Глава 1.
Мы станем другими, но только - какими?
В
опрос риторический. Где же ответ?
Изменимся, или, такими, как были,
Останемся в будущем? Тьма или Свет
Главенствовать будут в изменчивом мире,
Когда-то, что было, уйдёт насовсем?
Известно одно только: станем другими,
Почувствовав ветер больших перемен.
© Эндрю Фриз.
Тишина и спокойствие - достоинства этого места. Здесь можно было забыться лучше, чем от алкоголя, сигарет и наркотиков. Было реальным достичь всех своих мечтаний. Здесь ты мог быть тем, кем не решался быть где-либо еще.
Здесь всё было возможно каждая задумка и любая мысль...
Но, как и многое вокруг, это длилось невечно.
***
«1404 год, начало кровавой войны и истребление экзорцистов!» - гласили трибуны и заголовки всех газет; куда не глянь - везде кричали только об этом.
Война, война, война...
Кровь, кровь, кровь...
«Истребление всех экзорцистов!» - видно очередное объявление; соседние города, а затем вся империя в ужасе.
Тогда на троне сидел потомственный правитель, император Генри V, который в ночь, после рождения наследника, убил свою жену и ребенка, дабы ни с кем не делить царский трон. Именно он, спустя несколько месяцев после этой трагической смерти императрицы и ее сына, перевернул весь магический мир с ног на голову своим неожиданным заявлением:
- Немедленно уничтожить всех экзорцистов!
***
3 месяца до событий.
Лес. Шум. Природа. Веселье и... Музыка.
В центре одного из небольших городков проходил весенний карнавал. Все радовались всеобщему празднику, долгожданному приходу весны. В этот теплый и солнечный день, где-то на окраине города, по широкому полю бежала маленькая девочка, звонко смеясь и пытаясь поймать сочком пёструю бабочку. Ее дом был не далеко от того самого поля, где на крыльце сидели родители и наблюдали за прекрасным зрелищем, ласково перешептываясь друг с другом и вспоминая былые времена.
Ребенок, который был так увлечен беготней за насекомым, совсем не заметил, что приблизился к лесу, в который строго-настрого было запрещено ходить не только родителями, но и законом империи. В какой-то момент девочка резко замерла в пяти метрах от огромного дуба, тень которого уже давно накрыла ее с головой, и округлила глаза. Она, мало что понимая, лишь с восторгом смотрела вверх и наблюдала за тем, как молоденькая листва весело шелестит; солнечные лучики настойчиво прорывались через зеленоватую пелену и попадали ей на глаза, а сам лес так и манил своей запретной тайной. Глубоко вдохнув аромат природы, ребенок понял лишь то, что пахло чем-то необычным и ужасно незнакомым, неизведанным и интересным...
Неожиданно внимание маленькой шатенки привлек собачий скулеж где-то неподалеку от недавно позеленевшего дуба. Являясь девчонкой не из робкого десятка, она осмелилась развернуться в сторону звука и на свой страх и риск отправиться к нему. Пройдя совсем немного, на метров десять, глубже в лес, девочка увидела свежевыкопанную яму, а на ее дне маленького волчонка, который жалобно поскуливал и изредка совсем беспомощно лизал заднюю лапу.
- Эй, малыш, - прошептала малютка, облокотившись ладонями на край ямы, - ты как?
Но зверек, естественно, ей не ответил, лишь забился подальше в противоположную сторону ямы, поджал уши и, прильнув ближе к земле, вздрагивал при малейшем шуме.
- Не бойся меня, - ее темные косички тихонько пошатывались, а сама она пыталась наклониться как можно ниже и ухватиться за зверька, дабы вытащить. Попытки эти были бесполезными ровно до тех пор, пока рука, которая была единственной точкой опоры, не соскользнула с края, а девчонка кубарем полетела вниз.
- О-ой, - протянула она, потирая свою правую ногу и совсем позабыв про еще одного пострадавшего в этой яме.
