Младшая сестра мародёров

Пару дней пролетели незаметно. Реджи и Эн провели эти дни веселясь и болтая обо всем на свете. Они давно мечтали устроить ночёвку, а тут подвернулся случай, что она происходила каждую ночь. В первую ночь Блэк все ещё играл роль воспитанного юноши, но когда Люпин ворвалась к нему в комнату следующем утром, оковы сдержанности спали:

— Ваше Величество, вас ждут на изысканном завтраке, приготовленный лучшим поваром мира, и нет, это не я и не моя мама — это блинчики от самого Алека Хауэлла, — Регулус же пробубнил что-то невнятное под нос и отвернулся от Эн, укутываясь в одеяло. Вставать в таком уютном месте никак не хотелось. — Так, наглая морда, — продолжала Люпин, — Алек вообще редко готовит, но, когда это происходит, всегда очень вкусно. Так что давай, вставай!

— Секунду, — произнес Блэк, продолжая прятаться под одеялом, словно это могло спасти его от реальности.

В отличие от собственного дома, где всё было пропитано холодом и отстраненностью. Здесь было очень тепло и спокойно. Никакой тревоги о том, что ты проспишь или опоздаешь на завтрак. Так ещё и ложиться можно было намного позже. Впервые в жизни он понял Сириуса, который всегда стремился остаться у Джеймса на подольше. У друзей и вправду лучше, чем дома.

— Мы ждём только тебя, — настаивала она, зная, что затягивать с завтраком — это не выход. Либо обжор братец всё съест, либо Алек сам всё уплетёт, хотя на деле это было не так, но Джейк нанёс племяннице травму: в большой семья варежкой не хлопают. Либо ты, либо ходи голодный.

— Ага, — отозвался мальчишка, укутываясь ещё глубже. Противоречие подруги немного раздражало. Она сама вчера сказала, что тот может спать хоть до обеда, и сама будила в такую рань.

— Мерлин, Реджи! — Люпин закатила глаза и, подойдя ближе, схватила подушку и ударила его по голове.

— Эй! — Блэк мгновенно открыл глаза, недоуменно глядя на неё. — Ты с ума сошла?

— Я хочу есть, а без тебя не могу, это не воспитанно, ты же гость!

— Во-первых, гость остается в доме не больше трёх часов; если дольше, то становится постоянным обитателем. Во-вторых, бить меня подушкой — это совсем не воспитанно.

— Поднимай свою задницу, — строго произнесла она, но не успела закончить, как услышала шаги на лестнице.

— Элизабет, — произнёс Римус, с улыбкой наблюдая за сестрой. Он знал, что только от собственного имени её уже бросит в холодный пот или от злости, или от страха, что мать всё прознала.

— Рем, зачем так пугать? — девочка схватилась за сердце. За одну секунду она уже продумывала план побега и ночлега. Если бы Хоуп узнала, что она бьёт невинное дитя, которое крепко спало, то голову бы дочери свернула.

— По шагам должна была определить, кто идёт, — Римус натянуто улыбнулся и посмотрел на сонного мальчишку. Люпин скрестил руки на груди, упираясь на дверной косяк. ему не хотелось быть здесь или с кем-то контактировать, но выбора особо не было. Надо выходить из депрессивного состояния или хотя бы делать вид, что вышел из него. Он не хотел тревожить близких, которые внутри сами страдали. — Она тоже мне спать не дала, как учуяла запах блинчиков.

— Я же о вас забочусь, — Лиззи подбежала к брату и стукнула его по плечу, — если бы не разбудила, всё сама бы съела.

— Ну и съела бы, — парень усмехнулся, видя, как сестра начинала закипать. И вправду не стоило тревожить это солнце своим состоянием.

— Ага, чтобы потом выслушивать ваши претензии, что ничего вам не оставила, — она надула щёки и отвернулась, вызывая у брата приступ умиления.

— Да, — теперь Римус смеялся искренне. Погладив сестру по голове и поцеловав её в макушку, Люпин обернулась к гостю с задумчивым выражением лица. — Лучше вставай, а то она и вправду всё съест, а мне потом влетит от Сириуса за то, что голодом тебя морил, — ещё раз улыбнувшись, парень оставил этих двоих.

Регулус завидовал и радовался одновременно. Он никогда не видел теплых отношений между братом и сестрой. Сириус не обращал на него внимания либо постоянно ругался, а с кузинами редко встречался, да и не был он с ними так близок, как тот же Сириус, который не отлипал от Андромеды. Нарцисса ещё могла обнять его при встречи, но эти объятия всегда казались холодными.

А сейчас даже чувствуя, что Римусу не спокойно на душе, он видел, как Люпин со свей любовью и трепетом относился к сестре. Он не переступал через себя, не кричал, он делал это искренне, от всего сердца. Регулусу тоже хотелось когда-нибудь почувствовать такое тепло от брата, а не холодный взор.

— И так, сегодня, — произнесла Лиззи, стоя за столом с фартуком, завязанным на талии. — Мы остались одни-одинешеньки, про нас забыли и кормить не захотели.

— А говорят, что Блэки — это сплошная драма, — проворчал Римус под нос и закатил глаза.

— Эй! Я всё слышу! — Люпин подняла поварёшка, желая огреть брата, но воздержалась, ему ещё готовить нужно было. — Когда в доме нет ничего вкусного, это всегда плохо. И это не драма, а настоящая трагедия.

Регулус, сидевший за столом по правую руку от Рема, с интересом наблюдал за происходящим. В его доме никогда не было такого. Еда всегда была на столе благодаря эльфам, ему никогда не приходилось готовить или задумываться об этом. Но сейчас, когда время переходило за обеденной, организм напомнил о потребности в пище.

— Ладно, ладно, прости. Драма — это Блэки, трагедия — Люпины, — с сарказмом ответил Римус. Ему не хотелось спорить с голодной сестрой.

— Спасибо, — Эн кивнула брату и продолжила, — так вот, родители уехали рано утром, и, проспав, не успели приготовить завтрак. А Алек ушёл ещё вчера после приготовления сногсшибательных блинчиков. Так как самый старший здесь — Римус Джон Люпин, я считаю, что готовка — это его обязанность. Но это только мои мысли, так что давайте голосовать. Кто за Рема? —Лиззи бросила взгляд на лучшего друга, тем самым говоря, что у него нет права идти против неё. — Поднимите руки, — младшие подняли руки без колебаний. — Вот и решено! Рем, прошу, — Люпин отступила назад, предоставив место брату.

Регулус с извинениями посмотрел на старшего. Он прекрасно знал, как готовит подруга, и не хотел рисковать своим здоровьем.

