[закончена] Ты моя самаЯ

Мирра вернулась из города в Шагос ровно к назначенному часу. При ней были все её личные вещи, и она успела переодеться в повседневную одежду, которая мало чем отличалась от парадного костюма.  

На площади стояла пронзительная тишина, никто больше не шутил и не переговаривался. В воздухе чувствовалось напряжение. Все ожидали, когда объявят, кто будет обучаться в академии в этом году. 

Мирра огляделась вокруг, а потом уставилась, как и все, на, казалось, прилипшие намертво стрелки часов. Удивительно, но в замок вернулись не все из тех, кто сегодня принимал участие в первом отборочном туре. Не то чтобы Мирра всех запомнила, но это было заметно по количеству находящихся во дворе.  

“Была бы моя воля, я бы тоже ни за что не вернулась!” 

Большая стрелка сдвинулась, наконец, с места, и по воздуху поплыл чистый переливчатый звук рога, и тотчас створки древних ворот начали медленно закрываться. Все обернулись и в полном молчании наблюдали за сужающимся просветом. И было в этом что-то по-настоящему мистическое. Вот сейчас створки закроются, и ты навсегда застрянешь в этом непонятном, чуждом тебе мире оборотней.  

“Без паники! — успокаивала себя Мирра. — Есть маленькая заветная дверь, через которую я в любой момент могу уйти отсюда. И никто меня не задержит и не остановит! Правда для этого придётся ударить в позорный колокол, тем самым сообщив всему Шагосу о своей слабости и трусости, а в этом уже нет и следа чести и доблести. — Обвела взглядом стоящих вокруг новобранцев: похоже, у них были те же мысли. — Нет. Ни за что не посрамлю честь воительниц! Не ударю в колокол раньше времени!” 

Створки с гулким грохотом сошлись вместе, заставляя каждого присутствующего на площади вздрогнуть. Дверь главной башни открылась, и во двор один за другим начали выходить преподаватели и маги. Первым шёл верховный маг. 

— Рад видеть всех в добром здравии, — без предисловий начал Бартобас. — Сейчас Валенд огласит имена будущих курсантов Шагоса. Как только вы услышите своё имя, проходите с вещами под тот навес и ждёте остальных.  

Худощавый высокий юноша вышел вперёд и развернул свиток, край которого упал к его ногам и немного откатился в сторону, он обвёл взглядом присутствующих и торжественным голосом прочитал первое имя:  

— Гунар из рода Сорнера, прибыл из горной страны Азарии, — и каждое произнесённое им слово вспыхивало в воздухе над его головой и потом медленно гасло.  

— Здесь, — тихо произнёс азарец, поднимая свой походный мешок с земли и направляясь под навес.  

— Видар из рода Сорнера, прибыл из горной страны Азарии. 

— Находится на лечении в лазарете, — сообщил Эримон — лучший ученик главного целителя. — Пройдёт ритуал посвящения сразу же, как только мастер Дуртахт выпустит его из лечебницы. 

Бартобас кивнул и махнул рукой своему помощнику, чтобы тот продолжал. Юноша читал одно имя за другим, и в это время вокруг него творилась настоящая магия: слова не просто звучали, они заносились в память этого древнего места.   

Мирра сразу поняла, что список идёт в той же последовательности, как они выступали. Когда назвали её имя, она подняла руку, подхватила свои вещи и гордо зашагала под навес. Мирра была счастлива! Пусть она находится всего лишь в начале пути, но главное, она здесь, в стенах Шагоса, и сейчас вместе с остальными такими же достойными воинами пройдёт ритуал посвящения.  

“Ну-у-у допустим, не все такие уж достойные, — поправила она себя, встретившись взглядом с Гунаром. — Этих братцев я не подпустила бы даже к воротам Шагоса”.  

Мирра не считала себя в чём-то виноватой! Всего этого вполне можно было избежать, если бы один из братьев не вёл себя, как подонок, с самого начала. Она решила не проходить далеко под навес, остановилась возле колонны и равнодушно отвернулась, с интересом осмотрела ряды преподавателей. Вздрогнула, встречаясь с горящим взором мастера по рукопашному бою.  

“Ох и злющий же! — Мирра зябко повела плечами и сделала вид, что её очень заинтересовал гравий под ногами. — Лучше вообще не смотреть на него!”   

