Дикие грехи

Через двадцать пять минут Данте свернул на своей громадной семиместной Тойоте Хайлендер в лес. Территория стаи отца Лисы была большой фермой, охватывающей шесть акров земли, на которой стоял дом, где жили отец Лисы, его бета, телохранитель и остальные стражи. Главный дом окружали несколько перестроенных из амбаров жилищ других мужчин стаи.

Территория стаи Феникс… не походила на эту.

Для начала, это был огороженный забором периметр со въездными/выездными воротами.

– Мы не беспокоились об охране у ворот, пока не сформировались группы людей, которые обозвали нас выродками и повадились собирать митинги у домов стаи с плакатами "Смерть демонам", – объяснил Чонгук. – Вход разрешён только членам стаи или приглашённым гостям. Ворота охраняются двадцать четыре часа в сутки. – Чонгук махнул оборотню на дежурстве, который вышел из небольшой охранной будки и приблизился к Тойоте. – Ты же помнишь этого волка? – спросил Чонгук Лису. – Райан – один из стражей стаи.

Лиса улыбнулась явно не разговорчивому Райану – или Ворчуну, как несколько дней назад она окрестила его, – который с любопытством её разглядывал.

Он напомнил ей одного из тех мощных солдат из научно-фантастических фильмов. Его движения были автоматизированы как у терминатора.

Лиса подумала, что этот парень, если понадобится, убьёт не задумываясь. Тем не менее, её это не напугало. На самом деле Лиса была полна решимости увидеть, как с его лица сойдёт бесстрастное выражение.

– Ты такой несчастный по собственному желанию? – Как она и надеялась, эта фраза настолько ошеломила его, что на долю секунды его защита спала: тёмные глаза расширились, а губы слегка дёрнулись. – Это хорошо и всё такое. Мне просто любопытно, ты родился с таким выражением, словно лимон жуёшь, или же угрюмость – твой образ жизни.

Когда уголок губ Райана едва заметно приподнялся, Трей разинул рот. Для Райана, который в основном был угрюмым и молчаливым, такая реакция была редкой.

– Заявление прав прошло, как запланировано, – сказал Чонгук Райану. – Утром за завтраком расскажу всё поподробней. – Райан кивнул, постучал ладонью по машине и вернулся в домик охраны.

После непродолжительной поездки по каменистой дороге они, наконец, подъехали к Бедрок [3] – действительно, другого названия не подберёшь. Лиса удивилась, что даже несмотря на свет в нескольких окнах это место вообще не выделялось. Оно относилось к такому роду вещей, которые, если специально не ищешь, то, вероятно, не заметишь.

– Кто всё это сделал?

– Вероятно, предки последней стаи начали это давным-давно. С годами всё достраивалось и модернизировалось. Мы и сами внесли много улучшений.

– Вообще-то в подобных местах, например, в Турции, строят роскошные жилища типа этого, – сказал Данте, въезжая в проход у подножия горы, где, как вскоре поняла Лиса, располагалась скрытая автостоянка.

Выпрыгнув из Тойоты, Лиса заметила Тао, паркующего её Хундай Туссон за несколько мест от них. Выражение его лица было таким же угрюмым, как и тогда, когда Чонгук приказал пригнать сюда машину.

– Мне нужно забрать сумку из багажника, – сказала Лиса Чонгуку, двинувшись в сторону своей машины.

– Тао её заберёт.

Главный страж застыл и на его челюсти дёрнулся мускул. Тао неохотно достал сумку, и Лиса не могла сдержать ухмылку, наблюдая за его раздражительным состоянием.

Засранец покачал головой, когда она подошла, чтобы забрать у него сумку, и пронесся мимо неё, следуя за Чонгуком и Данте, которые вошли в проход, через который они только что проезжали.

Смайлик показал жестом, чтобы Лиса шла перед ним и Здоровяком. Она вздохнула и, сняв туфли на высоких каблуках, направилась в Бедрок.

Ночь была тёмной, прохладной и тихой. Запах земли, звуки небольших зверьков, чудесный ночной бриз, шелест веток деревьев – всё это взывало к внутренней волчице Лисы.