— Это нечестно, — Римус сжал губы, закатывая глаза, но на лице всё равно подступало улыбка. Льстило, что его стряпня нравится младшим, хотя сам понимал, что другого выбора просто не было. — И что же вы желаете?

— А что ты предлагаешь? Реджи, твои пожелания? — даже в выборе она спихивала всю работу на них.

— Мне всё равно, я не привереда, — Регулус пожал плечами. Ему и вправду хотелось узнать насколько вкусно готовит старший, вне зависимости, что это бы было.

— Тогда, — протянул Римус, залезая в шкафчик, — хлопья! — парень поставил перед ребятами коробку. Сами ничего не выбрали, пусть теперь и страдают, а ему работы меньше.

— Ну, Рем... — Эн с жалостью посмотрела на брата. Он не мог так издеваться над ними, он не был извергом. Наверно...

— Сначала поедим их, а потом приготовим что-то более интересное. Зная тебя, ты будешь донимать меня: когда будет готово? Ты уже закончил? В лучшем случае я отделаюсь вопросами, а в худшем ты будешь воровать у меня ингредиенты. Так что начнём с хлопьев, — он налил молоко и поставил тарелки перед ними, — а за тем приготовлю брауни.

— Мой любимый? Шоколадный? — в голосе девочки была слышна надежда. Парень лишь кивнул, вызывая восторг у младшей. — Тогда брауни!

***

— Дав! — голос снизу раздражался с каждой секунды. Алек чётко дал понять, чтобы через пять минут она была в машине, но племянница никогда никого не слушала, как обычно. — Давина! Времени не так много, как тебе кажется! Я оставил свой пост на пару часов, а это значит, что Джейк там один, и ничем хорошим это не закончится.

— Мистер Хауэлл, — Регулус встал возле мужчины и сжал губы, не зная, как правильно сказать, чтобы на него не накричали. Алек приподнял одну бровь на чужую заминку. — Эли последние несколько минут уже сидит в машине и ждёт вас.

— Уже? — Хауэлл с недоверием посмотрела на Блэка, что закивал в знак согласия. Алек нахмурился и прислушался к посторонним звукам. Крестница и вправду сидела в машине, злорадствуя и негодуя одновременно. — Ладно, спасибо, — парень кивнул и направился к машине, но на мгновение остановился в дверях, — и дома зови меня Алек.

Регулус растерялся на несколько секунд, но всё же улыбнулся:

— Как скажите.

— И давай на ты. Я не такой старый, как мой брат.

— Хорошо, — Регулус кивнул. Приятно было осознавать, что чужие люди разрешали обращаться неформально, в отличие от близких, которые строго придерживаются правил и сдержанности.

Элизабет бухтела и с негодованием смотрела на дядю, что удобно и не торопясь, усаживался за руль, будто это не он кричал пару минут назад, поторапливая её.

— Ну наконец-то, вот ты копуша, — протянула Эн, пристёгивая ремень. Так и хотелось язвить из-за нервов. Сегодня она встретиться с друзьями и совсем скоро познакомит их со своими родными. Она была уверена в дядях, но всё равно переживала, что Академия не понравится друзьям.

— Давина, ты прекрасно слышала, что я тебя звал, так что сиди и неюлозь, — Элизабет ничего не ответила и закатила глаза. Раздраженного Алека лучше не злить, он вполне мог высадить из машины и заставить идти пешком.

Парень посмотрел на племянницу через зеркало заднего вида и усмехнулся, смотря на её надутые щёчки. Он сам понимал, что иногда ведёт себя слишком строго с ними по сравнение с тем же Джейком, у которого шило в жопе, но рамки в воспитание должны присутствовать. Если их не установить вовремя, то перестанешь быть авторитетом в глазах младших, они станут вести себя, словно ты их друг и перестанут слушать.

Первая остановка была у семейства Эванс. Дорога была короткая, но Эн вся извелась, ей очень хотелось поговорить. Она бросила недовольный взгляд на крёстного и нахмурилась. Гордость и принципы были сильнее скуки и желания.

Как только машина остановилась перед домом, Люпин выскочила из неё без сопровождения Алека, на что тот лишь усмехнулся. Если она хотела сама во всём разобраться, то ради Мерлина, он даже пальцем не пошевелит. Самостоятельность – тоже важный аспект в воспитании.

Элизабет глубоко вздохнула и постучала в дверь. Её открыла девушка с темными волосами и недовольным взором. Она смотрела на Люпин как грязь под ногтями. Лиззи чувствовала это недовольство всем фибрами души, и, уверена, Алек тоже.

— Ненормальная, — гостья проигнорировала Петунью и прошла вперёд. Если на неё смотрели как на мусор, то и она будет вести себя с этими людьми как с мусором.

Хауэлл вышел из машины и облокотился на капот. Он усмехнулся и помахал старшей Эванс. Его забавлял характер Лиззи, казалось бы такая маленькая, а коготки и клыки впивались слишком сильно и болезненно. Не всегда, но всё же.

Петунья захлопнула дверь, как только пришла в себя. Не одна девица не сможет устоять перед красивым и харизматичным парнем всем сложно, и неважно насколько ты считаешь их ненормальными.

— Цветочек! — рыжеволосая девочка выбежала в коридор и накинулась на подругу с объятиями, вызывая у той звонкий смех, — я знаю, что ты соскучилась, — заметив на кухне умиляющую женщину, Лиззи тут же замолкла и отпустила подругу, — прошу прощения.

Они не виделись буквально пару дней, но обе успели страшно соскучится друг по другу.

— О, Эни, здравствуй, — высокая женщина, чьи волосы переливались на свету, а голос был усладой для ушей, ласково подворовывалась с гостьей. В первую встречу Лиззи и не замечала, насколько миссис Эванс была красивой, словно фея флоры и фауны. Казалось, что даже сама кухня приобретала золотой оттенок, пока она улыбалась и дарила свою любовь. Теперь понятно в кого пошла Лили, — рада тебя видеть.

— Доброе утро, миссис Эванс, ещё раз прошу прощения за крик, не подумала, — Элизабет наклонила голову вниз, словно провинившиеся дитя, хотя так она себя и чувствовала. Стыдно было, что всю тихую и приятную атмосферу она нарушила своим голосом.

— Такие как ты вообще не думают, — Петунья скрестила руки, ей абсолютно точно не нравилось, что даже родная мать не поддерживает её в своём негодовании, а, наоборот, ласково общалась и обращалась с этим... этим... — чудовище.

— Петунья! — миссис Роуз строго посмотрела на дочь, ей абсолютно точно не нравилось поведение старшей. Она не могла объяснить, почему та так ненавидела магов, ведь это так волшебно и сказочно. Невероятно, что магия и вправду царила в их мире, — прости, пожалуйста, Эни, и не обращай внимание на неё.