Только когда тихий скулеж неожиданно привлек ее внимание вновь, она самоотверженно побежала к волчонку, забыв о собственной боли. Тот ожидаемо зашипел, заставляя шатенку сделать шаг назад.
- Тише, тише, маленький, - говорила она, словно старшая сестра, внушая доверие. Медленно подходя ближе к животному, она краем глаза заметила, что на лапе, которую волчонок так старательно вылизывал, была рана. - Так вот оно что, - задумчиво произнес ребенок, почесав подбородок и присев рядышком, - Ты ранен... Ну ничего, сейчас вылечу!
Она подняла правую ладонь и пальчиком что-то нарисовала в воздухе, затем легонько махнула рукой, словно провела по изображению и оттолкнула его в сторону лапы, неразборчиво шепча себе что-то под нос. В один миг на ноге зверя появилась непонятная золотая каракуля, немного посияла и прошла насквозь рану, скрывшись где-то глубоко внутри, под кожей. Казалось бы, что за фокусы, но раненная конечность через несколько секунд перестала кровоточить, а сама рана начала медленно затягиваться, покрываясь шерстью, и уже через пару минут от боли осталось только слово.
- Ну вот, так-то лучше! - девчонка хлопнула в ладоши и встала, отряхивая свое платье от пыли. - И как же теперь выбраться?..
Но не успела она это тщательно обдумать, как вдруг чьи-то зубы сомкнулись на вороте платья и потянули наверх против собственной воли. Волчонок одним рывком выпрыгнул из ямы, вытащив оттуда и себя, и ее.
- Круто! - Только и могла сказать шатенка, широко улыбнувшись, да так, что ее глаза стали напоминать полумесяцы.
- Хей, привет, - послышался рядом человеческий голос, и девчонка вынырнула из своих восторженных мыслей, широко распахивая от страха глаза.
Перед ней больше не было зашуганного волчонка, зато стоял маленький мальчик, на вид ее ровесник. Одет он был в широкие темные бриджи и футболку, волосы его были темными, глаза - ярко-зелеными, а зубы - белоснежными, передние клыки были немного удлинены.
- Т-ты, - девочка в шоке забыла, как разговаривать, а вся ее уверенность вмиг куда-то улетучилась, потому что с раннего детства родители учили ее остерегаться таких существ.
- Не бойся, - сразу сказал паренек, выставив руки перед собой. - Я хороший! - Уверил он.
- Но ты же оборотень! - вскрикнула наконец-то шатенка, сделав очередной шаг назад.
- И что? Это значит, что я не могу быть хорошим?
- Не знаю... Нет, наверное.
- Я вообще-то просто хотел поблагодарить за помощь! - вскликнул надуто. - Меня зовут Александр, - в знак знакомства мальчик протянул ей руку, широко улыбаясь. А она, сама не зная зачем, робко протянула ладонь в ответ.
- Я Мира... - Доверилась мальчишке шатенка, и если ее когда-нибудь спросят, то она не сможет объяснить почему.
- Очень приятно.
- Ага. Так ты хочешь быть... добрым? - девочка присела у дерева, хлопая большими, как блюдце, глазами.
- Да. Мой папа, бывший вождь племени, правил очень... плохо? Если можно так сказать Мне это не нравилось, поэтому, когда я вырасту, то сделаю так, чтобы маги, люди и оборотни были друзьями! - вскрикнул он, раскинув ручки в стороны и плюхнувшись рядом с новой подругой.
- А где твой папа сейчас?
- Он умер от болезни, и теперь я жду своего совершеннолетия, - он весело держался за голые ступни, мотая ими в разные стороны, - тогда бабуля проведёт ритуал посвящения нового вождя, и я стану главным!
- Вау, а мне можно прийти?
- Не думаю. Я же еще не вождь, а значит, тебе там рады пока что не будут, - тихо проговорил волчонок, смотря на свои грязные ножки. Недолгая тишина повисла между ними. Ребята не спешили что-то говорить друг другу, они просто сидели, смотря на оживающий лес после зимы, и радовались новому знакомству.