Ей хотелось исследовать эту новую лесистую местность, хотелось понять истоки окружавших её незнакомых запахов и звуков. Вместо этого Лиса поднималась по нескольким пролётам узкой лестницы, ступени которой были высечены в стене горы. Они подошли к огромной двери, которая, казалось, была центром других входов. Затем они прошли по внутреннему лабиринту туннелей, которые вели их глубоко в гору. Лиса была уверена, что потерялась бы, если бы осталась здесь одна. В конце концов, они подошли к чёрной двери, которая вела к той самой кухне, в которой Лиса была всего несколько дней назад. Поняв, что в данный момент на ней не заострено внимание, она запрыгнула на чёрную мраморную столешницу и схватила из вазы с фруктами персик.

Жуя, Лиса слушала, как пятеро мужчин-волков, севших за стол, обсуждали свои действия на тот момент, когда дядя Чонгука бросит ему вызов.

Они так спокойно рассуждали об этом, что со стороны можно было подумать, что они обсуждали игры на X-Box или что-то в этом роде, а не реальную жизнь или смертельную ситуацию. В кухне даже ощущалось детское предвкушение.

Закатив глаза, Лиса отыскала в сумочке мобильник и прочитала дюжину сообщений от нескольких членов её стаи.

Все спрашивали, верны ли слухи о том, что она образовала пару с Чон Чонгуком. Несколько сообщений пришло от Шайи и Калеба, которые были обеспокоены репутацией Чонгукаа и пытались убедить Лису, что он не её истинная пара. Лиса понимала, что ей придётся им ответить, но сейчас ощущала сильную обиду.

Осознав, что все внезапно замолкли, она оторвала взгляд от мобильника и увидела сосредоточенные на ней несколько пар глаз. Удивлённая, она вынула палец, с которого слизывала сок персика, изо рта.

– Что?

Чонгук  прочистил горло.

– Ничего.

Ему не нравилась даже мысль о том, что другие мужчины строили ей глазки, и он одарил присутствующих предупреждающим взглядом. Конечно же, он не мог их винить. Лиса была так чертовски чувственна и даже об этом не догадывалась.

– Кстати, – сказал Данте, улыбаясь от уха до уха, – добро пожаловать в стаю, Лиса.

Она фыркнула.

– Ты не будешь так говорить, когда на вашей территории объявится Роско.

– Шутишь? Мы ждём этого с нетерпением.

– Ага, мы должны поблагодарить тебя за то, что внесла в нашу скучную жизнь хоть каплю разнообразия, – согласился Смайлик… или Маркус, как он представился по дороге сюда,… откинувшись на спинку стула. Несмотря на то, что он не принял её лучше остальных, он не вёл себя недружелюбно, как другие.

– Ты должна понять, Лиса, – сказал Данте, – у нашей стаи не так уж много вызовов. Для нас это самое волнительное событие за долгое время.

– Почему тебя сопровождали телохранители твоего отца? – поинтересовался Чонгук .

– Когда Роско пришёл к нам с визитом, я была не очень приветливой, и они посчитали, что я могу решиться на побег. Брачная церемония должна была состояться через несколько дней.

– Как думаете, её отец будет сопротивляться последним событиям? – задал вопрос Здоровяк. Лиса вспомнила, что его звали Патрик, а для краткости – Трик.

Чонгук  покачал головой.

– Он мог разозлиться и желать, чтобы всё было иначе, но всё как сказала Лиса. Её отец будет бояться, что я одержу над ним победу и выставлю слабаком перед его стаей. Он понял, что мой волк гораздо властнее его.

– А союз? Думаешь, у нас есть хоть малейший шанс заключить его?

Чонгук  посмотрел на Лису.

– Что думаешь?

– Я бы сказала да, – ответила она. – Я видела выражение его лица, когда ты спросил, будет ли для него что-то значить союз с тобой. Это дало ему пищу для размышлений.

Данте поднял на нее взгляд.

– Он так легко переключит свои родственные чувства с Роско на Чонгука?