— И не планировала, миссис Эванс, но благодарю, — лицо Люпин озарила улыбка, вызывая у Петунии лишь больше негативных эмоции. Она закатила глаза и пошла наверх, в свою комнату. У неё не было никакого желания оставаться в этом хаосе и дальше. — Ты вещи собрала? — она посмотрела на Лили.

— Конечно, — Эванс кивнула на сумку возле двери, — я уже в предвкушении.

— Налегке поедешь? — Люпин нахмурилась, вспоминая сколько вещей Лили обычно брала с собой в школу, а тут всего одна сумочка.

— Так на выходных я же всё равно буду возвращаться, — на это Элизабет лишь пожала плечами, пусть сама решает.

— Миссис Эванс, — Люпин посмотрел на Роуз и протянула стопку листов, — надо подписать документы для разрешения и зачисления.

— Конечно, — женщина начала внимательно читать каждую строку. Ей было радостно, что дочь, не смотря на издевки старшей сестры, рвалась изучать магию и совершенствоваться в ней, даже на летних каникулах, — суть я поняла, но можешь, пожалуйста, рассказать немного побольше об этом лагере.

— С радостью. Академия Асфодель — это учебное заведение, где принимают всех, не смотря на род происхождения, кровь и тому подобное. Мы считаем, что главное развить все способности на максимум, как физические, так и умственные. Поэтому у нас очень плотный график, но про отдых никто не забывает. Кроме учебы, мы также уважаем хобби учеников, поэтому пытаемся сделать все, что в наших силах, чтобы у них было время на них.

Женщина радовалась, что у дочери наконец-то стали появляться друзья, поэтому она не стала препятствовать этой поездке. Пусть они и та редко виделись, но зато она смогла наблюдать за счастливой малышкой хоть пару дней.

— Здравствуйте, — Лили аккуратно забралась на задние сидение автомобиля и сразу пристегнула ремень безопасности.

Алек не стал оборачиваться, только кивнул, смотря в зеркало заднего вида. Он просто не видел смысла в этом.

«Мерлин, какой красивый», — это единственная мысль, что кружилась в голове Эванс. Она и раньше видела дядю Люпинов, но не настолько близко. Сейчас можно было рассмотреть его яркие изумрудные глаза, которые контрастировали с темными волосами и смуглым цветом кожи. Татуировки, выглядывающие из-под одежды, придавали ему ещё больше загадочности и шарма.

— Документы, — его бархатный, слегка хрипловатый голос раздался по салону. Эванс сразу подумала о том, что у этого мужчины точно должен был быть клуб фанатов. Если он существует, она сразу готова в него вступить, а если нет, то готова была создать.

— Здравствуй, Лили, — Люпин понизила голос и саркастично продолжила. — Как все прошло, Дав? У тебя все получилось? Не было никаких проблем? Спасибо, Алек, что спросил, но тебе не зачем переживать, всё прошло прекрасно, — девочка скрестила руки на груди и откинулась на спинку дивана.

Крестный посмотрел на племянницу и уголки его слегка поднялись. Ему нравилась это драматичная часть девочки. Она могла запросто из мухи раздуть слона, но в серьёзных вопросах всегда включала рациональность. В этом она была похожа на Джейка, только без жестокости.

— Документы, — он протянул руку.

— Давина, дай, пожалуйста, документы, что подписала миссис Эванс, — Эн надула губы и закатила глаза. Иногда ей казалось, что её младший дядя – это какой-то бесчувственный робот, который даже не знал, что такое вежливость.

— Документы, — всегда строго и по делу.

— Конечно, дядя Алек, как я могу тебе отказать, прошу, — Люпин протянула листы на переднее сиденье и пристегнула ремень безопасности, отвернувшись к окну. Ей хотелось, чтобы её просто похвалили, ведь это первая её серьёзная сделка, если можно было так назвать.

— Других результатов и не ожидал, — Хауэлл убрал документы в бардачок. Он не признает, но он гордился своими племянниками. Обоими.

Люпин громко выдохнула, не комментируя эту ситуацию.

***

Звонок в дверь. Тишина. Стук. Тишина. Это уже начинало напрягать. Ведь даже никаких приближающих шагов не было слышно. Элизабет увеличила диапазон слышимости. Не хотелось тратить время в пустую, если никого не было дома.

— Пап, тут это.

— Секунду, Сэмик.

Звук был глухим и доносился из-под подвала. Люпин нахмурилась, если эти двое не обладали хорошим слухом, то и шанс, что её услышали, очень мал.

Из угла выбежал маленький зверёк, держа золотую монетку. Он хотел пробежать мимо Эн, но её реакция была быстрее. Она поймала малыша и с улыбкой посмотрела на него, отмечая, что теперь есть причина войти в дом.

— Твиксби, — зверёк немного сжался, чувствуя чужую силу и превосходство. Инстинкт самосохранения твердил малышу не шевелиться, одно неверное движение и он труп. — Привет, малыш, у кого ты забрал монетку? — заметив страх зверька, Люпин опомнилась. Бывали моменты, когда эмоции туманили её человечность. И видимо сейчас, она неосознанно проявила животную доминантность. — Тише, я не враг, — девочка погладила его по голове, пытаясь успокоить, — видишь, хороший мальчик. Пойдем вернём тебя домой? — Элизабет зашёл в дом и пошла на звуки, доносившиеся снизу.

— Пап, а чем кормить Твиксби?

— Там на тумбочки должен лежать маленький контейнер с кормом.

— Пап, — протянул парнишка, оглядываясь по сторонам. Сердце колотилось, будто оно пыталось вырваться наружу, наполняя грудь легким страхом.

— Да? — мужчина подошёл к сыну и вопросительно смотрел на его растерянность. — Что такое?

— У нас проблема, — Сэм сжался и пропищал. Его отец никогда не злился и не ругался, но Сэм замечал, когда тот был не в духе, и обычно это всегда было связанно с зверюшками.

— Какая? — Ньют нахмурился.

— Твиксби пропал.

Старший Саламандер тяжело вздохнул и почесал переносицу. Он прекрасно знал, что этот маленький негодник воспользуется шансом сбежать, как только его выпустят из рук, но сын так хотел его покормить, что не смог отказать щенячьим глазкам.

— Давай так, — Ньют не успел договорить, чужие шаги по лестнице привлекли внимание.

— Вы его потеряли? — Элизабет улыбнулась, продолжая поглаживать зверька. Ей было неудобно перед семейством Саламадер, но других выходов ей в голову не пришло. Ворваться в чужой дом, под предлогом вернуть жильца. Регулус узнает – засмеёт.

