он должен остаться за ней. Если эти ублюдки решили судиться с восемнадцатилетней сиротой за несколько вшивых комнат, я этих родственников в асфальт закатаю. Блять, я уже не знаю, сколько чёртовых испытаний ей нужно пройти, чтобы все оставили её в покое и дали жить нормально.

В очередной раз, он словно читает мои мысли. Что мне ещё сделать, чтобы меня оставили в покое? Родственники, о которых я с трудом вспомнила переживают о том, что им может не достаться квартира моего отца? Да что мне нужно ещё пережить!

— Ладно, я пойду к ней, — говорит Марат, на что я даже не могу быстро среагировать. Он поднимается по лестнице, видя, как я встаю и ухожу в свою комнату.

Марат всё понимает. Он понимает, что я всё слышала. Может, в другой ситуации мне было бы стыдно — а сейчас мне просто больно. Больно от того, что происходит в этом мире. И от того, что я снова создаю ему проблемы. Теперь уже непрошенными родственниками, о которых предпочла бы никогда не вспоминать.

***

Ненавижу я конечно таких непрошенных родственников, но к сожалению, и в жизни очень часто такое случается (я знаю это на личном примере и на примере близким мне людей). Вот ведь суки, ну скажите? Как вам глава? Надеюсь, тут тоже наберём 1.1 К звёздочек, всем спасибо❤️