— А твоя выглядит довольной, — прошептал Сверр, стоя за спиной Берга.  

— Вот так посмотришь со стороны… — Торольв прищурил глаз, словно прицеливаясь. — Ведь ни за что не скажешь, что эта хрупкая девчушка воительница с Меотии. 

— Внешность, как известно, друг мой, обманчива, — недовольно пробурчал Альрик. — С виду божий одуванчик, а на самом деле монстр. 

— Да какой монстр? — возмутился Торольв. — Ты только посмотри на неё. 

— А что мне на неё смотреть? — не успокаивался Альрик. — За человека говорят его поступки. В данном конкретном случае хватило одного дня.   

— Всё это ерунда, — тихо проговорил Берг, разглядывая свою суженую. — Я вот думаю, какой будет у неё духовный тотем?  

Чтобы это древнее место начало считать новобранцев своими, они должны были открыть ему свой духовный тотем, при этом символическое животное самостоятельно делало выбор. Для этого новобранцу достаточно было по доброй воле войти в кристально чистые воды подземного озера, которое так и называлось — Око Шагоса.  

Да, обычно это очень сложный процесс: глубокое погружение в себя, которое достигается с помощью медитации, во время которой вы обращаетесь к собственному подсознанию и родовым корням. Но это древнее место видит вас насквозь и показывает ваше священное животное самостоятельно.  

— Взбесившаяся кошка, — выдвинул своё предположение Альрик, но встретившись с осуждающим взглядом Берга, тихо добавил: — По крайней мере, очень похожа.  

Берг скривил губы в подобии улыбки, а Торольв легонько толкнул Альрика в бок, но тот лишь равнодушно отмахнулся, даже не удостоив его взглядом. 

— Вот сейчас и увидим, — прошептал Берг, изучая напряжённым взглядом фигуру кифийки. — Ни за что не пропущу этот момент. 

Валенд закончил зачитывать список и ожидающе уставился на верховного мага. Бартобас кивнул и выступил вперёд, обвёл внимательным взглядом присутствующих и заговорил строгим голосом:  

— Став курсантом военной академии, вы должны будете беспрекословно выполнять ряд обязательных для всех правил. Во-первых, никаких драк между собой. У нас это строго наказывается! Получите три предупреждения — будете убирать отхожие места. Во-вторых, жить только в стенах Шагоса. Теперь о самом важном! Нагрузка настолько велика, что не все из вас её выдержат, поэтому вы вправе в любой момент прервать обучение и по доброй воле покинуть эти стены, никто вас не остановит.  

Из-под навеса послышался возмущённый ропот. Новобранцы высказывали своё недовольство недоверием их способностям, но Бартобас лишь снисходительно улыбался и молчал.  

Мирра спокойно выдержала внимательный взгляд верховного мага, при этом на её лице не дрогнул ни один мускул, хотя известие о том, что она не увидит свою Капу целый год, очень расстроило её.  

“Как хорошо, что я оплатила содержание своей лошадки на целый год вперёд, — порадовалась она про себя. — А ведь сначала не хотела”.  

— Процедура проста: нужно всего лишь подойти к воротам и ударить в колокол, перед вами тотчас откроется потайная дверь. — Бартобас указал рукой на ворота, и один из старших курсантов тут же услужливо распахнул заветную дверь, предлагая новобранцам пройти с вещами на выход. — Вы можете уйти прямо сейчас, никто вас не осудит. — Новички же смотрели на открытую дверь, и в каждом взгляде читалось недоверие и сомнение. — Как только вы выйдете за порог, с вас и вашего оружия снимется вся шагосская магия. Кстати, это будет означать и расторжение договора с этим древним местом, и, как говорится, вы вольны идти на все четыре стороны. — Обвёл проницательным взглядом притихших новобранцев. — Эта часть всем понятна? — Но ответом ему была тишина. — Тогда идём дальше. — Посмотрел на своего помощника и обратился к нему: — Расскажи, пожалуйста, о ритуале посвящения.  

— Шагос построен на земле оборотней, — начал объяснять Валенд. — И это древнее место воспринимает всех живущих здесь как оборотней, поэтому на время обучения вы для него чисто символически станете таковыми. Вы пройдёте через Око, и оно откроет ваш духовный тотем. 

— Но я не хочу становится какой-то там зверюшкой, — возмутилась Аурика. — Я человек и горжусь этим!  