- Мира! - послышался зов где-то в начале леса, и оба ребенка дернулись от неожиданного шума.
- Ой, это мама и папа меня ищут, - девчонка вскочила с места и посмотрела на выход из леса. - Мне надо идти.
- Пока... Мира, мы же еще увидимся? - спросил Александр, тоже поднявшись.
- Конечно! На поляне перед лесом, ладно?
- Хорошо! - мальчишка радостно взвизгнул, и, за секунду обернувшись черным волчонком, убежал в глубь леса, когда Мира пошла, наоборот, к выходу, радуясь тому, что у нее появился первый в жизни друг.
***
- Дорогая, не дергайся, - приказала женщина своей дочери, вернув голову в исходное положение, - я не могу завязать бант на твоей косе.
- Зачем мне вообще наряжаться? - надуто произнесла Мира, болтая ногами на высоком стуле и всё же послушно переставая ёрзать. - К нам же придет обычная бабулька.
- Не правда, эта бабушка - провидица: она видит будущее. А так как тебе уже исполнилось шесть лет, ты обязательно должна встретиться с ней. Это традиция. - Мать чмокнула свою малышку в щеку, а та хихикнула. - Хорошо, теперь все готово.
Дверь в комнату тихо открылась, и на пороге показался отец, нервничая почему-то больше всех.
- Мои дорогие дамы, - наигранно произнес он, изобразив дворецкого и сделав небольшой поклон в пол, - прошу в гостиную, мадам Суюки уже на месте.
Тогда, усмехнувшись, Мира соскочила с твердого стула, поправила новое платье, вздернула носик и гордой походкой вышла из спальни, а-ля смотрите, я принцесса. Женщина за ее спиной по-доброму улыбнулась.
В гостиной на диване и впрямь сидела пожилая женщина. Ее седые волосы были заплетены в длинную косу, а сама она была одета не так нудно, как обычные старушки, скорее более пестро и ярко.
- Здравствуйте, - поприветствовала девочка провидицу и села напротив. Родители сделали то же самое, усевшись с двух сторон от своего ребенка.
- Здравствуйте, мои дорогие, - ответила мадам Суюки и широко улыбнулась. Странно, но ее зубы были здоровые, можно сказать, белоснежные, совсем не такие, как у большинства старушек их города. - Мираисса, дай мне свою ручку, пожалуйста, - она сразу приступила к делу, а девочка, как под гипнозом, послушно протянула ладонь бабушке.
- О-о! - Вскрикнула пожилая дама, как только прикрыла глаза, и дернулась. И это «о» могло означать что угодно, начиная с «всё очень плохо» и заканчивая «ну, не так ужасно, как могло быть». - Вижу великое будущее: девочка подарит голубое небо стране. Она сможет сделать то, что не под силу было многим правителям и вождям прошлых поколений, - небольшая пауза увеличила любопытство. - Она сможет создать мир среди всех слоев жизни, начиная от темных и заканчивая светлыми существами... - родители довольно улыбались: вырастить героя - это честь для семьи экзорцистов. - Во истину удивительно... - женщина легонько сжимала руку маленькой девочки и неотрывно смотрела в одну точку. Её глаза сияли белым светом, а лицо то хмурилось, то снова становилось расслабленным. Перед глазами женщины за доли секунд появлялись узоры, они выстраивались в картинки, а затем в моменты...
- Но!.. - неожиданно произнесла ведунья, и это слово остановило волну счастья, разразившись над семьёй, как гром среди ясного неба. А материнское сердце почуяло неладное: это самое «но» могло перевернуть их мир прямо сейчас. - У нее будет довольно сложный путь. На ее дороге встанут множество испытаний, которые ей придется пройти, начиная с юного возраста. Она увидит смерть, практически испытает ее на себе, - матери с каждым словом хотелось остановить ведунью все больше, ведь слышать такое о своём ребенке не понравится ни одному родителю. - Боль, разочарование... Девочка познает весь спектр ужаса перед тем, как...