– Если он получит союз с мощным альфой, его это устроит. Дайте ему несколько недель перебеситься, и он пойдёт на контакт, и пожелает с нами встретиться. Готова поставить на это деньги.

– Уверена?

– Он такой переменчивый.

– Что ж, в воскресенье мы всё узнаем, – сказал Чонгук . – Если он явится с Роско, это будет означать, что он решил сделать из нас врагов вне зависимости от последствий.

– Думаешь, Роско явится, как только узнает, что ты образовал пару с Лисой? – спросил Данте.

– Ага. Во сколько он должен приехать в воскресенье? – спросил Чонгук Лису.

– Рано утром.

– Греты не будет до полудня. Она расстроится, что пропустила столкновение.

– Вообще-то она звонила сказать, что приедет утром, – сообщил Трик.

– Грета? – Лиса обрадовалась, что не выдала голосом ни чувство собственичества, ни ревность. Её волчица тревожно рычала, желая знать, кто эта таинственная женщина.

– Бабушка, – пояснил Чонгук .

Лисе не понравилось, как он улыбнулся. Его выражение говорило, что Чонгук  понял, что её волчица моментально отреагировала на то, с какой фамильярностью он назвал имя женщины. Лиса одарила его сердитым взглядом, на что Чонгук  тихо рассмеялся.

– Она редко куда-то выезжает, – сказал Данте, – но иногда навещает свою сестру, которая вышла замуж за члена другой стаи. Думаю, она надеется обеспечить союз между нашей и той стаями. Это можно было давно сделать, но Чонгук  до сегодняшнего времени не интересовался заведением союзников.

– У альфы той стаи много союзников?

– Не очень, и всё же было бы больше, чем мы имеем сейчас.

– Тогда, думаю, хорошо, что мой отец такой непостоянный. – Вздохнув, она легко соскользнула со столешницы. – Где моя сумка?

– В комнате Чонгука, – ответил Тао недружелюбным тоном. – Это комната, в которой ты проснулась, когда была здесь в прошлый раз.

Данте объяснил, показывая жестами:

– Просто сверни налево в конце туннеля. После этого ещё налево. Потом прямо, пока не дойдёшь до разветвления, и направо.

Когда Лиса бросила взгляд на Чонгука, ему показалось, что он увидел нерешительность в её глазах.

– Только попробуй куда-нибудь деться, найду и затащу в постель.

Лиса закатила глаза.

– Угомонись, Флинстоун.

– Флинстоун?

– Если ты здесь альфа, значит ты Фред Флинстоун [4]. Я не собираюсь от тебя прятаться. Ты путаешь меня с одной из своих послушных Джейн. Не могу сказать, что не будет никакой борьбы, если ты собираешься затащить меня в постель.

– Я приду через двадцать минут. Тогда мы и поговорим о борьбе. Но, судя по тому, как твоя волчица жаждет завершить соединение, не вижу, чтобы ты сильно сопротивлялась.

– Ах, да ты ещё и житель Страны Грёз и Фантазий. Готова поспорить, ты в ней ещё и султан. – Лиса вышла из кухни, слыша смех Данте.

Будь всё проклято, если психобой оказался неправ насчёт её волчицы, которая не просто жаждала ощущение тела Чонгука, обладающего ею. Стремление довести до конца соединение, по большей мере было связано с тревожностью её волчицы, что спаривание не было закончено полностью.

Когда Лиса оказалась в спальне Чонгука, где преобладал его запах, волчица немного успокоилась, но ей по-прежнему не нравилось находиться врозь со своей парой, тем более, что соединение не закончено.

Открыв дверь на противоположном конце комнаты, Лиса попала в удивительную ванную.

Ей очень даже понравился вид угловой стеклянной душевой кабинки, но шедевром можно было назвать роскошную квадратную ванну.

Когда Лиса вошла в душевую кабинку её осенило… Всем было известно, что первые несколько месяцев истинным половинкам было не комфортно вдали друг от друга.

Коснётся ли их с Чонгуком это правило или же нет, потому что они не настоящая пара? В любом случае она ожидала, что для них это окажется испытанием, если учесть, как их волки постоянно пытались вырваться из-под контроля.