— Интересно, чем ты слушаешь, человек? — с издевкой спросила Нанира. — Сказано же, чисто символически стать, то есть на время открыть свой духовный тотем.    

— Символически — не символически, — зло проговорила Аурика. — Говорю же, никак не хочу.  

— А может, ты просто не знаешь, что это значит? — вкрадчиво поинтересовалась Дорта, вступая в разговор.  

— Это значит — не по-настоящему, — вместо девушки ей ответила Мирра. — Я тоже человек и горжусь этим, — она встретилась взглядом с азаркой. — Мы ни в кого не превратимся, но это древнее место увидит нас другими через наши духовные тотемы.  

— Вот Мирра из рода Тиадары всё правильно поняла, — похвалил кифийку Валенд. 

— Ну, хорошо, — согласилась Аурика. — Что нужно делать? Где это ваше Око? 

— Это небольшое подземное озеро, — ответил Валенд. — Нужно всего лишь по доброй воле войти в его воды и переплыть на другой берег.  

— А я плавать не умею, — признался Лодэт, рыжий гном с шикарной бородой, заплетённой в две косички.   

— И я тоже, — тихо произнёс Громер — второй гном.  

— Значит, поплывёте на специальных плотах, — спокойно объяснил Валенд. — Так, оставьте свои вещи здесь и следуйте за мной.  

— У меня вопрос, — обратился Ньяр Милрод к помощнику верховного мага.  

— Да, я слушаю, — Валенд хоть и старался говорить спокойно, но всё же в его голосе чувствовалось раздражение.  

— А какой у вас духовный тотем?  

— У меня — морской змей, — Валенд гордо вскинул голову, вспоминая своё посвящение.   

— А у верховного мага академии? — спросил Ньяр.   

— Чёрный дракон, — ответил Бартобас кротворговцу.  

— Давайте потом об этом поговорим, — предложил Талэк Берриз. — Сейчас важно провести ритуал посвящения и разместить новобранцев на ночь. 

Валенд обвел строгим взглядом будущих курсантов и хмуро проговорил: 

— Следуйте за мной!  

Они обошли главное здание, прошли через двор, где Мирра подралась с рыжей ведьмочкой, и двинулись дальше, в сторону скалы, к которой примыкал замок Берлогов. Странно, но Мирра поначалу не заметила такого близкого соседства замка с горами. Остановилась и с интересом посмотрела вверх; взгляд зацепился за трёх огромных коршунов в небе, которые снижались к ним по спирали, следуя друг за другом.   

Валенд поднял руку и прочертил в воздухе символ, вспыхнувший огнём. Птицы на мгновение зависли в воздухе, а потом взмыли ввысь.  

— Охранники, — тихо пояснил Берг; он уже давно шёл за своей суженой.  

Мирра повернула голову — и встретилась взглядом с парой холодных серых глаз, обрамлённых густыми пушистыми ресницами, яростно сверкавших на загорелом лице.  

Берг едва сдержался, чтобы не вскрикнуть от радости, это ведь был самый первый прямой, открытый взгляд — глаза в глаза, такой желанный, такой пронзительный. Восторженная улыбка озарила его лицо.  

Мимо прошествовала Альрик, он недовольно проворчал, что кому-то явно голову напекло и что-то ещё о богах, которые должны беречь от такого рода помешательств.  

“Кого беречь? От чего беречь?” — Мирра проводила красноглазого преподавателя недоумевающим взглядом и пошла за ним следом.  

Новобранцы со спокойной решимостью двигались за преподавателями и не произносили ни слова, но когда они свернули вправо и оказались напротив тёмного зева в подземное царство, напоминающего раскрытую пасть чудовища, все ошеломлённо застыли на месте и с сомнением начали переглядываться между собой. 

— Словно домой вернулся, — произнёс Лодэт, радостно улыбаясь. — Чувствуешь? — спросил он, обращаясь к Громеру, тот довольно кивнул. — Пошли, что ли? 

И гномы вошли первыми в пещеру, а глядя на них, потянулись и все остальные. 

Мирра замешкалась у входа, с подозрением вглядываясь в темноту скального прохода. 

— Смелее, — подбодрил её Берг.  

Кифийка кивнула и зашагала вперёд. 

