Миражи в Талице

Вроде был обычный вечер. Солнце зашло за горизонт, и сумерки вступили в свои права. Улица, как обычно с заходом солнца, была пуста, но надвигающаяся ночь почему-то угнетала. Беспокойство все множилось, и я ускорила шаг.

Послышался бой курантов. Сначала звук был терпимый, но вскоре он становился все более и более громким. От вибрации камушки на земле дрожали и подпрыгивали.

Я пошла на звуки. Бой часов стал совсем оглушающим. В окне библиотеки вдруг дернулась занавеска, отодвинулась в сторону, и за ней показались широко раскрытые глаза, почти в безумстве наблюдающие за мной. Глаза вновь исчезли, и дверь библиотеки отворилась. Я вошла.

— Я ждала тебя, Сара, — тихо сказала Лада.

— Меня?

Старушка сидела на кресле, жестом велела сесть напротив. На руках у нее, свернувшись клубочком, лежала черная кошка. Наверное, это та самая, о которой говорила Нина. Только сейчас я поняла, что часы замолкли.

— Ты смелая девочка, Сара. Пришла ко мне в такой час. Не боишься?

— А что такое?

— Обернись, — зловеще прошептала Лада.

В окнах замелькали тени, будто сотни человек пробегали мимо. Из-за них музей то погружался в темноту, то снова озарялся скудными лучами луны, едва-едва проникающими в помещение.

— Что происходит?

— Не вздумай бояться. Он питается страхом, и он голоден...

Вдруг тени все разом замерли. Ручка двери опустилась вниз.

— Он пришел за тобой, — испуганно прошептала старушка, смотря на меня.

Сердце стучало где-то в горле. Тело дрожало, как от озноба.

— Видимо, от сегодняшних потрясений мне приснился кошмар.

Я коснулась амулета на стене, который я повесила прямо над кроватью. Перья ловца снов были мягкие, мне нравилось, как они приятно ласкали кожу.

— Или это всё он? — догадалась я. — О таком действии говорила старушка Лада? Неужели мне теперь всегда будут сниться такое?

За окном еще было светло. Я смотрела на непривычное чистое небо, и в голове проносилось кучу мыслей.

В дверь постучали, и, не дождавшись моего ответа, гость вошел ко мне в комнату. На пороге стоял Марк. 

— Ты спала? Прости, не хотел будить. Я, наверное, не вовремя. 

— Нет, всё в порядке, я просто вздремнула. Подождешь меня немного, пока соберусь? 

— Да, конечно. Я буду на улице. 

Я надела розовую майку с джинсами и собиралась уже выходить, но в комнату зашла мама. 

— Куда это ты собралась? 

— Марк пригласил меня на свидание. Мы идем на пикник в лес. 

— Ты никуда не пойдешь, — резко оборвала меня мама. 

— Почему это? 

— Мне только что звонили со школы. Как ты умудрилась получить неуд в первый же день? 

Черт! Это старая корга мне поставила. За что? 

— Это из-за учительницы.

— Ладно, иди. 

Из дома я выходила с тяжелым грузом на сердце, сожалея, что наш с мамой разговор закончился на такой ноте.

 — Все в порядке? — спросил Марк, заглядывая мне в глаза. Он стоял у двери, держа в руках корзинку. 

Погода, на удивление, была отличной, по крайней мере, для Талицы. И мое настроение улучшилось. 

— Да, всё отлично, — сказала я, поправляя свои кудрявые черные волосы. 

— Не подумай, что это пустые слова, но ты прекрасно выглядишь! 

— Спасибо. 

— Не за что. Ну, так что? Идем на поляну? 

— Пошли. 

Незаметно уже начало садиться солнце. Тепло не было, но из-за оранжевых лучей заката создавалось чувство, будто сейчас поздняя весна. Мы сели на на покрывало, которое принес Марк.

— Раньше я часто сюда приходил и сидел тут, размышлял.

— О чем же?

— О том, правильный ли путь я выбрал для себя или родители решили за меня всё. А мы с братом должны следовать за ними, ведь они всегда гоняются за этими призраками.

— Призраки? В смысле?

— Не пугайся, я имел в виду, что мои родители почти всю свою жизнь гонятся за старыми книгами. Они настоящие ценители подобных предметов.

Показалось, что Марк сказал с обидой какой-то об этом.

В лесу становилось прохладнее, неосознанно я задрожала. Марк, видимо, это заметил и подвинулся ближе.

— С тех пор как я сюда переехала, впервые на душе стало спокойно. Может, стоит ему довериться? Господи, я с ним даже не знакома, а уже обнимаюсь.

— О чем думаешь? — прошептал он мне на ухо.

— Что хорошо сейчас.

— Мне тоже.

Солнце совсем спряталось за горизонт, в одно мгновение набежали тучи. Загромыхал гром, и поднялся сильный ветер.

— Надо собираться, иначе попадем под ливень.

Ветер усиливался. Он с остервенением вырвал из рук корзинку, терзал деревья. Мы с Марком пытались уследить, чтобы ничего не улетело.

Возвращались уже, когда стало совсем темно.

— Ты точно знаешь, куда идти? — испуганно прошептала я.

— Вроде бы.

Мы вышли к развилке и свернули налево, прошли через одну поляну. Из-за дождя там собрались лужи. Я поскользнулась, но Марк успел схватить меня за руку, романтик! Еще через пару минут мы вышли обратно, туда, откуда пришли.

— Давай тогда направо, Сара? — он сжал мою руку крепче, и я кивнула.

Дождь был несильный, и я уже не раз встречалась с ним в Талице. Но темень леса, мысли, звучащие где-то на задворках сознания, что мы потерялись, заставляли съёживаться от страха.

Я шла, вцепившись мертвой хваткой в руку Марка, и, закрыв глаза, полностью положилась на него. Как вдруг... обо что-то споткнулась. В темноте не сразу разглядела, что на земле лежит человек.

— Отойди, — крикнул мне Марк, его светло-зеленые глаза потемнели.

Он отодвинул в сторону. Марк коснулся тела, но даже издалека я поняла, что этот человек мертв. Его рот был раскрыт в немом крике, и широко открытые глаза смотрели в небо. Только с ними было что-то не то. Подавив страх, я подошла ближе.

— Вот тебе и свидание. Как-то трагично для первого раза.

Глаза его были черные и пустые, а под ним, вместо сухой листвы, расцвели фиолетовые цветы, которых я никогда не видела. Я сорвала один из бутонов.

Марк вгляделся в лицо мертвеца, а затем резко отпрянул, покачнулся, едва устояв на ногах.

— Я его знаю. Это Ярый.