- Довольно! - произнес отец, не выдерживая. На его лице уже давно не было улыбки. - Мира, солнышко, иди в свою комнату.
- Да, папочка, - послушно кивнула девочка и вышла из гостевой, в свои шесть, не понимая всю серьезность ситуации. А мать, отец и ведунья остались наедине, обсуждая что-то еще, пока что недостижимое для разума ребенка.
***
1404 год. 1 день лета.
В своём огромном дворце, украшенном всевозможными самоцветами, которые только видала их страна, сидел Генри V и читал библию, задумчиво почесывая свой щетинистый подбородок.
- Какой бред тут пишут, - усмехнулся он, переворачивая страницу. - Читаю уже в пятый раз, а смешно так, словно анекдоты написаны, - он цокнул, склоняя голову и убирая книгу куда-то в сторону, показывая этим жестом всю нелепость написанных слов и его правоту в этом. - Кстати, вы привели ко мне ту провидицу из Нонстама? - император посмотрел на своего дворецкого, который одет был с иголочки: на нем не было ни малейшего изъяна.
- Мой император, - мужчина средних лет поклонился, - эту женщину скоро должны привести прямо в тронный зал где-то в течение получаса. Я отправлял лучших воинов в городок. Уверяю вас, всё будет в лучшем виде.
- Надеюсь, ты не подведешь меня, - мужчина махнул пару раз рукой, словно отгонял надоедливую муху. - Принеси мне чего-нибудь выпить.
- Милорд желает отведать вина?
- Было бы неплохо, - задумчиво произнес он, снова почесав свой подбородок. Со стороны это было похоже на вредную привычку. - Неси давай, чего стоишь?!
Генри облокотился на спинку трона, блаженно прикрывая глаза.
Королевство ему досталось по наследству от предыдущего короля Артура III. Жители слушались и боялись не только власть, которая была в пухленьких ручках правителя, но и, в частности, самого правителя, который вступив на трон, переименовал себя в императора. Среди всех своих предков Генри V имел отличительную черту характера, которая обеспечивала ему полное подчинение: хладнокровие. Каждый маг, начиная с низших сословий (живописцев*, гибридов*) и заканчивая высшим (экзорцистами*), подчинялись и не смели перечить ему - это, естественно, льстило и питало его самолюбие с каждым днем все больше и больше, создавая монстра с короной на голове.
- Ваше вино, господин, - дворецкий протянул поднос с золотым бокалом на ровной ножке, что был до краев наполнен жидкостью красного цвета.
- Прекрасно... - Протянул властелин и взмахом своей руки, словно крылом, довольно резко схватил стакан с подноса, но не проронил ни капли. - Ты можешь быть свободен, Маркус...
- Да, мой император, - дворецкий поспешил удалиться: даже ему было сложно находиться с этим человеком в одном помещении. Вечное давление с напряжением в воздухе сводило с ума все окружение императора. И Генри знал, что его присутствие напрягало, потому что на его стороне были не только стихийники*, многочисленная армия, но и безумная темная магия, в то время как на стороне людей был лишь Господь Бог и они сами.
Миллионы против тысячей: было ясно, кто одержит победу, но никто ни в бреду, ни в здравом уме не решался пойти против императора.
- Господин, провидица здесь, - в дверях снова показался Маркус.
- Заводи.
Слегка кивнув в знак согласия, мужчина толкнул большие двери, и они распахнулись перед старушкой, которая шла в окружении нескольких солдат.
- Ну, здравствуй, провидица, - прошептал Генри, наконец-то отпив вино. - Как добралась?
- Спасибо, мой император, хорошо, - она поклонилась. - Но могу я спросить, почему вы оторвали меня от моих дел и так срочно вызвали к себе во дворец? - старуха на самом деле уже знала ответ, только императору это знать было необязательно.
