Глава 22
Тэхен
Это была самая тяжелая ночь в жизни вампира. Даже во время войны он не был беспомощным, знал, что делать, когда делать и зачем. Сейчас он попал в совершенно иную ситуацию. Ему нужно было просто ждать. Довериться мастерству Сынчола и Луне. Ждать. Просто ждать.
Он лег рядом с женщиной, и осторожно прижал ее к себе. Еноту интерес вампира к «подкидышу» не понравился. Ким-младший или же Ёньтан оскалился и зашипел. Тэхен перевел взгляд на енота и сказал:
— Ревнуешь? — Глаза енота округлились, как будто его уличили в краже хозяйских носков.
Вампир ухмыльнулся, а енот пристроился под боком у женщины, демонстрируя, что это не он ревнует вампира, а вампир должен бояться того, что у него появится новый любимый человек. Пусть и «подкидыш». Вон, какая страшненькая! Зверь посмотрел на изуродованное лицо Дженни и вздохнул. Да, глупо было ее ревновать. Таких только жалеть можно.
Тэхен с интересом наблюдал, как на морде животного мелькали одна за одной мысли. Раньше он не замечал за енотом интеллектуальных навыков. А теперь начал подозревать, что просто был не внимателен.
Дженни глубоко вздохнула и во сне обняла вампира. Тэхен, конечно, понимал, что все это женщина делала неосознанно. Но это было чертовски приятно. Он осторожно поцеловал её в холодный лоб и прошептал:
— Шрамы пройдут. В северной долине Луна-Парк с енотами построю. Шавки там поп-корн жарить будут, билеты продавать. Как тебе новый проект, малявка?
Енот в новых проектах ничего не смыслил. Главное, чтобы вампир в дом больше никого не тащил. Делить жилплощадь со всеми подряд ему не хотелось.
Синджу
Слова Чимина, Синджу не понравились. Но он был прав, слушать советы вампиресса не собиралась. Не потому, что не хотела. Она просто не видела другого источника быстрого дохода. Хотя сейчас и этот вариант быстрым назвать было нельзя. Часики тикали, вечности у нее не было, а долги отдавать было нужно.
Синджу вернулась в квартиру, налила в рюмку кровь, смешанную с водкой, единственный способ для вампира захмелеть, и вышла на террасу. Ей нужно было срочно что-то придумать. Срочно.
— Может, попросить у барона в долг? — Спросила она у темноты и сразу же отбросила эту мысль в сторону.
— Брать в долг у барона? Что за чушь?! Да он должен был быть счастлив обеспечить меня!
Объяснить почему вампир должен был испытывать приступы радости, обеспечивая кого-то, вампиресса ответить не могла, но ее иррациональная вера в этот простой факт была настолько фундаментальна, что разрушить ее было просто невозможно. Кажется, именно на этом и базировалась ее жизненная философия.
Выпив содержимое рюмки одним махом, Синджу пошла переодеваться. Агентство «Чистый Лист», как сообщил поверенный, было согласно предоставить графине дополнительную неделю на то, чтобы погасить долг, если она погасит часть суммы в течение суток.
Синджу предполагала, что денег, которые она выручит за драгоценности, должно будет хватить на взнос. В этот раз она тщательно подготовилась к тому, чтобы встреча с ювелиром не сорвалась.
На рассвете Синджу вышла на улицу и вдохнула тяжелый утренний воздух. День обещал быть душным.
Лалиса
Проснулась волчица в отличном настроении, только мужа рядом не обнаружила. Вместо него на прикроватной тумбочке лежала короткая записка:
«Уехал с отцом к северянам. Не волнуйся. Чонгук»
Поездка мужа с родную стаю матери Лису не удивила. Пару раз в год Айрин ездила навещать родственников, или кто-то из северян приезжал к ним. Волчицу могла бы насторожить срочность, с которой Чонгук уехал. Но ее это только обрадовало. Все произошло как нельзя вовремя.
Волчица выскочила из-под одеяла и достала из комода кружевной комплект белья. Тот, который точно понравился бы Юнги. Как ни странно, но вкусы мужчины она отлично помнила.
К этой встрече Лиса готовилась особенно тщательно. Одежда, макияж, туфли и сладковатые духи, чтобы пометить мужчину ярким ароматом. Она не спешила, подгадывая время. Почему-то волчица была уверена, что рабочие привычки у Юнги сохранились прежние. К девяти утра он приезжал в типографию, в полдесятого проводил рабочую пятиминутку, в одиннадцать пил кофе. Она планировала оказаться в кабинете бывшего любовника в полдвенадцатого, перед обедом. Ровно в двенадцать сотрудники начнут расходиться, и они останутся только вдвоем.
Северная стая
Бьющуюся в конвульсиях шаманку волкам пришлось туго запеленать в плотную ткань и привязать к кровати, чтобы не дать возможность навредить себе. Барабанщики были мертвы. Все четыре трупа сложили в отдельном помещении. Их нужно было передать в морг, но без разрешения альфы или его жены делать это боялись. Как и лишний раз прикасаться к трупам.
В комнате, где стонала и пыталась вырваться на свободу шаманка, стоял сладковатый запах гниющей плоти. На разрисованном лице оборотня один за одним начали прорисовываться символы, которые она несколько часов назад рисовала на своей жертве.