— Все те, кто уже знает свой духовный тотем или имеют вторую сущность зверя, проходят вглубь пещеры и встречают новеньких. — Валенд говорил тихо, но его голос гулко отражался от стен. — Остальные все за мной.  

Преподаватели и старейшины — маги, люди, оборотни, а также рыжая ведьмочка и её подруги — свернули направо в коридор, а новобранцы прошли прямо и оказались в подземной пещере.  

— О, боги! — восхищённо прошептала Аурика, резко останавливаясь возле входа и в священном ужасе поднимая голову к потолку.  

Кифийка врезалась в девушку и потрясённо застыла на месте.  

Создавалось ощущение, что над их головами вовсе не земляной свод, а ночное небо с множеством ярких звёзд, которые вспыхивали и кружились по спирали. Мирра в полном изумлении перевела взгляд на озеро внизу, в котором, как в бескрайнем тёмном зеркале, отражался вращающийся “звёздный” поток. 

— Магия, — прошептала Аурика.  

— Своего рода, да, — подтвердил её слова Валенд. — Но только природного происхождения. — Поднял руку, указывая на потолок пещеры: — Перед вами самые обычные светящиеся насекомые, живущие на драгоценных камнях, которыми покрыт весь потолок. — Обвёл понимающим взглядом новобранцев, стоявших с открытыми ртами. — Так, давайте не будем здесь задерживаться. — Начал спускаться к озеру. — Я называю ваши имена, вы по одному заходите в воду и плывёте на ту сторону. Громер и Лодэт, подойдите вон к тем колоннам и выберите для себя плоты.  

— Странно, я вижу водопад, но шума от него не слышу, — произнёс кто-то из толпы.  

Мирра его тоже видела, но поначалу решила, что он неподвижен, пока не разглядела белые буруны на поверхности озера в том месте, где поток входил в водную гладь. 

— Ничего более потрясающего я никогда в жизни не видела, — прошептала она, в немом восхищении разглядывая потолок.  

— Все готовы? Тогда, пожалуй, начнём. — Валенд развернул свиток и торжественным голосом прочитал первое имя: — Гунар из рода Сорнера, войди в священные воды Шагоса и открой свой духовный тотем перед Оком.  

Азарец подошёл к кромке тёмной воды, дотронулся до неё ногой, усмехнулся и смело нырнул с места рыбкой. Сначала ничего не происходило, но когда он доплыл до середины, вода под ним вдруг забурлила и засветилась. Все затаили дыхание, потому что каждый видел, что из глубины к нему поднимается что-то тёмное и большое. И вот на поверхности озера показался вовсе не азарец, а чёрный кабан. Зверь выбрался на берег, отряхнулся и тут же исчез с глаз, а следом за ним из воды показался Гунар — в своём привычном обличье. С той стороны озера, где собрались преподаватели и старшие курсанты, послышались ликующие крики.   

За азарцем последовали другие; каждого зверя встречали с почестями, словно принимая в свою огромную семью.  

Когда подошла очередь Мирры, она жутко волновалась и всё не решалась войти в тёмные воды.  

— Нужно через это просто пройти, — прошептала она и, как азарец, нырнула в озеро с головой и сильными гребками поплыла к противоположному берегу.  

Берг весь напрягся. Он стоял в первых рядах и не отводил взгляда от озера. Вода забурлила и засветилась под девушкой, но она уверенно продолжала двигаться вперёд. Мгновение — и перед зрителями предстала белая медведица. Зверь покружил вокруг кифийки и рванул вперёд. Воительница засмеялась и бросилась догонять свой духовный тотем.  

— Мать моя волчица! — прошептал Торольв, обнимая ошарашенного Берга. — Она ведь, как и ты, — мишка. Только белая, навроде Альрика.  

— Это многое объясняет, — тихо проговорил Талэк, улыбаясь сыну, который не шевелился и, похоже, даже не дышал.  

Мирра выходила на берег медленной поступью. Нет, она, как и прежде, оставалась человеком, но находилась внутри эфемерного тела своего духовного тотема. В отличие от всех предыдущих, её тотем не спешил исчезать. Белая медведица вдруг пружинисто поднялась на задние лапы и открыла пасть в немом рыке, затем резко опустилась на все четыре лапы… и тут же осыпалась искрящимися каплями под ноги смеющейся воительницы. 

— Друзья мои, — с восхищенным придыханием прошептал Берг. — Я, кажется, только что влюбился.