- Хочу узнать свое будущее: в детстве отце обделил меня этой честью, - он лукаво улыбнулся и отставил стакан в сторону. - Расскажешь?
- Ваше светлость, нельзя лезть в будущее, и то, что я вам скажу, даже если вы предпримете какие-то меры, все равно случится.
- Не медли! - он повысил голос и привстал. - На руку и говори! - император тыкал в женщину пухлой и мягкой ладонью, совсем забывая о вежливости. - Говори, старая карга, и не смей лгать!
Старушка тяжело вздохнула и взяла ладонь Генри V, сжимая её со всех сторон фалангами рук, и замерла. Глаза привычно блеснули белым светом.
- Вижу твое время правления. Деньги, сила, могущество, страх, - все в твоих железных руках, - проговорила она, а правитель гордо откинул мантию назад, всем своим видом показывая, как женщина права насчет этого. А провидица, слегка нахмурившись, продолжила. - Но твое правление будет недолгим: ты повторишь судьбу своего недалекого предка, Адама I, - император затаил дыхание. О том, что из себя представлял этот предок и какая у него была судьба, он знал. - Тебя убьет золотой экзорцист, и тогда над миром повиснет тишина, спокойствие и долгожданное равноправие, освобождая страну от твоей тирании, - она медленно отпустила мягкую ладонь, глаза приобрели свой привычный темный цвет. Правда всегда жестокая, и нет исключений из правил.
- Д-да как ты смеешь мне лгать! - Вскрикнул он, не желая верить в предсказание. - Ты ведьма! Твое пророчество не сбудется! Лгунья! - Вопил император, топая своей пухлой ногой по полу. - Слышишь? Не сбудется!
- Мой император, - перебила она истерику, заглядывая в налитые дёгтем глаза, которые, кажется, заполнили не только радужку, но и глазное яблоко, меняя белый цвет на черный, - я же вам сказала: что бы вы не предприняли в будущем, все будет бесполезно, и вы все равно падёте от руки золотого экзорциста...
- Нет... Слышишь, нет. - Почти шипел Генри; за окном помутнело небо, ощущая гнев вездесущий. Император был в ярости.
- Слышу, господин...
- Маркус! - Вскрикнул повелитель, и рядом показалась фигура верного дворецкого, сжимающегося по стойке «смирно». Император нервно кусал ноготь правой руки. Он знал, что провидцы не умеют лгать.
- Да, господин?
- Вели всем стражникам отправиться в Нонстам, а затем проверьте и остальные города моей империи...
- Нет! Мой император! Это бесполезно! Не делайте этого! Вы ничего не измените! -Прохрипела старуха, когда ее грубо схватили и поволокли прочь из тронного зала.
- Молчи, старая! Маркус, прикажи всем постам: немедленно уничтожить всех экзорцистов!
***
Маленькая девочка сидела посередине довольно знакомого ей поля, плела венок из полевых цветов, напевая под нос какую-то красивую мелодию.
- Ля-ля, ля-ля-ля... Звенят, звенят колокола... - Тянула она миленьким голоском, наслаждаясь гармонией природы. - Ля-ля, ля-ля-ля...
- Бу! - Девчонка взвизгнула, бросая венок на землю и подпрыгивая на месте.
- Алекс, ты дурак! - Ругалась она, одновременно колотя по спине своего друга. - Зачем так пугать?! - Последний удар был особенно сильным, правда, только по мнению Миры, а сам оборотень особо ничего не почувствовал, но все равно сделал вид, словно было больно где-то в спине, ведь реакция подруги его сильно забавляла.
- Мир, ну я же пошутил, ты чего?
- Чего, чего? Я вообще-то венок плету, а ты отвлекаешь! - Девочка совсем по-взрослому надулась, отворачиваясь и возвращаясь на место.
- Эй, ну не дуйся. Хочешь, я помогу? - И девчонка быстро-быстро закивала головой, сияя, точно закатное солнце.
