Воин справедливости

Анастейша несколько секунд смотрела на Арджуна, не произнося ни слова. В её голове одна за другой всплывали картины прошлого. Старый дуб, их тайное место, детские обещания, подарки на день рождения...

И его последние слова.

Он не мог знать этого.

Никто не мог.

— Ты... — голос Анастейши дрогнул. — Ты действительно помнишь тот день?

Арджун сделал ещё один шаг к ней.

— Я помню каждый день, проведённый с вами. Даже те, которые вы давно забыли.

— Тогда скажи мне... — Анастейша сжала пальцы. — Что я сказала тебе после того, как ты назвал меня глупой за попытку разбить камень судьбы?

На лице Арджуна появилась едва заметная улыбка.

— Ты сказала: «Если он когда-нибудь узнает, какая я на самом деле, он отвернётся от меня».

Анастейша замерла.

Арджун продолжил:

— А потом ты сказала, что лучше самой разорвать связь, чем однажды увидеть в глазах своего истинного страх или разочарование.

По щекам Анастейши медленно покатились слёзы.

— Ашока...

Это имя прозвучало почти шёпотом.

Арджун закрыл глаза, словно услышав его впервые за много лет.

— Я ждал, когда кто-нибудь снова назовёт меня этим именем.

Виолетта, стоявшая неподалёку, больше не могла сдерживаться. Она подбежала к нему и остановилась всего в нескольких шагах.

— Тогда... — её голос дрожал. — Тогда ты должен помнить и мой подарок.

Арджун посмотрел на неё.

— Защитный доспех.

Виолетта резко прикрыла рот ладонью.

— Я тогда сказала, что он слишком большой для меня.

— А я ответил, что когда-нибудь ты вырастешь и он станет тебе как раз.

Виолетта заплакала.

— Ты ещё сказал, что пока у меня есть этот доспех, мне нечего бояться.

— Потому что я всегда собирался тебя защищать, — тихо ответил Арджун.

Анастейша подошла ближе.

— А мои кинжалы?

— Ты хотела назвать их «Луна» и «Звезда», но я сказал, что это слишком красивые имена для оружия.

Анастейша сквозь слёзы улыбнулась.

— А потом я назвала их «Опора» и «Защита».

— Потому что ты всегда была такой, — ответил Арджун. — Даже когда была маленькой.

Трое молча смотрели друг на друга.

В этот момент Виолетта протянула руку.

Арджун посмотрел на неё, а затем медленно протянул свою ладонь.

Анастейша тоже подошла ближе.

Три руки встретились.

И словно спустя десятилетия они снова оказались детьми.

Арджун первым произнёс:

— Я — опора.

Анастейша, плача и улыбаясь одновременно, ответила:

— Я — защита.

Виолетта крепче сжала их руки.

— Я — щит.

Они посмотрели друг на друга.

И уже втроём произнесли слова, которые когда-то казались просто детской клятвой:

— Сердца троих бьются в унисон.

На несколько секунд вокруг них воцарилась полная тишина.

А затем Анастейша шагнула вперёд и крепко обняла брата.

— Я думала, что потеряла тебя навсегда.

Арджун обнял её в ответ.

— А я искал вас всё это время.

Виолетта присоединилась к ним, и теперь они стояли втроём, впервые за много лет снова вместе.

Но их встречу прервал голос Ахмеда:

— Что здесь происходит?

Анастейша медленно повернулась к нему.

Теперь в её взгляде не было страха.

Она впервые за долгое время чувствовала себя не одинокой.

Потому что рядом с ней снова были её семья и её брат.

Арджун тоже повернулся к Альфе.

И в этот момент Ахмед впервые увидел то, чего раньше никогда не замечал. Тут к ним подошла Лейла встала рядом со своим братом. 

В глазах Анастейши и Беты было одинаковое выражение.

Связь, которую невозможно было подделать.

— Ахмед, — тихо произнесла Анастейша. — Познакомься.

Она взяла брата за руку.

— Это мой брат.