Если их это коснётся, то тогда перед ними возникнет проблема. Хотя Лиса совсем недолго знала Чонгука, она уяснила, что он не из тех, кто открыто проявляет свои эмоции.

Для оборотней прикосновение – это необходимость. Оно так же важно, как еда и дыхание. Но, похоже, Чонгук не сталкивался с такой потребностью или каким-то образом умудрялся её игнорировать.

Да, его руки скользили по всему её телу в клубе, но это было с целью доказать, что их пара "настоящая".

Как только они сели в Тойоту, он отпустил её и больше не прикасался. Казалось, что он всегда сидел или стоял в стороне от других. Если и во время их жизни как пары это продолжится, их волкам придётся чертовски тяжело.

Выйдя из душевой кабинки, Лиса завернулась в пушистое белое полотенце и вернулась в спальню, всё время, игнорируя то, как сжимается желудок от мысли о Чонгуке внутри неё.

Не Чонгуке – её половинки, а Чонгуке– мужчине, который оказывал подавляющее влияние на её тело всего лишь взглядом.

Неудивительно, что он без особого усилия соблазнял женщин. Больше никаких попыток соблазниться. Долю секунды спустя Лиса осознала, насколько одержима этой мыслью, и закатила глаза.

Услышав низкий рык, Лиса медленно повернула голову. Чонгук  закрыл дверь спальни и смотрел на Лису пылающим взглядом, от чего она втянула воздух.

– У тебя татуировки, – прорычал он. Чонгуку никогда они не казались чем-то сексуальным, но при виде их на теле Лисы, он почувствовал пульсацию в члене.

Она лукаво улыбнулась.

– Как видишь.

Всё, что хотелось Чонгуку – обвести их языком, но он сомневался, что ему хватит самоконтроля, чтобы сделать всё правильно и медленно, когда он испытывал такую похоть, что закипала кровь.

Его волк желал кончить в неё – ещё один способ пометить его пару. Но оба – и Чонгук , и его волк – понимали, что здесь было что-то большее, чем простое утверждение на неё своих прав.

Они не были связаны ни на душевном, ни на эмоциональном уровне, что позволяло им образовать пару лишь на время. Но Лиса должна была понимать, что это не делает их отношения менее реальными.

Они оставались парой на физическом уровне, а это означало, что она всё равно принадлежала ему. Если он не заставит Лисе понять и признать это, то ничего не получится.

Чонгук не позволит ей постоянно в лицо бросать, что он не является её истинной половинкой, подразумевая, что он не имеет на неё прав. Сейчас Лиса принадлежала ему. По крайней мере, короткий промежуток времени.

– Сними полотенце, – приказал он. Не многие осмеливались игнорировать его приказы, но, конечно, Лиса смогла. – Сними полотенце, – повторил он, но она только улыбнулась.

– Скажи честно, обычно это вообще срабатывает? – Лиса могла понять, если да. Чёрт, она и сама едва не подчинилась этому безжалостному, бескомпромиссному тону. Она была чертовски возбуждена, а волчица жаждала, чтобы Чонгук  овладел ею, но даже она понимала, что он должен доказать, что достоин её капитуляции.

– Лиса, я знаю, что ты альфа, но мне кажется, что ты забываешь, что и я тоже. Верь мне, когда я говорю, что добьюсь твоего подчинения.

– Спусти с цепи зверя, если хочешь. Попробую не смеяться, обещаю.

Волк Чонгука напрягся, охотно готовый поймать и овладеть своей маленькой парой.

– Детка, не заставляй меня устраивать за тобой погоню. Не заставляй меня отшлёпать твою задницу. – Не то чтобы ему этого не хотелось. – Иди. Сюда.

– Ага, да, в обычных условиях я бы так и сделала, но это был слишком долгий день… – Неожиданно Чонгук бросился на неё, но Лиса искусно увернулась и сумела установить между ними неплохое расстояние.