— Дав! — Сэм, увидев Твиксби, подбежал к подруге. Страх и адреналин сразу отступили. — Ты мой герой! Проказник мелкий, — парнишка потянулся за зверьком, но тот не особо хотел уходить от новой гости.

— Здравствуй, Давина, — Ньют кивнул девочке. Ему не нравилась наглость молодого поколения, но помощь мужчина оценил.

— Добрый день, — она улыбнулась и остановилась возле друга, отдавая Твиксби в руки хозяина, но зверёк был проворнее.

— Ловите его, — крикнул Сэм, пытаясь догнать малыша. Твиксби сделал круг, оббегая Ньюта и вернулся к Люпин, хватаясь за её штанину.

Их знакомство не задалось, но сейчас зверёк считал, что безопаснее было бы быть возле сильного зверя, нежели против него.

— Эй, малыш, — Люпин подняла его на руки, — он тебя обижает? — Твиксби закивал, — ах, Сэми, как не стыдно? Не переживай, — она ласково посмотрела на обманщика, — я тебя ему не отдам. Так что не бойся.

— Ты ему понравилась, — Ньют с изумлением следил за этой парочкой, — он мало к кому подходит, в последнее время от всех прячется.

— Я просто слишком обаятельна, — Люпин подошла к клетке и вернула Твиксби домой, — меня сложно не любить.

Ньют усмехнулся, его изумляли познание гости. Откуда она знала, где именно клетка Твиксби, пустовало здесь не мало. Да и чтобы этот проказник сам к кому-то пошёл, тут либо запугать, либо и вправду обаять.

— Дав, — мальчишка закатил глаза. Иногда он путался её самолюбие и нарциссизм были настоящими или это всё актёрская игра.

— Даже не спорь, Сэми.

— Дав, перестань.

— Как скажите, мистер Саламандер.

— Мерлин, ты не выносима. — пробубнил Сэм и опустил взгляд вниз.

— Я всё слышу!

Ньют неотрывно следил за их перепалкой. Радость переполняла мужчину, видеть сына таким расслабленным в общение с людьми, хоть Люпин и вызывала множество вопросов. Он ощущал от неё сильную ауру, которую она пыталась скрыть от остальных зверей, но некоторые из них всё равно отступали назад или прятались. Даже гордый гиппогриф сделал несколько шагов назад, не сводя взгляда с девушки.

— Пойдёмте наверх, выпьем чай, — предложил он, решая разобраться с этим потом. Пока с сыном всё хорошо, он прикроет на это глаза. Всё-таки у Сэма хорошо был развит инстинкт самосохранения. С детства он, не объясняя мог что-то сделать, что спасало от лишних хлопот.

— С удовольствием, мистер Саламандер, — её улыбка вызвала у мужчины мурашки по спине. Она выглядела как хищник, который мог запросто перегрызть глотку врагам. Ньют посмотрел на Твиксби, понимая, почему тот решил сдружиться с Люпин, а не быть против неё.

Поднявшись наверх, Сэм сделал ягодный чай, который любила его мать. Когда он был совсем малышом, она научила его готовить самые разные чаи. Казалось бы, как американка могла разбираться в этом лучше, англичанина, но её чай был намного лучше, чем у Ньюта. После её смерти готовка чая стала обязанностью Сэма.

— Спасибо, — Ньют взял чашку и сделал глоток ароматного напитка. Именно ягодный чай Сэм делал, когда волновался, — приступим к делу.

— Конечно, — Люпин достала из сумки файл с документами, — вам нужно подписать эти бумаги, о том, что вы знаете и разрешаете, что вас сын учиться и колдует в другой школе помимо Хогвартса.

Мужчина кивнул, беря стопку бумаг.

— Расскажи мне про эту школу.

— Вообще это больше академия. Академия Асфодель — это учебное заведение, где принимают всех, не смотря на род происхождения, кровь и тому прочее. Мы считаем, что главное, — она не успела договорить, как Ньют прервал её, встречаясь глазами.

— Подожди, давай только не заученными фразы, а именно тебе. Почему она так понравилась? Почему хочешь ходить в неё?

— Хорошо, — Элизабет нахмурилась, пытаясь подобрать слова. К такому она не была готова, но ожидала какого-то подвоха. — Вообще, Асфодель — это академия моих дядей, и я еду туда, чтобы провести время с друзьями, которых давно не видела, помочь директорам, так сказать, вникнуть в семейный бизнес, чтобы в будущем я могла ориентироваться там. Ещё летом дома учиться очень скучно, а там интереснее. Учителя помогают с домашкой, объясняют всё, что мы не поняли, там нет ограничений, по типу «Запретная секция в библиотеке», как в Хогвартсе, хочешь знать, бери и учи, только не используй смертельные заклинания и зелья. Вот, например, если я захочу научиться готовить Амортенцию, учителя с радостью помог, так как хотят, чтобы мы брали от магии максимум, но при этом умели обходится и без нее.

***

— А ты умеешь зубы заговаривать, — Алек облокотился на капот машины и с усмешкой смотрел на племянницу, закуривая сигарету. Он редко курил, тем более при детях, но, когда мысли слишком сильно поедали его сознания, приходилось прибегать к табаку.

— В смысле? — Элизабет обернулась на Алека после того, как убедилась, что друзья забежали в дом. Она редко видела его с сигаретой в руках, и ей это абсолютно точно не нравилось. Она могла списать это на смерть бабушки, но шестое чувство твердило совершенно о другом.

— У Саламандра были сомнения по поводу Сэма, но ты его уговорила. Неплохо, — сигаретный дым, медленно поднимаясь к небу, словно отражал тяжесть мыслей и эмоций, витавшие в голове мужчины.

— С чего ты решил? — Элизабет подошла к машине и села возле Алека. Волчья сущность хотел выразить поддержку родственнику, но не знала как. Если бы Люпин не сдерживалась, то точно бы проскулила.

Чувствуя её эмоции, Алек усмехнулся. Она была ещё совсем маленьким волчонком, который полностью смешался с человеческим сознанием. Хауэлл потрепал её по голове и улыбнулся. Он не хотел вызывать в ней беспокойство. Теперь ему следовало держать свои чувства пуще прежнего, в семье появился тот, кто мог считывать его.

— Он писал нам в академию, пытался всё разузнать.

— Переживает за сына, — Лиззи положила голову на грудь дяди, ей не хотелось разрывать объятия и оставлять его.

— Дав, чтобы в будущем не произошло, расскажи всё мне. Вы с Ремом забываете, что взрослые знают намного больше, чем вы. Тем более я. Ладно? — Люпин нахмурилась и кивнула, — насколько бы это не казалось бредом или воображением. Есть сомнения – расскажи.

— Хорошо, — она сжала губы, перед глазами, как назло, промелькнули воспоминания из снов. Тот мужчина, что словно злодей из книг, помахал ей, стоя возле кустов. Люпин проморгалась, убеждаясь, что там никого нет.