— Розэ, что это? — Не скрывая ужаса, спросил альфа у жены.
— Расплата. — Без тени жалости или страха ответила его омега. — Тебе, мой дорогой супруг, еще придется отвечать перед вампиром за то, что твоя шаманка нарушила договор. И проси у Луны, чтобы этим вампиром оказался кто-то сговорчивый.
— И тебе ее совсем не жаль? — Спросил волк у жены.
Как раз в это время рассветное солнце заглянуло в комнату, где они находились. Лучи солнце осветили растерянное лицо мужа. Она впервые видела его таким перепуганным, и все внутри волчицы ликовало от этого вида.
— Жаль? — Удивилась волчица. — Мне должно быть ее жаль после всего, что она сделала? Я жалею только о том, что не уничтожила эту тварь раньше. В тот день, когда сняла эту суку с твоего члена, любимый. Возможно, тогда мои внуки остались бы живы.
Альфа ничего не ответил жене. А ей и не нужны были его ответы. Она просто наслаждалась справедливостью ночной Богини.
Несколько лет назад, северная стая лишилась своего шамана. Старая Кло подготовила себе замену и так получилась, что девочка, которая должна была стать новым шаманом, стала парой сына Розэ. Волчица была счастлива, благословение Луны, что может быть прекраснее для оборотня?
Сначала все шло хорошо. Но потом налаженная жизнь волчицы начала стремительно рушиться. Все началось, когда они с мужем поехали в гости к Черным волкам. Именно там, по время праздника Луны, Розэ обнаружила мужа, трахающего черную волчицу среди сосен. Чанела долго убеждал жену, что перепутал волчицу с ней и вообще, не понимает, как это случилось.
Розэ его не простила, не смогла. Но и брак разрушить не могла. Постепенно собирая себя по кускам, она пыталась сохранить то, что с такой легкостью разбилось. И сделала она это не без помощи невестки. Ученица Кло сказала, что альфа был опоен. Это не снимало с него вины, но, давало волчице шанс простить мужа.
Через какое-то время сын сообщил о беременности жены. Это был настоящий праздник. Волчице казалось, что они все испытания позади. Но в скором времени невестка потеряла волчонка. А потом еще одного, и еще. Сын Розэ и невестка стойко старались пережить горе. А вот сердце самой омеги разрывалось на части от потери и страданий детей.
А вот ее альфа приготовил новый сюрприз. После четвертого выкидыша муж привел в стаю Йаху и объявил ее новым шаманом. Предлог был уважительный. После потери детей ученица Кло не могла исполнять свои обязанности. Вот только Розэ в новом шамане узнала ту самую волчицу, с которой ей изменил муж.
— Где я еще найду шамана, который сможет одурманить альфу?! — Ответил муж на недовольство жены.
В этот момент Розэ поняла, что их брак снова трещит по швам. Но рухнул этот союз полгода спустя, когда невестка Розэ снова забеременела. Сын рассказал матери о пятой беременности жены ранним весенним утром. В этот раз волчица приказала никому не говорить о волчонке. Под благовидным предлогом отправила сына с женой в стаю к своей матери. Интуиция подсказывала, что чем дальше они будут от севера, тем лучше.
Муж попытался препятствовать отъезду сына с женой, но в этот раз волчица была непреклонна и сумела прогнуть мужа. И в ту же ночь, совершенно случайно, на ритуальной поляне волчица застала Йаху за ритуалом умерщвления.
Когда альфа допрашивал шаманку, та не стесняясь сказала:
— Зачем твоему сыну слабая самка? Она даже своих щенков от колдовства защитить не может. Я заменю ее не только у ритуального костра.
В ту ночь волчица испытывала самый страшный коктейль из чувств: злость, ненависть, страх. Но хуже всего было предательство. Еще одно предательство собственной пары. — Для стаи сильный шаман ценнее мертвых щенков. — Сказал муж.
Альфа тогда не знал, что эти слова и смерть внуков омега ему не простит. Это он понял только сейчас, глядя как жена смакует момент.
— Советую тебе подготовиться, муж мой. Трупом этой твари вампир не удовлетворится. Я об этом позабочусь. Но может, я тебе позволю спасти сестру. Если, конечно, Айрин для тебя хоть что-то значит.
Синджу
В восемь утра Синджу сидела у ювелира. Это был невысокий мужчина, больше напоминающий сладкую выпечку, чем человека. Круглые бока, пухлые ладони с коротенькими пальчиками и густая шапка седых волос делали внешность почти карикатурной. Он не без удовольствия рассматривал сережки в виде виноградных кистей и улыбался.
— Графиня точно хочет продать эти серьги? — Уточнил ювелир. — Это прекрасная, очень редкая работа. Вторых таких не существует.
— Вы уверены, что не существует? — Удивилась Синджу.
Ее второй муж особо не разбирался в украшениях, поэтому она не рассчитывала на то, что эти украшения будут иметь большую ценность.
— Абсолютно. Мастер, который их изготавливал, своих работ не повторял.
— Значит, вы дадите за них хорошую цену?
— Более чем, более чем... - Причмокнул мужчина. — Но посмотрим следующие экземпляры.
А вот дальше графиню ждал сюрприз. Остальные украшения, принесенные ювелиру, оказались стекляшками. Подделками, которые абсолютно ничего не стоили.