– Лиса, ты же этого хочешь. – Чонгук улыбнулся, когда она уставилась на его руки, расстегнувшие кнопки на ширинке. Показался до боли напряжённый член, и она облизнула нижнюю губу.
Чонгук застонал, затем стянул джинсы и переступил через них.

– Я чувствую твоё возбуждение, – добавил он, расстёгивая рубашку и заставляя Лиса пятиться к кровати.

– Как скажешь. – Её равнодушие, возможно, было бы более убедительным, если бы голос не стал хриплым от желания. В её оправдание можно сказать, что у Чонгука невероятное тело. Мускулы, сухожилия, мощь, но без чрезмерности, без вздутых вен и тому подобное. Нет, всё тело гладкое, с литыми мышцами, а золотистый загар лишь придавал ему великолепия. Волчица одобрительно зарычала, желая, чтобы Лиса провела языком дорожку по золотистой коже от горла до основания толстого, длинного члена. Идея не так уж плоха.

– Я чувствую, как волчица берёт над тобой контроль.

– Завидуешь, что это она, а не ты?

Опять Чонгук  попытался наброситься на неё, и опять она увернулась от него, прыгнув на огромную кровать и потом, перебежав через неё, легко приземлилась на другом конце.

Выражение его лица было ожесточённым, когда он встал на противоположном конце кровати.
– Ты лишаешь меня того, что мне принадлежит. Твоё маленькое горячее тельце сейчас моё.

– Ты действительно в это веришь? Ах, благослови твоё маленькое сердце. – Чонгук  резко протянул руку и сорвал с Лисы полотенце. Ублюдок.

Лаская взглядом её обнажённое тело, всю безупречную кремовую кожу, Чонгук явственно ощущал своё поражение.

Хотя Лиса была стройной, но не тощей или хрупкой на вид. Она была гибка и изящна с нежными и идеальными бёдрами, стройными, соблазнительными ножками и великолепной грудью.

Чонгуку всегда нравились женщины с пышными формами, но теперь ему стало ясно, что он серьёзно недооценивал привлекательность маленькой груди. Грудь Лиса была высокой, полной и идеально округлой, так и взывающей к нему. У Чонгука слюнки потекли от вида её чисто выбритого местечка между ног.

– Моя.

– Боюсь, что нет, большой мальчик.

Чонгук бросился через кровать и схватил Лису за руку, но она умело вырвалась из его хватки и отступила.

– Ты можешь продолжать бегать от меня, но это ничего не изменит.

– Я принадлежу только себе.

– Вон та метка – моя метка – говорит об обратном.

– Я твоя пара, – допустила она, – но не принадлежу тебе или кому-нибудь ещё. Ну, на самом деле, если говорить о технической стороне вопроса, пока ещё я не совсем твоя пара, – добавила Лиса улыбкой.

– О, детка, этот вопрос будет решён, как только мой член окажется в тебе. – Чонгук  атаковал её с новой силой, поймал в попытке развернуться и прижал к стене, спиной к своей груди.

Лиса изо всех сил боролась и вырывалась, но тело Чонгука словно заключило её в клетку.

– Отвали от меня, ты, сукин…

Чонгук резко ввёл в неё длинный палец, заполняя её ноющую пустоту, и Лиса, застонав, едва не растеклась лужицей у стены.

– Вот так, детка, успокойся. – Он продолжил неглубокие и неторопливые движения пальцем внутрь и наружу, облизывая метку, которую поставил на ней в клубе и наслаждаясь ответной дрожью Лисы. – Приятные ощущения?

– Думаю, нормальные.

Чонгук не мог не улыбнуться.

– Нормальные, да? – Лиса вскрикнула, когда он погрузил в неё ещё один палец. – Ты такая узкая, – простонал он. – Узкая. Горячая. Влажная. Моя.

– Это не так.

– Вообще-то, детка, пока я трахаю тебя пальцами напротив этой стены, а ты стонешь, словно сумасшедшая, определённо ощущается так, будто я владею тобой.

– Этого не будет даже через миллион лет, задница, – проворчала она.

– Задница… Теперь ты просто подаёшь мне идеи. – Чонгук вытащил пальцы и переместил их к сморщенной дырочке пониже спины, поддразнивающе обводя её. – Однажды я оттрахаю эту шикарную задницу.