— Дальше будет ещё множество падений, потому что в вас течёт кровь Хауэлл, но в отличие от нас, вы ещё и Люпины, поэтому вы можете попросить о помощи, и опереться хотя бы на меня.

— Алек? — она приподняла голову, смотря в его глаза, но мужчина будто был не здесь. Его взгляд казалось пустым, а действия автоматическими.

— Я не оставлю вас не при каких обстоятельствах, — он моргнул и потушил сигарету. Его настроение быстро сменилось, будто и не было этого диалога. — Ладно, иди соберись до конца, через час поедим, мелким тоже передай.

Элизабет смотрела на удаляющую спину Алека. Растерянность смешивалась с недоверием. Кто это говорил? Алек? Или в него вселился Григан? Или... она отмахнулась от этих мыслей. Это точно был Алек.

***

Тишину дома прервал настойчивый стук в дверь. Элизабет не успела добежать, как гость сам зашёл в дом. даже после смерти Ванессы, этот дом всегда был рад ему.

— Карл! — воскликнула Люпин и побежала на парня с объятиями.

— Привет, волчонок, — гость крепко прижал девчушку и аккуратно подкинул, чтобы она не упала. После похорон у него не было возможности нормально навестить этих двоих. Джейк навалил его работай так, что даже вздохнуть нужно иметь свободное окошко, — как я соскучился по этим золотым локонам и звонкому голоску. Всё, теперь Джейк может дальше меня эксплуатировать, — он чмокнул девочку в щечку, не спуская с рук.

— Мерлин, хватит, — вслед за Карлом в дом зашел Алек. Его всегда раздражало, как лучший друг мог так легко вести себя с его племянниками, но с другой стороны это и радовала, есть на кого положиться, — меня сейчас вырвет от этих розовых соплей.

— Розовые сопли были бы, если они встречались, — Римус спускался по лестнице со спортивной сумкой в руках. Его начинал раздражать каждый уголок этого дома, чужие люди внутри него. Он должен был защищать дом от посторонних, а не впускать каждого из них. В такие моменты Римус боялся сам себя, это ведь не его мысли, не его чувства, это желание демона внутри него, но тогда почему сестра ничего не чувствовала. Почему не испытывала отвращение к чужакам? — Привет, Карл.

— Розовые сопли, везде розовые сопли, не важно в каких отношениях, — Алек устало вздохнул, чужая злость медленно, но ярко пропитывала воздух вокруг них.

Полнолуние ещё не скоро, но сила волка внутри возрастала, причиной которой стала эмоциональное истощение. Хауэлл отметил в голове, что племянника надо будет показать Рене по прибытию, она в этом разбиралась лучше, чем он.

— Как скажешь, — Люпин отмахнулся и встал возле дяди, устало посматривая на него. — Мы едим или нет?

— Рем, с тобой все в порядке? — Эванс вышла из гостиной, предварительно поздоровавшись с гостем, и подошла поближе к брату подруги, у которого было не самое лучшие настроение. Даже обычный волшебник всё это чувствовал.

— Всё в норме, — Римус нахмурился, не отрывая взгляда от Алека. они переговаривались молча. Первым сдался младший, сжимая челюсть, он отвернулся и громко выдохнул.

— Лилс, не бери в голову, — Элизабет спустилась на ноги и взяла подругу за руку, чтобы передать хоть каплю спокойствия через феромоны, если не подруги, то хоть брату, — он просто настраивается.

— Зачем? — Лили нахмурилась, смотря то на Лиззи, то на глубоко дышащего Римуса. Она никогда не видела его таким напряженным. Старший всегда казался добрым и спокойным, а сейчас хотелось отойти от него на безопасное расстояние. Объяснить свои мысли Эванс была не в состоянии, это что-то на уровне животных инстинктах.

— Поймёшь, когда приедем, — Лиззи ещё раз улыбнулась, не отпуская Эванс, и повернулась к Карлу, которого вся эта обстановка не на шутку напрягала. Если Римус начнёт себя вести как Алек в первые года, то они все будут в заднице. — А ты зачем сюда приехал?

— Я позвал, — Алек прикрыл глаза, слушая настороженнее лучшего друга. Он и сам прекрасно понимал, что не стоило посторонних тащить в Академию сейчас, но отказать племяннице он не смог, да и Римус уверял, что всё хорошо, — все в машину не уместимся.

— Поэтому ты позвал ещё одного, — Лиззи задумчиво кивнула, — логично.

— Быстро собирайте вещи и в машину! — Алек вздохнул и вышел из дома. Римус последовал за ним, не желая больше оставаться в помещении.

— А кто с кем поедет? — Эн помогала дяде укладывать сумки в багажник. Регулус и Сэм ждали во дворе с самого начала.

— Я возьму только кого-то из Люпинов. Простите, ребята, — Карл посмотрел на новых учеников, складывая руки в капитулирующем жесте, — но если с вами что-то случится, ваши родители мне голову оторвут. А если пострадают Люпины, то Алек меня прикроет.

— Спасибо, Карлик, — Лиззи притворно улыбнулась и прорычала сквозь зубы. Все были уверены, что парень никому не даст пострадать, но его слова всё равно раздражали.

— Я в машине, — Римус не стал дожидаться ответа и запрыгнул на переднее сиденье. Оставаться рядом с дядей было безопаснее, чем где бы то ни было.

— А как же уступать младшим? — Элизабет надула губы, но спорить не стала — так и вправду было безопаснее. Лучше бы Алек и Римус поехали отдельно, но дядя никому в жизни не доверит свою «малышку».

«Плюй на него, у меня транспорт покруче, чем эта старая развалюха», — мысленно сказал Карл, подмигнув Эн, когда та растерянно уставилась на него.

— Я не привыкла, чтобы кто-то, кроме Рега, был у меня в голове, поэтому лучше разговаривай со мной как обычно.

«Привыкай», — парень пожал плечами и направился к гаражу. Ему было проще передать мысли ярко, с картинками, чем просто говорить, хоть это и раздражало Алека.

Попрощавшись с друзьями, Люпин рванула к Карлу, прекрасно зная, что гонка за первое место началась уже сейчас. Проиграть дядиной «развалюхе», которая на деле была раритетом, не хотел никто из их дуэта.

— На чём мы едем? Только не говори, что через камин — мы не ощутим вкуса победы, — усмехнулась Элизабет, представляя, как они будут исполнять танец победителей перед дядей, параллельно кружа хоровод вокруг него. Он точно их скоро выгонит.

— Не-а, у тебя ещё нет пароля этого года, — Карл уже хотел открыть гараж, но остановился.

