Глава 42
Семейный совет был в полном составе. Кирилл обводил присутствующих взглядом, удерживая интригу. Максим и Маура сидели напротив него, а отец устроился совсем близко.
- Так она оборотень?- не выдержал молчания Макс.
- Да. А ещё, она сто процентов- моя пара.- ответил с серьёзным видом Кирилл.
- Но почему мы ни разу не слышали на ней запаха волчицы? Такой запах ничем не скроешь.- вступила в разговор Маура.
- Похоже всему виной этот самый кулон,- Кирилл поднял украшение, показав его всем присутствующим.- Эта вещица каким-то образом скрывала не только запах волчицы, но и запах пары.
- Но откуда у нее этот кулон?- задал вопрос Мирослав. Видимо он все ещё не давал мужчине покоя.
- Отец, ты говорил, на твоей паре был такой же и ты ее то чувствовал, то нет. Верно?
- Ну да.
Все окунулись каждый в свои мысли. Внезапно Макс выдал то чего никто не ожидал:
- Она что, может быть твоей дочерью?
Мирослав вспыхнул всеми оттенками красного.
- Нет конечно,- эмоционально выкрикнул отец,- да мы с Миленой даже не успели ни разу....
На этих словах он запнулся и густо покраснел.
- Кто мать Веры известно?
- Нет, но Вера говорила, что ее мать исчезла много лет назад.
- Не будет ли лучше расспросить обо всем девушку?- вмешался женский голос.
- Неплохо было бы.- выдохнул Кирилл.- Но она уже двое суток без сознания. У нее сильный жар, а док только руками разводит.
- А ты справки о ней наводил?- спросил отец сына.
- И это пробовали. Ее документы поддельные, а вот узнать настоящее имя не удалось. Я разослал ориентиры по кланам, может кто-то ее узнает.
Присутствующие замолчали и окунулись в свои мысли. Тишину нарушил голос Мауры:
- А ты пробовал ей кулон назад надеть?
Все присутствующие посмотрели на девушку так, словно она только что новый континент открыла. Кирилл подорвался с места.
- Почему ты так решила?
- Не зря же она его носила не снимая.
Кирилл не говоря больше ни слова помчал к своей паре. Слова сестры его сильно обнадежили. Он вошёл в комнату где находилась девушка, и опустился на колени перед кроватью. Кое-как ему удалось застегнуть кулон. А дальше случилось то, что не поддавалось никаким объяснениям. Как только луна коснулась кожи девушки, запах пары и запах волчицы резко исчезли. Кирилл замер от удивления. Но это сработало. Девушка стала приходить в себя.
Вера
В горле сильно пересохло. Жажда была такой сильной, что стоило мне открыть глаза, как я заметалась в поисках спасительной жидкости.
- Вера, успокойся. В чем дело?
Голос Кирилла заставил меня опомниться и посмотреть на него. Но кажется мужчина прекрасно понимал, в чем дело и протянул полный стакан. Одним махом осушив его, я облегчённо вздохнула.
- Как ты себя чувствуешь?
- Нормально.- ответил с трудом я.
- Мы можем с тобой сейчас поговорить, или лучше после обеда?
Сердце рухнуло в пятки. В мыслях тут же всплыли картинки с воспоминаниями. Он видел мой оборот. Моя рука коснулась шеи и обнаружив кулон на месте, я облегчённо вздохнула.
- Что это за кулон?- спросил Кирилл.- У него очень странные свойства.
Я молчала. Что сказать ума не приложу. Но точно не правду.
- Я не могу сказать.- виновато опустила я взгляд.
- Зачем ты скрываешь от всех то, что ты-оборотень?
- Я....
- Не можешь сказать?- закончил за меня фразу Кирилл. - Знаешь, что я не люблю больше всего?
Я взглянула на мужчину и мое сердце сжалось. Его лицо на мгновение исказилось болью, но резко сменилось гневом.
- Ложь. Но это не самое главное. Ещё больше я ненавижу лицемерие. Говорить так громко о ненависти к оборотням, когда и сама являлась одной из них.
Боль от его слов пронзила саму душу. Казалось, будто я предала самого дорогого мне человека.
- Кирилл...- хотела сказать я,но гневный блеск его глаз меня остановил.
- Так вот почему на тебя сыворотка памяти не подействовала.- он печально улыбнулся. - Она же действует лишь на людей. А я ведь, наивный, думал все это время, что ты маленькая беззащитная девочка.
Он поднялся на ноги и посмотрел на меня сверху вниз.
- Как только надумаешь все честно рассказать, позовешь. Охрана у двери передаст мне. Ну а до этих пор ты не выйдешь с этой комнаты, Вера.
Его слова резали словно тупые ножи- болезненно и неприятно. Он подошёл у двери и обернувшись произнес:
- Я попрошу Нину Сергеевну принести тебе еды.
Кирилл вышел. Некоторое время я смотрела на закрытую дверь не двигаясь с места. Ком в горле рос до тех пор, пока не вырвался из самых глубин отчаянным воплем. Я ревела словно маленький ребенок. Вода все лилась из глаз не прекращаясь. Сколько я проплакала времени неизвестно, но слезы в итоге высохли, и я просто всхлипывала.
Нина Сергеевна вошла в комнату и оставила поднос на столе. Есть совершенно не хотелось. Хотелось лишь снова окунуться в то звериное беспамятство. Эта идея была настолько заманчива, что руку сама по себе потянулась к кулону. Но там же и замерла. Если бы можно было сбежать старым способом. Снова стать человеком, и жить спокойной жизнью.
Вспомнив ресторан с его запахами и подругу в нашей квартире, я снова заревела. Тяжело представить, когда это я так плакала последний раз.
Встав с постели я подошла к окну. На улице был закат неизвестно какого дня. Охранники вск так же стояли под окном.
И с чего я взяла, что в этот раз все будет по-другому. Наверное, мое сердце все ещё верит в красивые сказки. Но жизнь далеко от шаблонных историй и, порой, бывает слишком жестока.
Из мыслей меня вывел неожиданный удар. По саду прогуливался Кирилл в паре с Мариной. Девушка висела у него на руке о чем-то весело рассказывая. От этой картины стало тошно и я задернула поплотнее шторы. Нужно выбираться отсюда, покуда Кирилл не стал разыскивать обо мне информацию в волчьих кругах. Если это произойдёт, то все мои проблемы до этого, покажутся сущими цветочками.
Резко развернувшись я подошла к столу и уселась в кресло. С трудом заставила себя поглотить принесенную еду, но для побега нужны были силы.
Душ привел меня немного в чувство и уверенности немного прибавилось. Я достала их своих вещей деньги, что были спрятаны в книгах и сложила их в сумку. Натянув на себя лосины и худи, стала спокойно ожидать наступления ночи. Раньше мне удавалось сбежать из под более пристального наблюдения. Так что пара охранников, едва станут помехой. Особенно для волчицы, которая хочет уйти.