Арджун посмотрел прямо на Альфу.

— Моё настоящее имя — Ашока.

И впервые за долгие годы имя, которое было похоронено вместе с его прошлой жизнью, снова прозвучало вслух.

Ашока рассказывал Анастейше и Виолетте, что после падения ничего не помнил, как другой оборотень его укусил, как он изменился, а затем его нашла Лейла. Девушки постепенно понимают, почему он стал Арджуном и почему его лицо оказалось совершенно другим.

А затем Лейла сама начинает вспоминать тот день.

Она говорит, что когда нашла его у горной реки, он был почти без сознания и всё время повторял только три слова:

«Сёстры... найти сестёр...»

И именно эти слова становятся последним доказательством для Виолетты и Анастейши.

А в конце сцены можно снова вернуть их детнюю клятву:

— Я — опора, — говорит Ашока.

— Я — защита, — отвечает Анастейша.

— Я — щит, — сквозь слёзы произносит Виолетта.

Они берутся за руки.

— Сердца троих бьются в унисон.

И на этот раз эти слова слышат Ахмед и Лейла.

Вот тогда Лейла окончательно понимает, кого именно она спасла много лет назад.

 После нападения вампиров в стае постепенно наступил долгожданный покой. Раненые шли на поправку, мужчины восстанавливали разрушенные защитные барьеры, а женщины помогали семьям тех, кто пострадал во время битвы.

Анастейша тоже уже чувствовала себя намного лучше. Рана почти затянулась, хотя слабость всё ещё напоминала о себе.

В этот день она решила немного прогуляться.

Ей хотелось побыть одной.

Анастейша медленно шла по окраине территории стаи, наслаждаясь свежим воздухом. Вокруг было непривычно тихо. После недавнего нападения даже птицы словно стали осторожнее.

Она остановилась возле старых деревьев и вдруг услышала голоса. 

— Ты обещала, что они нападут только один раз.

Анастейша замерла.

Голос показался ей знакомым.

Она осторожно подошла ближе и спряталась за большим деревом.

— Я сделала всё, что могла, — произнесла женщина. — Но вампиры потерпели поражение.

— Значит, придётся сделать всё заново.

Анастейша узнала голос.

Это была тётя Лара.

— Ты обещал, что после нападения они будут ослаблены, — раздражённо сказала женщина.

Анастейша нахмурилась.

Она осторожно подошла ближе и спряталась за большим деревом.

Она стояла напротив незнакомого мужчины в тёмном плаще.

— На этот раз они должны ударить сильнее, — продолжала Лара. — Я хочу, чтобы Ахмед потерял всё. Его власть, его стаю... всё.

— Почему ты так ненавидишь собственного племянника?

Лара сжала кулаки.

— Потому что он никогда не должен был стать Альфой!

Анастейша прикрыла рот рукой.

— Это место должно было принадлежать моей семье. Когда умер предыдущий Альфа, я была уверена, что власть перейдёт к моему сыну. Но они выбрали Ахмеда.

— А твоя дочь?

Лара горько усмехнулась.

— Моя дочь была готова сделать всё, чтобы стать Луной. Но Ахмед отверг её. Он ждал свою истинную пару.

Она на мгновение замолчала.

— А потом появилась эта человеческая девчонка.

Анастейша почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Виола стала Луной, и теперь весь клан преклоняется перед ней. Я не позволю какой-то чужачке занять место, которое должно было принадлежать моей дочери.

Незнакомец тихо рассмеялся.

— Значит, ты готова предать собственную стаю ради мести?

— Это уже не моя стая.

Анастейша поняла, что услышала достаточно. Она осторожно сделала шаг назад. Анастейша почувствовала, как внутри поднимается гнев. Но она заставила себя молчать.

— После следующего нападения, — продолжила Лара, — стая будет достаточно ослаблена. Тогда Ахмед потеряет власть.

— А если он узнает?

Лара усмехнулась.

— Не узнает.