— Какого пароля? — медленно развернулся к ней парень и застыл, не веря ушам. Хотя, это же Лиззи — другого ожидать и не стоило.

— Ты вообще читала бумаги, которые тебе дал Алек по приезде?

— С правилами? — она закусила щеки изнутри и надула губы. — Я хотела разобраться по сути, не люблю эту нудятину. Тоска смертная.

— То есть ты не в курсе, что тебя назначили главой Младшего совета? — озадаченный взгляд Люпин дал ему чёткий ответ. Карл истерично усмехнулся. Если бы Алек это слышал, наказание вручили бы ещё до начала учёбы. Благо, они уехали раньше. — Ты должна знать правила назубок, — он глубоко вздохнул и провёл ладонями по лицу. — Ты и Римус будете принимать новых учеников и открывать учебный год.

— Ладно Римус, а я-то почему? Два месяца учёбы — не такой уж большой срок. Многих я там в лицо не знаю.

— Потому что среди учеников нужны те, кому можно доверять. Да и твои способности вульфа облегчат нам жизнь в разы.

— Зачем вообще нужен этот Совет? — её скептицизм был слишком ярким, чтобы хоть как-то спрятать. Эн немного раздражало, что о её новой должности не только никто не сказал, но и не удосужился спросить её желания. Вдруг это вообще был последний год, когда она шла в Академию.

— Не злись, все хотели как лучше, — он достал связку ключей, подбирая нужный. — Сейчас поедем, и я тебе всё расскажу.

— Ладно, — протянула Люпин и встала за спиной Карла. — И на чём мы всё-таки едем?

— Ты не знаешь, что у вас находится в гараже? — упарень усмехнулся, радуясь, что из множество ключей быстро подобрался нужный.

— Не томи! — громкий звук тяжёлой двери разнёсся по округе. Из леса вылетело несколько ворон, громко гаркая в ответ.

Карл пропустил Эн вперёд, чувствуя, как та горит от нетерпения. Он мог бы сразу показать ей всё мысленно, но это не принесло бы столько удовольствия, сколько лицезреть воочию. Парень просто не был уверен, что сможет мысленно передать всю прелесть этого.

— Обманщик, здесь одни коробки! — она устало выдохнула, прекрасно помня, что сама всё здесь заставляла и ни разу не видела никакого транспорта.

— Дурочка, посмотри в угол, — Карл указал пальцем, — под тканью.

Лиззи, недолго думая, сорвала этот комок ткани и зажмурилась. Пыль налетела так же быстро, как и полнолуние в первый раз. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы разглядеть черно-красный мотоцикл.

— Знакомься, это прекрасный транспорт, на котором мы отправимся в Асфодель. Пятьдесят первого года выпуска, в наш с Алеком год рождения, — Карлин стал обходить мотоцикл, высматривая на нём каждую полоску, каждую деталь, чтобы убедиться, что его никто не трогал. — Русская модель «Иж-49», выпускался с 1951 по 1958-й, всего семь лет. Объём — 346 кубических сантиметров, один цилиндр, воздушное охлаждение, бак на 14 литров, максималка — 90 км/ч, но магия творит чудеса, и сейчас эта малышка может выдать все 220. С правой стороны бензобака закреплён сектор рычага ручного переключения передач. При переключении передач.

— Стой! — Карл оторвался от мотоцикла и посмотрел на ошарашенную Люпин. На секунду он забыл, что находится не один. — Я, конечно, рада, что ты столько много знаешь, но мне ничего не говорят эти слова. Кроме того, что это мотоцикл крутой, которому двадцать три года. Лучше скажи, как он здесь оказался.

— Мистер Хьюгман долго ждал, когда она выйдет в продажу, и постоянно откладывал деньги на эту красотку, а в год рождения Алека сумел его купить. Невероятная история любви, — Карлин шмыгнул носом, — никакое время ей не подвластно.

Элизабет обошла мотоцикл и усмехнулась. Карл всегда подкалывал Алека из-за его любви к машине, а сам, оказывается, бредил наследством Хауэллов. Она погладила сиденье, и глаза её загорелись. Желание оседлать его накатило мгновенно, азарт и адреналин забурлили в крови.

— Ты научишь меня его водить? — Люпин с надеждой посмотрела на Рудьё, и тихий смех стал ответом. Он не смог отказаться.

Им потребовалось пару минут, чтобы выкатить «скакуна» и надеть шлемы. Путь на мотоцикле занимал несколько часов. Если знать, где порталы, можно было добраться быстрее, но если пропустить парочку, путь займёт почти целый день.

«Младший Совет — это совет учеников. Помнишь, Алек и Джейкоб иногда спрашивали у вас, как улучшить Академию, и ты как-то сказала, что лучше спрашивать всех, а не только вас, ведь они здесь живут, а вы только на лето? Алек взял это на заметку, и с конца прошлого года мы собрали совет. С каждого цвета — по представителю. А так как оборотней и вульфов у нас нет, вы с Ремом оба будете там, ещё и как связующие между директорами и учениками. Педагоги вам доверяют. Вряд ли вы хотите навредить ученикам или подорвать авторитет дядей, поэтому мы верим, что вы будете отбирать лучшие предложения. В общем, там много аспектов, разберёшься по ходу. Уверен, Рем уже ознакомился».

«Нелогично. Мы находимся там, не дай Мерлин соврать, только летний сезон, да и то не полностью, — она устало выдохнула и крепче обняла Карла, влетая в портал. Ощущение было не из приятных. — А что насчёт выступления в начале года?»

«Ничего сложного. Мы просто представим вас. Будете стоять возле директоров, как и другие члены Совета, каждый рядом со своим учителем. Потом Джей и Алек, скорее всего, уйдут, а вы будете делать то, что делали они».

«Почему в этой семье голос разума вообще отсутствует?».

***

Элизабет молча шла за Карлом, выслушивая нововведения. Они были незначительны, но важны. Например, отдельное крыло с собственной комнатой и, внимание, ванной. После Хогвартса, где приходилось делить её с неряшливой Марлин и чистюлей Эванс, Люпин почувствовала, будто попала в рай. Свои правила, свой контроль. Никто больше не будет кричать из-за неправильно положенной щётки, никто не будет занимать туалет с утра. Однозначно, рай.

— Конечно, если появится ещё один вульф, будешь жить с ним. У Римуса аналогично, — Карл открыл большие двери из красного дерева, за которыми был коридор и ещё два входа. — Это твоя секция, девичья база, — он указал на левую дверь. — Соответственно, здесь мужская берлога, но так как их нет, дверь закрыта, и комната отсутствует. Алек приедет ближе к вечеру, поэтому пока осваивайся. Уж извини, но заходить не буду. В шкафу — твоя любимая форма, в комоде — домашняя одежда и средства гигиены. Если понадоблюсь, карта в столе, там ещё кое-что, разберёшься. Вопросы? — Лиззи отрицательно покачала головой, желая поскорее заглянуть в свою берлогу. — Так и знал. Увидимся позже, — юноша потрепал её по голове и оставил одну.