– Интересно, ты частенько витаешь в своей стране грёз? – Застав Чонгука врасплох, Лиса резко пихнула локтем ему в рёбра, заставив отдёрнуться назад достаточно, чтобы нырнуть под его руку. Иногда полезно быть маленькой и вёрткой.

К её разочарованию, она смогла сделать лишь пару шагов, прежде чем сильные руки обернулись вокруг неё и прижали к полу.

Затем, перевернув Лису на спину, Чонгук припал ртом к её соску и сильно втянул его в рот.

– О боже, – выдохнула она. Застонав, она обхватила его голову руками и вцепилась в волосы.

Каждое посасывание соска посылало искры удовольствия к клитору, заставляя Лису корчиться и извиваться под ним.

Чонгук серьёзно ошибался, не обращая внимания на маленькую грудь. Или, возможно, из-за того, что Лиса была его половинкой, он не мог отпустить тугой сосок.

Он застонал, когда обхватил другую грудь, прекрасно разместившуюся в его ладони. Его волк рычал, призывая Чонгука взять Лису и убедиться, что она знает, кому принадлежит.

Он смял её губы жёстким поцелуем, врываясь в рот языком и сплетаясь с её языком.

– А сейчас я тебя трахну, – пророкотал он. – Трахну это тело, которое принадлежит мне. Моя, – прорычал он, покусывая её нижнюю губу.

Когда Лиса встретилась с его взглядом, она прочитала в нём голод, ожидание и решительность, и что-то ещё… чувство собственичества.

– Нет.

Лиса резко ударила Чонгука в грудь, от чего тот вскочил на ноги. Она быстро перевернулась на живот и почти встала на ноги, когда Чонгук схватил её за бёдра и дёрнул к себе на колени.

Он прорычал что-то типа "Попалась" и вошёл в неё. Почувствовав удовольствие и боль, Лиса вскрикнула и выгнула спину.

Чонгук застонал, когда её внутренние мышцы плотно сжались вокруг него.

– Прими меня всего, Лиса, – потребовал он сквозь зубы. Чонгук медленно вышел, пока лишь головка члена не осталась внутри неё, и потом снова резко вошёл. – Всего меня. – Он снова вышел, наслаждаясь ощущением её соков, покрывших его член, а затем загнал член по самые яйца. – О, твою мать, да. – Его волк взвыл в его голове от удовольствия, что он наконец-то внутри Лисы, наполняет её, растягивает её. Она была настолько тугой и горячей вокруг него, что Чонгук  был уже близок к оргазму. Пока он давал ей время, чтобы приспособиться к его вторжению, он покусывал её позвоночник, а потом притянул к своей груди так, чтобы можно было впиться зубами над его меткой. – Всё в порядке?

В порядке? Она чувствовала себя абсолютно, чертовски, удивительно. Давление его большого члена, растягивающего её, причиняло острую боль и жгло, но это была восхитительная боль, и Лиса упивалась ей. Она ахнула, когда Чонгук внезапно поднял её. Он двигался медленно, заставлял ее ощущать каждый дюйм, растягивания её чувствительные внутренние стенки. Что-то среднее между стоном и всхлипом вырвалось из её горла.

– Ш-ш-ш, – успокаивал он. – Такая хорошая девочка, приняла полностью мой член, – нахваливал Чонгук , продолжая медленно насаживать её на себя. Он проделал это ещё дважды, наслаждаясь протяжными стонами Лисы и тем, как она беспокойно извивалась. – Ты и теперь скажешь мне нет? – Лиса застонала и покачала головой. На этот раз Чонгук вышел из неё полностью, потом поднялся на ноги и поставил Лису на четвереньки на кровать. – Мне нужно жёстко и быстро, Лиса. Ты сможешь принять это?

– Действуй.

– Хорошая девочка. – Схватив её за бёдра, Чонгук  вошёл в неё с такой силой, что она упала вперёд, упершись на локти. Так даже было лучше.