Тогда, улыбнувшись, Александр принялся собирать полевые цветы в букетик и приносить их Мире, чтобы та сделала себе красивый венок, а девочка, продолжая напевать песенку, сидела на траве и аккуратно вплетала каждый стебелек в зеленую косу.
Вдруг послышался неожиданный звон колокола в башне, что находится в центре города, но, несмотря на расстояние, звон был прекрасно слышен даже на другом конце поселения. Девочка вскочила, кидая озадаченный взгляд в сторону дома.
- Что это? - Спросил Алекс, продолжая держать цветы, но сразу после нескольких ударов колокола послышался протяжный гул. Били тревогу.
- О, нет... - Девочка выронила недоплетенный венок и кинулась в сторону дома.
- Что происходит, Мира?!
- Иди домой! - Крикнула она, находясь уже на приличном расстоянии. - Наши бьют тревогу! Я потом приду! - Скорость она не сбавила, а наоборот прибавила, ведь определённо что-то случилось. И мысль, что это было что-то плохое, не покидала ее.
Алекс после слова «тревога» кинул сорванные цветы на протоптанную дорожку и в страхе побежал в сторону леса за помощью.
Когда Мира добралась до своей улицы, кругом уже был сплошной огонь. Горело везде и всюду, а в глазах ребенка отражались только красный цвет и страх.
- Мама, мама... Папочка. - Прошептала она, продолжая поиски и оглядываясь вокруг. И то, что в следующую минуту бросилось ей в глаза, не было цветом яркого пламени: это была кровь и.. трупы.
На дороге, прямо перед ребенком, лежало тело их милой соседки Изабеллы, которая так любила баловать соседского ребенка сладостями. В голове пронеслась осеняющая мысль, что вот, именно сейчас, перед ней самая настоящая смерть. С костлявыми, тонкими, но изящными пальцами; с косой, но не с той, что является орудием труда, а с косой из длинных, цвета поля, волос; с тонкой талией и черным платьем; красивая и одновременно ужасная Великая Смерть. И Мираисса столкнулась с ней лицом к лицу, глаза в глаза... Неподалеку кто-то взвизгнул, и Мира, дернувшись в сторону звука, увидела то, что, кажется, могло сломать психику ребенка на раз-два: ее подругу заживо сожгли... прямо на ее глазах.
Потрясенный ребенок не мог и пошевелиться. Ведь это действительно была Смерть, чьи руки по локоть находились в крови. И именно в тот момент Мираисса в очередной раз поняла, как страшна эта женщина, если ей нужна именно твоя жизнь. Тогда, словно в замедленной съёмке, шатенка увидела черные тени рук, которые тянулись к ней, чтобы забрать с собой в загробный мир. Это была Смерть, и она хотела увести ребенка. Но в какой-то миг что-то более яркое оттолкнуло те самые, словно грязные, руки.
- Доченька! - Вскрикнула женщина, прижав ребенка к себе и кинувшись в противоположную от огня сторону.
- Мамочка, что происходит? - Жалобно пропищала Мира, стараясь не думать о том, что только что увидела, и уткнулась в шею матери, почуяв довольно странный запах. Кровь.
Ее мать была ранена, но, несмотря на это, все равно несла дочь на руках, прижимая к сердцу и закрывая грудью.
- Солнышко, - женщина поставила малышку на землю, ¾ слушай меня внимательно и сделай все, как я тебе скажу! - Приказала она, сжав крохотные пальчики в своих ладонях.
- Да, мамочка, - тогда мать ребенка схватилась за свое ухо и сняла с него серебряную серьгу.
- Это серёжка передается в наследство от матери к дочери. Носи её каждый день, не снимая, - прошептала женщина, прикрепив серьгу к левому уху своего сокровища.
Глаза, полные любви, посмотрели на Миру, а после экзорцистка прислонилась своим лбом ко лбу ребенка, вздохнув.
- Я люблю тебя, моя дорогая, и помни, я всегда буду рядом с тобой и буду делать тебя только сильнее, - она поцеловала ребенка в щечку, сглатывая тяжелый ком в горле. От большой потери крови, ей было тяжело даже дышать.