Только общая дверь захлопнулась, как открылись врата одинокого блаженства. Первое, что бросилось в глаза — большая двуспальная кровать в центре комнаты, словно трон, ждущий короля. Огромное окно наполняло пространство мягким светом, несмотря на чёрные шторы, создававшие уютную атмосферу уединения.

Комната была оформлена в тёмных оттенках — глубоком синем и сером, что придавало ей нотку мистики и шика. Мебель была изысканной: стол, комод и стеллаж для книг в тёмно-коричневых тонах. Ничего лишнего — только детали, создававшие спокойствие.

Однако стоило переступить порог ванной, как открывалась другая реальность. Здесь преобладали свежие белые тона, символизируя чистоту. Душевая кабина с раздвижными дверцами обещала комфорт. Раковина с зеркалом и аккуратный унитаз, которым она будет пользоваться одна. Идеальное место.

Первое, что она сделала, — приняла душ. Вся ванная наполнилась паром, и никто не сказал ей ни слова, не выгонял, не торопил. Рай бывает на земле, просто его нужно искать.

Спустя час Люпин уже лежала на огромной кровати, наслаждаясь тишиной. В такие моменты она чувствовала себя бабушкой, но постоянно слышать и слушать каждого выматывало. Огромный плюс этих комнат — никто не слышит тебя, как и ты никого, если не считать крики о помощи. Стены Академии усиливали такие зовы, чтобы каждый ученик был в безопасности. Неважно, насколько тихо произнесёшь «помогите», — стены передадут это преподавателю.

Но всё имеет конец, даже счастье. Только Люпин начала погружаться в дремоту, как стук в дверь нарушил все планы. Сначала казалось хорошей идеей проигнорировать, но стук становился всё настойчивее. Элизабет громко вздохнула и распахнула дверь, устало глядя на причину раздражения.

— Наконец-то! Я думала, ты умерла, — гостья не стала ждать приглашения, оттолкнула хозяйку и принялась оглядываться. — Неплохо, чем-то похоже на мою комнату.

— И тебе привет, — Люпин закрыла дверь и вернулась на кровать. Не хотелось ни двигаться, ни разговаривать, но выбора не было. Клэр запрыгнула на кровать, усаживаясь рядом.

— Ощущение, что у тебя кровать мягче.

— О, Эн, я так рада тебя видеть, — Лиззи повысила голос и сложила руки. — Я так соскучилась!

— Всё, хватит, я поняла, — Клэр закатила глаза и улыбнулась. Для всех девушка казалась снежной королевой, многие удивлялись, как у неё может быть такой милый младший брат, способный очаровать каждого. Но Люпины видели и другие её черты — мягкие, добрые, хоть и саркастичные. — Ты слышала про Младший Совет? — Люпин удручённо кивнула; об организационных моментах сейчас слушать не хотелось. — Перед тобой сидит представитель чёрного камня.

— Кто бы сомневался, — Элизабет закатила глаза.

— Микки очень хотел, его еле отговорили. Тебя, слышала, сделали помощником главного?

— Помощником? Я думала, там два главы.

— Не всё коту масленица. Кэтрин сказала, Джейкоб хотел, чтобы оба Люпина были в Совете, поэтому Римус — глава, а ты — представитель жёлтого камня, — Давина усмехнулась, представляя, как дядя разочаруется, узнав об увеличении нагрузки. — Что?

— Ничего, — Клэр прищурилась и долго всматривалась в подругу. От неё исходила другая аура, не такая, как у брата, но девушка списала это на долгую разлуку.

— Ладно, всё равно потом узнаю.

— А это что такое? — пока гостья не передумала, Люпин быстро перевела тему на новый браслет на её руке.

— Тебя давно здесь не было, — Клэр усмехнулась, поднимая руку, чтобы Лиззи рассмотрела поближе. — Решили упростить жизнь. Твой брат предложил вместо кучи бумажек встроить всё в эти браслеты. Крайне удобно, — Эн с непониманием уставилась на подругу. — Ведьмина чернь, смотри, — она нажала на часы.

— Что это? — полупрозрачный пергамент в воздухе показывал фотографию Клэр, её имя, возраст, силу и краткую биографию.

— Это современная магия. Карл и Алек долго работали над этой штукой. Смотри, скажи «Клэр Сильвестер».

— Клэр Сильвестер.

— Клори́ндаРианно́н Сильвестер , — пергамент испарился, а вместо него появилось голографическое изображение девушки с яркой улыбкой. — Новый учебный год, 0 нарушений, 0 отработок, в прошлом году сдала экзамены на «С». Пылкий характер.

— Всё, стоп, — Клэр в панике стала нажимать на часы. Не хватало, чтобы они перечислили все её минусы. — Ну как?

— А что ещё он умеет?

— Те, кто в Младшем Совете, имеют больше функций. Например, можем узнать, кто где находится, нарушения и отработки, которые назначаем мы или учителя. Ещё есть функция, о которой знают только учителя и члены МС: часы записывают разговоры, в основном для назначения наказания и доказательства вины. Часы записывают всё, но отбирают нужное. Круто, правда?

— А почему про запись никто не знает? — Лиззи сняла браслет с руки Клэр и стала рассматривать, пытаясь найти отличие от обычных часов.

— Во-первых, чтобы подловить хулиганов, а во-вторых, если кто-то затеет что-то против Академии, мы будем знать.

— Но...

— В Совет отбирали только тех, кому доверяют учителя, а их выбирал Алек.

— Хорошо, — Люпин кивнула, возвращая вещицу. — А для чего вообще нужен Младший Совет?

— Чтобы придумывать вещи для упрощения жизни, конкурсы, сотрудничество с другими школами. В основном — чтобы каждый цвет был услышан и между нами не было раздоров. Что-то вроде сплочённости.

— Задумка интересная, — Эн ещё раз бросила взгляд на чужую руку, размышляя, когда получит свою.

— Давай, собирайся и пошли к нашим. Микки очень соскучился, да и Вайолет с... как его там... — Клэр щёлкнула пальцами. — Себастьяном.

Лиззи понадобилось пару минут, чтобы переодеться и собрать волосы. Клэр держалась на расстоянии, не особо слушая её монолог. В мыслях вертелось одно: что не так? Сердце ведьмы сжималось от тоски и страха одновременно, хотелось всё сжечь, подбежать к Эн и... Она не знала, что именно сделать. Убить? Заплакать у неё на плече? Обнять?