Анастейша медленно отступила назад. Каждый шаг давался ей с трудом. Она хотела выйти к Ларе. Хотела потребовать объяснений. Хотела позвать Ахмеда. Но что-то остановило её.

Если Лара действительно связана с вампирами, то это означало, что опасность ещё не закончилась. А если она сейчас раскроет, что слышала разговор, Лара поймёт, что её план раскрыт. Анастейша осторожно развернулась и пошла обратно. Она шла быстро, стараясь не оглядываться. Но вдруг услышала позади себя хруст ветки. Она остановилась. Сердце бешено забилось.

— Кто здесь? — раздался голос Лары.

Анастейша замерла.

Она понимала, что ещё несколько секунд — и Лара её увидит.

Тогда Анастейша сделала единственное, что пришло ей в голову. Она сорвалась с места и побежала.

— Стой! — крикнула Лара.

Анастейша не остановилась.

Она знала территорию стаи уже достаточно хорошо и свернула на другую тропу, которая вела к дому Альфы. Только оказавшись достаточно далеко, она позволила себе остановиться. Она тяжело дышала и прижала руку к груди.

— Что же ты задумала, Лара?..

В этот момент за её спиной послышался знакомый голос:

— Виола?

Анастейша резко обернулась. Перед ней стоял Арджун.

— Что случилось? — спросил Арджун, внимательно посмотрев на неё. — Ты бледная.

— Ничего.

— Не лги мне.

Анастейша отвела взгляд.

— Я просто немного испугалась.

Арджун подошёл ближе.

— Кто тебя напугал?

Она посмотрела ему прямо в глаза. На мгновение ей захотелось всё рассказать. Но затем она вспомнила слова Лары.

«После следующего нападения стая будет достаточно ослаблена».

Анастейша сжала руки.

— Арджун, мне нужно кое-что тебе сказать.

— Я слушаю.

— Арджун... я слышала разговор Лары.

Он мгновенно стал серьёзным.

— Что именно ты слышала?

— Она связана с вампирами. Она хочет снова напасть на стаю.

Арджун несколько секунд молчал.

— Ты уверена?

— Я слышала всё сама.

В этот момент к ним подошёл Ахмед.

— Что происходит?

Анастейша посмотрела на него.

— Нам нужно поговорить. Наедине.

Ахмед сразу понял по её выражению лица, что произошло что-то серьёзное.

Через несколько минут в кабинете Альфы собрались Ахмед, Арджун, Анастейша и несколько самых доверенных членов стаи.

Анастейша рассказала всё.

Ахмед долго молчал.

— Лара... — произнёс он наконец.

В его голосе не было ярости.

Только разочарование.

— Я не хотел верить, что она способна на такое.

Арджун сжал кулак.

— Если она действительно связалась с вампирами, её необходимо остановить.

— Но мы не можем просто обвинить её без доказательств, — ответил Ахмед.

Анастейша подняла глаза.

— Тогда дайте мне доказательства найти.

Ахмед резко посмотрел на неё.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты уже однажды едва не погибла.

— А сколько ещё людей должно погибнуть, пока мы будем ждать?

В комнате наступила тишина.

Ахмед посмотрел на неё и понял, что спорить бесполезно.

— Хорошо. Но ты не пойдёшь одна.

Арджун тут же сказал:

— Я пойду с ней.

Анастейша посмотрела на Бету.

Почему-то рядом с ним она всегда чувствовала странное спокойствие.

Но в этот момент издалека донёсся волчий вой. Арджун мгновенно изменился в лице. Он поднял голову и прислушался.

— Что такое? — спросила Анастейша.

— Это сигнал тревоги.

Он посмотрел на неё.

— Иди домой. Сейчас же.

— Но...

— Виола, пожалуйста.

В его голосе было столько тревоги, что Анастейша впервые увидела в нём не Бету стаи, а человека, который действительно боялся за неё.

Она кивнула.

— Хорошо.

Арджун развернулся и побежал в сторону центральной площади.

Анастейша осталась одна.