- Мама...
- Кассандра! - Послышалось позади, а женщина в испуге дернулась. Рядом с ними стояла целая толпа мужчин, женщин и подростков, практически каждый из которых был экзорцистом.
- Мира, иди с тетей Эсмиральдой, - проговорила Кассандра, подтолкнув малышку к своей подруге.
- Но мамочка... - Девочка была против такого расклада, только ноги все равно послушно отправились к тетушке.
- Эсми... Береги мою дочь, воспитай ее лучшим человеком! - Кассандра встала с земли, не отряхивая коленей.
- Хорошо, Касс, - проговорила брюнетка, взяв ребенка за руку. Рядом с ней, за спиной, стояло еще несколько ребятишек: это были сестры, братья и кузены Мираиссы по мане*.
- Мамочка, я не хочу уходить, - ребенок дернулся в сторону матери, но порыв был остановлен смуглой женщиной, которая по-прежнему держала малышку за руку.
- Пошли, Мира...
- Нет, мамочка! - Шатенка дергалась в попытках вырваться, когда за спиной ее любимой матери завязалась драка не на жизнь, а на смерть. Кассандра же смотрела только на свою доченьку, улыбаясь так искренне и так ярко, словно ничего и никого нет важнее; пока за ее спиной падали тела, переставая дышать еще не достигнув земли.
- Мираисса Ченг, я сказала, живо уходи! - Неожиданно приказала Кассандра дочери и, выкидывая свою добрую улыбку, отвернулась, нарисовав в воздухе синий символ.
Эсмиральда дернула девочку за руку и кинулась в сторону полей, скрываясь вместе с остальными детьми в их непроглядном просторе... Именно тогда Кассандра Ченг посмотрела на спину удаляющемуся ребенку, видя девочку в последний раз и роняя одинокую слезу на кровавую землю. Слова провидицы после отдельного разговора все еще крутились в голове: «Вас в ее будущем нет».
Поэтому женщина, вновь разворачиваясь к императорской страже, просто не могла сдаться и сделать шаг назад, защищая свою маленькую девочку. Она умрет, но сделает всё, чтобы её ребенок был в безопасности. В тот день и в той битве из десяти тысяч жителей выживших было всего десять человек. Они скрылись от правительства и залегли на самое дно.
А где-то на границе соседнего леса, другого мира, стояла часть волчьей стаи и молча смотрела на то, как небо над городом красилось в ярко-красный цвет, и как весь маленький мир экзорцистов окунался в кровь. Они молча слушали, как люди кричали в агонии и умирали в муках, но ничего не делали. Маленький оборотень плакал: хотел сорваться в сторону города и кричать по дороге, чтобы его стая пошла на выручку - но бабушка крепко держала того за руку, не давая дернуться с места. Главных закон гласил: «не вмешиваться в жизни людей» - и они не вмешивались, стояли в стороне, жмурясь от каждого вскрика.
На том самом поле, где были последние спокойные минуты жизни города Нонстам, все еще валялся недоплетенный венок, а сорванные маленьким оборотнем цветы тихо перекатывались на ветру из стороны в сторону, оповещая, что счастливое время официально закончилось.
********************************
Мана* - источник силы, внутренний резерв магии. Цвет маны у каждого индивидуальный, отражающий суть человеческой души.Гибриды* - существа наполовину люди и животные. До конца неизведанные "монстры", что живут кучками и прячутся от людских глаз.Живописцы* - совершенные созидатели, что могут создавать удивительные вещи одним рисунком.Стихийники* - люди, обладающие магией разрушения. Мана чистых стихий или смешенных. Чем меньше примесей в магии стихийника, тем он сильнее, чем больше - слабее.Экзорцисты* - золотая середина магического мира. Люди, что рисуют иероглифы и в чьих жилах течет магия созидания и разрушения. Чем сильнее это равновесие, тем могущественнее экзорцист и наоборот.