Лиса вскрикнула, когда он начал двигаться беспощадными, ошеломляющими, глубокими толчками, которые блаженно убивали её. Она была уверена, ничто не могло ощущаться настолько хорошо. Безусловно, она никогда не испытывала такого удовольствия, но не знала, что это будет так и это её пугало. Хотя теперь, когда он двигался в её глубине, куда до сих пор никто не проникал, страха не было, только чистейшее и совершенно плотское блаженство.

Когда Чонгук посмотрел сверху вниз на кремовую кожу её спины, на эту кожу без единой метки, ему захотелось наклониться и вонзить зубы туда, куда смог бы дотянуться. Он закрыл глаза, подавляя этот порыв. Он не отметить её снова. Он хотел оттрахать её, и убедиться в её понимании того, что она его, но он не будет снова ставить на ней метку. Он уже дважды отметил её, когда заявлял права, это всё, что им нужно. Ему не нужно ставить властную метку когтями и зубами, как хотел его волк. Будет лишь метки Чонгука-человека.

– Нравится? Приятно ощущать мой член в себе? – Её ответом послужил лихорадочный стон, ясно говорящий "да". – Это хорошо, потому что я намереваюсь частенько быть здесь. Брать то, что принадлежит мне.

– Не твоё, – прорычала она.

Его следующий толчок был очень жёстким – предупреждающим и наказывающим.

– Продолжишь рычать на меня, продолжишь говорить, что не моя, и я за себя не ручаюсь.

– Я не твоя. – Лиса протянула руку назад и провела когтями по груди Чонгука. Не так, чтобы оставить метку, но предостеречь. Лиса зарычала, почувствовав, как его когти царапают поясницу, оставляя глубокий след, который станет меткой. – Не смей метить меня, сукин сын. – Она резко вздохнула, когда рука Чонгука с силой опустилась на её задницу, а затем он схватил её за волосы и дёрнул так, что она прижалась спиной к его груди.

– Я помечу тебя везде, где захочу, – прорычал он ей на ухо, продолжая безжалостно входить в неё. Внезапно Чонгук вонзил зубы ей в шею, и его волк зарычал в знак одобрения. – Ты моя пара, Лиса, скажи это.

Она клацнула зубами в нескольких дюймах от его челюсти.

– Да пошёл ты!

Чонгук снова сильно шлёпнул её по заднице.

– Давай попробуем ещё раз. Лиса, чья ты пара? Кому ты принадлежишь?

– Я твоя пара, но тебе не принадлежу!

– Эти понятия нельзя разделить, так это не работает.

Злясь на его правоту, Лиса яростно зарычала и вновь начала бороться, но он лишь крепче сжал её волосы.

– Ты не уйдёшь, пока я не изолью в тебя всю сперму. А теперь, кому, чёрт тебя дери, ты принадлежишь?

После некоторого колебания, она, рыча, призналась.

– Тебе.

– Правильно, детка, и на всякий случай, если у тебя когда-нибудь возникнет соблазн забыть… – Чонгук  дёрнул её голову назад и укусил мягкую плоть шеи там, где будет видно всем.

И в этот момент, несмотря на то, что Лисе это было ненавистно, на неё обрушился мощный оргазм, и она закричала.

Когда её мышцы крепко обхватили его член, Чонгук  зарычал и кончил, отмечая Лису не только зубами, но и спермой.

Когда Лиса рухнула на кровать, и Чонгук оглядел её тело, ему захотелось ударить себя. К дополнению к его метке при заявлении прав и укусу, покрывшему укус Роско, прибавились укус на затылке, следы когтей на спине, отпечаток руки на заднице, ещё один укус на самой видной части шеи и следы когтей на бедрах, где он держал её.

Самое худшее, что каждая эта метка по-своему удовлетворяла его и волка.

Черт побери.

Так по-человечески – тебе нужно преодолеть несколько шагов, чтобы получить необходимое. К сожалению, у Лисы не было времени понежиться в ванне, поэтому придётся принимать душ.

Чёрт, он никогда так не трахался, никогда так сильно не кончал. Чонгук не мог понять хорошо это или плохо, что эта женщина сводила его с ума.