92😇
А в кабинете ничего не поменялось. Вплоть до расстановки вон тех фигурок на полке. Тогда она их не разглядела, а сейчас и самой любопытно, что там? Заметив ее заинтересованный взгляд, Руслан пояснил.
— Просто интересные мелочи.
Олежка восторженно следил за шариками. В другую сторону даже не смотрел. Что ж, раз интересные…
Милолика пересекла просторный кабинет с полками и встроенными шкафчиками от одной стены до другой. Надо же, действительно интересные… Кубик головоломка из дерева, очень детально вырезанный из кости волк, снежный маленький шарик… вещиц было не много, но явно подобраны не просто так. Только вот мотоцикла нет.
Странно.
Но вопрос по этому поводу даже не успел сформироваться. Шелест падающей бумаги заставил обернуться, и был завершён отчаянным:
— Олежка!
Маленький жук, пока она так беспечно рассматривала безделушки, покусился на святая святых альфы. Его рабочее место! Бумаги слетели на пол под громкое восклицание ребенка.
— Ох! — Она бросилась вытаскивать малыша из-за стола, а заодно собирать разлетевшиеся по золотистому паркету листы.
— Милолика, не стоит!
Руслан очутился рядом. Вскочив на ноги, она передала собранные листы ему.
— Мама, на!
Олежка тоже решил поучаствовать. В маленьком кулачке были крепко зажаты несколько листов.
— Милолика…
Голос Руслана стал напряжённым. Наверняка это ценные бумаги! Милолика выхватила смятые листы и попыталась распрямить. «пикник на природе».
Именно эти подчёркнутые несколько раз слова и заставили обратить на себя внимание.
Несколько неровных, ломаных строчек, и у горла беспокойной птичкой забился жаркий, трепещущий комок. Даже дыхание перехватило.
— Я могу это забрать? — глухо произнес Руслан.
И хриплые нотки в натянутом до предела голосе, обожгли щеки и ударили по возбуждённым нервам крохотными, искрящимися молниями.
Вычерпывая насухо свое спокойствие и уверенность, она взглянула на Руслана. И едва удержала его взгляд. Темный, волнующий.
— Я думаю, — она ещё раз пробежалась по строчкам, смакуя и запоминая все вплоть до последнего штриха, — да, можешь.
Руслан протянул руку, и Милолика вложила в нее смятый хваткими детскими пальчиками листок. И, может, если бы она была чуть менее шокирована произошедшим, то нашла бы несколько красноречивых слов, но воздуха в легких хватило лишь на:
— Мне нравится все. Очень.
Перехватив недовольного Олежку за руку, Милолика направилась к выходу. Руслан смотрел ей вслед.
Сколько раз проораться и побить посуду, Аня не уточняла, но, похоже, ей достаточно было одного громкого скандала. А всего-то и стоило немного выдохнуть. и попытаться подумать не только о том, что было, но и что может быть.
Кто-то ищет право на второй шанс в цене подарков, другие ждут тысячу извинений и ещё столько же сверху, третьих устраивает только баш на баш, а ей хватило исчёрканного угловатым почерком листка и заметного волнения в потемневших глазах.
Милолика тихонько выдохнула, прислушиваясь к никак не проходящему тихому трепету. Именно он, а не тонкий шерстяной палантин сейчас согревал всю ее, от макушки и до кончиков пальцев. Возник в тот момент, когда она прочитала первые слова и до сих пор не проходил. Уравновешивал собой остаточные волны негатива. не давая шанса им превратиться в бурю.
Ответственность и искренность Руслана поразили в самое сердце. Стали тем самым контрольным выстрелом по остаткам тревог и сомнений, и помогли неуверенному согласию окрепнуть. Потому что никогда в жизни Милолика не видела ничего подобного. Даже в юности, во время первых в ее жизни более или менее серьезных отношений, предложение «встречаться» было озвучено так. словно парень спрашивал об очередном стаканчике кофе из автомата, а никак не о согласии быть парой.
Руслан не предлагал ей пока именно таких отношений. И даже не пошел следом. используя момент, чтобы сразу же вытащить на свидание. Они увиделись лишь на следующее утро. когда перед этим Милолика. наверное, в тысячный раз детально вспоминала случай в кабинете. И ловила себя на мысли, что, стоит задуматься и уголки губ ползут вверх, растягиваясь в робкой, но искренней улыбке.
А утром вместо тихой волчицы Дарьи, горничной, которая приходила для того чтобы прибраться или принести еду, на пороге появился Руслан и предложил позавтракать в саду. С Олежкой разумеется.
Милолика искоса глянула на сидящего рядом с ней мужчину. Альфа следил за сыном. Босой, в простых джинсах и небрежно выпущенной рубахе, он замер на широком клетчатом пледе и даже, кажется, не дышал. Волчонок за кем-то охотился.
Прижав ушки и пригнувшись к самой земле, крался, подбираясь к невидимой жертве. Возможно мышке или лягушке. Серый хвостик, как антенна, качался из стороны в сторону. Прыжок и… нет. она ничего не слышала, но Руслан коротко рассмеялся. Улыбка мягкой кисточкой сгладила строгие черты.
— Поймал кузнечика, — негромко произнес альфа, поворачиваясь к ней.
И если раньше Милолике хотелось ответить ему вызывающим взглядом, то теперь лишь смущённо отвести глаза.
— Популяция кузнечиков в опасности, — пошутила неловко, не представляя, что сказать еще.
— На очереди мышки, — его лёгкая полуулыбка все же заставила сделать вид, что она внимательно рассматривает прыгающего по траве волчонка.
— А потом, наверное, зайки? — пробормотал в ответ.
Цап. Волчонок опять куснул травинку. Олежка предпочитал оборачиваться только рядом с Русланом. Или в садике. У обычных детей был тихий час, а у юных оборотней волчий. Малышей, которые могли оборачиваться с рождения, было всего пять.