Как-то Кассандра говорила, что у Клэр сильная связь с духами предков. Иногда те, кроме силы, передавали ей свои чувства и мысли. В такие моменты ведьма не понимала, что было её желанием, а что — чужим.

Клэр сощурила глаза и глубоко вздохнула, прерывая бессмысленный поток Люпин:

— Знаешь, мы, конечно, давно не виделись, но я это заметила ещё в прошлый раз. — Элизабет приподняла бровь и склонила голову набок, словно щенок. — Ты изменилась. Ты пахнешь по-другому.

— Это, наверное, потому что я гель поменяла. Запах печенья нравится больше, чем...

— Нет, то есть... — ведьма глубоко вздохнула, понимая, как сложно объяснить поток мыслей. — Твоя магия другая.

— Потому что... — Эн протянула и быстро закончила. — Прошёл ещё один учебный год, и моих знаний и сил прибавилось?

— Не то. Ты же знаешь, я тесно связана с природой, и я не чувствую того тепла, что должно исходить от оборотней. От тебя веет холодом, как от Алека.

— От оборотней веет теплом? — Элизабет скептически посмотрела на подругу. Первое правило Алека: если не хочешь ничего объяснять — прикинься непонимающим. В детстве они с Римусом смеялись над дядей, а теперь оба пользовались этим правилом.

— Да, в обычные дни, когда нет полнолуния. Вы прячете шерсть внутрь, и от вас исходит внутреннее тепло.

Клэр пожала плечами и пошла вперёд, а Элизабет, кривя лицо, смотрела на свои руки. Она никогда не задумывалась, куда деваются шерсть и когти, но теперь... Теперь она расспросит Алека обо всём.

Со стороны казалось, что девочки недолюбливают друг друга: бесконечные подколы, обидные фразы, закатывание глаз, удары локтем, угрозы и разряды от Клэр. Но это была их манера общения. Они знали, что можно не сдерживаться. Клэр понимала, что Эн — оборотень и выдержит её магию, а Элизабет верила, что её шуточки не обидят Клэр, а если заденут — получит разряд.

— Он серьёзно вырубил Калеба? — Люпин не ожидала, что маленький Микки, едва научившись контролировать магию, оторвётся на ученике синего камня, который вечно его дразнил.

— Я тогда им гордилась.

— И что сделали с Микки? — как только Эн представила, как её малыша заставляют таскать груз или бегать круги, сердце сжалось.

— Ничего, — со всеми этими мыслями Люпин не услышала, как сзади кто-то подбежал и запрыгнул на неё, крепко обнимая. — Я притворился, что это случайно, а Кэтрин похвалила.

— Микки, ты умничка, — Элизабет подхватила его на руки и обняла. Она тоже очень соскучилась по этому маленькому хулигану.

— Рад это слышать. Боялся, что будешь ругаться, — Микки спрыгнул, но не размыкал объятий, крепко держа её за талию.

Рядом стремительно пронёсся лис, резко остановившись, когда встретился взглядом с мальчиком. Микки, не стесняясь, показал ему язык, вызвав у лиса удивление.

Давина с золотыми, словно светящимися, глазами обратила внимание на лиса и привела мысли в порядок. «Жёлтая аура. Запах...», — пронеслось в голове.

— Себастьян, если хочешь что-то сказать, тебе придётся принять человеческий облик, — произнесла она, глядя на лиса с лёгкой ухмылкой.

Лис перевёл взгляд на Эн и наклонил голову, словно задавая немой вопрос.

— Я оборотень, чувствую, — лис лишь фыркнул, словно это было очевидно.

— Она тебя раскусила, хитрый лис, — Микки снова показал язык.

Зверь закатил глаза, а затем, лёгким движением, преобразился в парня, мгновенно облачившись в одежду.

— Рад, что ты соизволила навестить нашу скромную обитель, — парень развёл руки и слегка склонил голову. Его задорная улыбка одновременно раздражала и радовала. Это лето будет запоминающимся.

— Думал, так легко от меня избавиться? — с вызовом произнесла она.

— Обижаешь, для этого у меня план посложнее, — Себастьян подмигнул подруге.

— Жду его воплощения, —  Люпин пошла вперёд к выходу под руку с Микки. 

Смех и болтовня снова заполнили пространство. Они уже почти дошли до освещённого портала главного входа, ведущего в общую гостиную, где их, судя по голосам, ждала остальная компания. 

Именно в этот момент, проходя мимо высокого арочного окна, Элизабет на миг задержала взгляд на своём отражении в тёмном стекле, отпуская мальчика вперёд.

И отшатнулась.

Вместо её собственных, карих глаз, в отражении на неё смотрели глаза холодные, сияющие неземным красным светом — точь-в-точь как в те редкие, ужасные секунды полнолуния, когда зверь рвался наружу без её ведома. Но луны на небе не было.

Отражение тут же нормализовалось. Сердце Эн бешено колотилось. Она резко обернулась, но никто, казалось, ничего не заметил. Микки что-то доказывал Себастьяну, Клэр же смотрела вперёд.

— Давина, ты чего? — спросил Микки, заметив её бледность.

— Ничего... Пыль в глаза попала, — она быстро протерла лицо, заставив себя сделать глоток воздуха. «Воображение. Усталость с дороги. Но до жути больно».

Она снова шагнула вперёд, к свету и голосам друзей, стараясь не думать о жёлтом свечении, которое не давало забыть слова Клэр: «От тебя веет холодом».

И она не знала, что в этот же самый миг, в самой дальней, заброшенной башне Академии, в комнате, известной лишь директору, дрогнула и уменьшило своё пламя одна из сотен магических ламп на огромной карте Асфоделя. Та самая лампа, что отмечала местонахождение и магический статус Элизабет Давины Люпин. Она не разбилась и не потухла — она просто изменила цвет. С тёплого золотисто-коричневого на тревожный, мерцающий красный.

А на подоконнике той же башни приземлилась знакомая ворона, тихо прокаркав раз — как доклад. В темноте комнаты послышался едва уловимый вздох.

— Скоро увидимся вновь, Дарлинс.

Примечание от автора: 

1)Хочу сказать, что сюжет наконец-то будет двигаться быстрее, а также вас ждёт тайм-скип2) Дарлинс - имя не упоминалось ранее, новый персонаж или чьё-то измененное имя, ничего не скажу3) Ошибки не было, про комнату знал только один директор, кто тоже останется загадкой4) Я полностью отрекаюсь от старой задумки и перехожу в более перспективную команду)5) Хочу заранее вас поздравить с наступающимСпасибо, что до сих пор читаете и ждёте главы этой работы. Всех люблю, обнимаюТГ: https://t.me/alfecca_lupin (Альфи)